Религиозные аспекты атеизма: атеизм, ислам и христианство на языке метафизики

В спорах о религии логические аргументы и доказательства контрпродуктивны

Можно по-разному относиться к Библии, верить или не верить, но, несомненно, одно: на её основе можно построить непротиворечивую теорию человеческой психологии. Она выдержала испытания на протяжении тысячелетий. А в естественных науках ни одна теория не проверялась так долго.

Одним из ключевых моментов библейской концепции является повествование о дереве познания добра и зла. В качестве воспитательной меры, чтобы первый человек мог проявить доверие и любовь, Бог заповедал Адаму: «От всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрёшь» (Быт. 2:16–17). Но Ева поддалась искушению змея (диавола) и вожделела запретный плод знания и ела и дала мужу своему (Быт. 3:6). Диавол всегда обманывает, представляя Бога завистливым и злым. А интеллектуальное знание, которое предложил диавол, в отрыве от доверия и любви к Богу, легко становится злом. В мире было и есть немало злых гениев, людей, чьи интеллектуальные способности, несомненно, выдающиеся, но они одержимы злом.

И в падшем мире знания всегда высоко ценились как средство, дающее власть над природой и другими людьми. Жрецы и маги, платоники, гностики и многие другие вплоть до современных атеистов – все отдавали приоритет знаниям.

В библейских текстах тоже восхваляются премудрость и знание (и наоборот, порицаются невежество и глупость). Однако контекст говорит о том, что премудрость и знание должны следовать за искренней любовью к Богу и ближнему, правдой и добродетелями. Таким образом, Библия различает мудрость, сходящую свыше (которая полна милосердия и добрых плодов, беспристрастна и нелицемерна), и мудрость земную, душевную, бесовскую (Иак. 3:15).

Царь Соломон писал: «Сын мой! если ты примешь слова мои и сохранишь при себе заповеди мои, так что ухо твое сделаешь внимательным к мудрости и наклонишь сердце твоё к размышлению; если будешь призывать знание и взывать к разуму; если будешь искать его, как серебра, и отыскивать его, как сокровище, то уразумеешь страх Господень и найдёшь познание о Боге. Ибо Господь даёт мудрость; из уст Его – знание и разум» (Притч 2:1–6).

В начале IV века гонения на христиан в Римской империи прекратились[6], и, вскоре после воцарения императора Константина, христианство возвысилось до статуса государственной религии. Однако вследствие этого вхождения в эллинистический мир оно подверглось колоссальному влиянию греко-римской культуры. Из неоплатонизма были восприняты представления об интеллектуальном знании, как самодостаточной добродетели. Конечно, мы отмечаем лишь общую тенденцию, а исключения из неё были всегда и везде.

Богословие стало апеллировать к интеллекту, излагаться логично, как научная система. На Западе в этом преуспел Фома Аквинский (1225–1274). В своём фундаментальном труде «Сумма теологии» (лат. Summa theologiae) он изложил пять доказательств бытия Бога на основе Логики (науки) Аристотеля. Почти тем же самым занимались и на Востоке. На целое тысячелетие это стало трендом. Было написано множество книг, где доказывалось существование Бога, опираясь на разум и здравый смысл.

Кстати, исламская мысль следовала в этом же русле (не случайно Тзортзис ссылается на рациональные доказательства средневековых исламских теологов). Исламские теологи могли бы просто переписывать доказательства бытия Бога у христианских, т. к. в этом отношении христианство и ислам говорят об одном и том же. Вообще, на становление ислама оказали влияние и христианский аскетизм, и буддизм и неоплатонизм. Но это уже другая тема.

В христианских странах среднее и высшее образование включало и изучение разного рода доказательств бытия Божия. Но вот появился атеизм, и были написаны другие книги, где уже, наоборот, доказывалось, что Бога нет, и тоже со ссылками на разум и здравый смысл. Стали учить молодёжь по этим книгам. В Советском Союзе семьдесят лет активно пропагандировали атеизм, запрещая доступ к любой позитивной информации о религии. Однако как только пал коммунистический режим, люди стали массово обращаться к христианству. Были переизданы старые и написаны новые религиозные книги. Через тридцать лет некоторая часть христиан, видя недостойное поведение некоторых представителей Церкви, разочаровались в христианстве и стали переходить кто в другую религию, кто в атеизм.

Аналогично было и в Турции, где Мустафа Кемаль в двадцатых годах XX века стал насаждать секуляризм. Кемаль преклонялся перед наукой и видел в сциентизме счастье человечества. Но пропаганда атеизма не помогла. Через несколько десятилетий люди снова стали массово обращаться к религии.

Так и качаются эти «качели» веками. Все многочисленные доказательства, и с одной и с другой стороны, как-то не помогают. Давно пора понять, что логические доказательства в области метафизики не работают! Это область, где всё зависит от выбора между добром и злом, между добродетелью и пороком. Логика и здравый смысл могут играть здесь вспомогательную роль, но никак не главную.

[00:10:59–00:11:24] Тзортзис: – Но что же говорят космологи? Например, Александр Виленкин, друг профессора Краусса, в своей книге «Мир многих миров», говорит: «После публикации данного доказательства космологи не могли больше прятаться за возможностью вечной в прошлом Вселенной. Выхода не было: пришлось лицом к лицу встретиться с проблемой космического начала»[7]. И чтобы вы знали, даже проф. Краусс в своей книге говорит о начале Вселенной.

Комментарий 7

Замечательная цитата! В ней атеисты разоблачают сами себя. Ни об одном открытии физики не говорят в подобных выражениях. И в других местах книги Александр Виленкин откровенно говорит о том, что атеистам очень не хотелось, но выхода не было, и пришлось признать неудобный для них факт начала мира. Причём начала из ничего, а не из предыдущей бесконечной Вселенной. Из факта начала естественно вытекает вопрос о Причине этого начала. И это ставит атеистов в тупик.

Поэтому в атеистическом СССР теорию Большого взрыва отрицали тридцать лет, настаивая на постулате о бесконечности и вечности материи, т. е. «Большой взрыв» рассматривался как переход несотворённой и неуничтожимой материи из одного состояния в другое. В 1955 г. один советский автор писал в астрономическом журнале: «Марксистско-ленинская доктрина о бесконечной Вселенной является фундаментальной аксиомой в основании советской космологии… Отрицание или избегание этого тезиса… не имеет ничего общего с наукой»[8]. Вот так советский атеизм, гордо называвший себя «научным», в качестве своего фундамента полагал марксистско-ленинские аксиомы, т. е. утверждения, принимаемые на веру.

На самом деле, так называемый «научный» атеизм не имеет ничего общего с наукой. Он представляет собой набор атеистических догм, в жертву которым сотни настоящих учёных были изгнаны из профессии, а многие арестованы и осуждены[9]. Например, всемирно известного учёного академика Н. И Вавилова (кстати, он был глубоко верующий православный христианин) приговорили к расстрелу[10] за то, что он осмелился ради научной истины критиковать ошибочные взгляды Лысенко.

[00:24:15–00:25:20] Тзортзис: – Прежде всего, давайте определим, что же такое чудо? В английском языке это слово произошло от латинского miraculum, обозначающее что-то удивительное. Все традиционные Западные взгляды на чудесное можно обобщить высказыванием Дэвида Юма из его Исследования о человеческом познании[11]. Он говорит, что чудо – это нарушение закона природы. Мы не согласны с этим определением. Что же такое законы природы? Законы природы – это только индуктивное обобщение закономерностей, наблюдаемых во Вселенной, не обязательно являющие собой полную картину. Что-то, на первый взгляд не вписывающееся в неё, по-прежнему может быть её частью. Поэтому мудро, что в исламе теологи описывают чудо по-другому, опираясь на Коран. Они говорят, что чудо – это событие, лежащее за гранью возможностей природы. То есть, когда вы пытаетесь определить причину чуда, не подходит ни одно рациональное объяснение.

[00:32:10–00:32:50] Краусс: – Ну, во-первых, я хотел бы поблагодарить людей, позвавших меня сюда. Они были очень любезны со мной и оказали редкое для организаторов подобных встреч гостеприимство. Так что огромное спасибо Собии, с которым я даже не виделся вживую. О Бейде и Исе, которые работали со мной, можно сказать, обо мне заботились. Ещё раз скажу, я вам очень благодарен. Ко мне отнеслись с уважением и радушием, и я хочу им ответить тем же. Но это не значит, что я буду уважать ваши идеи. Некоторые идеи смехотворны. И в этом нет ничего странного. На самом деле, именно высмеивание идей являет собой двигатель прогресса.

Комментарий 8

Тут Краусс представляет себя клоуном, задавшимся целью только высмеивать. Он не хочет ни спросить, ни понять, ни разобраться. Как можно высмеивать то, чего не знаешь и не понимаешь?! Для того чтобы более-менее разбираться в христианстве или в исламе или в буддизме, их необходимо изучать намного дольше, чем любую науку. Например, в Российской Империи на преподавателя богословия нужно было учиться 12 лет.

Лучше бы Краусс сказал, что лень являет собой двигатель прогресса. Тогда можно было бы хотя бы улыбнуться. А его высмеивание идей совсем несмешное. Это грубый пропагандистский приём. Настоящим двигателем прогресса является желание выяснить истину. К сожалению, Краусс такого желания не проявляет.

А жаль! Можно было бы предложить ему проанализировать атеистическую литературу с середины XIX века до середины XX. Там столько смехотворных идей, ошибок и противоречий с данными современной науки, что обхохочешься!

[00:33:42–00:34:30] Краусс: – Все дебаты, что я смотрел, были абсолютно одинаковы. В этот раз я надеялся, что дебаты будут проходить иначе, но обычно, как и сегодня, всё начинается с вашей речи, на которую я должен отвечать. Но в какой-то степени я этим и займусь, хотя сложно отвечать на бессмыслицу. И в действительности, смысл всего этого не в обсуждении существования Бога или в вопросе «Ислам или атеизм, что более разумно?» У нас же такая тема сегодня, если я не ошибаюсь. Итак… Я потрясён! Я-то надеялся, что вы не будете пытаться делать вид, что разбираетесь в науке, потому что вы не разбираетесь. И в дальнейшем мы это обсудим подробнее. Абсолютно всё, что вы сказали – это полный бред, касаемо науки. И я это докажу, если вы не против побеседовать со мной немного.

Комментарий 9

И здесь стиль речи совсем не приличный для учёного. В учёных кругах существует некая этика дискуссии. Если собеседник думает про высказывание оппонента, что «это полный бред», то максимально грубое, что возможно сказать вслух, это «я вас не понимаю».

На самом деле, совершенно некорректно сопоставлять религию и естественные науки, хотя это часто делается. Если религию и сопоставлять с чем-либо, то брать примеры надо из сферы искусства или человеческих взаимоотношений. Было бы довольно глупо прийти в музей, и начать критиковать шедевры искусства с точки зрения вероятности, причинности, законов математики и физики. И никто так не делает. Как доказать красоту, может ли она быть научно фальсифицируемой? Красота и любовь, не могут быть доказаны или признаны научными, однако от этого они не теряют своего значения. Красота и любовь занимают важное место в человеческой жизни. То же самое можно сказать и о религии.

[00:34:38–00:37:09] Краусс: – Начать мне хотелось бы с того, что исходное положение этих дебатов, в некотором смысле, некорректно по двум причинам. Во-первых, из него следует, что ислам представляет собой нечто особенное. Нет! Ислам совсем не уникален. Это одна из тысячи, а то и более, религий, существовавших с самой зари человечества. Каждая из них претендовала на высшее откровение, на обладание абсолютной истиной, на уникальность, на красоту, на совершенство и тому подобное. Ислам – обычная религия, как и любая другая. Она ничем не отличается. В исламе, как и в Ригведе или верованиях древних египтян, утверждается, что Вселенная имела начало. Везде одно и то же. Ничего особенного.

Комментарий 10

Даже в пределах одной религии могут быть разные течения и значительные разномыслия. Например, католики, протестанты и православные в христианстве, сунниты и шииты в исламе. Даже про эти конфессии внутри одной религии нельзя сказать: «Везде одно и то же. Ничего особенного».

Совершенно непонятно, как из того, что в мире тысяча религий, можно сделать вывод, что среди них нет ни одной уникальной? Например, в мире есть миллионы картин. Но сюжетов, может быть, всего лишь несколько десятков. Следует ли из этого, что среди сотен тысяч картин с похожим сюжетом нет ни одной уникальной? Почему одна продаётся за два доллара, а другая за сто миллионов? И неспециалисту порой сложно отличить подделку от работы гения. Профан скажет: «На одной картине фрукт, и на другой картине такой же фрукт – одно и то же, ничего особенного». Эксперт скажет: «Одна картина – простой ширпотреб, а другая – уникальный шедевр».

Так что ценность и уникальность чего-либо могут быть попросту не замечены теми людьми, которые ещё не доросли до его понимания. Например, картины французского художника Камиля Писсарро при его жизни продавались очень плохо. Однажды за его картину расплатились всего лишь одним пирожным. Во время франко-прусской войны в его доме квартировали солдаты (в его отсутствие). Они использовали холсты вместо фартуков, стелили их на пол, выбрасывали в мусорную кучу. Около полутора тысяч картин были испорчены. А сейчас картины Камиля Писсарро стоят сотни тысяч долларов. Невозможно что-либо адекватно оценить, пока неадекватны сами критерии, по которым судят. Нет смысла метать жемчуг перед свиньями, для них он не ценнее песка.

Отношение Краусса к религии не позволяет метать перед ним жемчуг. Как Краусс, не изучавший ислам, может так самоуверенно утверждать, что ислам ничем не отличается от других религий? Он говорит: «В исламе, как и в Ригведе или верованиях древних египтян, утверждается, что Вселенная имела начало». Да, но начало Вселенной везде понимается по-разному! Так называемые авраамические религии (иудаизм, христианство, ислам) исповедуют, что время, пространство, материя (и все законы физики) сотворены Богом из ничего (лат. ex nihilo, греч. οὐκ ἐξ ὄντων). И этим они принципиально отличаются от других религий, где говорится, что Вселенная либо вечна, либо имеет начало, но творится Богом из Самого Себя или из вечно существующего материала. Многие религии (гностицизм, неоплатонизм), тяготели к пантеизму, т. е. к устранению субстанциального различия между Богом и Вселенной. Поэтому эти религии по существу обожествляли природу. Атеизм же просто заменяет Бога природой. Вот почему атеисты настаивают (без доказательств, конечно же), что хоть какие-нибудь атрибуты материального мира (если не материя, так хотя бы её законы) существуют вечно (и даже вне времени). Здесь и спрятана «кощеева игла».

Могла ли Вселенная возникнуть из небытия при помощи физики?

С незапамятных времён люди считали, что из ничего ничто не происходит (лат. ex nihilo nihil fit). Этот принцип сформулирован ещё в пятом веке до н. э. в философии эпохи Парменидов и с тех пор считался очевидной истиной. Поэтому лучший способ привлечь внимание людей – показать, что это не так.

В 30-х годах XIX века шотландский иллюзионист Джон Генри Андерсон (1814–1874) придумал фокус, демонстрация которого собирала полные залы. Фокусник показывает зрителям свою шляпу-цилиндр, демонстрируя, что в ней ничего нет. Сомневающиеся могут даже взять её в руки и проверить. После нескольких магических пассов он кладёт шляпу на стол или делает ею дуговое движение в воздухе, как будто бы что-то зачерпывая, и тут же достаёт из шляпы кролика или даже двух подряд. Секрет исполнения фокуса в том, что иллюзионист незаметно вкладывает кроликов в шляпу из секретных карманов своего фрака или из-под стола.

Сейчас доставанием кролика из шляпы, в которой изначально ничего нет, уже никого не удивишь, зато будоражить умы людей стала концепция образования Вселенной из «ничего». Предпосылки для этой концепции постепенно складывались с начала двадцатого века. Из протестантского рационализма вырос атеистический сциентизм и позитивизм. Эти учения отрицают философию и абсолютизируют роль естественных наук и математики не только в гносеологии науки, но и в объяснении вообще всего. Они говорят, что физика и математика могут объяснить любые явления (даже в области культуры и антропологии!) если не прямо сегодня, то в ближайшем будущем. В русле этой парадигмы мышления воспитано уже несколько поколений учёных.

Не удивительно поэтому, что когда физические и математические модели достаточно развились, космологи стали пытаться ответить на философский вопрос о начале Вселенной[12]. В 1973 г. советский физик П. И. Фомин и немного позже американский физик Э. Трион[13] заявили о возможном возникновении Вселенной из «ничего»[14]. В 1988 г. в журнале Природа была опубликована последняя статья Я. Б. Зельдовича под названием «Возможно ли образование Вселенной „из ничего”?»[15] с положительным ответом на данный вопрос[16]. В 2012 г. Л. Краусс опубликовал книгу Вселенная из ничего[17].

Эти и многие другие подобные работы учёных на тему возникновения Вселенной образно можно кратко резюмировать примерно так:

– При помощи чего возникла Вселенная?

– При помощи физики (т. е. совокупности законов материи).

– При помощи чего возникла физика?

– Э…, хм… при помощи физики.

Такой способ «доказательств» называется «порочный круг». Есть сказка о бароне Мюнхгаузене, который вытянул сам себя из болота за волосы вместе с конём. Или, то же самое, о мальчике, который вытянул себя из болота за шнурки собственных ботинок. Это метафорический образ того, как физика создала сама себя при помощи физики. Вселенная как бы вытянула сама себя из «ничего» за «собственные шнурки». Данная метафора даже была принята всерьёз в качестве объяснения, и сам процесс получил название «бутстрэпа». Вселенная как бы спонтанно возбудила в себе всю энергию, которая была необходима для «создания» и «оживления» материи, а также инициировала породивший её взрыв. Это «самовытягивание», конечно, абсурдно и является логической ошибкой, но ничего другого придумать в данной атеистической парадигме нельзя. Философию сциентисты и позитивисты категорически отвергают, т. к. для них «бог» – физика, и «пророк» её – математика. Поэтому на вопрос о возникновении физики им приходится строить порочный круг доказательств. Ведь иначе их разум сойдёт с «рельс», на которые их поставили в школе и в институте[18].

Поясним сказанное на примерах. Спонтанное электромагнитное излучение атомами или спонтанное деление тяжёлых атомных ядер происходит по причине неустойчивости их энергетического (или другого) состояния. Время этого события точно не может быть определено, но описывается вероятностно, согласно соответствующей функции распределения.

Но можно ли говорить о спонтанном возникновении законов физики (как говорит Краусс)? Конечно, нет. Для спонтанного возникновения фотона нужен, как минимум, атом водорода. Если не существует самих атомов (материи), то не будет и никакого феномена спонтанности, никаких волновых функций электронов и т. п. То же самое можно сказать и про вакуум, обладающий энергией и способный рождать частицы. Краусс в книге Вселенная из ничего пишет: «Существование энергии в пустом пространстве (открытие, потрясшее нашу космологическую Вселенную, и идея, составляющая краеугольный камень инфляции) только укрепляет в квантовом мире то, что уже хорошо себя зарекомендовало в связи с определённого рода лабораторными экспериментами, о которых я уже упоминал. Пустое пространство сложно для понимания. Это кипящее варево виртуальных частиц, которые появляются и исчезают за время столь короткое, что мы не можем видеть их непосредственно»[19]. Но это значит, что «пустое пространство», которое изучают космологи, вовсе не «ничто», а физический (материальный) объект, находящийся в условиях пространства-времени и существующих законов физики.

Космологи говорят о квантовых флуктуациях физического вакуума, о спонтанном возникновении в очень сильных электрических полях из «ничего» пар частица-античастица, о флуктуации скалярного поля (которая якобы и дала начало Вселенной). Но все эти примеры взяты из материального мира с уже действующими физическими законами. Таким образом, под «ничто» космологи подразумевают как бы особую «праматерию», которая существовала вне пространства и времени. Все теории, говорящие о возможности возникновении Вселенной из «ничего» требуют предварительного существования законов физики и особого «ничто», обладающего потенциалом рождать квантовые частицы.

Но напрашиваются вопросы: а как появились сами законы физики, если не было ещё ничего материального, и почему первоначальное «ничто» могло обладать каким-то потенциалом? Краусс в книге Вселенная из ничего в Предисловии цитирует Ричарда Фейнмана: «Законы физики могут быть похожи на бесконечно многослойный лук, и когда мы пробуем новые слои, начинают действовать новые законы»[20]. А чуть ранее он напомнил «о знаменитой истории компетентного эксперта, дававшего лекцию о происхождении Вселенной (иногда называют Бертрана Рассела, а иногда Уильяма Джеймса), которому возражала женщина, верившая, что мир держится на гигантской черепахе, которая стоит на другой черепахе, та на другой… при этом всё время есть следующая черепаха!»[21]

На самом деле, там не только черепахи, но целый зоопарк: слон, удав, тигр, кабаны и кит, который плавает в бездонном и безбрежном океане. Краусс и те, на кого он ссылается, полемизирует с представителями авраамических религий, в космогонии которых ничего подобного нет. Но ради аргумента, желая высмеять религию, Краусс упоминает этот «зоопарк» из индуизма. Однако он не понимает, что насмехается над собой.

Только кто-то очень глупый будет понимать древнюю метафору буквально. Противопоставление древних мифов и научной космогонии уже само по себе является мифом, приёмом демагогии.

Люди в древности были не глупы. Например, Фалес Милетский предсказал солнечное затмение 585 года до н. э., почерпнув необходимые знания в области математики и астрономии у древних египтян. Аристарх Самосский (III век до н. э.) утверждал, что Земля и другие планеты вращаются вокруг Солнца. Также он, вычислил, что Солнце примерно в восемнадцать раз дальше от Земли, чем Луна. Коперник создал гелиоцентрическую систему на основе античного наследия (и делал ссылки на древних авторов).

Поэтому древний миф о Земле на черепахах никогда не рассматривался в качестве научной теории, а служил метафорой, которая иллюстрирует состояние ума рационально мыслящего обывателя. Если бы Земля плавала непосредственно в океане, сразу последовал бы естественный вопрос: есть ли что-нибудь дальше, на дне океана и под ним? Но когда между Землёй и океаном есть длинная цепочка загадочных существ, человеческое любопытство в значительной степени удовлетворяется, и человек далее уже не интересуется, есть ли что-нибудь на дне океана.

Древние авторы с помощью этой метафоры хотели показать, что как бы глубоко учёные ни продвигались в познании природы и космоса, они будут открывать всё новых и новых «животных» (сущности, законы материи) и далее продвигаться по цепи познания. Но как бы далеко они ни продвинулись, впереди всегда будет непознаваемый океан. Вот что понимали древние люди и что не понимают современные атеисты-сциентисты.