Код Камиллы

Код Камиллы

Отелло. Молилась ли ты на ночь, Дездемона?

Дездемона. Да, милый мой.

Отелло. Когда ты за собою

Какой-нибудь припомнить можешь грех,

Которого не отпустило небо,

Молись скорей.

…

Не хочу тебя губить, покуда к смерти

Духом не приготовилась ты. Боже упаси!

Я не хочу губить твою душу.

Госпожа Воронцова

День доктора Винклера сегодня явно не задался. Все началось с мухи, которая залетела к нему в кабинет в открытое окно и почувствовала себя графиней Воронцовой, которая жила в этом московском особняке еще в конце 18 века.

Муха все время перемещалась из одного угла кабинета в другой, мыла лапки, жужжала и доставала своими монотонными претензиями всех присутствующих.

Глядя на муху доктор почти уснул.

К счастью, в полдень на сеанс гипноза пришел пациент, который разбудил его. Пациент сел в известное коричневое кресло с туманной жалобой на то, что у него никак не получается построить «нормальные» семейные отношения.

На этом слове : «нормальные» он и застрял.

Как ни старался доктор понять странную жалобу, не смог он добиться от мужчины внятного объяснения, какой же смысл тот вкладывает в эти громкие понятия. Что для него есть «супружество»? Как он представляет себе «норму»?

Странный разговор увяз в тягучих рассуждениях о верности и преданности, причем пациент постоянно сбивался, путая измену с предательством.

Сеанс тянулся мучительно долго и, по сути, оказался совершенно безрезультатным.

Винклер с досадой поймал себя на мысли, что и сам до конца не уверен в четкости этих определений. Он вдруг остро осознал, что верность - это не просто чувство, а поступки, основанные на глубокой внутренней вере.

А вот преданность, как у собаки хозяину, может существовать и без этой веры, как привычка или долг.

И что измена, порой, бывает случайной, импульсивной ошибкой, в то время как предательство - это всегда холодный, осознанный и продуманный удар в спину.

С этими сложными, как философские трактаты, мыслями доктор Винклер наконец вышел из своего кабинета в центре Москвы.

Возле магазина напротив стоял липкий запах выброшенной еды, который исходил от стоявшего на углу магазина мусорного бака. Вокруг бака кружились мухи и неугомонно жужжали.

" Так вот ты откуда прилетела, госпожа Воронцова! ": ехидно подумал Винклер и скривился от одушающей вони.

Он быстро пошел в сторону метро и старался не дышать до тех пор, пока жужжание мух не исчезло за его спиной.

Желание жить взяло верх над отвращением , доктор громко вдохнул воздух полной грудью и почувствовал ароматы города : смесь выхлопных газов, дорогого парфюма, уличной еды, озона после далекой грозы, шоколада и раскалённый брусчатки. Ароматы эти показались ему такими же многослойными и запутанными, как и те понятия, что весь день роились у него в голове: вера, верность, преданность, измена, предательство...

Жжжжжж

Как же все сложно!

Камилла

Вечерний выход из метро "Теплый Стан" всегда представлял собой настоящее столпотворение.

Доктор Винклер, предвкушая долгую и утомительную поездку на автобусе до своего дома в Коммунарке, вздохнул с горечью и досадой. Мысль о том, что минут тридцать придется стоять в очереди и ждать рейсовый автобус, казалась особенно изнурительной.

Оглядев толпу у автобусной остановки, доктор остановил свой взгляд на девушке, стоящей в очереди впереди него.

Ее лицо показалось ему смутно знакомым. Внезапно доктор узнал эти забавные детские черты. Веснушки на переносице, вздернутый носик, похожий на пуговку.

Это была Камилла - его одноклассница! "Какая удача, хоть один приятный момент за весь этот день!": подумал доктор, и, переполненный радостью, дружески хлопнул Камиллу по плечу.

Камилла обернулась и равнодушно посмотрела на Винклера. Ее взгляд был странным, почти безжизненным. Доктор Винклер удивленно моргнул и воскликнул: "Кама! Что случилось?"

Камилла, с выражением глубокой печали на лице, пристально посмотрела на доктора и уныло произнесла: "Привет, эклер!"

Доктор Винклер невольно рассмеялся, вспомнив это забавное прозвище, которое преследовало его еще со школьных времен.

В этот момент к остановке подъехал автобус. Одноклассники, словно по негласному сговору, заняли самые первые места, примостившись рядом с кабиной водителя.

Их разговор, далекий от веселья, продолжился в полумраке салона нового московского автобуса с панорамными окнами.

ЖЖЖЖЖ

Под мерный стук автобусных новеньких колес, убаюкивающий и настраивающий на откровенность, Камилла вдруг поделилась с Винклером новостью: совсем недавно она вышла замуж за своего коллегу Диму. Брак этот , конечно, не был скоропалительным. Обоим молодым уже стукнуло тридцать пять. Впрочем, Камилла была типичной москвичкой, чей возраст угадать с первого взгляда почти невозможно.

"У меня даже свадебные фотографии есть!": с гордостью заявила она, протягивая доктору брелок с крошечным свадебным снимком.

С фотокарточки улыбались два счастливых лица. Даже в миниатюре было видно, что решение это они приняли по доброй воле и без всякого принуждения.

"Поздравляю тебя, Камочка!": тепло произнес Винклер, разглядывая новоиспеченных брачующихся.

Но слова поздравления вдруг застряли у него в горле. В ответ на его искреннюю радость Камилла метнула в него такой испепеляющий взгляд, что Винклер невольно сжался.

" Поздравлять не с чем. Муж ушел. Точнее, я его выгнала": прохрипела она и в голосе ее зазвенел лед.

Он меня предал!

Винклера будто резануло по уху. «Опять это чёртово слово… предал" : с тоской подумал доктор, инстинктивно прикрывая ухо ладонью.

Да что же за день сегодня такой! Сплошной пафос!

Камилла продолжала говорить. Она все говорила и говорила, её голос был монотонным и неприятным, как жужжание мухи - графини Воронцовой .

Доктор Винклер старался сохранять самообладание, но её рассказ о вскрытом телефоне и найденной переписке мужа с какой-то девицей, шлющей ему свои голые фото, вызывал у него почти физическое отторжение.

Он не думал о предательстве мужа. В его голове билась лишь одна мысль: мысль о том, что Камилла не так проста, как казалось в юности.

Она не задумываясь влезла в телефон мужа. Нарушила его личные границы и теперь спокойно рассказывает об этом ему - своему школьному приятелю Эклерчику.

Эта неприятная мысль вызвала в памяти отвратительный ассоциативный образ гниющих отходов в баке у продуктового рядом с офисом, смрада и жужжания мух.

Жжжжжжж

"Кама": решительно прервал одоктор рассказ Камиллы.

"Нам нужно поговорить об этом в другой обстановке. Всё гораздо сложнее, чем я подумал! Приходи завтра ко мне в офис, вечером": произнес Винклер.

Он быстро поднялся и направился к выходу из автобуса.

Уже стоя на ступеньках, он обернулся и добавил:

"Жжжжжду!"

Нелепость

Вернувшись в свою новенькую квартиру - студию доктор Винклер, прямо у входной двери, стал судорожно стягивать с себя одежду. Он не мог дождаться минуты, когда сможет зайти в душевую кабину и теплыми струями воды смыть с себя мерзкий запах, который навязчиво преследовал его всю дорогу от магазина напротив офиса до самой квартиры.

Казалось, что запах объедков въелся в его одежду и кожу.

Подойдя к кулеру, чтобы налить воды , он вдруг осознал, что забыл закрыть жалюзи. Мысль о том, что кто-то из соседей может увидеть его в таком обнажённом виде, вызвала у него настоящий испуг.

Винклер представил себе нелепую и трагическую картину: ревнивый сосед, увидев его голый силуэт в окне, в порыве страсти совершает непоправимое - убивает от ревности свою жену или просто выгняет ее прочь из дома, крича ей вслед :" предательница! "

Доктор вздрогнул, быстро задернул шторы и наконец смог расслабиться. Приняв долгожданный душ он сразу отправился спать.

Утро встретило доктора нежным пением птиц.

К восьми утра Винклер уже был в своем офисе в самом центре столицы, где его ждала муха - графиня Воронцова.

Еще вчера полная неуемной энергии, сегодня она выглядела необычно уставшей. Неподвижно сидела в его любимом коричневом кресле, смиренно сложив "крылья" и молчаливо наблюдала за доктором.

Винклер, взяв со стола чашку, накрыл ею назойливую муху.

Затем, аккуратно зажав добычу рукой, он вынес ее на улицу, прочь от своего рабочего места и отпустил самозванку на волю, в ее привычную среду обитания - на помойку.

Введение в транс

Московское утро, свежее и полное обещаний, застало доктора Винклера за привычным занятием – размышлениями о регрессии. Его мысли, словно волны, накатывали одна на другую, унося его в глубины сознания, где время и пространство теряли свои привычные очертания. Он погрузился в этот поток, пытаясь уловить тонкие нити, связывающие прошлое, настоящее и будущее, когда вдруг его раздумья прервал приятный женский голос: "Эклерчик! Можно?"

Винклер поднял глаза и посмотрел на приоткрытую дверь. На пороге стояла Кама. Ее появление не было неожиданным. Винклер ее ждал.

«Здравствуй, дорогая! Я знал, что ты придешь!»: сказал доктор и пододвинул к ней свое любимое коричневое кресло.

Садись!

Доктор сел рядом и начал сеанс.

«Сядь поудобнее и закрой глаза. Слушай все, что я буду говорить, и незамедлительно выполняйте.

Представь, что ваши веки тяжелые. Они такие тяжелые, что ты не можешь их поднять.

Твое тело расслаблено от самой макушки до кончиков пальцев ног.

Тело расслаблено, расслаблены и мысли.

Теперь начни считать от ста до девяноста восьми в обратном порядке. И по мере того, как этот цифровой ряд поплывет, он потянет тебя за собой на берег того самого бушующего моря, которое ты увидишь у себя в груди."

Камилла прикрыла веки ее и мир сузился до внутреннего счёта: сто, девяносто девять... до девяноста восьми. С каждым числом невидимые нити напряжения ослабевали, и когда она достигла финиша, плечи её опустились, словно с них сняли невидимый груз. Голова чуть откинулась назад, и из лёгких вырвался долгий, непроизвольный выдох – звук полного расслабления.

Мавр

"Где ты, Камилла?": спросил Винклер и его пальцы осторожно

коснулись её запястья.

Женщина нахмурилась, её взгляд был устремлён куда-то вдаль, сквозь стены Воронцовского особняка.

" Эклер! Я в очень красивом городе": сурово произнесла она, словно описывая видение.

Это - Европа. Каналы... вода... Это Венеция! Да. Сто чертей, это же Венеция!

Камила с силой ударила кулаком по ручке кресла, полностью погружаясь в глубины своего сознания.

"Я - мужчина!?": удивленно воскликнула Камилла. Её голос стал ниже и твёрже.

Чернокожий, но, судя по одежде, благороден и знатен. Я стою в самом сердце города, у небольшого и выразительного здания. Возле Лоджетты, что на границе площади Сан-Марко.

Рядом возвышается Библиотека Марчиана, её строгие ряды колонн и скульптуры похожи на наших военных, которые сейчас ведут бои на Кипре.

Её взгляд, казалось, скользил по панораме, открывающейся перед её внутренним взором.

"Вдалеке вижу затейливые крыши Дворца Дожей": продолжала Камилла.

Его готические фасады из цветного мрамора всё так же впечатляют, хотя я знаю, что пожары не раз заставляли перестраивать его.

А там, на острове напротив, сияет белым мрамором фасад церкви Сан-Джорджо-Маджоре - творение великого Палладио.

Всё это великолепие, как и всегда, стоит на деревянных сваях, вбитых в илистое дно лагуны, а фасады смотрят прямо на каналы.

Она сделала паузу, и в её голосе прорезался металл.

"Я - военный! Да! Меня зовут Камал! И Венеция находится в состоянии войны. Войны с Турцией.

Хотя орудия не гремят на улицах Светлейшей Республики, а основные сражения, вроде битвы при Лепанто, бушуют далеко в море у берегов Кипра, город живет в постоянном напряжении.

Угроза с моря заставила жителей города спешно укрепитьь оборону, приготовить арсеналы и построить новые фортификации.

В воздухе витает тревога: на площадях и в тавернах обсуждают ультиматумы османов, собирают средства на флот, провожают солдат, уходящих за море.

Ритм Венеции изменился, стал более лихорадочным и тревожным. Но Венеция не превратилась в осаждённую крепость. Её уникальный облик : каналы, дворцы и площади остались прежними.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.