Корица, душица, шалфей

– А что мне еще остается делать? Алина уехала, у нее своя жизнь началась, а мне надо и о себе подумать, – отвечала именинница.

– Ну тогда жди, мы устроим тебе парад женихов, – с этими словами подруги многозначительно переглянулись, – можем начинать прямо сейчас.

– Откуда у вас столько женихов-то найдется? – смеялась Полина, накалывая на вилку кусочек рыбы.

– Ты уж не сомневайся, найдутся. Вот, например, и первый экземпляр. – Вера приветственно помахала кому-то рукой за соседним столиком, где сидела компания, видимо, тоже отмечали какой-то праздник. От нее отделился высокий мужчина, он улыбнулся и помахал в ответ.

– Пожалуйста, прошу любить и жаловать – Дмитрий Брянцев, 42 года, в разводе, жена с сыном живут в Москве, он здесь. Работает начальником отдела на ТЭЦ. Спортивный, подтянутый. Как тебе? – все это быстрой скороговоркой прошептала Вера.

Полина взглянула на «жениха». Солидный, симпатичный, улыбчивый.

«Ну что же я такая привередливая? Какой-то он слишком правильный, гладенький-сладенький», – думала Полина и при этом приветливо улыбалась, глядя на пробиравшегося к ней через столики мужчину.

Он подсел к ним, поболтал с Ниной, долгим взглядом потерявшегося бычка посмотрел на Полину, посмеялся собственной дежурной шутке, выпил с подругами бокал и откланялся.

– Ну как тебе? Передать ему твой телефон? – спросила Вера.

– Вы, что ли, заранее договорились? Он тут неслучайно оказался? – полюбопытствовала Полина.

– Ну, конечно, договорились. Мы же взрослые люди, – хохотнула Нина. – Сказали, что есть у нас подруга-красавица, что в этом кафе мы будем сегодня вечером, вот он тут и оказался.

– Я не знаю, ну почему он такой скучный? Пошлость какая-то в кафе знакомиться.

– Так ты дашь телефон?

«Ну что я в самом деле ломаюсь, пусть звонит, не убудет же с меня, поболтаем. Это же не значит, что я с ним жить обязана», – уговаривала себя Полина.

– Ладно, давайте.

Жизнь покатилась дальше. Настал июль, на каникулы приехала Алина. Полина крутилась, как белка в колесе, и про солидного Дмитрия, прости господи, Брянцева даже не думала. Первые пару дней после похода в кафе она, конечно, удивлялась, почему ей никто не звонит, но потом и думать забыла про это. Забот хватало.

И вдруг:

– Полина, привет. Еще помните меня? Я Дима.

– М-м-м, Дима? Здравствуйте.

– Я, собственно, с просьбой, – в трубке звучал бодрый голос. – Тут у меня мама из Краснодара приезжает. Я, признаться, ей не говорил, что после развода одинок, а она у меня такая боевая, весь мозг мне съест. Не могли бы вы притвориться моей подругой на один вечер?

– И как это все будет выглядеть? – раздраженно ответила Полина.

– Просто вы один вечер посидите у меня дома за столом со мной и моей мамой, только и всего.

– Я вас совсем не знаю. А если ваша мама вдруг начнет что-то спрашивать, и я проколюсь?

– Не бойтесь, я прикрою.

«Ну вот что за мужик пошел, а? Ему уже за сорок, а он все маму боится. Пусть сам с ней как-нибудь разбирается», – подумала Полина, а в трубку сказала:

– Дима, я бы и рада помочь, но врать не умею, вы уж кого-нибудь другого попросите. А я вам авантюру только испорчу.

В трубке повисло молчание.

«И меня испугался», – улыбнулась про себя Полина.

– Ну, извините, – выдавил из себя неудачный претендент на руку и сердце.

Полина пошла на кухню, Алина должна была вот-вот вернуться, она отправилась по магазинам с подружкой. По-хозяйски оглядев свои владения, Полина отметила, что готовить ничего не будет: на работе был завал, устала. Если дочь захочет, сама себе что-нибудь придумает. Она набрала воды в чайник и поставила его на плиту.

«И зачем мне этот пресловутый мужик в доме сдался? Сейчас, к примеру, я должна была бы сломя голову сооружать ему ужин, хотя тоже устала после работы. А так – свобода. Хочу – чай попью, хочу – вообще соберусь и гулять пойду в парк, воздухом дышать, погода-то прекрасная. А захочу – Вере позвоню, будем с ней болтать почти час, и никто не будет стоять над душой и ныть: «Где ужин?», «Где мои носки?», «Куда делся пульт от телевизора?», «Почему ты грустная?», «Почему ты веселая?». Полина улыбалась, представляя себе этого мифического мужа в тренировочных штанах.

«И вот ради такого чуда в трениках женщины готовы поступаться своими интересами? Лишь бы кто-то рядом был? Фу! Это не для меня», – рассуждала Полина. Ей нравилось, что дома у нее было девичье царство: минимум еды в холодильнике, блестящая ванна, где на полках красовалось множество пузырьков. Она обожала это место в доме, где все было нежно-голубого цвета, поэтому старалась, чтобы там все было идеально. Например, она покупала шампуни, гели, крема и даже зубную пасту в тюбиках исключительно голубых или синих оттенков. «И придет какой-то слонопотам и разведет тут свои порядки? Ну уж нет!» – рассуждала Полина.

Когда дочка вернулась домой, она застала маму в ванне. Полина наслаждалась после работы теплом и ароматом пены, лежала с закрытыми глазами.

– Как делишки? – заглянула к ней Алина.

– Прекрасно, вот отмокаю. Говорят, так все заботы с себя можно смыть: передать их воде, а потом спустить в слив. Так что очищаюсь я от дневной суеты, – не открывая глаз, произнесла Полина и пошевелила пальцами под пеной, которая качнулась белой хрустящей шапкой над водой.

– Ну не буду тебе мешать. А что у нас на ужин? – крикнула дочка из кухни.

– Что приготовишь, то и будет, – ответила Полина.

– Тогда, может, просто чаю попьем?

– Хорошо, достань душицу, хочется чаю с травами, ну и мед.

Спустя полчаса мама и дочка сидели за столом и медленно пили душистый чай. Балкон был открыт, с улицы доносился приглушенный летний гомон. В доме царило спокойствие и умиротворение, жизнь вошла в свое русло и текла плавно, размеренно. И Полине ничего не хотелось в ней менять. Она чувствовала себя молодой, но опытной и сильной, способной быть счастливой просто так, без странных подпорок в виде «мужчины в доме».

За окном детский звонкий голосок крикнул:

– Я выиграла! Я победила!

«Наверное, и я», – подумала Полина.