Профессор и Душа

Наступило звенящее молчание. Все замерли. Время остановило бег. Сознание отказывалось верить! Неужели так будет? Это же издевательство! Глумление над человеческими чувствами! Это что – коммунизм наступит? Дожили! Не зря жизнь прожили! Пенсия в пятьдесят! Живи сто пятьдесят лет! Гуляй, где хочешь! Лечись в шикарных санаториях! Путешествуй по шарику! Летай на Марс и Луну! Господи-и-и! Да может ли быть такое? Может! У нас новый Президент! Да здравствует наш Президент! Ура-а!

Счастье ошейником перехватило горло и казалось, что никто не дышит. Это состояние длилось тревожно долго. Профессор забеспокоился за соседей.

– Друзья мои, очнитесь! Я вам описал только часть будущего. Все это у нас будет, если мы выполним миссию.

– Опять бардак! Все отдыхают, работают, когда хотят. Центробанк что, забыл выключить печатный станок? – вернулся в реальность Алексей Иванович.

Профессор одарил загадочной улыбкой:

– А денег нет.

– Как нет? – зашептали очумевшие соседи, – Как нет? Что с ними стало?

– Профессор, за базар отвечаете! А где же деньги? – требовал Калганов.

– Их нет. Нет – и все, – сиял Профессор.

– Совсем нет? – недоумевал Иван Кузьмич.

– Совсем-совсем!– твердо сказал Профессор.

– Что, опять дефолт? – взвизгнул Алексей Иванович.

– Я же говорила, гречку надо покупать! – завизжала Софья Федоровна.

– И доллара нет? – Вероника закатила глаза, смертельно побледнела.

Все узнали, в какой валюте она хранит сбережения. Жильцы с ненавистью смотрели на Профессора, виновника исчезновения денег, готовые живьем порвать на куски.

– Доллара тоже нет. Нет никаких денег.

– Он точно издевается! Что за оппортунизм? – негодовал Коля.

– А как же Земля вращается? Как? – обмякшее тело Вероники собиралось прилечь на землю, но ее подхватил Федя.

– Да уж, Профессор, объясните нам, тупым и убогим, как народ без денег жить будем? – Калганов подталкивал Профессора к краю пропасти.

– Опять талоны! Опять очереди! Не хотим такого будущего! Пусть инопланетяне улетают! Не надо нам миссии! –бушевал Алексей Иванович.

– А пенсия? Как без денег?! Как жить? – волновалась Мария Ильинична.

– Это анахронизм. В новом столетии – новая жизнь. Придет эра свободы человека. Нет денег – нет войн! Мир на земле обеспечен. Деньги – зло мира!

Заявление Профессора было подобно взрыву атомной бомбы в черепушке. Жильцы закачались, схватились руками за головы, боялись, что ударной волной мозги вывалятся и их бездыханные тела упадут на землю.

Рушились основы мироздания, существовавшие тысячелетия.

Нет денег! Нет денег! Господи-и-и, что творится?! Доколе можно издеваться над несчастным народом? А как жить? Как определить, кто беден, кто богат, где социальная иерархия, чем показать свое превосходство и как унизить другого?

Жильцов поставили к стенке, под барабанный бой у них билось в голове:

– Не будет денег! Не будет денег!

– Не хочу жить без денег!

– Лучше умереть, чем жить без денег!

Смятение охватило жильцов. Побледнели, требовали сочувствия.

– Кузьмич, Христа ради, разреши выпить! – взмолился Алексей Иванович. – Видит бог, мы стойко держались, но после таких слов свихнемся!

– Спаси нас, Кузьмич! Жизнью будем должны! – уговаривал Коля.

Клика оппозиционеров с надеждой ожидала великодушия Кузьмича. Тот проникся их состоянием, побоялся неадекватных действий, кивнул. В мгновение ока открыли бутылку, с постукиванием горлышка о края граненых стаканов разлита водка и без лишних слов, одним вдохом выпита. Лица покраснели, глаза ожили, дрожь в руках прекратилась. Наступило блаженство.

– Профессор, гноби дальше! Нам уже ничего не страшно, – заявил Федя.

– Только скажите, как же будем жить, – взмолилась Софья Федоровна.

– Прекрасно! Вместо денег будут жетоны. Они будут в жетоноавтоматах. Захотел что-то купить – взял жетон, купил, сдачу положил обратно.

– Твою мать! – ухнул Алексей Иванович. – Чем вам деньги не угодили? Хрустящие бумажки. Зеленные, красные, желтые, синие…

– Это надо додуматься. Пришельцы над нами издеваются. Жетоны – как грязь на улице валяются! – взбесился Калганов.

– Довольно! Я схожу с ума! – воскликнула Софья Фёдоровна.

– Украдут! Все жетоны украдут! – затрясся Федя.

– Ударим матом по жетоноавтоматам! – срифмовал охмелевший Коля.

– Зачем их красть? Жетоноавтоматы будут стоять на каждом углу, – искренне удивился Профессор. – Бери, покупай, что хочешь и сколько хочешь. Все для человека. Моральный уровень и сознание граждан будут высокими, лишнего не возьмут. Не будет денег – исчезнут пороки! Не надо обманывать, красть, давать взятки. Чиновники станут работать честно. Исчезнет преступность: если нет денег, зачем грабить, похищать людей, убивать? Не будет насилия, краж, пьянства, наркомании. Не будет ни богатых, ни бедных. Все будут равны и счастливы. Люди заживут спокойно, без нервов, у кого занять до получки, исчезнут заначки, любовь воцарится в семьях.

– Люди станут жить как при коммунизме! – дал оценку Иван Кузьмич.

– Да за такое будущее жизнь отдам! – восхитился Вася.

Все дали волю фантазиям, окунулись в будущее, накупили много лишнего и ненужного. Но приятные мечты нарушил безумный хохот Алексея Ивановича.

– Не будет такого никогда! Не будет! Профессор – засланный казачок! А пришельцы – мошенники! – Все испугались его отчаянных, безумных глаз.

– Точно! Вербуют нас на вечное рабство! – согласился Калганов.

– Профессор – оппортунист! Бей его! – бросил боевой клич Коля.