- -
- 100%
- +
Собери побыстрей всё необходимое в дорогу: харчи, документы, одёжку…
Да что за муха тебя укусила? Ты толком можешь объяснить, что случилось?
Некогда рассусоливать. Собирайся я сказал, да поживее. Пойду, может Принца удастся в бричку запрячь.
И уже выходя во двор, обернулся к побледневшей Олесе.
– Орда мамаева, а то и почище, идёт…
Из Балви в сторону Лиепны двигался большой грузовик с кузовом, крытым тёмно-зелёным проре-зиненным тентом. За ним, не отставая, шёл тёмный внедорожник. Фары в серой предутренней мгле выхватывали придорожные кусты, аккуратные столбики дорожного ограждения опасных участков, выкрашенных в косую зебру.
Пельминьш, полковник пограничной службы Лат-вии, недовольно сопел носом. Мало того, что его подняли среди ночи с постели не дав выспаться, так ещё и разнос учинили. Генералу Земиташу, видите ли, не понравилось, что он, Эдвар Пельминьш, задаёт лишние вопросы. А как не задать? Он до сих пор не знает, кто эти трое в джипе и те двое, в грузовике. И что везут к границе – не знает. И что они там собираются делать – не знает.
Полковник, ваше дело сопроводить этих господ с их техникой и грузом до восьмого поста, что за Лиепной. После чего вас отвезут обратно. Назад гостей сопровождать не надо, доберутся самостоятельно.
Генерал, я ответственен за этот участок границы и если там…
Пельминьш, там ничего не произойдёт! Господа послушают сопредельную сторону. Русские что-то интенсивно строят недалеко от границы. И в наших интересах узнать, чего это беспокойные соседи затеяли под своим Островом.
Объяснение было логичным. И всё же его попутчики были странными молчунами. Эдвар обернулся в сторону заднего сиденья. Лица у всех троих явно не как у прибалтов. Мощные квадратные подбородки, прямые носы, бледная кожа. Точно не янки. Те даже в возрасте выглядят моложаво, да и кожа загорелая. Не немцы и не южане. Спокойная надменность на лицах могла принадлежать, пожалуй, только англичанам. Точно. Скорее всего это они и есть.
Впереди зажглись красные огни тормозящего грузовика. Джип лениво объехал его и медленно покатил, не останавливаясь, дальше. Вот и поворот направо, не доезжая ло Лиепны. Дорога стала похуже, но тряски не было. Джип мягко скользил по едва наезженной дороге. Вскоре свет фар выхватил из темноты пёстрый шлагбаум и будку постового. Два пограничника, взяв автоматы наизготовку, пошли в сторону остановившихся машин, а третий застыл в будке у телефонного аппарата.
– Капрал Левиньш. Ваши документы!
Полковник развернул своё удостоверение и пока-зал его капралу. Тут все услышали трель телефона. От будки в сторону джипа бежал третий пограничник.
– Господин капрал! Звонил лейтенант. Он сказал не задерживать эти машины. Капрал козырнул и дал знак на поднятие шлагбаума…
К границе подъехали, когда небо на востоке посветлело настолько, что можно было разглядеть бо-родавку на подбородке сидящего в центре человека.
– Ну что же, господа попутчики, в километре от этого холма, где мы остановились, начинается граница с Россией. Располагайтесь. А меня, с вашего разрешения, водитель пусть доставит к посту.
Попутчики так же молча, один за другим вышли из джипа и бородавчатый махнул водителю рукой, мол, езжай.
Джип с полковником скрылся за ближайшим поворотом, и он не мог видеть, как пятеро остав-шихся мужчин вытащили из кузова грузовика объёмистые сумки, извлекли оттуда переливающиеся металлическим блеском костюмы с отвратительно пахнущей пропиткой и несуразными толстостенными шлемами, помогли друг другу натянуть их на себя и подошли к кузову грузовика. До восхода солнца оставалось не более, чем полчаса. Попарно работая под руководством бородавчатого, они стаскивали зашторенные клетки из кузова и переносили их на гребень холма. Клетки были большие, прикрытые тёмным материалом. Когда последняя из них была доставлена на место, бородавчатый подал знак. По его команде люди сняли с клеток защитные покрывала, отомкнули замки и откинули передние стенки. Наружу, странно посвистывая, ринулись де-сятки, сотни небольших чёрных тварей, похожих на крыс. Некоторые из них, прежде чем скатиться вниз по склону холма, облепили молчаливо, как статуи, стоящие фигуры людей и даже попробовали на зуб металлическую защиту их костюмов, но, убедившись в несъедобности этих объектов, устремились на восток, навстречу наступающему дню…
В штабе МЧС Брянска царил неописуемый пе-реполох. Все куда-то спешили, суетились, звонили. Подполковник Силаев вместе со своим заместителем, Александром Архиповым, рассматривали цветные снимки, полученные по факсу из министерства. Это были снимки из космоса. На них было видно, как почти от самой столицы Польши в сторону южной Белоруссии и северо-западной Украины вытянулся чёрный луч, подходящий к западной границе России.
– Час назад мне позвонил майор Бульбаш из гомельского отдела МЧС Белоруссии. Сказал, что вся южная полоса республики от Бреста до Речицы и Хойники наводнена странными грызунами. Из зоны бедствия не успели эвакуировать всех людей. Попытались прорваться на БТРах к одному из сёл, но связь с ними прервалась через каких-то двадцать минут. С наступлением дня он вместе с мэром Мозыря облетел на вертолёте район бедствия и ужаснулся. Ни людей, ни скота. Птиц и тех не заметили.Земля полностью покрыта шевелящейся чёрной массой. Ни травы, ни кустов, да что там – от столетних деревьев одни остовы торчат. В общем, у соседей в этом районе помогать уже некому. Но что странно. Крысо-мыши, как их обозвали белорусы, в северные или южные районы не пошли. И дело даже не в том, что вдоль линии движения лавы этих тварей спешно прорыли глубокие траншеи. Это бы их не остановило. Перед Мозырем такую траншею почти в тридцать километров прорыли, а толку – ноль. Поток тварей приостановился лишь на секунду. Зверьки падали в неё до тех пор, пока она не заполнилась до краёв их телами и снова попёрли в нашу сторону.
Силаев передал Архипову пачку снимков.
– Слушай, Игорь, а что мы-то тут головы ломаем?
Архипов в сердцах бросил фотки на край стола.
Это ведь явная диверсия со стороны наших зака-дычных панов! Пусть этим ФСБ занимается!
Ну ты это брось! Ты что, газет не читаешь, телеви-зор не смотришь?
Да что мне твои телики да газеты. Я в Инте про всё уже узнал. Мура это. Мутанты-крысы, случайно выведенные на одной из ферм Польши, случайно сожрали своего создателя и случайно, блин, никуда не сворачивая, прут на восток! Ты сам-то этому веришь? Я – нет.
Силаев досадливо сморщился.
Знаешь, врагов пусть выявляет наша славная разведка с дипломатами в придачу, а нам с тобой через… – Игорь посмотрел на дисплей мобильника, – три часа, нужно быть у губернатора. Так что весь наш штаб сюда. Подключайте свои и компьютерные мозги. Ищите способы борьбы с этой напастью… Ты меня понял?
Да понял я, понял. Уже бегу скликать нашу рать.
И шевели окороками. А я к погранцам. Пролетим на вертолёте вдоль границы, не с пустыми же руками к губернатору идти…
Нина Наумкина, старший лаборант института мозга АМН РФ с любопытством и долей омерзения рассматривала четырёх зверьков с короткими утол-щёнными хвостиками, с телом немногим больше мыши и головой словно снятой с крысы. Их недавно доставили им белорусские коллеги.
– Ах вы мои крыски! Как вы славно свистите. Почему это вы такие чёрненькие? Куда это вы всё смотрите?
В лабораторию, словно вихрь влетел Алексей Макеев, заведующий лабораторией прикладной нейрохирургии. Услышав последние слова Наумки-ной, он воскликнул:
– Здесь, при искусственном освещении, наши под-опытные могут и даже обязаны смотреть только на тебя, о прекраснейшая, с какой бы стороны вольера ты ни находилась.
– Лёшенька, ты хочешь сказать, что я могу нравить-ся только этим противным крысам?
Макеев, успев дважды крутануться вокруг вольера, не стал разочаровывать свою симпатичную лабо-рантку.
– Я хочу сказать, что нас опередили. Проблему поведения этих мутантов, как ты знаешь, изучают и в МИПФ, и в МИП. Так вот, физики успели выяснить, что крыски, находясь внутри помещения и под действием искусственного света, ведут себя почти так же, как и контрольные, белые. Но как только они оказываются на открытом воздухе, они словно стрелка компаса поворачивают свои оглобли, то бишь, мордочки прямо на…
На север! – радостно подсказала Нина и преданно посмотрела в глаза своего, в третий раз неженатого, шефа.
Макеев слегка поморщился и отрицательно качнул головой.
Не угадала, душа моя. Эти твари смотрят только в сторону восходящего…
А-а, на Запад? – прощебетала Ниночка и поправи-ла белокурый локон, свисающий на её ничем не замутнённый лобик.
Наумкина! На западе Солнце заходит, а не восходит! Короче. Клетку с этими паразитами переместить на улицу, на натурный полигон.
Нина капризно надула ярко накрашенный губки и, приведя свою боевую раскраску в полную готовность, сделала последнюю попытку отговорить шефа от опрометчивого, на её взгляд, шага.
– На улице ветер, дождь накрапывет, а ты меня и этих очаровашек гонишь туда?! Тебе что, меня совсем не жалко?
Ниночка прильнула к плечу шефа и заискивающе посмотрела ему в глаза.
– Когда мы за эту тему, – Макеев похлопал ладонью по папке с заданием на исследования, – не получим ни шиша, то скорее всего мне будет жалко самого себя.
Собравшиеся на заседание экстренного расши-ренного Совета безопасности РФ ждали прибытия президента. Он прервал своё турне по странам Ин-докитая и срочно возвращался в столицу. На Совете присутствовало более пятидесяти губернаторов, чьи края и области могли подвергнуться нашествию полчищ грызунов (МЧС совместно с РАН определи-ло предположительную полосу движения мутантов по просторам страны), учёные разных профилей, военные, директора некоторых предприятий и даже два священослужителя.
В зал вошёл председатель правительства Тихон Зудов. Дождавшись тишины, он выдержал много-значительную паузу.
– Коллеги, президентский самолёт в связи с плохи-ми погодными условиями немного задерживается. Чтобы не терять наше драгоценное время, давайте начнём предварительное обсуждение вопроса. Вам слово, Виктор Петрович.
Виктор Соловьёв, министр ЧС РФ, встал со своего места, взял со стола густо исписанные листки бумаги и направился было к небольшой трибуне, что стояла справа от президентского кресла, но Зудов его мягко остановил.
– Давайте пока с места, ещё набегаемся.
– Господа! По нашим последним сведениям лави-на мутантов всего в пятнадцати километрах от нашей границы. Скорость перемещения головных отрядов грызунов три километра в сутки. Значит, к нашей гра-нице они выйдут через четыре, максимум через пять дней. Брянские сотрудники МЧС вместе с белорускими коллегами пролетели над территориями, где прошли эти твари. На ваших настольных дисплеях вы видите, что стало с инфраструктурой, растительностью в очаге поражения. Худшие последствия, и я думаю, представители Минобороны это подтвердят, могут принести взрывы тактического ядерного оружия. Аналогичные последствия скорее всего и в северо-западных областях Украины. Правда, власти этой страны совместные полёты над очагами поражения не разрешили и практически отказались сотрудничать с нами. Кроме того, из районных отделов ЧС Трубчевска, Льгова и Борисовки на нашем юго-западном участке границы появились другие, пока ещё локальные очаги распространения мутантов. А буквально перед началом Совета, санэпидемические станции Кен-гисеппского и Собежского районов ленинградской и псковской областей, граничащих с Эстонией и Латвией, сообщили, что и там появились участки поражённые грызунами. Зная о фантастической прожорливости и плодовитости этих тварей, можно с уверенностью сказать, что через неделю, максимум через две, остановить их нашествие будет крайне сложно. Нужно отметить, что белорусы испробовали несколько способов, чтобы остановить эту всесокрушающую лаву, но все они не принесли каких-либо существенных результатов. Так, сухие траншеи грызуны заполняли своими телами и продолжали движение вперёд лишь с небольшой задержкой. Заполненные водой рвы и траншеи они форсировали без промедления. Огненные ловушки огибали по безопасной дуге и продолжали катиться на восток. Расбросанные на пути их движения сильнодействующие ядохимикаты тоже никаких результатов не дали. Как только погибали первые несколько крыс, остальные словно по коман-де переставали реагировать на приманки. А однажды, вне населённого пункта, военные испробовали даже напалм. Результат был, но двоякий. Некоторый урон мутантам был нанесён, но, во-первых, локальный, а во-вторых, земля после его применения надолго выведена из землепользования. Сами понимаете, напалм – это не новогодняя хлопушка…
Первый докладчик сел на место и тут же несколько человек попросили слова.
– Ну, давайте вы… Пётр Кузьмич.
Селиванов, губернатор н-ской области, кряжистый, одетый в тёмно-синий твидовый костюм, рубанул рукой.
У нас в Сибири испокон веку с мышами прекрасно справлялись кошки. Россия большая. Соберём кошек сколько потребуется да и бросим их в бой! А то напалм, понимаешь… После него землице век целый лечиться придётся…
Какие ещё будут предложения?
Зудов даже привстал с места, чтобы получше рассмотреть присутствующих. Предложения после некоторой раскачки посыпались самые что ни на есть разнообразные, а порой и неожиданные.
Генерал авиации Крылов:
– Предлагаю обработать с самолётов этот табун… э-э, стадо, горючкой и затем всё разом поджечь. Сжарятся, как миленькие…
Директор предприятия закрытого города н-ска, Ловчий:
– На нашем предприятии скопились тысячи нереализованных механических мышеловок. Мы можем буквально за символическую цену выделить их на борьбу с вредителями. Это же так просто – расставить, насторожить их и дело в шляпе!
Атаман донского казачьего войска Шашкин:
– Я могу за неделю мобилизовать тысячу, а если повезёт, и две тысячи казаков. Уж постоим за Россию-матушку. Порубаем в капусту эту нечисть…
Батюшка Авраам:
– Это явно происки Сатаны. Крёстный ход, окропление святой водой и только тогда пропадёт войско антихристово…
Генерал артиллерии Стволин:
– Самый лучший выход в данной ситуации – это удар по площадям из всех видов орудийных установок…
Зудов устало махнул рукой, прерывая очередного «предложенца».
– Я не слышу голоса представителей науки. Госпо-да, тише, тише пожалуйста.
В самом конце стола поднялся сухонький седой человек. Он, несмотря на серьёзность обсуждаемого вопроса, весело блеснул глазами, спрятанными под набрякшими веками и, прокашлявшись в пергамент-ного цвета кулачек, заговорил.
– Некоторые предложения отдельных това-рищей, да-да, я уж, позвольте, по-старому буду вас называть, а то, знаете ли, раз есть госпо-да, значит есть и не господа, то есть рабы…Но это я так, к слову… Так о чём это я? Ах да!
Значит, говорите напалм, ковровые бомбардировки, обливание-сжигание? Это, гм-м, урон и наверное существенный…
И тут его голос зазвенел, как перетянутая струна надтреснутой скрипки.
– …но прежде всего земле, нашему привычному зверью, лесам, полям и рекам. И потом, где гарантия, что после таких, гм-м, катаклизмов интересующие нас зверьки не разориентируются в пространстве и не пойдут уже строго на восток, а разбегутся в разные стороны и тогда последствия будут просто непредсказуемы.
Он задорно посмотрел на чинно сидящих рядом с ним академиков.
– Среди моих коллег до сего дня ещё нет чёткой концепсии о феномене этих, э-э, необычных грызунов. Но поскольку дальнейшие бесплодные дискуссии в наших учёных кругах могут выйти боком моей стране, позволю высказать своё, сугубо личное мнение о предмете нашего разговора. Так вот, мы провели не-которые исследования и установили, что эти гры-зуны являются типичными дипольно заряженными мутантами. В настоящее время восток для них плюс, а запад – минус. Как и почему это произошло – предмет для другого разговора и в другом месте. При натурных испытаниях нам, кажется, удалось найти способ поменять дипольность зверька с плюса на минус…
– Георгий Иванович, вы хотите сказать, – Зудов даже поперхнулся глотком минералки, – что мы сможем развернуть эти орды назад, туда, откуда они пришли?!
Академик Богун снова весело сверкнул глазами.
– Да, товарищ Зудов, вы совершенно правильно меня поняли. Погоним, погоним назад эту чёрную напасть!
Ларов, министр иностранных дел, неуверенно поднялся с места. Его лицо было бледным, голос заметно дрожал.
Господа, коллеги, друзья! Реализация предложений академика Богуна может привести к катастрофичес-ким последствиям для наших партнёров в Восточной и
Западной Европе…
А вам не приходило в голову, Мирон Кирович, – подал голос простуженным баритоном директор ФСБ Скрытнов, – что наши, так называемые, партнёры специально решили превратить Россию в калеку? Так пусть и расхлёбывают кашу, которую сами и заварили!
Неожиданно слово попросил ещё один маститый академик Уханов, до этого сидевший угрюмо нахохлившись.
– В принципе, повторяю, в принципе, я склоняюсь к правоте гипотезы академика Богуна в том плане, что эти, м-м, крысоподобные существа являются поляризованной формой деструктивной дедукции…
Зудов, промакнув обильно выступивший пот со лба, недовольно поморщился.
Юрий Юрьевич, нельзя ли высказаться более, скажем, популярным языком?
М-да, ну отчего же, конечно, конечно… Так о чём… ах да. В принципе есть способы воздействия на этих животных определёнными по силе и направлению
электромагнитными импульсами. В результате их воздействия мутантам ничего не останется делать, как развернуться на сто восемьдесят градусов. Таким образом, мы направим их в противоположную сторону..
Снова вскочил со своего места, теперь уже красный от натуги и переполнявших его чувств, министр Ларов.
Но это же будет равносильно началу негласных боевых действий руками… тьфу, зубами этих несчаст-ных грызунов! Вся Европа, весь мир обвинят Россию в
применении секретного биологического оружия, срав-нимого по своему разрушительному действию с… э-э…
С применением боевого ядерного оружия, – выпа-лил, словно выстрелил из пушки генерал Водородов.
Ларов блеснул очками в сторону генерала.
Сравнение, может быть, не совсем корректное, но в любом случае мы все должны понимать, что пострадает ни в чём не повинное население многих стран…
Пока пострадали сотни, если не тысячи людей в Белоруссии, да и в Украине. Сейчас эта погибель на пороге нашего дома. Или потери наших братских народов и просто немыслимые грядущие потери на просторах нашей страны не в счёт!? – желчно уколола министра главный редактор еженедельника «Русь», Элеонора Бобринец.
Лёгкий шумок, пронёсшийся по залу» пресёк дальнейшую свободную дискуссию. На Совет прибыл президент…
Шила в мешке не утаишь. Народная мудрость и на этот раз доказала своё право на жизнь. В западных СМИ появилась целая серия материалов, посвящён-ных тому, что Россия якобы провела неудачные испы-тания секретного биологического оружия, в результате чего отдельные области Белоруссии, Украины и самой России подверглись невиданному нашествию крыс-мутантов. При этом они злорадно замечали своим несведущим читателям, что российская наука настолько ослабела умами, что даже это оружие было применено себе во вред.
Но пресс-конференция, данная президентом РФ широкому кругу зарубежных и отечественных СМИ, расставила все точки над «i» и всколыхнула об-щественное мнение во всём мире. Все, от королевы Елизаветы, до бушмена Бумбуку из пустыни Калахари прониклись мыслью тотальной угрозы человечеству от непрошенных мутантов. Результаты космической и воздушной разведки пострадавших территорий дали ясно и однозначно понять, откуда появилась эта чёрная напасть.
В сжатые сроки со всей Европы и России были мобилизованы сотни больших и малых дирижаблей и воздушных шаров. От применения самолётов и вертолётов из-за их шумности пришлось отказаться. Каждый дерижабль, воздушный шар оборудовали простейшими автономными электромагнитными излучателями. Весь этот бесшумный флот, не распугивающий грызунов, распределили по фронту наступающей чёрной орды и в указанный день и час излучатели дали первый мощный импульс.
Наблюдатели, находящиеся в гондолах шаров и дирижаблей, засняли всё происходящее внизу и потом кадры видиосюжетов обошли телеканалы всего мира.
Первая волна поражённых импульсом животных, словно солдаты на плацу, по команде «Кру-гом!» развернулась и пошла навстречу всё прибывающим новым полчищам крысок. Наверное, многие люди хоть раз в жизни видели замечательное творение художника Айвозовского «Девятый вал». Так вот, две встречные волны мутантов начали образовывать огромную копошащуюся чёрную волну. Когда стало ясно, что прибывающие крыски начали лавой пе-рекатываться через образовавшийся вал, состоящий из затоптанных, раздавленных, разорванных в клочья и ещё живых тварей, был дан второй, решающий залп излучателями, после чего волна новообращённых животных покатила назад, сметая и уничтожая себе подобных. Ведь единственное, чем могли питаться крыски на обратном пути, превращённом ими же в пустыню, были сами крысы. Следом за отступающим валом чёрной напасти шли тысячи волонтёров из многих стран. Их цепочка растянулась более,чем на тысячу километров! Нужно было уничтожить уцелевших самок с детёнышами, иначе аномальная репродуктивность могла создать угрозу их повторного распространения.
Тем временем передовой вал мутантов откочёвы-вал на запад, съедая на своём пути то, что было единственно съедобным – своих самок и детёнышей.
Дирижабли и воздушные шары переместили на западные рубежи ареала распространения крыс-убийц и, когда ещё многочисленные и по-прежнему опасные орды мутантов с помощью импульсных ударов по-гнали обратно на восток, наступил очередной перелом в этой битве. После нескольких перенацеливаний их движения, от некогда всепожирающей чёрной лавины остались жалкие ручейки и островки ещё шевелящих-ся, но уже обречённых животных…
Вилли Томпсон угрюмо побарабанил тонкими аристократическими пальцами по большой карте Евраазии, висевшей на стене его кабинета. Что ж, он сделал всё, что мог. К сожалению, русские оказались находчивее, чем он думал…
Агент по особым поручениям, Пит Сэндвич, тот самый бородавчатый молчун, сообщил шефу о хорошем начале операции, но вскоре ему пришлось сообщить и о том, что у прибалтов и украинцев кишка оказалась тонка, и они наравне с русскими принялись уничтожать этих замечательных крысок.
Пит поднялся на борт «Боинга», вылетающего из Таллина в Лондон и поставил свою небольшую дорожную сумку между ног. Он не обратил внимания на небольшую рваную дыру в углу своей сумки и торчащий из неё короткий шевелящийся хвост…
Нич-3
Чащин, отдуваясь от быстрого бега, спешил к филиалу лесного института, который в его родном Моранске был единственной научно-прикладной достопримечательностью. Правда, жители районно-го центра поговаривали в полшёпота, что серое двухэтажное здание филиала, огороженное глухим за-бором с системой видеонаблюдения, с чоповцем на проходной, это фикция, прикрытие для нечто такого, что было скрыто в его глубинах или даже под ним.
Капитан Чащин этого объекта не касался, не по ранжиру он ему был. Филиал всегда проверял представитель госпожнадзора из областного цен-тра. Местному же представителю, то есть старшему инспектору Юрию Чащину доверялось в лучшем случае проверка наружных гидрантов вокруг этого объекта. Но случилось так, что незадолго до нового го-да работник отдела ГПН Алексей Датский из области приехать на очередную проверку не смог. Зимой такое часто происходит, поскользнулся, упал, нога в гипсе. А его начальник, Олег Панков, который когда-то ещё зелёным лейтенантом начинал служить в пожарной части у Чащина, чуть ли не с первыми петухами позвонил без пяти минут пенсионеру и попросил его со слёзным, но начальственным надрывом в голосе.
– Юрий Николаевич, родной, выручай. Тут к нам комиссия из Москвы грозится нагрянуть. А я зашился с бумагами, отчётами-зачетами. Кстати и на тебя вот готовлю к пенсии представление к присвоению зва-ния майора. Словом, без тебя никак не выкрутиться. Проверь этот чёртов институт. Великое дело сделаешь и для меня и для всей доблестной пожарной охраны…
Чащин дотошно, как всегда это делал, проверил оба этажа института и чердак, вручил чин по чину предписание директору и на всякий случай поинтересовался.
– А всё ли мы с вами проверили? Разве ваше зда-ние не имеет подвала? Зотов, директор филиала по-мялся и ответил:
– Здание нашего филиала подвала не имеет.
При этом он так нажал на слово «нашего», что Ча-щину расхотелось продолжать эту тему. И вот месяца не прошло с тех пор, а в институте пожар! Пожар это всегда плохо. А ещё большую неприятность достав-ляет то, что произошёл он на только что обследован-ном объекте.