- -
- 100%
- +
– Тогда зачем вы тут? – поинтересовался Рик.
– Вот за этим, – Скирилат достал из-за пазухи несколько листов, которые, судя по рваным краям, были когда-то вырваны из какой-то книги. – Ты же не силен в ментальной магии? Эти записи могут тебе помочь.
– А что это? – поинтересовался принц, пытаясь заглянуть в листки.
– Не твоего ума дело, ваше достопочтенное высочество, – щелкнул его по носу дварф, и, судя по всему, достаточно болезненно. – Не ты же маг-менталист? Тогда не лезь не в свое дело. Я хочу попасть в эту библиотеку, – выразительно посмотрел он на Рика. – Если для короля это вопрос государственной безопасности и усиления военного потенциала, то для меня – получение новых знаний. Мы в последнее время ходим по кругу. Не можем изобрести ничего нового и интересного. Да и поездочка сама по себе обещает быть интересной. Правда, эта зазнайка Оливия будет с нами. Но ничего, потерплю.
– Они постоянно грызутся на своей кафедре, – пояснил принц, – мастер Скирилат говорит, что ей не светит изобрести что-либо новое и прогрессивное, а она, в свою очередь, обвиняет мастера в криворукости, когда…
– Так! Твое высочество! – рявкнул дварф. – Помолчал бы, когда старшие говорят. А ты не трать время на него, – посмотрел он после на Рика. – Нам через два дня выдвигаться. Завтра будет собрана вся группа. Назначен старший. Было бы неплохо тебе уже что-нибудь новое для себя почерпнуть в ментальной магии. Ого! – Скирилат посмотрел на баночку варенья, когда почувствовал в себе какие-то перемены. – Матушка-императрица делала? Уважаю! – он заграбастал полупустую банку и спрятал за пазуху. – Ты себе еще добудешь, а мне пора. С таким приливом сил надо что-то нужное смастерить.
Дварф соскочил со стула и засеменил к двери.
– И еще, – он остановился, слегка обернувшись, – накладывай звуковой щит получше, твое высочество. Безопасники уж очень многозначительно прислушиваются, значит, что-то до них долетает. Зачем плодить ненужные слухи?
Скирилат вышел из апартаментов, хлопнув дверью. Оставшиеся наедине принц и Рик переглянулись.
– У меня еще не так мастерски получается этот щит тишины, – виновато сказал Рамберт.
– Я его вообще не умею делать, – усмехнулся Рик.
– Так это не твой профиль. Я же должен владеть всеми направлениями в магии. Мне ж когда-то светит занять трон, а без владения магией на высшем уровне я покойник. Так говорит папа.
– Правильно он говорит. Хорошо. Может, я действительно займусь получением информации из дневника и этих обрывков, раз нам через два дня выдвигаться?
– Ты прав. Тогда можно я позанимаюсь у тебя?
– Только тихо.
Рамберт обрадованно схватил учебник, лист и карандаш и уселся в привычной для себя манере в кресло, забросив ноги на подлокотник.
Рик удобно устроился на диване и первым делом достал листки, которые ему всучил дварф. И не пожалел об этом, так как это была инструкция, как обойти накладываемые магические печати. Оказалось, что принцип накладывания любой печати подобного рода основывается на ментальных способностях накладывающего печать. Со временем этот процесс сошел к тому, что, произнося определенные слова и набор звуков в определенной последовательности, маг, который накладывает печать, подсознательно пользуется ментальной магией, которая доступна каждому магу, так как много веков назад этот вид магии был в повседневном использовании. Никто не пытался причинить вреда кому-либо в корыстных целях. Используя ментальную магию, прежние маги просто-напросто упрощали себе многие процессы, отыскивая новые и интересные способы творить чудеса и находить новые применения для магических способностей.
Перечитав листки несколько раз, Рик поднял изумленные глаза на принца. Тот был полностью поглощен учебником и какой-то задачей. На его лице блуждала загадочная улыбка, а пальцы выбивали какой-то мотив на спинке кресла.
– Берт, – позвал его Рик, – а мастер Скирилат давно на кафедре артефакторства работает?
– А? Дварф? Не знаю. Лет сто точно. Главное то, что у него получается мастерить такие механизмы и приспособления, на которые никто из людей не способен. По крайней мере, я таких не знаю. А что? Он принес тебе интересные записи? Что в них?
– Некоторые аспекты практической ментальной магии, – уклончиво ответил Рик. – Скорее всего, это есть в твоем дневнике. Вернее, герцога Авановского.
– Я не читал этот дневник. Просто нашел в отцовской библиотеке, полистал и забыл о нем. А когда пришла весть о появлении нового ментального мага, тут же отыскал его и припрятал. Вот он и пригодился.
– Я сейчас дочитаю листки Скирилата и начну читать дневник.
Рик демонстративно с небрежностью перекладывал листки, останавливаясь только на практических подсказках о том, как уйти от наложения магических печатей. Когда нужные заклинания уложились в его голове, он аккуратно сложил листки и спрятал их во внутренний карман куртки.
Чтение дневника герцога Авановского было прервано стуком в дверь. Кто-то тихо проговорил подошедшему на стук безопаснику что-то на ухо и удалился.
– Ваша милость, – позвал Рика безопасник, – вам пора.
– Куда? – спросил Рик.
– К его величеству.
– Ого! – удивился принц. – А я думал, что только завтра тебя вызовут. Значит, папенька очень торопится послать вас в экспедицию. В таком случае я удаляюсь.
Рик тоже быстро привел себя в порядок. Сказывалась незабытая военная выучка. Осмотрев себя в зеркале, он вышел вслед за безопасниками из апартаментов. Те, заняв места по бокам лейтенанта, пошли в сторону крыла дворца, которое занимал император.
Глава 5
На этот раз Рик внимательно следил за своим маршрутом, направляясь на встречу с императором. И гобелены, и картины, и доспехи, и даже цвета ковровых дорожек – все отложилось в памяти парня. Одним из преимуществ ментальной магии была возможность запоминать множество деталей, встречавшихся по жизни. Когда Рик это понял, то он научился отсеивать ненужную информацию, оставляя только необходимую в своей памяти. Вот и сейчас, взбодренный вареньем императрицы, он старался запомнить каждую мелочь, попадавшуюся на его пути.
Безопасники подошли к двери, которая отличалась от той, из которой Рик вышел в прошлый раз. Если первая дверь была обычной и ничем не примечательной, то сейчас была двустворчатая огромная дверь. В некоторых поместьях въездные ворота были поменьше, чем эта дверь. Возле нее стояли целых восемь гвардейцев и два офицера. Все при ружьях, боевых мечах и даже металлических нагрудниках. Сама же дверь была богато украшена золотом и драгоценными каменьями, которые причудливо переливались, когда на них попадал свет от настенных бра и больших люстр, висевших под потолком.
– Рикхард де Волонтай доставлен по приказу его величества, – спокойно отрапортовал один из безопасников.
– Проходите, господин де Волонтай, – сказал офицер с погонами майора, – вас ожидают.
Гвардейцы отворили одну из створок двери, пропуская Рика внутрь. Перед его взором открылся огромный зал с не менее огромными панорамными окнами, которые были прикрыты тяжелыми шторами темно-зеленого цвета. Стены, по обычаю, были украшены картинами, на которых были изображены монаршие особы во время свершения того или иного подвига. В дальнем конце комнаты на возвышении стоял императорский трон, на котором восседал Преториан собственной персоной. Слева от него стоял Ван Лоддинг. Около возвышения стояли пожилые мужчины. В одном из них Рик узнал магистра Резеуса, профессора кафедры артефакторов. Другие два походили на боевых магов, причем активных, а не находящихся на пенсии. Повадки таких магов Рик хорошо запомнил во время службы. Они напрягли кисти рук и сжали в кулак какие-то амулеты, как только он вошел. Уж точно не собирались запустить фейерверк или вызвать дождь в этой комнате.
– Господин де Волонтай, – сухо обратился к Рику секретарь императора, – вчера вам стала известна информация, которая является государственной тайной. Его величество дал вам время на размышление для решения о применении магии печатей. Что вы решили?
– Разве у меня есть выбор? – пожал плечами Рик.
– Нам нужен четкий ответ.
– Я готов к ритуалу наложения печатей.
– В таком случае магистр Резеус проведет данный ритуал.
– Разве проведение подобных ритуалов не анонимное?
– Не в этом случае, де Волонтай, – таким же сухим и слегка высокомерным тоном, как до этого говорил Ван Лоддинг, сказал император. – На карту поставлено очень многое, и я не готов рисковать. Более того, я лично буду участвовать в этом ритуале.
– Хоть это и ни к чему, – пробурчал профессор-артефактор. – Я столько раз проводил данный ритуал, что даже со счета сбился. Никто и никогда не оставался безнаказанным, если осмеливался обойти мои печати.
– И тем не менее, магистр, – холодно взглянул на него Преториан, – я настаиваю.
– Воля ваша, – поклонился Резеус.
– Господа, – Ван Лоддинг обратился к боевым магам, – займите места около двери.
Те незамедлительно выполнили его приказ, не спуская глаз с Рика.
– Тогда приступим, – сказал профессор.
Он сделал небрежный взмах рукой, и тут же в зале материализовались кресло, стол с расположенными на нем несколькими ритуальными камнями, маленьким ножом, свернутым в рулон древним манускриптом, каким-то гонгом, висящим на треноге, и прочими мелочами, необходимыми для проведения ритуала. Рик никогда не участвовал в таком ритуале, но слышал, что проходит он быстро, немного болезненно, и не всегда тот, на кого накладывали печати, помнил все подробности.
Резеус заученными движениями заставил светиться камни на столе, раскатал свиток и поманил к себе Рика. Тот послушно подошел и вложил свою ладонь в протянутую ладонь профессора. Маленьким, но весьма острым ножом Резеус сделал крест-накрест два надреза у основания запястья, направив потекшую кровь на ритуальные камни. Как только они засветились, артефактор произнес несколько непонятных слов, из-за чего текст на свитке начал переливаться всеми цветами радуги.
– Все готово, ваше величество, – сказал Резеус.
Император быстро подошел к столу и внимательно посмотрел в глаза Рику.
– Присаживайся, парень, мы начинаем.
Рик уселся в кресло, ему завязали глаза темной материей. В зале наступила звенящая тишина. Потом раздался громкий удар металла о металл. Это профессор ударил в гонг. В голове парня начало вибрировать. Одновременно с ударом император и профессор принялись читать текст, написанный на свитке. По телу Рика пробежала дрожь. Он вдруг почувствовал, как его голову начал сдавливать какой-то обруч. Миг, и он начал проникать сквозь череп. «Пора!» – подумал парень и начал произносить заученные слова и звуки, едва шевеля губами. Давление невидимого обруча сначала ослабло, а затем и вовсе прекратилось. Рик продолжал тихо повторять несложное антизаклятие, прислушиваясь к монотонному напеву, который император вместе с Резеусом произносили все громче и громче. В какой-то миг парню показалось, что артефактор слегка сбился с ритма, но потом быстро опомнился и продолжил чтение заклинания печатей. В конце Рик почувствовал, как надрезы, сделанные перед началом ритуала, начали жечь все сильнее и сильнее. И с последними словами заклинания, которые оба мага громко выкрикнули, запястье обожгло так, что Рик не сдержался и вскрикнул. В зале наступила тишина.
– Ваше величество, – начал Резеус, – вам не показалось, что в какой-то момент текст на манускрипте погас, а потом вновь засиял?
– Не могу с уверенностью сказать, – ответил император, – я все время наблюдал за Волонтаем. Вы действительно это увидели, или вам показалось?
– Не уверен. Я знаю назубок текст с этого манускрипта. Я периодически в него заглядывал, а сам… стоял с закрытыми глазами, удерживая связь с камнями.
– Вот и я примерно таким образом себя вел. Покажи запястье, парень, – обратился император к Рику.
Тот послушно протянул порезанное запястье, на котором уже вырисовались руны верности и неразглашения. Оба мага внимательно их осмотрели, и император сказал с довольной улыбкой:
– Вот видишь, все хорошо. Эти руны – явное доказательство того, что все сделано правильно. Парни! – крикнул он стоявшим у двери магам. – Дайте-ка кинжал.
Императору быстро принесли требуемое. Он протянул кинжал Рику.
– Сделай надрез на ладони.
Рик медленно выполнил приказ. Кровь заструилась по запястью и закапала на пол.
– Вообще нет никаких сомнений в том, что мы все сделали верно.
Преториан накрыл рану ладонью, что-то прошептал, и порез мигом затянулся. Только тонкий белый шрам напоминал о жестоком приказе императора.
– Все, де Волонтай, теперь можешь покинуть дворец, но только до завтра. Утром состоится совет, на котором будут представлены все участники экспедиции. Да, и еще. Спасибо за геометрию. Я уже отчаялся, что Берт сможет когда-либо освоить артефакторство в нужном для монарха объеме.
Рик поклонился императору.
– Возьми этот перстень, – Преториан протянул парню небольшое кольцо с зеленым камнем, вырезанным в виде восьмиконечной звезды. – С ним тебя пропустят в любое место в империи, кроме спален моей жены и дочери.
Присутствующие в зале заулыбались в ответ на эти слова императора.
– Все, – махнул тот рукой, – можешь идти. Утром жду тебя.
После этих слов Преториан и его секретарь развернулись и пошли за трон, за которым находилась небольшая дверь, искусно спрятанная от посторонних глаз. Рику показалось, что император ожег его взглядом, прежде чем скрылся за этой дверью.
Маги проводили Рика до дверей, вежливо пожав ему руку на прощание. Каждый из них не преминул как бы невзначай продемонстрировать такие же руны на своих запястьях, как и у де Волонтая.
В коридоре в непринужденных позах стояли соглядатаи Рика. Как только он вышел, они сразу же подошли и внимательно посмотрели в его глаза.
– Император отпустил меня до завтра, – сказал парень.
– Хорошо, – согласно кивнул один из безопасников, – только ты уж не обессудь, но мы будем рядом.
– Мы не будем тебе мешать, – подхватил другой безопасник, – но нам велено не допустить ничего такого, что могло бы тебе навредить, лейтенант.
– Я уже давно как на пенсии, – пробурчал Рик.
– В нашей империи это не имеет никакого значения, – ухмыльнулся первый безопасник.
– Хоть скажите, как мне к вам обращаться?
– Меня зовут Мартин Ван Лонт, а моего напарника – Борсаниус де Шорт. Но ты можешь просто звать нас Марти и Сани. Так будет быстрее, если что.
– Хорошо. Мне нужно домой, а потом вечером… у меня встреча.
– С гоббами? – показал свою осведомленность Марти. – Об этом не беспокойся. С ними уже все обговорили. Все бумаги улажены. Его величество стал твоим гарантом, поэтому у гоббов никаких претензий не возникло. Ты можешь…
– У меня встреча с девушкой, – перебил его Рик. – И на ней вы будете меня сопровождать?
– Да. Незаметно, – заверил его де Шорт.
Рику не оставалось ничего иного, как, скрипя зубами, отправиться к себе домой. Самоходку с императорскими гербами на дверях ему не предложили, но Марти быстро поймал извозчика, и он их быстро доставил к дому Рика. Верный Глот за малым не бросился на шею де Волонтаю, когда тот вошел в дом. Наверное, маячившие за его спиной безопасники не дали этого сделать.
– Все хорошо? – спросил денщик.
– И да, и нет, – уклончиво ответил Рик. – Мне через два дня предстоит отправиться в экспедицию. Тебя взять с собой не смогу, но ты можешь отправиться к сестре. Как раз и отдохнешь, и с родней повидаешься.
– Да я как-то не шибко устал, – огорченно ответил Симмерс. – Надолго экспедиция?
– Не знаю. В одну сторону – пять дней. Сколько займет еще времени, только Богу известно.
– Есть будете?
– Давай чуть позже. Я переоденусь и схожу кое-куда. Через пару часов вернусь. К тому времени и приготовь чего-нибудь.
– И на этих тоже? – денщик кивнул в сторону Марти и Сани, из-за чего последний зло сощурил глаза. Они были все-таки дворяне! Что себе позволяет этот мужлан.
– Эти парни – мои телохранители на два дня, – пояснил Рик. – Считай, что друзья-товарищи, поэтому и на их долю приготовь. Это же не воспрещено вашим уставом? – повернулся он к безопасникам. Те отрицательно помахали головой. – Вот и чудно. Прикупи камквота и вина.
– Но… – начал было Симмерс.
– Капрал, выполняй, – сжал губы Рик.
Денщику ничего не оставалось, как безропотно кивнуть головой.
Выйдя на улицу, Рик осмотрелся в поисках чего-либо подозрительного. «Ужас! – пронеслось в его голове. – На передовой было проще, чем здесь. Там хоть все было понятно, а тут…»
– Идем, – тихо сказал ему стоявший сзади Марти, – все чисто.
– Откуда знаешь?
– Знаю. Это моя работа. Если будет опасность, я сразу же предупрежу.
– Как ей не быть, когда за мной тенью таскаются два офицера СВБ, пусть и в гражданской форме, – пробурчал Рик.
– Не переживай, – весело сказал Сани, – скоро это закончится.
Рик молча пошел в сторону домов, где на него было совершено покушение. Постучав в первую попавшуюся дверь, он спросил у выглянувшей женщины:
– Подскажите, Элен де Ривенгоз в каком доме живет?
– Через два дома, – женщина махнула рукой в нужном направлении, – но ее сейчас нет. Она в мастерской.
– Как найти эту мастерскую, вы случайно не знаете?
– Так в императорском мануфактурном квартале.
– Пойдем, – дернул Рика за рукав Сани, – мы покажем, где это. Чем она занимается?
– Она – швея.
– Я знаю, где это.
Поймав на этот раз частную самоходку, занимающуюся извозом (пусть и дороговато, но зато с каким шиком!), Сани сказал адрес. По дороге Рик попросил остановиться около цветочного магазина, а затем, сделав приличный крюк, заехали еще и в дорогую кондитерскую, славившуюся своими эклерами. И вот с букетом наперевес и прижатой к груди коробочкой с ароматными эклерами Рик подошел ко входу в одно из зданий в императорском мануфактурном квартале. У входа в здание стояли три вооруженных охранника.
– Вы к кому, господин хороший? – спросил один из них.
– Я хочу повидать Элен де Ривенгоз, – ответил Рик, – я договаривался с ней о встрече, но обстоятельства складываются таким образом, что…
– У вас пропуск есть? – бесцеремонно перебил его охранник, демонстративно перекидывая винтовку с плеча на грудь.
– А разве нужен пропуск, чтобы просто поболтать с девушкой?
– Вы, наверное, недавно в столице? – поинтересовался охранник. – С передовой сразу сюда? – Рик кивнул. – Понятно. Нет. Это государственное учреждение, сюда можно входить только работающим здесь либо по пропуску, выданному императорской канцелярией.
Де Волонтай растерянно обернулся к своим соглядатаям.
– Ничем не можем помочь, к сожалению, – сказал Марти. – Больше года уже такие правила. Если хочешь попасть в подобный цех, то нужно обратиться в канцелярию. Сюда даже рабочие, которые приходят починить что-нибудь, тоже проходят по пропускам.
Рик растерянно посмотрел на букет, потом на коробочку с эклерами, и его взгляд вдруг зацепился за перстень с восьмиконечным зеленым камнем.
– А это не может служить пропуском? – он сунул под нос охранника перстень, продолжая сжимать в ладони коробочку.
– Почему сразу не сказали, ваша милость, что вы от самого императора, – вытянулся по стойке смирно охранник. – Извольте войти. Но могу пропустить только вас. Ваших помощников не имею права. Один перстень – один человек может пройти. Устав.
Рик с видом победителя вошел в услужливо открытую охранниками дверь. В нос ударил приятный ванильный запах. В коридоре, по которому медленно шел де Волонтай, было множество дверей разных размеров. Постучав в первую попавшуюся, Рик смело толкнул ее и заглянул в комнату. Там над чаном с оранжевой краской магичила женщина довольно преклонного возраста. Краска в чане слегка шевелилась и иногда пускала пузыри.
– Дико прошу прощения, – почему-то шепотом сказал Рик, – не подскажете, где я могу найти Элен де Ривенгоз?
Лицо женщины сначала выразило непонимание, а потом суровость. Но когда суть вопроса дошла до нее, женщина улыбнулась.
– Третья дверь справа от моей комнаты. Там Элен работает. А вы кто ей будете?
– Э-э-э, сосед. Она вчера мне здорово помогла. По-соседски. Пришел вот поблагодарить.
– Ага, – хитро улыбнулась женщина, – и пропуск достал, и цветы купил. До вечера сил не было подождать, чтобы поблагодарить?
– Обстоятельства складываются так, что… Я пойду? – не дожидаясь ответа, Рик закрыл дверь и быстро прошел к той двери, на которую указала женщина.
Немного помявшись, он тихонько постучал и слегка приоткрыл дверь, не дожидаясь ответа. Заглянув комнату, он увидел Элен, стоящую к нему спиной, а к станку, на котором была натянута ткань, лицом. Свет, щедро наполнявший комнату из огромного окна, делал вокруг тела девушки какой-то нереальный нимб. Может, это было влияние магии, которой она наполняла ткань, может, просто игра света, но Рик залюбовался миниатюрной фигуркой Элен. Он даже приоткрыл рот от восхищения, настолько его очаровала картина, открывшаяся его взору. В этот момент его плечо кто-то сильно сжал. Рик подумал, что это охранники, и хотел было яростно сказать, что он представитель императора, но перед ним стояла пожилая женщина ростом почти с него. Ее седые коротко стриженые волосы были собраны в хвост. На скуластом лице читались спокойствие и чувство собственной силы. Она приложила палец к губам, дескать, тихо, и поманила за собой. Рику не оставалось ничего другого, как подчиниться ей. Женщина привела его к одной из комнат, отворила дверь и жестом пригласила войти. Сразу было видно, что это кабинет женщины. Все лежало на своих местах, в вазочке лежали засахаренные фрукты, образцы тканей стопками лежали на отдельном столике, на стоящей в углу ширме была изображена лирическая картина: мужчина что-то играет на мандолине, а прикрывающаяся веером девушка слушает его, обратив взор к луне.
– А я думаю, что это сегодня в ткани для наших воинов появились необычные нити. Хаотично, но очень густо идут не просто прочные нити. Наш химик даже кислотой пробовал по ним пройтись. Вообще не действует на них. Только магией можно плавить. И то маг должен быть довольно-таки сильный. Извините, забыла представиться – графиня Аметея Ван Линнок. Я руковожу цехом императорских ткачей. Последнее время наши ткани идут сугубо на военные цели.
– Добрый день, госпожа графиня. Рикхард де Волонтай, – представился Рик. – Я пришел…
– Знаю, знаю, – махнула рукой графиня. – Охрана уже доложила. Я не ведала, что ко мне пожалуют с проверкой, поэтому и шумлю особо, чтоб ткачихам не мешать. Процесс изготовления тканей довольно-таки кропотливый труд. Мало кто хочет идти сюда работать. Только те, кто радеет за благополучие империи, и соглашаются делиться своим магическим даром ради портянок, рубах и исподнего для наших воинов. Ой! Я совсем вас заболтала! Присаживайтесь. Сейчас сделаю чай, и я послушаю вас.
– Я пришел…
– Чай! Он у меня особый.
Графиня захлопотала около сервировочного столика, быстро вскипятив заклинанием воду, насыпав в заварник из разных мешочков трав и сухих фруктов. Вскоре по кабинету разошелся дивный аромат.
– Итак, – сказала она, протягивая Рику чашечку с благоухающим чаем, – я слушаю вас.
– Понимаете, вчера Элен мне помогла, практически спасла жизнь. На меня напали, а она…
– Я слышала об этом происшествии, – опять перебила его графиня. – Так это на вас напали эльфы? И надо же, в самом центре столицы.
– Да, на меня. И я договорился сегодня встретиться с Элен и сводить ее в ресторан, чтобы отблагодарить за помощь.
– Вечером и пойдете. Как только она сделает работу. Понимаете, под впечатлением от вчерашнего или от предстоящего похода в ресторан у Элен сегодня получается ткань весьма интересного качества. Вот, смотрите.
Графиня встала со стула, взяла отрез ткани, лежавший сверху, достала из-под вороха пистолет, прикрепила ткань к доске, висевшей на стене, и выстрелила с трех шагов. Пуля застряла в дереве, но ткань не порвалась.
– Не переживайте. На мой кабинет наложено мощное заклятие тишины. Никто не услышит. Как вам?
– А раньше не получалось сделать что-то подобное? Столько бы жизней удалось спасти.
– Пробовали. От удара заговоренным мечом прорывало. А эту – нет.
Графиня достала из-за ширмы увесистый меч (по-видимому, заговоренный) и нанесла удар по ткани. Опять в дереве остался след, а продемонстрированный Рику отрез ткани остался целехоньким.
– Правда, не вся партия у нее такая сегодня. Полосами как-то идет. Вот я и не хочу спугнуть ее удачу. Пусть поработает до конца дня. Кто его знает, может быть, завтра у нее не получится такого.
– Понимаете, мне нужно пораньше встретиться с Элен. Вы же знаете, что на службе у императора могут вызвать в любой момент. Не хочу уехать… в поход, не выполнив обещания.