Зов Эттерны

Глава 1

Книга вторая

Часть третья

Глава 24. Тренировки

Я уворачивалась от летающих то тут, то там заклинаний, одновременно с этим стараясь не свалиться с узкой доски над ямой из нуриков. Всю эту проклятую дорожку с препятствиями специально создали для меня ректор со сладкой парочкой — Лаурицией и Шейраном.

Нурики были ещё совершенно безобидными тварюшками: противными и гадкими, но безобидными. Было дело, свалилась разок и очень долго обижалась на подругу, которая самолично притащила их (Лауриция-таки сдержала своё слово и занялась моей физической подготовкой).

Но когда попалась уже в другую ловушку, поняла, что просто безумно хочу вернуться к нурикам.

(Прим. авт.: Нурик — слизняк болотно-зелёного цвета, достигающий около пятидесяти сантиметров в длину. Обитают в болотах, питаются падалью или силой, присасываясь к её источнику. Одна особь неопасна, но был случай, когда огромная стая высушила до дна архимага. По данным, его случайно закинуло в болото неправильно построенным телепортом и он потерял сознание. Конечно же всё закончилось хорошо. Правда, тот архимаг, после, долго восстанавливался, а вот у нуриков тогда очень повысилась популяция.)

Все ученики разъехались на практику по всему миру или просто по домам на каникулы. Каникулы длились всего декаду, но ректор меня не отпустил, мотивируя тем, что мне нужно догонять практику, чтобы быть равной пятому курсу. Я, конечно, повозмущалась для вида, но домой отправляться не собиралась — по крайней мере, пока так точно. Но ему об этом знать не обязательно.

Часть первокурсников, окончив обучение, отправилась по домам, занимая, тем не менее, уважаемы должности. Малая часть продолжила обучение, но с ними я уже не буду пересекаться, разве что иногда.

Так что я была сейчас в академии единственным учеником — и, как ни странно, первым, кто проходил практику в родном учебном заведении. Услышав это, я закатила огромный скандал, разбив ректору пару ваз в кабинете. Он это стоически выдержал и, хоть и разозлился, менять своё решение наотрез отказался.

Я надеялась, хоть на практику меня куда-нибудь отпустят. Была надежда, что, пребывая на практике, смогу-таки попасть хоть ненадолго домой незамеченной. Но меня просто не выпускали из ВАР! У меня там духи непонятно что творят в доме! Заказы, а вдруг долги? Я же говорила, что приеду через год! Я злилась и уже подумывала сбежать — так бесило то, что я словно в клетке. Но Шейран меня предупредил: стоит мне покинуть стены ВАРа, и меня тут же исключат! Я злилась, но ничего поделать не могла!

Иногда мне казалось, что что-то неуловимо поменялось в этих троих. Даже Лауриция вроде и вела себя как всегда, но что-то нашептывало мне: тут что-то не так! Раньше мы понимали друг друга с полуслова, будто были на одной волне, как говорят. Сейчас абсолютно всё так же, но это понимание исчезло. Я отдалилась, закрылась, чувствуя неопределённую угрозу и пытаясь понять, что же меня так насторожило-то.

Со всеми троими я не говорила, ведь и Лауриция поддерживала ректора, даже не понимая, чего я так расстроена. Я молча исполняла все их извращённые фантазии, преследуя свои цели стать сильней, и абсолютно не отвечала на попытки Лауры заговорить со мной. На что она очень обижалась, злилась, извинялась, но своё решение я не меняла. Так что игнорировала их и дальше. Так и жили до тех пор, пока не начали прибывать ученики.

Занятия у первого курса начинались раньше всех, потом был Бал Распределения и, соответственно, сами занятия. У старших студентов занятия начинались после Бала. На него я отказалась идти наотрез, снова поссорившись с Лаурицией. Она всеми силами пыталась меня вытянуть, я же послала её куда подальше. Она, снова обидевшись, убежала. Приходил Шейран, кричал, что я расстраиваю его бедную жену, и говорил ту же фразу, что и Лауриция: «Это для твоего же блага!» Эта фраза мне уже в печёнках сидит! Скоро сниться будет!

Иногда у меня складывалось впечатление, что они от меня что-то скрывают — вот просто тем самым седалищным нервом чувствовала! Но они после моих прямых вопросов выдавали следующий перл: «Так для тебя будет лучше!» Достали своей чрезмерной заботой, от которой выть хочется!

На первую лекцию уже пятого курса я шла в мантии зелёного цвета со званием роан, что переводилось как «подмастерье», минуя голубую, синюю и белую. На меня не обратили никакого внимания: ещё в прошлом году поняли, что меня лучше не трогать.

После всех лекций я шла на ненавистную мне полосу препятствий, раз за разом пытаясь её пройти. На попытки Лауриции помириться и поговорить со мной я отвечала вежливо, как учителю, что злило её ещё больше, и она снова срывалась. Иногда, если присмотреться к ней, мне казалось, что её сияние померкло, но это понимание быстро ускользало.

— Дарра! Это для твоего же блага! — злилась она.

— Откуда тебе знать, что для меня лучше, Лауриция? Кто ты такая, чтобы влезать в мою жизнь и делать с ней всё, что хочешь? Ты, наверно, не подумала, но за этими стенами у меня тоже есть свой дом, в котором меня ждут, у меня также есть обязательства! А своей чрезмерной опекой, которая у меня уже вот где, вы делаете только хуже! Поступая сюда, я собиралась спокойно, слышишь, спокойно насладиться одним годом и вернуться домой! Что будет дальше? И, судя по твоим глазам, на пятом я тоже долго не задержусь, ведь так? — Она отвернулась, пряча взгляд. — Да что ради всех сил происходит? Чего вы все так боитесь?

— Я не могу тебе сказать… — всё ещё не смотря на меня, ответила она.

— Скажи, почему ректор меня боится? Он следит за каждым моим шагом, ожидая, вдруг наружу вылезет опасная тварь? Почему вы ничего мне не рассказываете? Боитесь, спешите, но молчите! Или ты думаешь, я ничего не заметила?!

— А почему ты не говоришь, как получила свой Айз? Ты ведь тоже что-то скрываешь! Ты всегда уходишь от вопросов, откуда ты и кто ждёт тебя там, за стенами! — уже зло зашипела горгона.

— Чтобы ответить на этот вопрос, я должна тебе безоговорочно доверять. А ты сама доверяешь мне? — Шах и мат обоим. В этом споре нет победителей. Для неё это было как удар по лицу, отчего она, развернувшись, убежала.

Разозлившись и сорвавшись, я разрушила препятствие. Просто представив, что именно эта доска мне угрожает, мой барьер своеобразно отреагировал на мою усталость и злость, стремительно возникнув тем самым выбросом силы и превратив препятствие в труху. Горгона, которая остановилась перед входом в корпус, шокированно замерла.

— Знай, Лауриция: я никому и никогда не позволю решать за себя, я никому не позволю управлять моей жизнью! Я была на грани, я умею ценить жизнь! — На это горгона кивнула в знак того, что услышала меня, и скрылась с глаз.

Вот так и закончились мои физические тренировки.

Это была наша первая серьёзная ссора с ней. Мне было очень грустно, но по-другому я не могла. Я вспомнила Данну: она ни разу не принимала за меня решений. Да, она направляла и иногда давала хороший пинок, заставляя меня шевелиться, но все решения я всегда принимала сама. Она лишь рассказывала и предупреждала, к чему они могут привести.

Если честно, своими тренировками они меня уже достали. Их действительно было слишком много. Мне некуда спешить: Айз не позволит мне умереть до тех пор, пока я сама этого не захочу. Время у меня есть, так зачем же меня так заваливать заданиями, тренировками и внеплановыми пробуждениями ночью, не давая даже отдохнуть?

Эти трое планомерно доводили меня до срыва, на грани которого я сейчас пребывала. Они никак не объясняли, почему так поступают, к чему меня готовят, почему так спешат. Зачем это всё, ведь я изучаю гораздо больше всех остальных?! Мне бы вполне хватило обычной программы обучения! А складывается такое впечатление, будто меня готовят к борьбе с сильным противником или к войне. И сколько бы я ни спрашивала, абсолютно все отговариваются так надоевшей мне фразой: «Это всё для твоего блага!».

Разве они не понимают, что так нельзя! Я ведь обычная девушка, и мне нужен отдых, и не только! Меня несколько раз звали на студенческие посиделки, ведь я просто хочу найти знакомых, друзей, но ректор пресёк все попытки, заняв всё свободное время тренировками. И постепенно меня перестали звать к себе, повесив ярлык сухой зубрилки.

У каждого есть своя точка срыва, и я достигла своей. Смотря в зеркало, я уже видела не симпатичную девушку, а лишь свежевыкопанного зомби! Тем более мантия была весёлого зелёного цвета, что просто идеально подчеркивало землистость кожи.

Я шла не разбирая дороги, наобум. На душе было жутко. Я злилась на горгону, ведь она могла просто рассказать мне всё, объяснить, почему так поступает, и я бы сделала всё, чтобы закончить ВАР в кратчайшие сроки! А так на полосу препятствий я тратила лишь треть сил, создавая видимость, что пытаюсь. Просто назло! Меня злило, когда горгона, сидя рядом, планировала, как я буду учиться и на пятом, и на шестом курсе одновременно! Мне так надоело одной противостоять им троим!

Звёздочка на мои печальные мысли посылала волну спокойствия и тепла. Да если бы не мой Айз, не выдержала бы я и сотой доли тех тренировок! Айз ведь действительно живой и всегда откликается теплом на то или иное действие. Будто так же проживает мои эмоции со мной.

Да если бы не приобретённые способности, что даровал мне Айз — с невероятной скоростью поглощать и запоминать информацию, — сидела бы я сейчас вместе со своими бывшими однокурсниками. Снова пришла волна поддержки от Айза, а вместе с ней — примесь небольшого зова. Звёздочка словно звала куда-то, но за своими переживаниями я почти ничего не замечала. Она незаметно направляла меня, и я послушно шла, так как было всё равно куда. Мне нужно было пройтись и успокоиться. Очнулась лишь тогда, когда идти стало некуда — то есть я забрела в тупик. Как символично!

— Эй! Железка! Давай карту, как отсюда выбраться? — вспомнила я о браслете на своём запястье.

Сначала над браслетом действительно зажглась иллюзия карты замка, и я успела заметить, что нахожусь сейчас где-то под ним. Но, появившись, иллюзия тут же пропала!

— Куда? Верни карту! — но к моим просьбам браслет впервые остался глух. — Сообщение послать сможешь?

Лишь жалко мигнув, браслет затих.

— Ясно, глупая железка! Намекала же я ректору, что этот кусок металла — бесполезная штука! Так нет же: «мобильность, практичность!». Тьфу!

Осмотревшись, я попыталась вернуться по тому коридору, по которому пришла: авось как-нибудь да выйду. Но стоило мне пройти чуть больше десяти метров, как я оказалась в том же тупике, из которого вышла! Но по дороге нигде не было ответвлений! Намотав ещё круг и снова выйдя к знакомому тупику, я поняла, что это ловушка.

Аккуратно активировав свою силу, я вслушалась в окружающее пространство, пытаясь заметить плетение. Но его не было!

Страха, как всегда, не возникло — лишь вспыхнул интерес перед очередной тайной или загадкой. Такие мощные чары вешали на действительно важную вещь! Может, я случайно набрела на скрытый архив, про который однажды проболталась горгона? Было бы чудесно! Слишком уж мало сведений находится в библиотеке об Айзах и телепортах, что меня очень печалило. К тому же железка на руке фиксировала все книги, которые я брала или читала, так что обо всех моих интересах прекрасно знал господин ректор.

А тут такая удача! О своей безопасности я не волновалась: звёздочка до последнего будет защищать своего носителя. Так что я раз за разом всматривалась в пространство, пытаясь уловить хоть малейшее эхо заклинаний магии или силы. Но чем больше проходило времени, тем яснее становилось: их здесь нет. Но что-то же тут есть?

Свернув силу и усевшись посередине коридора, я закрыла глаза и попыталась просто почувствовать окружающее пространство, почувствовать окружающий мир. Сила мягко кружила вокруг, так же исследуя всё, до чего могла дотянуться. Я абсолютно ничего, связанного с магией или ещё какой силой, не почувствовала — кроме лёгкого сквозняка! Да, самого простого, лёгкого дуновения ветерка!

Вглядываясь в течение энергии ветра, перед моим внутренним взором я увидела целую карту! Карту движения воздуха по тоннелям замка! Я увидела, как легко и просто можно было вернуться и подняться на жилые этажи; я даже почувствовала парочку скрытых ходов, по которым гулял затхлый воздух.

Но самое интересное: прямо передо мной не было стены! Там дальше коридор продолжался, уходя вниз. Всё так же с закрытыми глазами, чтобы иллюзия меня не обманывала, я пошла прямо сквозь неё. До жути интересно, чего это я такого нашла!

Тайник

Шла по коридору я уже около часа, жутко устала и подумывала уже возвращаться, тем более становилось прохладнее. Да и привычные кирпичные стены сменил простой камень. Казалось, что этот ход просто вырыли или вырезали в самой скале. Ответвлений и ходов в нём не было, лишь очередной тайный ход иногда проходил рядом. Пару раз открыв глаза, я снова начинала ходить кругами, так что приходилось постоянно «видеть» путь с помощью движения энергий воздуха моим вторым зрением, иначе неизвестное заклинание пыталось вернуть меня обратно.

Но всё когда-нибудь кончается. Закончился и этот ход — огромной пещерой. Посмотрев, я не обнаружила в ней ничего! Просто стены, камни и ход обратно. Да что такое, не может стоять такая сильная защита на простой пещере! И я вновь потянулась к энергии ветра. Вот на пути потока воздуха стоит моя фигурка; энергия ветра делала круг по пещере и возвращалась обратно. Он странным образом огибал центр пещеры, и там «виделась» воронка, как в маленьком невидимом ураганчике.

Я медленно направилась в сам центр, но каждый шаг давался всё труднее, словно я шла сквозь вязкую патоку. Но я видела каждое движение — это не ветер! Магии, силы или ещё чего я не чувствовала, и до меня дошло: я словно «увидела», как сама ткань мироздания останавливала меня! Мир словно коконом окутывал и оберегал что-то в центре пещеры!

И меня осенило! У этого чего-то такой же принцип защиты, как и у меня или любого носителя Айза! Я как проводник полностью амагична и не могу сама защищаться — меня защищает сам мир, ограждая от враждебной магии. Такой вот забавный симбиоз: я помогаю душам появиться в мире, сохраняя его, а сам же мир в ответ оберегает меня. Поэтому убить меня хоть и можно, но очень сложно.

Сама же звёздочка — как маленькая чёрная дыра, которая затягивает в себя души, преобразовывая их, подготавливает их к появлению в мире и пропускает уже очищенные, исцелённые души, помогает встроиться в саму ткань мироздания, давая им шанс на вторую или следующую жизнь. Процесс этот очень сложный и зависит от многих факторов.

За первое моё перерождение душ я поплатилась болью и небольшим количеством перегоревших энергетических каналов, так что некоторое время восстанавливалась. И благодаря сильному магическому источнику в ВАРе моё восстановление прошло очень быстро. И сейчас я увидела источник этой силы. Он был передо мной. Благодаря этой силе, что ураганом сейчас окутывала что-то в центре, я смогла так быстро восстановиться.

Конечно же, если бы процесс перерождения полностью регулировала я, то обошлось бы всё безболезненно и без вреда для здоровья, но получилось как получилось. Ректор, когда услышал, что я сразу же возродила пять душ, очень долго орал на меня, говоря, что я круглая дура и могла погибнуть. Что лучше бы они развеялись, но я была бы в безопасности. Вспомнив те пять серых комочков, я разозлилась. Я была твёрдо уверена, что мироздание не допустило бы моей гибели, я доверяла своей звезде. И когда вспомнила, где именно души возродились и какую надежду подарили нескольким народам, стало противно слушать дальше то, что говорил ректор.

Ответом на его крик было то, что я очень «случайно» выплеснула ему травяной настой в лицо, «споткнувшись» на глазах у других учителей (всего-то двое их было!), и покинула его кабинет, предупредив, что пока он не извинится передо мной, на его занятиях я не появлюсь. Ректор ВАРа как никто другой должен понимать, что такое быть проводником Айза! Тем более моего! Это большая сила, но ещё большая ответственность.

Он извинился тем же вечером на глазах у всей столовой. Он сам прекрасно понимал свою ошибку: видимо, забыл, кем я теперь являюсь. Позже он отыгрывался на мне во время тренировок, но это было вполне ожидаемо. Вот как-то так мы с ним и воевали. Я пакостила по-мелкому, подрывая его авторитет, а он увеличивал количество нагрузок и тренировок.

Как оказалось (а перейдя на пятый курс, я получила доступ к большей информации), Айз действительно существовал не один, пусть их было и не так уж много. Но каждый отвечал за что-то своё. Каждый носитель Айза был проводником той или иной силы в мироздании.

Я ещё не встречала ни одного носителя Айза, на что ректор говорил мне, что они все уже окончили своё обучение и всему своё время. Я хоть и училась со всеми, но в основном изучала общеобразовательные науки. По самой специальности курировал меня, конечно же, ректор, соответственно, и информацией снабжал он. Да и вообще, как иногда намекал ректор, мой Айз считался давно потерянным и единственным в своём роде, а тут объявилась я.

И здесь, в подземелье ВАРа, я нахожу нечто с идентичной защитой, как у меня! Неужели здесь один из Айзов? Или, может, эту защиту создал проводник? Но почему? Почему мир защищает что-то так рьяно? Даже от меня? Ведь я работаю напрямую с тканью мироздания и неразрывно с ним связана... Ну, допустим, только учусь работать, но всё же. Другими словами, я — часть мира, в котором нахожусь. Думаю, вы поймёте моё удивление: как можно защищать часть себя от такой же идентичной части? Что-то мне подсказывает: если бы я не была тем, кем являюсь, то не смогла бы даже попасть в тот тупик, из которого начала свой путь сюда.

Да и мой Айз начал вести себя странно. Очистив сознание от мыслей, я потянулась к звёздочке, пытаясь разобраться, что происходит. Перед внутренним взором показалась звёздочка, которая так кардинально изменила меня и мою жизнь вокруг. Она увеличилась с последнего времени и приобрела множество полутонов всех существующих тёмных оттенков. Присмотревшись, я увидела тоненькую, едва заметную ниточку, которая вела к таинственному центру пещеры. Нить пульсировала, то становясь ярче, то пропадая. Мне это напомнило слабое биение сердца. Айз словно настраивался на некую волну, подстраиваясь под чьё-то биение. И параллельно подталкивал меня двигаться вперёд, в неизвестность. Было ли страшно? Нет, ведь я доверяю Айзу, но было очень волнительно.

Я сделала ещё один шаг, приближаясь к самому эпицентру и носом утыкаясь в колкую стену. Меня словно пронзило небольшим количеством электрических разрядов, и пришлось чуть отпрянуть от неожиданности и распахнуть глаза. Каково же было моё удивление, когда я рассмотрела, что прикасаюсь к огромному кристаллу! Теперь мир не скрывал от меня то, что он охраняет, и потоки силы сместились, показывая-таки, что было в его центре.

Огромный кристалл, в центре которого в страшных муках замерло очень странное и невыносимо прекрасное существо! Судя по всему, это парень. Он не был похож ни на одного представителя из известных мне рас. Кристалл вокруг него казался огнём, который пожирает его тело, и вот в этот страшный миг его словно заморозили. Это было ужасно! Ужасный кристальный цветок, охраняющий своего пленника.

Смотря на это, я испытывала смесь жалости, ужаса и, признаюсь, восхищения от такого невероятного зрелища! Я смотрела на прекрасное мужское лицо, искажённое мукой, которая длится даже сейчас. Огромные полураскрытые иссиня-чёрные крылья, как у птицы. Присмотревшись, я увидела, что то, что я приняла за пёрышки, были чёрные кристаллы, покрывавшие всё его тело. Вместо ног — острые когти и те же кристальные пёрышки. Вытянутые руки держат перед собой белоснежную звезду — такую же, как и у меня! Она словно брат-близнец моей! Длинные волосы цвета воронова крыла, сквозь которые также кое-где проглядывают кристальные пёрышки... Их не было только на мраморном лице. А так они были везде, куда доставал взор.

Он словно что-то кричал — кричал и горел в своём же огне! И в этот миг его словно заморозили! Я боялась смотреть в его глаза, но, посмотрев, увидела, что там нет души! Это прекрасное и в то же время пугающее до жути создание не имело души! Это было самое ужасное. Я так привыкла к ним: к разным, светлым, тёмным, серым, завистливым, злым и добрым, глупым и бессмысленным — да каким угодно! Но они были! В этом создании её не было!

В пустых кристальных глазах с узким чёрным зрачком, прозрачных, как льдинки, не было души — лишь пустота. От этого захотелось заплакать, но я замерла во все глаза, рассматривая волшебное создание. Он был невероятно красив и в то же время ужасен, как самый жуткий страх. Его глаза мне напомнили луну: пустую, одинокую, печальную и далёкую… Как мироздание смогло создать такое совершенство? У него тело было отдалённо похоже на человеческое, но лишь силуэтом: всё покрывали чёрные кристальные пёрышки разных размеров. Руки тоже похожи, но вот ступни — как лапа у птицы или зверя: пять фаланг, покрытых мелкими пёрышками-кристаллами, с острыми матово-чёрными закруглёнными когтями. Такие же когти и на руках. На лице их не было: пёрышки начинались на границе, где росли волосы.

Кто он? Почему мир охраняет его? Почему он закован? Почему испытывает такую муку? Мне отчаянно захотелось успокоить его, стереть с его лица отчаянную боль, обнять и сказать: «Всё хорошо!». Ведь ясно же, что наши Айзы похожи! Сколько же всего скрывает от меня ректор!

И что мне делать дальше?

Глава 25. Правда

Я потеряла счет времени, продолжая во все глаза смотреть на замершего в вечной агонии парня. Отвлек меня возглас ректора:

— Феодарра! Немедленно отойди от него!

«Что это? Я слышу в голосе легендарного ледяного змея страх?» — ректор напряженно замер возле входа в пещеру. В двух шагах от него в панике застыли горгона и инкуб. Казалось, их просто сковывает ужас, а ведь их так испугал заключенный в кристалл носитель еще одного Айза! — дошло до меня.

— Почему? — я стояла совсем рядом с кристальным пламенем и совершенно не испытывала дискомфорта. Мне он был ближе, роднее, что ли, чем они. Смотря сейчас на них, я поняла, что он мне действительно очень дорог! Вернее, не мне, а моей звездочке… Она вела себя очень странно: звала, пульсировала и словно кричала, и этот крик становился песней! Песней для белой звезды, сейчас закованной в кристальном огне.

— Мы тебе все расскажем! Мы все объясним! Только пойдем с нами, Дарра! — дрожащим голосом попросила меня Лауриция.

— Я отсюда не уйду, пока вы мне все не расскажете, — спокойно ответила я, по-птичьи склоняя голову набок и чуть прищурив глаза. — Мне надоело, Лауриция, что вы меня постоянно обманываете. Так что я терпеливо жду, и если тебе действительно дорога наша с тобой дружба, ты мне сейчас все расскажешь. Почему заставила меня перейти на пятый курс, зачем устроила те жуткие тренировки, зачем все это? И самый главный вопрос: кто это? И почему он здесь?

Они переглянулись с ректором, словно спрашивая, можно ли, и тот лишь кивнул, сдаваясь. И начал, думая, что я не замечу, плести заклинание, которое я тут же развеяла и полностью лишила силы, заблокировав ее на энергетическом уровне мироздания. Достаточно было показать Айзу, что это несет мне угрозу, и все получилось. Моя связь с Айзом таки стала на порядок лучше!

Он ошарашенно на меня посмотрел, очень разозлился, но смолчал. Да, всех своих способностей я никому не показывала, и этому фокусу научилась недавно. Стоило только попросить само мироздание перекрыть силу магии полностью кому-то опасному, и мир с радостью помогал, оберегая свои творения. А так как я сейчас ощущала исходившую от них угрозу, это не составило труда.

— Думаю, ты помнишь Легенду Сотворения Мира? — начала издалека Лауриция.

На что я выразительно подняла бровь, несколько высокомерно фыркнув: я была лучшей на своем курсе.

— Так вот, есть небольшая часть, которую скрывают от общества.

Я внимательно посмотрела на нее, предлагая поведать, какую именно, и она, сделав паузу, продолжила:

— Создатель, когда создал наш мир и первые расы, сотворил Айзы, чтобы стабилизировать разнообразные силы магии, творения и само мироздание. Но два Айза были Абсолютами — два разумных, невероятно сильных кристалла, два самых первородных кристалла. Это было два солнца, две живые звезды, белое и черное, что стали залогом существования мира, залогом равновесия важных энергий в мире Эттерны. Без них мир Эттерны не может существовать — Терра и Эттер. Мужское начало и женское. Дальше создал Творец простые Айзы — Проводников или Равновесников, которые следили каждый за течением разнообразной энергии: ветром, звездами, океанами, материками, такими простыми вещами, как лес, звери, горы, реки — да все, в чем была сила Создателя, даже музыка, танец или война. Айзов разнообразное количество, и каждый из них уникален. За самым важным течением энергии в мире, а именно за душами, следила семерка Великих Айзов: два Абсолюта и пять Высших. Лишь они имели власть над самой важной энергией мира Эттерны, они следили, чтобы души находили свое место в нем. На их плечи была возложена самая важная миссия.