Преисподняя «Заря-2»

– Да. Десят. И ищо десят. И ищо, – судя по его произношению, когда-то он был то ли армянином, то ли грузином. Акцент был очень слабым, но все-таки имелся.

– Ну ты, абориген, блин! Слова не уродуй, а то хрен поймешь, что ты там мычишь! Аж слух режет, жесть! – резко повысил голос Костолом. – Можешь же лучше, да?

Дикарь испуганно всхлипнул и утвердительно кивнул.

– Ты не похож на охотника, – заметил я. – Весь худой и тощий. И старый.

– Я не охотника. Нет. Я собиратель.

– Кого собиратель? – не понял наёмник.

– Все собирать. Пол… Прлезны… – Гарк старательно пытался произносить слова правильно. – Полезные вещи. Еда. Оружие.

Судя по всему, за много лет он частично разучился правильно говорить, а многие слова просто позабыл.

– Гарк, помолчи-ка! Я расскажу тебе кое-что, а ты просто слушай. Только слушай, хорошо?

– Корошо.

– Здесь совсем недалеко расположен недостроенный военный комплекс «Лямбда-6». Но много лет назад тут что-то случилось. Пропали все люди. Ты что-нибудь знаешь об этом?

– Да. Гарк знать. То есть, я знать, – заторопился тот. – Мы его строить. Я быть матером.

– Может, мастером?

– Да, мастером.

– И что там произошло? Куда все подевались?

– О! – тот наигранно задумался, правда, лишь на мгновение. – Пришел Котарин. Сказал строить больше не надо.

– Кто такой этот Котарин?

– Человек. Он много говорить. Гарк уже не помнить. Был бут… Бунт. Строить нет. А потом появился зеленый дым. И все.

– Я что-то ни хрена не пойму. Он какую-то бредовую бормотень несет, – пробормотал Костолом, морща лоб. – Он хочет сказать, что пришел какой-то Котарин, приказал остановить строительство? А потом много говорил. Устроил бунт и пустил зеленый дым?

– Да. Всё так. Зеленый дым был. Много умерло. А что живы остались – убежали.

– Но ведь прошло много лет. Ты что, все это время жил здесь? – спросил я, пока не зная, что ответить Костолому.

– Да. Многа. Тхи-дать ле. Не, не так. Тридцать лет.

– И вы не пытались вернуться в комплекс?

– Пытались. Там эти… – Гарк задумался над тем, чему не мог вспомнить названия.

– Мутанты?

– Мутанты да, – согласно закивал головой тот. – Очень много. Из клетак.

– Из каких ещё клеток? Что ты несешь? – возмутился Костолом.

– Я ничего не несу. Мутанты в клетаках.

– Знаешь что… – обратился я к Костолому. – Думаю, что этот Котарин, кем бы он ни был, и вправду остановил строительство. Затем разогнал рабочих, предварительно потравив их газом. Те, кто выжили, разбежались. Хм, клетки? Ну… А после, попытавшись вернуться, они наткнулись на орды мутантов. Тех самых, что доставили из «Гаммы-3». Только одного не пойму – как этот Котарин мог настолько запудрить мозги людям? Думаю, что здесь тоже не обошлось без генератора психотропного излучения.

– Это более-менее логично, – согласился тот.

– Гарк, а этот Котарин сейчас жив? – осторожно поинтересовался я.

– Я не знать. Давно никто не ходить туда, – тот понуро покачал головой. – Там плохо. И мутанты много.

Я некоторое время переваривал полученную информацию. Конечно, это могли быть и фантазии дикаря, но мне почему-то так не казалось.

– Ты сказал, тебя зовут Гарк? – поинтересовался Костолом, слегка усмехнувшись. – А может, Гарик?

– Да, да точно. Гарик меня звать, – неожиданно обрадовался наш гость, шустро подскочив с места.

Вася предостерегающе зашипел и бросился на Гарика, мгновенно сбив его с ног.

Тот снова взвыл от страха и неожиданно споткнувшись, забился куда-то между ящиков.

– Гарик, давай-ка без резких движений? Мы тебе не настолько доверяем, тем более что ты хотел меня съесть!

– Хорошо, – раздался голос из-за ящиков. – Гарик слепой. Гарик не будет жрать.

Я краем рта улыбнулся, а Костолом с некоторым презрением ухмыльнулся.

Гарик же, некоторое время поскулив, все-таки выбрался наружу и неловко подполз поближе.

И только сейчас я разглядел, что он действительно был очень старый. На вид ему можно было дать лет семьдесят. Правая нога Гарика была покрыта глубокими шрамами, а почти все пальцы на той же ноге отсутствовали. На руках и теле также присутствовали шрамы и недавно зажившие раны.

Гарик, словно почувствовал мой взгляд, тяжко вздохнул.

– Это мутанты ели. Мы их, а они нас.

– Вы сражались с крысами?

– Не только с крысами. Охотились. Тут нечего было жра-ать.

– Хм, ну логично. Если где-то здесь и были продовольственные склады, их давно опустошили. Чем-то же им нужно было питаться… Да и шкуры, смотрю, весьма пригодились, – задумавшись, произнёс Костолом. – Но как вы без света не ослепли?

– Гарик почти ослеп, – снова вздохнул тот. – Уже давно ничего не вижу.

– А другие?

– Они нет. Им повезло. А свет был только у Котарина.

– С ними можно как-то поговорить?

Гарик сделал вид, что думает, но практически сразу отрицательно замахал головой.

– Нет. Говорить не станут. Жрать – да.

– Ну, понятно. А за последнее время ещё людей вы видели? – спросил я, надеясь хоть что-то узнать о судьбе своих друзей.

– Да. Недавно. Их есть.

– Что? Вы их сожрали, что ли? – вскричал я, едва услышав признание дикаря.

– Сожрать, да. Вкусно.

Мне жутко захотелось двинуть ему прямо в челюсть, да так, чтобы непременно вылетели зубы.

– Что ты сказал? А ну-ка, повтори? Сожрали людей? Моих друзей? – я вскочил с места и, ухватив за грубый ворот шкуры, подтащил Гарика к себе. – Точно?

Гарик испуганно всхлипнул и закивал головой.

– Твари! – я все-таки не сдержался и от души двинул кулаком в нос жалкого старого дикаря.

Раздался хруст. Брызнула кровь. Гарик в ужасе вскрикнул, замахал костлявыми руками и, кое-как вырвавшись, лихо рванул в противоположную выходу сторону.

Будучи слепым и не видя дороги, он, угодив прямо в стену, рухнул, словно мешок с картошкой. Заголосил еще сильнее, снова вскочил и, прихрамывая, рванул в другом направлении. Но не пробежал и трех метров – вовремя вмешался бдительный Вася. Запрыгнув на него сверху, он своей массой повалил обезумевшего от страха дикаря на пол.

Гарик нелепо взмахнул руками, бешено задергался и вдруг с размаху треснулся виском об торчавший из стены острый обломок бетона. Раздался противный, хотя и едва слышный хруст. Дикарь мгновенно заткнулся, как-то обмяк, перестал двигаться, да так и остался лежать на грязном полу, не подавая признаков жизни.

– Сам жалкий и подох так же, – спустя несколько секунд выдал свое заключение нахмурившийся Костолом. – Ну да ладно… Лучше уж так, чем от голода. Что с него взять? Наверное, и прогнали его за то, что толку никакого не было от старика.

– Может, ещё жив? – не узнав собственного голоса, пробормотал я, стараясь взять себя в руки. Увиденное меня несколько обескуражило. Да и то, что тот успел ляпнуть перед кончиной – тоже не давало покоя.

– Может, но проверять не хочу, – бывший наёмник бесцеремонно сплюнул на пол.

Некоторое время я молчал, а Костолом, словно бы ничего не произошло, решил соорудить ещё один факел.

– Это что же получается… – пробормотал я, спустя пару минут. – Катю и Андрея сожрали, словно баранов?

– Не знаю, Макс. Не знаю, – гигант покачал головой. – Но ты его слышал. Люди здесь в последнее время не появлялись, кроме нас. Если они их нашли на месте крушения дрезины, то совершенно очевидно, что утащили с собой для того, чтобы тупо съесть. Они тут голодают и потому не гнушаются употреблять человечину.

– Суки! Долбанные сраные людоеды, – выругался я, с размаху пнув ногой стоящий рядом деревянный ящик. – Твари! Как можно жрать людей? Как?

– Так же, как и свинину. Хотя не знаю, не пробовал.

Я пропустил слова напарника мимо ушей.

Усевшись на ящик и обхватив голову руками, я принялся качаться туда-сюда, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями. На душе было так паршиво, так хреново, что я даже слова нужного подобрать не могу. Я никак не мог поверить тому, что моих друзей больше нет. Просто нет. Были и нелепо погибли, ползая по этим гнилым, насквозь провонявшим смертью туннелям и коридорам. Сначала Дмитрий – ужасная, полная мучений смерть. Потом Андрей и Катя – всего лишь пища для обезумевших дикарей, когда-то бывших людьми. А Шевченко? А Скат? А все те, кто погиб раньше? Сколько же ещё жизней заберет это проклятое богом место?

– Я не верю. Я просто не верю. Что происходит, а? Костолом! Костолом, что, блять, происходит? Скажи, все это неправда, так? Это все нереально, да?

Бывший наёмник повернул ко мне свое невозмутимое, покрытое густой щетиной лицо и тяжело вздохнул.

– Макс, я тебя понимаю. Но не имею права тебя обманывать. Все это правда. Люди погибают. Как видишь, я остался один. А теперь и ты.

– А-а-а! – не сдержавшись, дико заорал я и с силой начал молотить кулаком по ящику. – Нет! Не-е-ет! Заберите меня отсюда, заберите! А-а!

Он не стал меня останавливать. Мне нужно было как-то вылить все то дерьмо, что накопилось в голове за все эти бесконечные дни. А его было очень много. И как я только терпел, как не сломался раньше? Много раз было так, что ещё чуть-чуть, и все… Но это чуть-чуть все никак не наступало – разум поразительным образом справлялся с дикой психологической перегрузкой снова и снова. Но всему есть предел.

Не знаю, сколько прошло времени. Я даже не помню, чем закончились мои попытки выплеснуть гнев и эмоции… Помню только, что в какой-то момент сильная рука ухватила меня за плечо и ощутимо сжав, развернула на пол-оборота.

– Макс? – нахмурившийся Костолом заглянул мне в глаза.

Я промолчал, глядя ему в глаза, но при этом не различая перед собой абсолютно ничего.

– Макс? Слышишь меня?

– Да, – тихо ответил я.

– Хорошо. Значит, справился. Молодец, – Костолом сделал осторожную попытку поддержать меня. – А сейчас нужно уносить отсюда ноги. Твои крики и вопли этого дикаря Гарика наверняка кто-то да услышал. Идем?

– Идем.

Я чисто на рефлексах поднялся с того же ящика, на котором сидел, хотел подобрать карабин, но не нашёл его. А спустя несколько секунд заметил, что мой трофейный КС-23 был за спиной у бывшего наёмника.

– Костолом… Карабин…

– Макс, не обессудь, но ты сейчас не в том состоянии, чтобы доверять тебе единственный ствол, да еще и с тремя оставшимися патронами. Пусть побудет у меня, ок?

Я молча кивнул, повернулся и зашагал к пролому в стене.

– Да и стреляю я, не в пример лучше, – добавил великан.

Я ничего не ответил. Он был прав. А может, и нет. Мне не хотелось выяснять, что и как делать в этой ситуации… Разум словно опустел. Это ощущение можно сравнить с пластиковой бутылкой, из которой вдруг вылили всю воду, и она стала очень легкой.

Вот только мне было нелегко. Мне было – никак.

Если бы сейчас, откуда ни возьмись, появился психолог, он бы за голову схватился, оценив мое состояние.

– Макс, куда ты? – спросил Костолом, увидев, что я уже выбрался через пролом и решительно двинулся налево, к выходу в главный туннель.

– Не знаю. Подальше отсюда, – бросил я, даже не став оборачиваться.

Ну сожрет меня какая-нибудь тварь, да и по хрен. Не нужно будет говорить родителям моих погибших друзей, что их дети погибли хрен пойми где, ползая по туннелям забытого военного объекта времен Советского Союза.

– Стой! – крикнул он. – Стой, кому говорю!

Я все-таки остановился и нехотя обернулся.

– Чего?

– Так нельзя. Понимаешь? – он подошёл ближе.

– Нет. Не хочу ничего понимать.

– Я вижу. Для тебя сейчас и своя-то жизнь ничего не стоит. Но подумай вот о чем! Твои друзья здесь… И тела или их останки тоже здесь.

– И что?

– А то… Выбравшись отсюда, можно будет сообщить куда нужно. Сюда спустятся нужные люди, спасатели. Их останки поднимут на поверхность.

– Ну и?

– Их можно будет похоронить. Хотя бы похоронить. Но по-человечески! – Костолом подошёл почти вплотную, пристально посмотрел мне в глаза и добавил: – И сделать это сможешь только ты!

Сказанное наёмником разом отрезвило меня и собрало мозги в кучу. Как бы ни было мне хреново, но он прав. Если я сейчас сдамся, перестану бороться за свою жизнь и просто дам себя растерзать на части, кто узнает о том, что четверо молодых экстремалов через заброшенный ракетный комплекс Министерства обороны СССР спустились в туннели Метро-2, да там и погибли. Все до последнего. Правильно, никто.

– Ага! Вижу, подействовало, – облегченно заметил Костолом. – Значит, еще повоюем! Без тебя даже мне одному не справиться.

Я глубоко вздохнул, выдохнул.

– Что будем делать?

– Ты решай! Нужно ли нам вообще идти в эту «Лямбду» и выяснять, кто такой этот Котарин?

Я на мгновение задумался. Нащупал пальцами в кармане ту самую ампулу, выданную мне профессором Серовым. Осмотрел её, вытащил резиновую заглушку. А затем решительно вылил содержимое себе в рот.

– Что это?

– Вакцина. Недоделанная вакцина. Серов говорил, что она не закончена. Но, может, ещё поможет?

– Значит, мы не идем в «Лямбду-6»?

– На хрен! Нечего там делать. Кто бы ни был этот Котарин, пусть подыхает в своем недостроенном комплексе. Вместе со своими мутантами.

– Решительное заявление, – хмыкнул гигант.

– Ищем выход на поверхность! Он наверняка должен быть где-то недалеко.

– Если эти строители не воспользовались им, значит, на то были причины. Как думаешь, почему?

– Ну, не знаю. Он как-то перекрыт или кем-то охраняется!

– Не исключено.

Я на мгновение задумался.

– Знаешь что, когда я проходил мимо строительной площадки, у входа в комплекс я видел отводной туннель. Там как раз стоял железнодорожный состав, груженный строительными материалами. Откуда-то их привезли, так?

– Ну да. Предлагаешь наведаться в тот туннель и выяснить, откуда он идет?

– Ничего лучше я пока не придумал.

– Годиться и такой вариант! – слегка улыбнулся бывший наёмник. – Ладно, двинули. А кстати, Вася… Пойдешь с нами?

Мутант не шелохнулся, сидя в проломе и едва заметно принюхиваясь.

Костолом посмотрел на меня с недоумением.

– Макс, ты ведь пришёл с ним. Как у тебя получилось найти с ним общий язык? Завалялись в кармане барбариски?

– Нет, – ответил я, внимательно глядя на Васю. – Просто мы установили ментальный контакт.

– Да ладно! – не поверил наёмник.

– Смотри! – я подошёл к мутанту, осторожно сел рядом и посмотрел ему в глаза. – Вася, мы ищем выход. Ты поможешь нам?

Тот что-то прорычал, но не тронулся с места.

– Вася, помоги нам. Если все получится, ты получишь много барбарисок.

А вот это, казалось бы, глупое и наивное предложение возымело неожиданный эффект.

Вася довольно ухнул, заглянул мне в глаза и послал размытый мыслеобраз.

Я увидел темный туннель, какой-то закуток. Длинный бетонный коридор с проломленным потолком.

Я быстро сообразил, что мутант знает нужную дорогу. Но откуда?

Он еще раз ухнул, резко сорвался с места и рысью поскакал вперёд по коридору.

– Охренеть, не встать! – изумленно пробормотал Костолом. – Я всякое видел, но чтобы такое…

Я же, подхватив арматуру, ранее принадлежавшую Гарику, бросился следом за мутантом. Гигант еще с пару секунд подавлял свое удивление, а затем рванул следом за нами.

До выхода из коридора добрались довольно быстро. По пути никого не попалось, что не могло не радовать. Встреч с новыми дикарями, да и ни с какой другой живностью, никто из нас не желал.

Вася быстро проскочил выход из туннеля, запрыгнул на бетонный блок и замер. Одного взгляда хватило – разумный мутант прислушивается, оценивая окружающую обстановку.

У входа новых следов не обнаружилось – значит, покойный Гарик пришел иным путем, а здесь никто, кроме нас, не проходил. Это тоже было хорошо. Заявление погибшего дикаря о том, что ему подобных в этих туннелях много, меня совсем не обрадовало.

– Ну, Вася! Куда дальше? – тяжело дыша, спросил я.

Тот ухнул и быстро засеменил в сторону контрольно-пропускного пункта, туда, где ещё лежали трупы дикарей и высохшие останки товарища Картавина.

Минут через десять мы миновали КПП – здесь все осталось по-прежнему. Только крысы уже успели обглодать одно из тел.

– Макс, где мы сейчас? – поинтересовался Костолом, пытаясь осветить окружающее пространство.

– Где-то недалеко от «Лямбды». Кажется, вход там! А туннель с составом должен быть там… – я указал рукой.

– Вася?

Но мутант вдруг целеустремленно бросился в противоположную сторону, туда, где штабелями стояли строительные материалы.

– Вася, куда ты, мутантский сын! – выругался ему вдогонку порядком запыхавшийся наёмник. – Да стой же ты, зараза лысая!

Но упомянутая зараза, как и мутантский сын, его даже слушать не стали. Вася упорно скакал вперед, старательно оббегая лежащие тут и там штабеля строительных материалов, плитки и запакованных инструментов.

Один проход, другой, третий.

Я уже со счета сбился, стараясь поспевать за шустрым разумным мутантом. И кое-как мне это удавалось. Великан тоже поспевал, но лишь потому, что избавился от своей трофейной секиры – она хоть и была не особо тяжелой, но тащить её с собой во время такого скоростного марш-броска было нелегко даже для него.

В конце концов, Вася все же остановился. Мы оказались в длинном, довольно широком коридоре, но с очень низким потолком – бывшему наёмнику даже пришлось присесть.

Ничего особенного в коридоре не оказалось. Лишь в нескольких метрах впереди я кое-как разглядел рухнувший потолок и что-то странное, похожее на грубые, сильно деформированные металлические детали.

Неторопливо подойдя ближе, я более тщательно осмотрел увиденное. Детали были похожи на сломанную раму дрезины. А выше, в проломе, я увидел застрявшее шасси.

– Что это, Макс? – спросил Костолом.

– Похоже на дрезину. Кажется, она откуда-то упала, проломив потолок. Хм, странно.

Я, аккуратно цепляясь за обломки, с трудом пролез через разлом и увидел, что повсюду лежали целые горы ржавого стального хлама. Достав найденный ранее фонарь, я быстро включил его и принялся осматривать окружающее пространство.

Вдруг, мне на глаза попалось что-то знакомое.

– Кажется, что-то вижу! – прокряхтел я, стараясь дотянуться до находки.

– Что именно?

– Сейчас!

Сдвинув в стороны пару небольших обломков металла, я аккуратно подтащил к себе то, что вызвало у меня вздох облегчения.

– Рюкзак? – удивился Костолом, увидев трофей. – Интересно, чей?

– Сейчас посмотрим. Не знаю почему, но он мне что-то очень сильно напоминает, – сказал я, аккуратно расстегивая молнию.

То, что первым попалось под руку – буквально ошеломило меня. Это был вэйп. Вэйп моего друга.

– Это наш рюкзак, наш! – обрадованно заявил я. – Точнее, Андрея.

– И откуда он здесь? – ничего не понимая, спросил великан.

Около четверти минуты я соображал – как так получилось, а затем улыбнулся.

– Из дрезины. Из упавшей сверху дрезины, – облегченно произнёс я, мысленно благодаря всех известных мне богов. – Это та самая дрезина, которая сорвалась с метромоста вместе с его рюкзаком еще в самом начале нашего путешествия по «Астре-1».

– Метромост? Тот, что рухнул на наших глазах, едва мы спустились? – переспросил Костолом. – Вот так совпадение!

– Ага… И мне почему-то кажется, что где-то здесь есть выход. Думаю, что прямо отсюда мы сможем подняться в «Астру», а оттуда и в ракетный комплекс, – заявил я, уверенный в том, что именно так все и обстоит.