Это твоя сказка, детка

Глава 1

Волк

Я налила вино в бокал и поднесла его к свету, любуясь рубиновыми переливами. Потом села в кресло у камина, укуталась пледом и уставилась на пляшущие языки пламени. Мне тридцать восемь, год назад я пережила развод и еще не совсем оправилась от болезненных переживаний. Сын недавно привел в дом какую-то девицу, сказал, что они подали заявление в ЗАГС и теперь эта мадам будет жить в нашей квартире. Ира оказалась нагловатой, энергичной и весьма бесцеремонной особой, ловко окрутившей моего девятнадцатилетнего недотепу. Я пыталась ладить с ней, как могла, но и моему ангельскому терпению пришел конец, когда сегодня утром, двадцать восьмого декабря она зашла на кухню и заявила:

- Екатерина Ивановна, завтра к нам с Сережей приедут друзья из Питера и останутся на все праздники.

- Может быть нужно было сначала спросить меня, а не ставить перед фактом?

- Мы взрослые люди и не должны согласовывать с вами каждый шаг.

Еле сдержалась от желания залепить Ире пощечину.

- Чего же вы хотите от меня?

- Им нужно где-то ночевать, а у нас всего две комнаты и ...

Я просто задохнулась от такой наглости. На кухню вбежал Сережка и обнял меня за плечи:

- Мамуль, мы все продумали, ты поедешь к тете Насте, я уже позвонил, она тебя ждет. Вот увидишь, будет весело, она давно звала тебя погостить и новогодние праздники - самое подходящее время.

- То есть вы за меня решили, что я должна уехать из собственного дома?

- Это вообще-то и наш дом тоже, - будущая невестка смотрела на меня с вызовом.

- Ира! - одернул ее сын.

- А что, я неправду сказала?

Их дом. А мой? Где мой дом? Я пошла в свою комнату, глотая слезы обиды. Набрала телефон подруги:

- Привет, Настюш.

- Привет, твои оболтусы захотели свободы?

- Ты уже знаешь, что меня выгоняют из собственной квартиры?

Настя засмеялась:

- Не преувеличивай, пусть молодежь отдыхает. Приезжай, мы давно не виделись, дети по тебе соскучились, поможешь мне с Танюшкой.

Она недавно родила третьего ребенка и я с тоской понимаю, что две недели я буду работать няней.

- Хорошо, - сказала я и обреченно пошла собирать вещи.

Сережа проводил меня до двери, Ирка не вышла из комнаты и правильно сделала, я меньше всего сейчас хотела ее видеть.

Сын чмокнул меня в щеку:

- Отдохни там как следует.

Можно подумать он на курорт меня провожает.

- Приедешь, позвони.

- Хорошо, сынок.

Я кинула сумку на заднее сиденье и села за руль. У Настасьи я была последний раз три месяца назад, когда ее выписали из роддома, они жили за городом в большом доме, построенным ее мужем Егором почти собственноручно. Надо заехать в торговый центр, купить всем подарки. Вике можно куклу или какую-нибудь мягкую игрушку, Шурику машинку. Хотя, этого добра у них завались, но мне больше ничего не приходило в голову. На душе было тоскливо, я представила свои каникулы в окружении троих орущих малышей, почти погодок и вдруг отчаянно поняла, что не хочу туда ехать. Решение пришло неожиданно. Я развернула машину, выехала на окружную дорогу, достала телефон и набрала номер:

- Здравствуйте, Семен Михайлович, это Катя, не подскажите, где сейчас можно раздобыть дров?

- Привет, Катюш, ты решила Новый год на даче встретить?

- Да, устала от города, хочу на природу.

- Что ж, приезжай, будем рады, дров я тебе принесу и дом натоплю к твоему приезду.

По дороге я заехала в магазин, затарилась продуктами и вином, праздник все-таки скоро. Через двадцать километров по трассе, заметила знакомый указатель "Деревня Николино" и свернула на проселочную дорогу. Снега в этом году было много, но Михалыч заботливо расчистил путь своим бульдозером. Деревенька была совсем маленькая, десяток домов, разбросанных по лесу на довольно приличном друг от друга расстоянии. Два и них были совсем заброшены, в других доживали свой век старики. Мне дом достался от бабушки, в основном я приезжала сюда летом, воздух здесь был просто потрясающий. Через пять минут моя машина неожиданно заглохла.

Вот это номер. Я вылезла из авто и с деловым видом заглянула под капот. Ну да, я ж механик со стажем. Наклонилась, рассматривая содержимое. Что могло сломаться в моей почти новой Ауди? Кто-то дотронулся до моего плеча.

- Михалыч? - я радостно обернулась.

Никого. Я была готова поклясться, что чувствовала чье-то прикосновение. В другой стороне послышался шорох, я повернула голову, какая-то тень скользнула за высокую ель, большие ветви качнулись, сбрасывая снег.

- Кто там? - мне стало не по себе. Я сделала несколько шагов к дереву, внезапно из под корней вылетела огромная птица, похожая на сову и, едва не задев меня крыльями, полетела прочь, лавируя между заснеженными соснами. Сзади раздался рев мотора, я аж вздрогнула от неожиданности. Моя машина завелась. Сама. Что за чертовщина здесь происходит? Я села за руль и продолжила путь.

Еще издалека я увидела, как из трубы моей бревенчатой избы идет дымок и почувствовала, как стало хорошо на душе, будто домой вернулась. На крыльце стоял улыбающийся Михалыч, большой, бородатый, в пятнистой телогрейке, валенках и шапке ушанке. Я поднялась по ступенькам и он сгреб меня в охапку:

- Катюша, дочка, молодец, что приехала, - он был другом моего отца и после его смерти немного опекал меня, - я там чуток прибрался, картошки тебе ведро принес, воды натаскал, дрова в сарайке, закончатся, еще привезу.

Он помог мне выгрузить продукты:

- Ты вечерком забегай, чаю попьем, Маша будет рада, а я к тебе завтра наведаюсь.

- Спасибо, - я поцеловала его в щеку, - здесь связь где-нибудь ловит?

- Попробуй на чердак подняться, иногда помогает.

Семен Михайлович ушел, а я зашла в сени, поднялась по лестнице почти под самую крышу, поймав сигнал, написала Насте: " Извини, приехать не могу, планы изменились, целую" и нажала кнопку. Сообщение отправлено. Вот и отлично. Я зашла в дом, сняла куртку и сапоги, достала из сумки теплые тапочки, я везде вожу их с собой. На стене у входной двери - огромное старинное зеркало в деревянной раме, задернутое плотными шторами. Я раздвинула занавески и взглянула на свое отражение. Что ж, я хорошо сохранилась для своих лет, стройная фигура, красивые каштановые волосы, глаза, как у школьницы на выпускном. Между прочим, мой бывший муженек позвонил мне через полгода после развода:

- Может встретимся, Катюш, я скучаю.

Ага, сейчас! Я только пришла в себя после пережитого стресса. Все, дорогой, назад пути нет. Я спалила к чертовой матери все корабли и, поверь мне, пожар был грандиозным.

Я разложила продукты по полочкам, все скоропортящееся отнесла в холодные сени. Уже стемнело, я включила свет, нарезала сыр, положила в глубокую тарелку мандарины, и открыла бутылку вина. Сервировала себе журнальный столик у камина. Я едва успела сделать глоток, когда вдруг отчетливо услышала хлопанье крыльев за спиной, в тот же момент свет погас и что-то мягко коснулось моей щеки. Я взвизгнула от неожиданности, душа ушла в пятки, а сердце заколотилось с бешеной скорость. Я вжалась в кресло, боясь пошевелиться. Тишина. Будто и не было ничего. Помнится, в шкафчике на кухне были свечи, я заглянула туда, чиркнув спичкой. Слава богу, запас приличный. Я расставила их по комнате, радуясь, что пугающая тьма отступила, взяла бокал и выпила залпом. В дверь постучали. Наверное, Михалыч, пришел узнать, как я тут без света. Я открыла дверь, пустой бокал выпал из моих рук и разбился в дребезги. Предо мной на задних лапах стоял волк. Он был выше меня ростом, мощный, плечистый, с ясными голубыми глазами.

- Огоньку не найдется? - хрипло спросил он.

Кажется, это был последний удар по моей изрядно расшатанной нервной системе. Я почувствовала, как сознание оставляет меня и медленно сползла на пол по дверному косяку.

- Ах ты, елки зеленые! - сильные лапы подхватили меня, не дав удариться головой.

Я очнулась на диване. Он сидел в кресле и нахально пялился на мою грудь, помахивая хвостом. На столике стояли два наполненных вином бокала. Волк протянул мне один из них. Я села и послушно взяла его в руку.

- За знакомство, - сказал он.

- Разве мы знакомы?

- Почему люди все так усложняют? - он покачал головой и протянул мне огромную лапу.

- Волк.

- Катя, - я пожала ее с некоторой опаской.

Мы выпили. Я с интересом рассматривала своего странного лохматого гостя.

- Извините, а зачем вам огонь?

- Тридцать второй не отвечает.

- Что?

- Да не бери в голову, одолжишь мне спички?

- Да, конечно, - я протянула ему коробок.

Он не спеша допил вино, поглядывая на меня своими небесно-голубыми глазами. От его взгляда мои щеки почему-то вспыхнули огнем. Или это от вина?

- Мне пора, - он встал, - в зеркало не смотрись, иначе они до тебя доберутся.

- Кто? - опешила я.

- Не задавай лишних вопросов и делай, что говорят. Увидишь Разумиху передай слово в слово: "Ракитинский кордон, завтра в полночь". Не провожай меня.

Он вышел, плотно закрыв за собой дверь. В комнате остался отчетливый запах мужского парфюма.

Глава 2

Разумиха

Утро встретило меня ощутимой прохладой, я закуталась в одеяло, сунула ноги в теплые тапки и пошла разжигать погасший в камине огонь. Отблески пламени весело заплясали на сухих поленьях и я протянула к ним руки, наслаждаясь теплом. Согревшись, переоделась в джинсы и теплый свитер и пошла варить себе какао. Помешивая ложечкой в ковшике ароматный напиток я вспомнила вчерашний вечер. Если честно, сейчас мне все это казалось нереальным и я склонна была думать, что вероятнее всего просто задремала и мне все привиделось.

Я налила горячий шоколад в большую чашку, бросила несколько зефирок, потом накинула куртку, напялила старые валенки, вышла на веранду и вдохнула полной грудью морозный лесной воздух. Стояла звенящая тишина, огромные лапы елей чуть подрагивали под тяжестью снега, редкие снежинки тихо опускались в мою протянутую ладонь. Я сделала глоток и зажмурилась от блаженства. Слева раздался какой-то шум, я посмотрела на дерево, растущее у самого крыльца, на нижней ветке сидела белка. Какая красотка! Рыжая, с пушистым хвостом, она посмотрела на меня своими черными глазками бусинками, потом отвернулась, пробежала по ветке и спряталась в дупло. Надо было купить орехов, как я не догадалась?

- Потому что мозги у тебя куриные, - раздалось из расщелины, в которой только что скрылся зверек.

Что? Это реально сейчас происходит или у меня опять глюки? А может это и есть та самая Разумиха о которой вчера говорил волк?

- Разумиха - это сова, бестолочь.

Она что, мысли мои читает? Ну это уже слишком, я развернулась, чтобы открыть дверь в дом и задержалась взглядом на каких-то разводах возле ступенек. Я подошла ближе и присмотрелась, на снегу крупно были начерчены цифры 28 - 13. И что это значит?

- Эй, ты, умная, может объяснишь? - крикнула я белке.

Но из дупла больше не раздавалось ни звука. Вытащить бы сейчас оттуда эту нахалку за пушистую шкирку и встряхнуть как следует, чтобы знала, как хамить незнакомым людям.

Я зашла в дом и вскипятила воду, надо сделать влажную уборку к Новому году. Потом подошла к комоду, открыла старый проигрыватель, покопалась в пластинках и выбрала Джо Дассена. Иголочка зашуршала по виниловой поверхности, оживляя любимый баритон. Я взяла тряпку, протерла столешницу и открыла ящики. Чего здесь только не было: старые тетради, карандаши, лампочки, изолента, сломанные очки. Из самой глубины выудила альбом с фотографиями, не удержалась, села на диван и открыла его. На этом снимке я совсем маленькая на руках у мамы, а здесь папа посадил меня на плечи и я смеюсь от счастья. Много ли нужно в детстве, чтобы чувствовать себя счастливым? Я не спеша пролистала страницы, вытирая стекающие по щекам слезинки. Как вы там, мои любимые? Я так по вам скучаю. Потом захлопнула альбом. Все. Сеанс ностальгии окончен. Я верила, что души близких людей обязательно встретятся после конца и эта вера помогала мне жить.

Итак, на очереди этажерка с книгами, я протерла полочки, бережно стряхнула пыль с каждого старого томика и повернулась к каминной полке. Сзади что-то шлепнулось на пол, у меня аж тряпка выпала из рук. Я обернулась и увидела лежащую на половицах зеленую книгу. Как она могла упасть? И откуда она вообще взялась, я такую не помню, на обложке — ведьма, склонившаяся над котлом и непонятные надписи. На каком это языке? Я, конечно, не полиглот, но это точно не английский и не французский. Ну да, бог с ней. Втиснула ее между плотно стоящими Булгаковым и Акуниным и снова вернулась к уборке. Через минуту звук повторился. На этот раз книга лежала на полу открытая на странице... 28? Я взяла ее в руки и вспомнив цифры на снегу, нашла тринадцатую строчку: "Лаванды запах укажет путь и ты не сможешь с него свернуть".

Ерунда какая-то. Лаванда? Зимой? Я вернула книгу на место и продолжила уборку, периодически поглядывая на этажерку, но книга больше не подавала признаков жизни, как-будто она выполнила свою миссию и успокоилась.

Мой взгляд остановился на зеркале, вот этот предмет точно нуждался в тщательном мытье, особенно резная деревянная рама. Я провела тряпкой по запыленному стеклу и взглянула в него, на секунду мне показалось, что мое отражение дрожит и расплывается, как будто это поверхность воды. Что за наваждение? Внезапно я почувствовала, как что-то попало в глаз, отложила тряпку, вытерла руки о передник и приблизила к зеркалу лицо, чтобы лучше рассмотреть инородное тело. Я отодвинула пальцем веко и испуганно вскрикнула, вместо собственного отражения я увидела глаза: большие, холодные, изрезанные густой сеткой кровеносных сосудов, в черных зрачках метались языки зеленого пламени. Я хотела отвернуться, но жуткий взгляд не отпускал меня. Сзади что-то громко захлопало и большое мягкое крыло прикоснулось к зеркальной поверхности, закрывая меня от страшного видения. Я отшатнулась от стекла. Боже! Как же я забыла, ведь Волк предупреждал меня, чтобы я в него не смотрела. Белка права, я действительно бестолочь. Сова спокойно сидела на подоконнике и выжидающе смотрела на меня.

- Вы Разумиха? - спросила я.

Птица молчала. Интересно, она меня понимает? Меня осенила догадка: а что если я просто схожу с ума? Ведь сам человек не замечает, как это происходит, просто начинает однажды разговаривать с животными и считает, что это нормально. Сова продолжала терпеливо пялить на меня свои круглые глазищи. Ладно, если я сумасшедшая, то какая теперь разница.

- Волк просил передать: Ракитинский кордон, сегодня в полночь, - выпалила я.

- Спасибо, - коротко ответила Разумиха, взмахнула крыльями и скрылась.

Да как она вообще сюда попадает? Может через чердачное окно? Я надела куртку , вышла в сени и поднялась по приставной лестнице на чердак. Прошла по дощатому настилу. Маленькое круглое окошко было наглухо заколочено. Я осмотрела крышу, вроде целая, без щелей. Хотя, чему я удивляюсь? Психам еще и не такое мерещится. Я уже направилась к лестнице, когда меня остановил слабый, едва уловимый запах. Лаванда! Остановилась, принюхалась, пытаясь понять где источник этого терпкого, с легкой горчинкой, аромата. Мой чуткий нос привел меня к одиноко стоящему в углу бабушкиному сундуку. Я откинула тяжелую крышку, да, запах точно шел отсюда. Порывшись в старых тряпках, моя рука наткнулась на сушеный букетик лаванды, аккуратно завернуты в... газету? Нет, это что-то другое. Я расправила пожелтевшую бумагу руками. Это была карта. Кто положил ее в сундук, замаскировав под упаковку для пучка травы? Волк, сова, бабушка? Вопросов было больше, чем ответов.

Глава 3

Зеркало

Я вернулась в дом, разложила карту на столе, она была величиной с альбомный лист, не больше. На ней были рисунки и надписи, сделанные от руки мелким шрифтом на совершенно незнакомом мне языке. И что с этим делать? Прочитать я все равно ничего не смогу. Может, показать сове или Волку, если он еще зайдет, конечно? Если честно, мне бы хотелось, чтобы он зашел, было в его голубых глазах что-то притягательное. Господи, что я несу? Я положила карту в ящик комода и пошла варить суп. Я со вчерашнего дня не ела ничего горячего. Потом надо будет сходить к дяде Семену, возможно, он тоже видел в лесу что-нибудь необычное. Поставив вариться куриный бульон, я вошла в комнату и окинула ее взглядом, вроде порядок, полы помою завтра. Я убрала давно отыгравшую пластинку в конверт, подкинула дровишек в камин, добавила в суп овощи.

После обеда попыталась собраться с мыслями, но не получалось. Придется проветрить мозги. Я оделась и пошла по тропинке к дому Михалыча. Было пасмурно и как-то темновато для обеденного времени и вообще, лес показался мне неприветливым и хмурым, будто в воздухе витало что-то недоброе. До дома соседа было не больше трехсот метров, но я шла уже минут двадцать и вокруг не было ничего, кроме высоких, покрытых инеем сосен и елей. Может, я иду не по той дороге? Судорожно вспоминаю, были ли другие варианты. Да нет, Михалыч лично расчистил тропинку от своего дома до моего и сбиться с пути я точно не могла. И вообще, я с детства здесь каждый овраг знаю. Хотя, в школьные годы я приезжала к бабуле уже реже, а потом и вовсе один раз за лето. Она встречала меня радостно, с пирогами, всегда веселая, пухленькая, румяная, с живыми и, на удивление, молодыми глазами. Она умерла внезапно, десять лет назад, просто однажды заснула и не проснулась. Потом здесь проводили лето мои родители, а когда не стало и их, я вдруг почувствовала, что меня тянет сюда, как будто здесь мое место силы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.