Там и Здесь. Тёмный правитель

Пролог

Ментальный архив, глубокая медитация Ярославы Воронцовой

На Небулане не хватает крови.

Эти слова застряли в голове молодого альпа, которые его отец  произнес в разговоре со своим ближайшим советником. Этот разговор альп подслушал случайно, когда  без разрешения забрался в кабинет к отцу, чтобы прочитать секретные фолианты, которые ему, по мнению родителя, изучать рано. Строго говоря, в привычном понимании, он его отцом не был. Небуланцы утратили способность к репродукции, когда подвергли себя трансмагирации, так что для продолжения рода им приходилось проходить через не самую простую процедуру. Для родителей болезненность была такой, что решались на продолжение рода не все небуланцы, однако каста альпов подвергать себя репродукции была обязана – их и так не много. В отличие от вурдалаков, которые даже не понимают, что их размножают.

С носферату тоже отделываются малой кровью – любой альп может навести на него морок и заставить забыть о страшной боли, после чего чета носферату становится счастливыми обладателями потомства. В любом городе всегда найдется альп, который согласится стереть память о боли и получить верного прислужника.

Даже обычные альпы имеют возможность забыть о страшных минутах, если придут за помощью к верховному альпу. Он глава и владеет силой, способной держать морок над всем племенем небуланцев.

Но у этой власти есть и обратные стороны. Одна из них такова, что никто не может стереть память верховному альпу. Поэтому отец наследника всегда помнит, какой ценой он ему достался.

Сейчас наследник сидит под столом и слушает, о чем говорит тец с советником, впитывая каждое слово.

– Мой повелитель, да простит ваше сияние мою скудоумную дерзость, – в который раз начал вещать советник, – но увеличить поголовье на людских фермах не выходит.

Верховный альп, восседающий на большом стуле с высокой спинкой, увенчанной красными пиками, как символами крови, стиснул худосочными пальцами подлокотник. Его иссохшее и исчерченное морщинами лицо, которое наследнику видно в отражении шкафа, исказилось недовольством. Отцу уже больше пяти тысяч лет, но, как бы долго не жили альпы, даже у них есть свой срок, особенно, когда не хватает крови.

– Вы пробовали прикармливать их добавками? – мрачно спросил верховный альп.

– Бесспорно, мой повелитель, – с готовностью ответил советник и поклонился. – Наши заводчики разработали для них отличные корма, но… Сложно сказать, что им не так. Все равно поголовье редеет, мы вынуждены львиную долю поставлять в города-миллионники. Но…

– Что «но»? – грозно поинтересовался верховный альп.

Советник втянул голову в плечи, и без того бледная кожа сделалась совсем белой, он затрясся, но ответил:

– Регионы тоже требуют крови. Стадам вурдалаков требуется кровь, хоть и в меньших количествах, чем носферату, и тем более, альпам. Но без человеческого гемоглобина они усыхают и становятся неспособными выполнять работу.

Наследник под столом напрягся, ожидая, что отец сейчас вспылит и одним взмахом величественной длани расщепит советника, посмевшего рассказать дурные новости. Однако верховный альп издал тяжелый рык, его плечи опали, брови нахмурились, а сам правитель погрузился в глубокие раздумья.

Повисла пауза, которая могла затянуться на неопределенный срок, если бы советник не покашлял. Тогда верховный альп поднял на него взгляд и сделал жест, показывающий, что аудиенция окончена и пускай советник идет на все четыре стороны.

Когда, низко раскланявшись, советник ушел, кабинет наполнился звенящей тишиной, в которой наследник услышал приближение рока. Он ещё не понял, в каком виде он предстанет, но кровь верховных альпов в его венах уже нашептала – его жизненный путь простым не будет.

– Десмонд, – вдруг проговорил верховный альп и наследник вздрогнул, потому что считал себя отлично спрятавшимся. – Подойди.

Скрываться дальше бессмысленно, и молодой альп с виноватым, но хмурым лицом вылез из-под стола.

– Прости, отец, – произнес он и прямо взглянул на родителя. – Я не хотел подслушивать.

– Хотел, – со спокойной уверенностью отозвался верховный альп. – Иди сюда. Не бойся, в этот раз я не стану наказывать.

Юный Десмонд невольно сглотнул и тут же мысленно себя обругал. Наследник верховного альпа не должен страшиться пыток и наказаний. Отец множество раз воспитывал в нем стойкость к телесным ранам, подвергая его изобретательным болезненным процедурам по взращиванию в нем выдержки.

Так что кивнув, он бесстрашно приблизился к родителю. Тот взглядом указал на ступеньку возле себя, а когда Десмонд сел у его ног, неожиданно погладил его по голове.  Тактильные проявления чувств в среде альпов считались признаком слабости, и Десмон растерянно поднял взгляд на отца.

Верховный альп смотрел на сына так долго и пристально, что Десмонд смог разглядеть в малиново-карих глазах родителя легкую поволоку. В груди юного альпа кольнуло, хотя вида он не подал. Однако все знают, что означает эта зеркальная дымка в глазах небуланца.

Верховный альп ещё немного изучал лицо сына, рассматривал его крепкие, сухие плечи, уже совсем не мальчишескую фигуру. Аристократически заостренные скулы, помогающие испускать тотальную сверххаризму, вытянутые пальцы, которыми легко совершать даже самые мелкие пассы. Они с его спутницей, храбро погибшей сто двадцать лет назад от лап червихвоста, создали прекрасного наследника. Единственная его ошибка, решились на это они слишком поздно. Он не успеет обучить отпрыска всему, что необходимо знать. Ему придется многое постигать самому.

Издав что-то наподобие вздоха, скорее в качестве мышечной памяти, поскольку небуланцы дышат иначе чем люди, верховный альп произнес негромко:

– Сын мой, я вижу, как ты смотришь в мои глаза.

Десмонд запоздало понял, что пялится и резко отвел взгляд со словами:

– Нет… Нет, я не…

– Все в порядке, Десмонд, – прервал его верховный альп. – Мы оба знаем, что дни мои сочтены.

Эти слова резанули в груди молодого наследника обжигающим лучом, он вскинулся с круглыми глазами.

– Что ты говоришь! Нет, это…

Он хотел сказать очень много, убедить древнего отца, что тот проживет ещё не одну тысячу лет, но правитель поднял широкую длань, и губы Десмонда сомкнулись, так и не успев выпустить весь поток слов.

– Все в порядке, Десмонд, – произнес верховный альп наставительно. – Таков ход вещей. Я действительно мог бы жить дальше, но, как ты успел подслушать, на Небулане не хватает крови.

Как бы Десмонд ни старался, мысль о том, что его могучий и несокрушимый родитель обернется прахом, привела его в панический ужас. Никогда ещё страх не сжимал его внутренности такой холодной лапой, а горло не перехватывало отчаяние и бессилие.

– Но… – сглотнув тугой комок, выдавил молодой альп, – ты можешь воспользоваться правом верховного альпа. Почему не забрать кровь у вурдалаков? Или носферату? Они твои подданные и с радостью отдадут тебе и кровь, и собственную жизнь.

Верховный альп кивнул.

– Ты прав, дитя мое, – согласился он. – Но задача настоящего правителя – сохранить свой народ. Если я начну отнимать у него кровь, он погибнет куда быстрее, чем я. Организм верховного альпа гораздо сильнее, чем у всех остальных небуланцев.

Десмонд слушал отца и его колотило от несправедливости и безысходности.

– Я знаю, но… – прошептал молодой альп. – Нам ведь нужен предводитель всего роя. Как мы будем без верха?

– У роя есть предводитель, – чуть улыбнувшись сухими губами, ответил верховный альп. – И это ты, дитя мое. Я сделал все, чтобы мой народ процветал после правления моего предшественника. Война десять тысяч лет назад многое изменила. И Небулан все это время жил в процветании. Но настали времена, когда ресурсы крови истощены. И тебе, дитя мое, придется искать решение. Потому что я, к сожалению, уже не смогу тебе помочь. Ты уже вышел из возраста подростка, тебе двести двадцать. Совсем скоро ты примешь правление, но сперва я обязую тебя пройти обучение в академии магии. Это нужно для завершения твоего становления. Я, к сожалению, справиться с этой задачей не успеваю.

От неожиданности Десмонд поперхнулся.

– Что ты такое говоришь, отец?

– В мире существуют очень ценные книги, знания из которых тебе необходимы в управлении и пользовании магией, – сообщил ему Болинамор Варгас. – Однако так сложилось, что книги эти хранятся в особых академиях магических наук.

– Но… Отец, на Небулане нет таких академий.

– Знаю, – согласился верховный альп. – Поэтому ты обратишься к шаманам, они найдут тебе подходящее заведение в каком-то другом мире. Только изучив эти книги и познакомившись с практиками под руководством тех, кто знает толк в их применении, ты сможешь полностью завершить цикл становления, как верховного альпа Небулана.

Десмонд пришел в ещё большее замешательство.

– А как же правление? Кто станет управлять Небуланом, пока я буду завершать обучение?

– Десять лет – небольшой срок для Небулана, – ответил Болинамор. – Это лишь миг для бессмертного роя наших подданных и их семей. Ты оставишь сосуд из стеклографенума со своей кровью. Во время твоего отсутствия он будет питать и распространять мощь твоей сверххаризмы на всех небуланцев нашего вида. Для них ты все так же будешь рядом. За остальным проследит советник.

В голове молодого альпа все смешалось. Мысль о том, что его отец угасает, жертвуя собой ради жизни небуланцев, приводила в бессильное бешенство. Но поделать с этим он ничего не мог – отец прав, настоящий правитель всегда просчитает ходы и сделает все, чтобы его народ жил. В данном случае надежда на жизнь небуланцев – это он, Десмонд Варгас, будущий верховный альп, который займет место Болинамора Варгаса, великого правителя, поднявшего весь небуланский народ после войны при Никласе Варгасе.

Проявлять чувства для семьи верховных альпов – непозволительная роскошь, и все эмоции, усиленные трансмагирацией их вида, душили Десмонда, угрожая разорвать на части. Но показать он смог лишь заблестевшие от влаги глаза.

– Я не хочу тебя отпускать… – сглотнув тугой комок, сказал Десмонд. – Мы правда ничего не можем сделать, чтобы ты… остался?

Широкая и сухая ладонь отца снова легла на голову молодого альпа и с непозволительной для небуланца лаской провела по смоляным волосам. Чтобы не позволить позорным слезам выкатиться из глаз, Десмонд изо всех сил зажмурился. Он до безумия любил родителей. Да и как не любить тех, кто ради твоего появления пошел на ужасающие муки? Потерю матери он переживал крайне тяжело, поскольку был ещё двадцатилетним малышом, едва выросшим до метра, и невыносимо нуждался в её заботе. Отец, Болинамор Варгас, сделал все, чтобы восполнить ему обоих родителей, воспитывал его в самой высшей парадигме ценностей верховных альпов Небулана. Обучал всему, что знал, взращивал в нем выносливость и устойчивость. Но разве можно заменить ребенку мать?

А теперь от него в тонкие миры уходит и отец – Великий, несокрушимый и полновластный властитель Небулана, Болинамор Варгас, поднявший планету из руин, после страшной войны десять тысяч лет назад.

Боль и безысходность сковали внутренности Десмонда, чтобы не опозориться перед родителем проявлением чувств, он закусил до крови губу. Теплая струйка темно-фиолетового цвета потекла по подбородку.

– Отец, – проговорил Десмонд сдавленно, не в силах бороться с душащими его страданиями, и взглянул на великого родителя снизу вверх, – я останусь один…

Великий правитель издал подобие глубокого вздоха, его сухощавый палец неторопливо вытер струйку крови с подбородка сына.

– Ты не один, сын мой, – произнес верховный альп. – Ты никогда не будешь один. В тебе моя кровь, кровь твоей матери и всех наших предков. Под тобой будут все небуланцы. Мы все связаны кровью, мы – рой. И мы никогда не бываем одни. Помни это, когда примешь правление. Ты отвечаешь за весь Небулан. Они верят тебе и пойдут за тобой в огонь и в воду. Они, не раздумывая, положат ради тебя свои жизни и жизни своих кланов. И ты так же должен быть готов отдать ради них все, что у тебя есть. Помни, сын, рой – это цельный организм, в котором мы все выполняем свои задачи и навсегда накрепко связаны. Я многому тебя научил, Десмонд. Но есть магические формы, до постижения которых мы ещё не дошли. И, к сожалению, вместо меня тебе придется их изучать самому там, где этому учат. Это важно, сын мой. Такова моя последняя воля.

Очередная игла отчаяния болезненно уколола в увеличенное трансмагирацией сердце молодого альпа. Чтобы не всхлипнуть, он оскалился и прокусил нижнюю губу в другом месте, рот наполнися сладковатым, железистым вкусом.

– Я не подведу, отец, – тихо проговорил Десмонд. – Обещаю. Я выполню каждую твою волю.

– Я не сомневаюсь в тебе, дитя мое, – отозвался верховный альп. – В дар от меня я даю тебе одну безделицу, которая тебе пригодится.

Болинамор Варгас щелкнул пальцами у уха сына, в ту же секунду в воздухе проступил ослепительной красоты кубок с инкрустацией дорогими камнями. Кубок покачался из стороны в сторону и темно-бордовая жидкость, до краев наполняющая его, тоже.

Наследник зачарованно вытаращился на диковинную вещицу, блеск которой отразился в его красно-карих радужках.

– Отец, что это?

– Бездонный грааль, – ответил верховный альп. – Я приказал шаманам в горах Шепота выковать его из породы тектан. Камни, что его украшают, зачарованы, как и сам кубок.

– Он очень красив, отец. Для чего он?

Болинамор Варгас поманил кубок пальцем, тот подплыл по воздуху к губам Десмонда и остановился.

– Этот кубок всегда наполнен кровью, – ответил верховный альп. – С ним ты никогда не погибнешь от голода. Это мой дар тебе, дитя мое. Заботься о подданных.

– Я буду…

– И помни, что верховный альп обязан оставить кровного наследника, дабы передать ему все знания и правление.

– Знаю…

– Надеюсь, твоя спутница будет из самого высокого и достойного клана, – устало проговорил верховный альп. – Понять, что это она, будет не просто. Но в итоге ты определишь, чья кровь больше всего сочетается с твоей.

Спустя пятьдесят лет великий правитель и верховный альп Небулана – Болинамор Варгас испустил дух, рассыпавшись в прах. Никто не видел и не слышал, как юный наследник беззвучно и отчаянно рыдал на его пепле, впиваясь когтями себе в лицо и шею, оставляя на коже глубокие кровоточащие раны, которые моментально затягивались.

Спустя сутки Десмонд сам собрал прах великого отца в урну и лично пролетел над Чернополисом, развеяв его и оставив навсегда присматривать за жителями столицы Небулана. После чего незамедлительно принял правление, получив в виде присяги кровь всех основных домов альпов и овладел возможностью распространять тотальную харизму на всех небуланцев.

Дело оставалось за малым – найти новый источник крови для Небулана, который со времен войны его деда отгорожен от других миров магическим щитом.

И ещё – выполнить последний приказ отца, то есть завершить обучение.

Каким чудом небуланским шаманам удалось разыскать мир,  настроенный относительно либерально к Небулану, известно только великой богине Индире. Но, когда наследник узнал, куда ему шаманы предлагают отправиться, он пришел в негодование и замешательство.

– Земля? Вы предлагаете мне учиться на Земле? – высказывал верховный альп горстке высших небуланских шаманов, расхаживая по тронному залу из стороны в сторону. – Не нужно быть великим мудрецом, чтобы знать – на Земле живут люди!

– Верно, о великий…

– И вы предлагаете мне, верховному альпу Небулана, переместиться в мир, где живет корм? – остановившись у трона на высоком постаменте, вопросил Десмонд. – По-вашему, я должен учиться у кормовых свиней? Чему эти кровяные мешки меня научат?

Четверо шаманов склонились в глубоком поклоне, один из них, не разгибаясь, шагнул вперед и проговорил:

– О, верховный, позвольте мне, недостойному, сказать.

Сложив руки на груди, Десмонд разрешил:

– Говори.

Шаман начал:

– Ваша мудрость, величие и власть несомненны. Мы смиренно преклоняемся пред нашим заступником и благодетелем. И вы совершенно правы, говоря, что люди – это лишь кормовые свиньи и кровяные мешки. На Небулане.

– Что ты хочешь сказать, шаман? – заинтересовался наследник.

– Вы будете изумлены, мой повелитель, – сообщил шаман. – Земные люди – это совсем не то же самое, что люди на Небулане. Земляне очень развитый мир. Если у нас в большей степени прогрессирует техномагия, то у них чаще встречается технология. Однако магии у них так много, что они развились до уровня, не уступающего нашему.

Слышать о людях, которые владеют не то, что письменной речью, а магией, для Десмонда оказалось сродни явлению богини Индиры. Он с недоверием сдвинул брови и поинтересовался:

– Развитые люди, которые не уступают небуланцам?

– Вы совершенно правы, мой повелитель, – охотно подтвердил шаман. – Это высокоразвитый мир один-один. Они либерально настроены к другим мирам и согласились предоставить вам необходимые материалы для обучения.

Первая и логичная мысль относительно людей на Земле, пришедшая в голову Десмонда, тут же им озвучилась:

– Если Земля полна людей, что мне мешает напасть на них и сделать колонию-ферму для моего народа?

Из правой арки в зал вошел советник, который остался верно служить роду Варгасов после смерти Болинамора.

Он проговорил на ходу:

– Да позволит мне сказать мой великий правитель и заступник, но при всем уважении к нашей несокрушимости, Земля – мощный противник. Они непросто развиты. У них есть система защиты магического свойства под названием АКОПОС. Это очень сильная организаций.

– Настолько, что способна дать отпор Небулану? – не поверил наследник.

Советник приблизился к нему и поклонился так же глубоко, как и шаманы.

– Могущество Небулана и нашего правителя непоколебимы, – сказал он. – Но не стоит недооценивать Землю. Кроме того, ваш венценосный отец ещё триста лет назад заключил с ней мировое соглашение. Согласно которому через АКОПОС иногда нам поставляются образцы крови для исследований.

– Ты о создании искусственной крови? – уточнил Десмонд.

Советник кивнул.

– Вы, как всегда правы, мой повелитель. Мы все ещё в поиске решения. Но человеческая кровь настолько уникальна, что пока воссоздать её с помощью всех наших техномагических методик не выходит. Ваш отец дал строгие указания – не нарушать мир с Землей. Несмотря на то, что земляне – люди, это не те глупые свинки, которые содержатся у нас на фермах. Это сильный мир. Учитывая, как к нам относится вселенское сообщество, нам с ними лучше поддерживать мир.

В голове молодого наследника не укладывалось, как люди могут быть не только умными, но и развитыми. Так что удивлению, которого Десмонд Варгас не показал, не было предела, когда он, оставив сосуд со своей кровью на попечение советника, шагнул в официально открытый с помощью магических колец портал в виде перламутровой двери.

С другой стороны его ждали.

Высокий, широкоплечий мужчина в льняной рубахе, в середине которой красным вышит огромный коловорот, с седой бородой до груди и такими же волосами, впился в него пронзительно-голубыми глазами. На кормовую свинку он определенно похож не был.

В Небулане на Десмонда сверху имел право смотреть лишь отец, но он почил, и верховный альп воспринял взгляд незнакомца как вызов. Не раздумывая он пустил в ход тотальную харизму, но через секунду всей кожей ощутил, что она на незнакомца если и действует, то вида тот не показывает. Что привело наследника в ещё большее замешательство – человек противостоит его сверххаризме?

Ещё несколько секунд бородач детально изучал Десмонда, сложив на груди массивные руки со сверкающими кольцами на пальцах, после чего произнес густым басом:

– Меня зовут Ратмир Белоборский, я командир АКОПОС и глава академии Парамагии. Добро пожаловать на Землю. Надеюсь, мы не пожалеем, что позволили небуланцу учиться здесь.

Десмонд кивнул, не совсем понимая, с чем именно соглашается, поскольку весь его ум занят тотальной харизмой, которая почему-то не сработала на командире.

Молодой верховный альп не знал, что это лишь первый сюрприз, который ему не понравится.

Глава 1

Коридоры академии Парамагии гудели и кишели снующими туда-сюда студентами. Все готовились к осеннему балу равноденствия «Велесовой ночи», которую сторонники старой терминологии называли «Осенние Деды». Десмонд уже год учился в академии Парамагии, но как ни пытался выяснить, почему «деды», так и не понял. В его голове, дед, это отец отца, а все остальные – предки и пращуры. Так что на его высокоточный взгляд праздник стоило назвать «Осенние пращуры». Но на занятиях по межмировой истории молодой и разговорчивый преподаватель, Данияр Ведун, сказал, что «деды» – понятие собирательное и не стоит лезть в традиции чужого мира.

Первым порывом Десмонда было разорвать наглого и дерзкого препода на части, чтобы ни у кого больше не возникало желания перечить верховному альпу. Но к великому сожалению Десмонда, сделать этого он не мог. И не только по этическим соображениям. В основном проблема упиралась в то, что едва он прибыл на Землю, все его способности были закованы и ополовинены серьезными чарами так сильно, что даже врожденная сверххаризма альпа ни на кого не действовала.

Для Десмонда это был удар. Быть небуланцем и не иметь возможности навести морок, тоже самое, что для эльфа отрезать уши.

Из-за ограничивающих чар Десмонд чувствовал себя крайне некомфортно, а с учетом его происхождения, другие студенты желанием общаться с ним категорически не горели. Хотя и пялились, даже не пытаясь этого скрывать. Оно и понятно – в свои двести семьдесят один, молодой верховный альп выглядел, как воплощение дьявольской красоты, к которой страшно прикоснуться. Высокий, светлокожий, с правильными чертами лица и красно-карими глазами. Волосы он не убирал в хвост и водопад, черных, как нефть, прядей струился по плечам до самых лопаток. Выдающихся мышц, как настоящий правитель, оне не имел, ибо не пристало верховному альпу качать мускулы, как подзаборной черни. Но, несмотря на сухость и некоторую субтильность, тело его имело выраженный рельеф. Одевался Десмонд по небуланской привычке в черные классические брюки, красную рубашку, верхние пуговицы которой не застегивал, а сверху накидывал удлиненный пиджак или плащ черного цвета.

Общение с сокурсниками у него получалось с переменным успехом. Причина в том, что Небулан во всех мирах, включая Землю – это мир повышенной опасности, и контактировать с его представителями, себе дороже. Так что о предстоящем празднике «Велесовой ночи» Десмонд не думал и собирался провести его в своей комнате за изучением фолиантов, куда отправится после занятий по пространственной магии у молодого, но очень строгого препода Орфея Сократиса.

Большинство студентов обычно держались от Десмонда в стороне, кроме отдельных смельчаков, для которых небуланец – скорее экзотика, чем пугающий элемент. Небуланский наследник смирился с тем, что все десять лет обучения ему придется коротать в гордом одиночестве, обучаясь  прикладной  магии и вынашивая стратегии по развитию Небулана, не беря в расчет Землю, как объект питания.

Только он настроился на «подумать», как процесс прервали руганью и воскликами откуда-то из толпы. Оглянувшись, Десмонд увидел девушку с длинными фиолетовыми волосами и объемными щупальцами вместо ног такого же насыщенного цвета, которая пробивается через толпу оборотней в сторону его аудитории.

– Да отойдите, етить! – ругалась девушка и настойчиво пихала оборотней, которые в шутку, но довольно плотно её обступили и не дают пройти.

– Кто у нас тут такой фиолетовый? – ржал один.

– А правда что у хомокракенов запредельное либидо? – интересовался другой.

Девушку их выпады нисколько не пугали, одному она со всей силы наступила щупальцем на ногу, тот сквозь смех заохал и, схватившись за носок, стал прыгать.

– Я тебе сейчас покажу, либидо, – огрызнулась девица и всадила кулаком в подбородок второму.

Оборотня откинуло к стене, его друзья заржали, как ретивые кони, но лезть к девушке перестали.

– А хомокракенка-то сильная, – выкрикнул кто-то из них.

Девушка сдвинула изящные брови и бросила через плечо:

– Будете лезть, хвосты пообрываю.

На эту, в общем-то безобидную игру, которая в земном сообществе присутствуют повсюду, проверяя одних на альфовость, а вторых на ведомость, Десмонд смотрел с неприкрытым интересом. Оборотни понимают только язык силы – либо ты вожак, либо идешь следом. Третьего не дано. Эта хомокракенка дала хороший отпор бесенятам, больше они к ней не полезут. Тем более, что хомокракены – существа сильные.