Книга 2. ШОТЛАНДСКИЕ ВЕТРА. Сказы севера Шотландии

Маленький фавн, или Пещера Оссиана

Долина Гленко[20][1] – одно из самых пленительных и в то же время наиболее суровых мест Горной Шотландии. Горные лики и даже валуны напоминают здесь лица великанов, превращенных в камни разгневанными богами. И, конечно же, с ней связаны бередящие душу старинные предания…

Одно из них, в моем вольном пересказе, о сказочной любви легендарного охотника и лани, родившей в горной пещере будущего героя шотландского фольклора – поэта Оссиана[21][1]. Когда низкие рваные облака покрывают горные вершины, разглядеть пещеру почти невозможно – дано это лишь любящим сердцам…

В стародавние времена, когда здешние места заселяли божества и великаны, явился на охоту в Гленко великий воин Финн МакКул[22][1] со своими верными псами Браном и Скеолангом.

Долго ли коротко бродили они по горной долине в поисках добычи, как вдруг из-за скалы появилась необычайной красоты лань. Псы инстинктивно помчались к ней, но не добежав каких-нибудь десяти шагов, остановились как вкопанные.

– Ату ее, Бран! Ату, Скеоланг! – в охотничьем запале прокричал Финн и пришпорил коня, но собаки не двинулись с места.

Изумленный поведением псов Финн подскакал ближе и чуть не выпал из седла – лань заговорила человеческим голосом:

– Меня зовут Садб. Я – богиня красоты и кротости, но злая богиня войны и раздора Морриган[23][1] в слепой ярости обратила меня в горную лань. Лишь любовь человека способна вернуть мне женское обличие.

Финн был потрясен ее словами, спешился и подошел к лани вплотную. Та источала божественное благоухание, и охотник невольно обвил руками ее грациозную шею. Вдруг все поплыло перед глазами, и Финн погрузился в неземное блаженство. А когда открыл глаза, то увидел перед собой девушку неземной красоты и… влюбился в нее без памяти.

И все шло чудесно, но тут нексати вернулась после второй битвы при Маг Туиред злая богиня Морриган. Видеть любящую пару было выше ее сил! Метнула она в Садб свой огненный меч, произнесла заклятие, и та вновь превратилась в лань. Чтобы не мучиться самой и не видеть страдания Финна, умчалась беременная Садб высоко к горы и через какое-то время родила в пещере человеческого детеныша.

Финн потерял след возлюбленной, и, чтобы забыться, отважно сражался с врагами, моля богов послать ему смерть в бою. Но у тех были свои планы… Не в силах совладать с тоской, Финн вновь вернулся в долину Гленко. Понуро ехал он вдоль горной реки, как вдруг псы завыли, смотря куда-то вверх. Финн поднял голову и увидел, что из узкого проема пещеры на вершине горы Анах-Дю на него смотрят два огромных глаза. Мощный неведомый зов заставил Финна броситься туда, что есть мочи. Когда он ворвался в пещеру, то увидел играющего ребенка… Финн сразу же понял, что это его сын – тот был как две капли воды похож на свою мать…

Отец дал сыну имя Оссиан, что значит «маленький Фавн». В образе Фавна древние римляне почитали доброго духа пещер и гор, лугов и стад. Мальчик и впрямь скакал по горам не хуже горного оленя и обладал божественным совершенством.

Оссиан подрос и стал не только прославленным кельтским воином, но и легендарным шотландским бардом. Его песни и баллады передавались гэльскими сказителями из уст в уста из поколения в поколение, покуда шотландский поэт Джеймс Макферсон не издал книгу «Поэмы Оссиана»[24][1]. Поэмы имели невероятный успех в британском обществе и оказали большое влияние, в том числе, и на российскую литературу конца 18–19 веков. Вот как оно бывает в жизни…

Один из отзывов в «Избе-Читальне»: Инга Косенкова «Марина, когда я увидела название легенды, то не поверила глазам своим. Меня как током прошибло! Это словно знак свыше. Вспомнила, когда мы с мужем только начали встречаться осенью 2006, то пошли в кино на премьеру «Лабиринт Фавна». И когда я посмотрела ваше видео с пещерой, у меня прямо мурашки по телу побежали – будто я знаю это место, хотя никогда в Шотландии не была. Это что-то невероятное!..»

Святой Коламба и лохнесский монстр

Легенда эта о святом Коламбе[25][1] и лохнесском монстре, пожалуй,

Самая известная из всех. Она в седьмом столетии в летописи[26][1]

Старца Адомна́на появилась, хотя случилось всё гораздо раньше…

Туманная заря с едва виднеющимся солнцем накинула покров

Мистический на озеро… Сама природа понять давала, что нужно

Ожидать чего-то необычного холодным этим утром…И тут как тут

Святой Коламба появился в сопровождении монахов у Лох-Несса,

В том самом месте, где горная широкая река[27][1] брала свое начало…

Но даже сквозь туман заметили монахи процессию на берегу —

Кого-то, причитая, хоронили пикты[28][1]. Их плач и стоны отчетливо

Прибрежным ветром разносились по округе, а озеро вдруг стало

Волноваться. Тогда Коламба послал монаха узнать, что за трагедия

Случилась, и заодно пригнать им плот для переправы. Когда гонец

Доплыл до середины, случилось нечто жуткое! Вода вдруг закипела,

Из глубины гигантская рептилия взметнула голову на длинной шее

И взгляд голодный устремила на пловца… Тут запричитали пикты

Еще громче и упали на колени, земли касаясь лбами, чтобы не видеть,

Как змей монаха растерзает. Совсем недавно подобное с их родичем

Случилось, которого они сейчас земле предать хотели, но не успели…

– Нисаг[29][1], Нисаг! – взывали пикты к монстру, в экстазе разбивая лбы.

Однако чудище уже раскрыло пасть и приготовилось схватить

Застывшего от ужаса монаха… Один лишь человек не растерялся!

То был святой Коламба, который посох свой поднял и, не мигая,

В глаза рептилии вонзил свой взгляд, подобно лезвию кинжала.

Затем он монстра осенил знамением крестным и громко произнес:

– Изыди прочь, чудовище! Бессильно ты перед посланцем божьим!

И снова дважды перекрестил застывшего от изумления монстра…

Тут случилось чудо! Еще раз ледяным всех смерив взглядом,

Зубами напоследок щелкнул монстр и в воды темные ушел

Не солоно хлебавши аж на 14 столетий, так и не съев монаха,

От ужаса едва живого. Всё это созерцали пикты, стоя на коленях,

С надеждой к святому простирали руки, приняв его за божество!

Ну, а Коламба использовал такой удобный случай, чтоб убедить

Язычников поверить в христианство и слово божие. Помог ему

Лохнесский монстр исполнить миссию, с которой он явился

В Пиктландию, неся язычникам Христа учение и святое слово…

Постепенно пикты освоили молитвы и письменностью овладели,

Которую монахи навеки подарили им в придачу к христианству

Безвозмездно… Принес святой Коламба в далекий горный край

Надежду, хоть до него сюда другие кельтские святые приходили,

Но без особого успеха. Ведь горцы, как известно, народ упрямый

И новое воспринимают с неохотой. Зато они чрезмерно суеверны

Ведь даже в наши дни немало горцев верит в монстра Несси…

Один из отзывов в «Избе-Читальне»: Симона Ройт «Вот ведь что крест животворящий делает! И тварь укротил, и язычников в христианство обратил… Надо бы поизучать историю Шотландии – сколько всего интересного скрывается в таких преданиях…»

Святой Кумейн и лохнесский Келпи

Святой Куммейн[30][1] в конце седьмого века аббатом был

В монастыре Айоны, заветам следуя святого Колум Килле[31][1]…

Однако до того, как стать аббатом на острове Айона,

Куммейн прославился деяниями своими на Лох-Нессе,

Построив церковь и расчистив поле под посевы

Среди безжизненной долины горной, каменистой…

Сначала дикие олени помогали старцу-чудотворцу,

И там же появился монстр Лох-Несса, лохнесский Келпи[32][1].

Злой дух воды вдруг неожиданно решил помочь Куммейну —

Бывает в жизни и такое, хоть и случается довольно редко…

А дело было так: пришел Куммейн на южный край Лох-Несса,

Чтобы построить церковь и молиться о душе бессмертной.

И много иноков его сопровождало, разделяя все невзгоды…

Но тут вдруг выпало им испытание не под силу: святой решил

Расчистить поле под посевы, чтобы еда была бесперебойно…

Однако столь тверда и камениста оказалась почва в долине

Той бесплодной, что монахи, взмолившись, дружно отказались:

– Прости нас, старец, но работа эта непосильна для нас, да и

Вряд ли для кого-либо другого. Позволь нам вместо этого молиться!

Куммейн не стал их заставлять и молча удалился в свою келью…

Что делал там святой, никто не знает, но только случилось чудо:

Оленей благородных стадо спустилось с ближних гор на помощь.

Без устали они трудились днем и ночью, покуда силы не иссякли.

Тогда им старец низко поклонился и отпустил все стадо восвояси.

Что ж делать дальше? Много глыб огромных на поле том осталось.

Монахам стыдно стало, что олени, по сути их работу выполняли…

И вот как только полночь наступила, решили они выйти в поле,

Чтобы порадовать к утру святого старца своей усердною работой.

Но плуг исчез бесследно с того места, где его оставили олени…

Монахи удивились и пошли по следу четкому, глазам своим не веря,

Смотря на поле, где не осталось ни единой глыбы или камня,

И вспахана земля была прилежно. Вот подошли они к Лох-Нессу.

У самой водной кромки огромный конь работал, впряженный в плуг.

Вдруг он развернулся и злобным глазом зыркнул на пришельцев…

От ужаса монахи закричали, и тут один из них воскликнул громко:

– Это келпи! Коли в глаза ему посмотришь, немедленно окаменеешь!

Монахи в ужасе глаза закрыли и бросились бежать что было силы,

Один лишь инок посмотрел на келпи и тут же превратился в изваяние!

Ну а келпи, доделав то, что начал, спокойно выпрягся из плуга, схватил

Монаха цепкими зубами и, ухмыляясь, утащил вглубь озера на завтрак…

А монастырь святого старца стал с той поры известен повсеместно,

Вокруг него возникло поселение, которое назвали именем Куммейна.

Произносили его кельты «Киливи́мин», и имя это было неизменно

Не меньше десяти столетий, покуда не возникла крепость Форт-Ага́стас.[33][1]

Тот форт, построенный для устрашения горцев, сейчас уже разрушен,

Да и Куммейна святого люди тоже позабыли в заботах мелочных и суете…

Лишь память сохранилась о страшном монстре, том лохнесском келпи,

Что будоражит воображение и сегодня. Придумали, что это динозавр,

Да видно, позабыли, что водяные духи келпи превращаются в кого угодно!

Туристов миллионы съезжаются к Лох-Нессу, чтобы увидеть Несси —

Так назвали монстра. Но тщетно! Не желает келпи никому являться…

И монастырь стоит уж без монахов – туда на отдых приезжают богатеи[34][1]…

Пора б уж нам к истокам возвратиться, пока Земля вконец не осерчала!

Один из отзывов в «Избе-Читальне»: Марина Корнеева «Спасибо за эту чудесную интерпретацию старинной легенды. Я ее знала, но эта поэтическая версия в несколько десятков строк имеет такую достоверность и атмосферность, что развернувшаяся в воображении картина потрясает… Может быть, от того, что берега Лох-Несса мне известны, и я сразу погрузила действие в знакомый ландшафт: представила развалины церквей с покосившимися надгробиями и хорошо сохранившиеся старинные храмы в этих местах, гигантские сосны и вересковые пустоши, крутые спуски, заросшие утесником… Горы, лес, непредсказуемое Лох-Несс и… Келпи-Нэсси! Яркая захватывающая картина!»

Лорд Минимус, или Сэр-лилипут

Родившийся в большой семье английский мальчик не мог

Даже во сне себе представить, какие приключения жизнь

Ему готовит! Но для начала понял, что ростом он в три раза

Меньше, чем в семье другие дети… И даже в 30 лет он был

Как новорожденный младенец – всего лишь 48 сантиметров!

Отец его служил у Бекингема[35][1], являясь главным по травле

Быков английскими бульдогами, собак специально тренируя…

Об этом герцоге, затейнике и ловеласе, мы помним по роману

Дюма «Три мушкетера».[36][1] Но не всем известно, что титул свой

Он получил в постели, являясь фаворитом двух королей

Британских: Якова и, следом, его сына Карла[37][1]. Был герцог тот

На выдумки горазд, богатое воображение имея, как, впрочем,

И его жена Екатерина[38][1]. По сути он и государством ловко правил…

Но мой рассказ сейчас о знаменитом лилипуте. Он, как и герцог,

Выпрыгнул из «грязи в князи»… Хоть нравом Джеффри Хадсон[39][1]

Отличался весьма крутым, чуть не с рождения наблюдая травлю

Быков… Однако выглядел малютка-лилипут почти как ангел…

Был он в отличие от карликов других прекрасно сложен и красив.

И вот, его приметив, герцог с герцогиней сочинили новую затею…

Однажды, на одном из лондонских приемов, в разгар банкета

Торжественно внесли огромный торт, поставив его в центр стола

Пред Карлом I и королевой Генриеттой. Когда ж нож занесли —

Разрезать торт, внезапно голова, что украшала верх, заговорила!

Все ахнули, а королева захлопала в ладоши. На тот момент был

Джеффри всего семи годков от рода, но герцог лично обучил его

Манерам светским и речам учтивым, в чем преуспел бесспорно…

Не мудрено, что королева пожелала видеть лилипута ежедневно!

Итак, в 1626 году переезжает карлик в Лондон, в Денмарк-хаус,

Где королева содержала аналог французского двора, конечно,

С католическим уклоном… И Хадсон был жемчужиной среди

Других диковин: гиганта из Уэльса, двух карликов-уродов и

Обезьянки по кличке Мопс. Однако Джеффри выделялся умом,

Манерами и внешностью – ну, просто принц в миниатюре…

Недаром ван Дейк изобразил его и королеву рядом на портрете.[40][1]

И посвящение в рыцари ждать долго не заставило красавца, стал

Он по всей стране известен под именем Лорд Минимус – так захотела

Королева, к которой Джеффри вошел в доверие настолько, что был он

Послан во Францию за акушеркой, поскольку британским фрейлинам

Француженка не доверяла. И лилипут отлично справился с заданием!

Он в срок сумел доставить акушерку, хотя корабль пираты захватили…

Вы можете спросить, зачем веду рассказ я об английском лилипуте

В легендах о Шотландии? Причина есть! Нередко я вожу туристов

В замок Файви[41][1], один из самых загадочных во всей Шотландии…

В нём привидения есть чуть ли не в каждом зале…Так вот, в одном

Из лестничным пролетов просто невозможно не заметить статую

Из камня – в рыцарских доспехах. Согнуться придется низко, чтоб

Разглядеть ее получше. Это и есть наш лилипут в контексте с Карлом[42][1],

Который в этом замке жил в детстве, будучи ребенком чахлым. Яков I,

Его папаша, решил, что сын не выдержит дороги долгой в Лондон…

И нет туриста, который не спросил бы об этой удивительной скульптуре!

Но продолжим. Всё шло довольно гладко до 1640-го года, когда война

Гражданская серьезно повлияла на лондонскую жизнь, и королева

Срочно переместилась в Оксфорд под роялистских сил защиту…

А Хадсон получил чин капитана кавалерии, и представляться стал как

Капитан сэр Джеффри, смех часто вызывая… Однако вскоре Генриетта

Во Францию бежала, поскольку в Англии война шла полным ходом.

Хадсон, хоть и не сумел принять участия в войне, все ж отличился!

Во Франции конюший королевы Крофтс[43][1] над Джеффри издевался,

Заявляя громогласно, что карлик-капитан и индюку бой проиграет,

За что был вызван лилипутом на дуэль. Конюший вызов принял, но

На дуэль явился с клизмой вместо пистолета! Однако лорд Минимус

Шутить не думал и точным выстрелом обидчика отправил к предкам…

Вы помните, конечно, смешного лилипута Бибигона, который

Храбро сразился с индюком и победил! Об этом поведал детям

Страны Советов Корней Иванович Чуковский в веселой сказке.[44][1]

Вот только Хадсон после дуэли той попал в беду. Во Франции

Дуэли были под запретом, и приговор мог стать весьма суровым!

Королеву эта весть взбесила – конюший был главой ее охраны,

И все-таки она уговорила власти отдать преступника на личный

Суд, и прогнала его прочь со двора немедля! Вот тут и началось…

Скитаясь, попал любимчик бывший королевы в плен к пиратам,

На сей раз берберийским. Но денег не имея, не смог дать выкуп.

Никто не знает, что делал он в плену, где пробыл четверть века!

Но следует из документов, что Хадсон вернулся в Англию

С другими пленными благодаря стараниям властей британских.

Однако полоса невзгод не прекратилась! Когда он перебрался

В Лондон, попал, к несчастью, в период кульминации борьбы

С католицизмом, включая «Папистский заговор»[45][1] Оатса Тита…

Поскольку карлик был фигурой видной при католичке-королеве,

Его немедля заключили в тюрьму Гейтхаус[46][1], где сидел он 4 года!

На тот момент ему исполнилось почти что шестьдесят – рекорд

Для карлика, учитывая все лишения и испытания последних лет!

Жаль, что вскоре после выхода из заключения скончался Хадсон

В безвестности, лишь подарив потомкам шлейф из приключений

И историй ярких о взлетах и падениях, как бы в назидание, что

Быстротечно всё и зыбко в этом мире. Вчера ты принц, а завтра

Заключенный иль бездомный – жизнь та еще искусная шутница!

Один из отзывов в «Избе-Читальне»: Марго К. «Читаю легенду, и сразу вспоминается «Игра престолов»… Мне кажется, что Лорд Минимус стал прототипом Тириона, умного и коварного, но в то же время не лишенного доброты. Писатель Джордж Мартин уж точно знал о Хадсоне! Легенда-быль, мне кажется, интересна еще и тем, что подчеркивает факт реальности преданий, рассказанных здесь ранее. Очень любопытный герой! И передана его история весьма занимательно!»

О том, кого помнят за злодейства

В ту ночь земля содрогалась от бури, и кровавый

Закат будто адское пламя полыхал над горами…

Казалось, сам дьявол вышел из трещины в скалах —

По Хайленду прогуляться, а заодно и дальше к востоку.

Но на самом деле пришёл он проведать того, кто уже

Много лет исправно делал его работу – не из страха,

Не под нажимом, а вдохновенно и с полной отдачей…

Имя слуги Сатаны – принц Александр Стюарт[47][1], сын

Короля[48][1], внук Роберта Брюса[49][2]. Но народ звал его Волком!

Волком из Бейдноха[50][1] – по названию земель, где власть

Принца была безраздельна, и где он творил беспредел

Как хищник, почуявший кровь угодившей в лапы добычи.

Там, где ветер сейчас завывает свирепо, сохранились

Его следы – руины, в которые он превращал города и

соборы, и кости в земле – страшная память о Волке…

Для себя он строил крепости, настоящие логова волчьи

Устрашающего вида – недоступные ни с воды, ни с суши.

Их было пять[51][1], а может, и больше. Как волчьи клыки они

Окружили север, вцепившись в него так прочно, что никто

Не посмел бы вырвать те земли из волчьей пасти. Вот они:

Замок Гарт у Данкелда – южный надежный клык для разбоя;

Лохиндорб – главное логово Волка, в центре озерной глади;

Лох-эн-Эйлен – островная крепость средь дремучих лесов;

Рутвен – сердце Бейдноха, трон и место последнего вздоха;

Драмин в Гленливет – клык, охранявший земли с востока…

Май 1390 года. Принц Александр Стюарт с бандой катаранов[52][1]

Ворвался в Элгин[53][1] – город, где возвышался Собор[54][2], который

Шотландцы прозвали «Севера Светоч» – настолько он был

Прекрасен и значим для христиан, кафедральным являясь

Больше полутора сотен лет. Со всей страны паломники шли

Сюда не только молиться, но и дивиться на стрельчатую

Архитектуру, искусную резьбу по камню и витражи цветные.

По дороге к собору Волк устроил резню и полное разорение

В красивейшем городе Форрес[55][1]. Затем пострадали монахи:

Аббатство[56][1] бенедиктинцев сгорело, как и их бесценные книги.

Катараны – горские бродяги и головорезы могли сотворить

Все, что прикажут: угнать, сжечь, убить, обесчестить – были

Они беспощадны, а страха пред Богом не знали и вовсе!

И вот вдоволь напившись крови, они подошли к Собору…

Ворота с грохотом пали, и Светоч Севера запылал

Как гигантский факел. Витражи растекались по камню…

Древние рукописи и архивы на глазах в золу обращались.

Сотни лет истории христианства – уничтожены в одночасье!

Так что же толкнуло Волка на столь безумное святотатство?

Ответ однозначен – анафема[57][1], отлучение от церкви! Тогда

Человек становился изгоем, а порой, и владений лишался…

Но Волк решил доказать всем, что с ним не пройдет такое!

Когда принесли ему папскую буллу[58][1], он разорвал ее в гневе,