Wild Cranberry

10

Все утро с девочками перепроверяли данные в отчетах. Как я и предполагала, ошибок не было. Пара неточностей нашлись, но на итоговый результат они не повлияли. Как коэффициенты падали, так и продолжали падать три месяца подряд.

Перед обедом постучалась в кабинет Круглова.

– Можно, Максим Валентинович?

– Проходите, Екатерина Михайловна.

– Я по поводу вчерашней координации.

Круглов тяжело вздохнул.

– Очень нехорошая ситуация сложилась, Екатерина Михайловна. Ветров собственник компании, и то, что вы не показали ему новые данные, вызвало негативную реакцию Владислава Андреевича.

Что? Это он меня сливает? Просто улёт!

– Я показала их вам, Максим Валентинович, своему непосредственному руководителю. Вы все одобрили.

– Да, одобрил, – пошел он на попятную, увидев, что я легко не сдамся. – Хотя, возможно, все же следовало предварительно согласовать их с Владиславом Андреевичем и Олегом Павловичем.

– Вам виднее. Если бы передо мной стояла такая задача, я бы согласовала отчёты заранее.

В обиду себя давать я не собиралась. Никто не любит, когда обесценивают его работу, и я не исключение. Один раз позволишь повесить на себя чужие косяки, и это войдет у начальства в привычку.

– Вы сами, Максим Валентинович, понимаете, что новые показатели лишь более глубокий анализ, не изменяющий остальных данных. А общие итоги по компании собственники видели и согласовали, я же правильно поняла? Кто же знал, что Владислав Андреевич примет так близко к сердцу получившиеся результаты.

– Владислав Андреевич сейчас вынужден координировать работу коммерческого отдела за Зверева, который болеет уже два месяца. И получается, что анализ, представленный вами, возможно, итог его, – он слегка понизил голос, – невнимательного отношения к некоторым процессам в компании.

– Моя задача состоит не в том, чтобы понять, кто и в чем виноват, а в анализе полученных результатов. Показать руководству слабые места. Найти и подсветить точки роста.

– Да, вы предоставили данные анализа, к которому, как оказалось, не все были готовы. Думаю, вам необходимо еще раз переговорить с Ветровым и объяснить ему свою позицию.

– Вот за этим я и пришла к вам, Максим Валентинович. Мы сегодня проверили все данные, ошибок нет. Поэтому я предлагаю собрать небольшое совещание с участием обоих собственников и подробно разобрать полученные результаты.

– Отличная идея, Екатерина Михайловна, тогда займитесь организацией встречи.

– Хорошо.

Через пятнадцать минут я уже рассылала письма с просьбой согласовать дату и время нового совещания. В ожидании ответов решила сходить с девочками на обед.

В столовке народу было не мало, и уже через две минуты я пожалела о своем порыве. Все без исключения сотрудники компании таращились на меня, чуть ли не тыкая пальцем. Около кассы ко мне подошла пожилая женщина и прошептала на ухо: «Правильно вы его! Совсем забегался кобель, никому проходу не даёт!»

Нет, ну вот как можно было связать анализ продаж и любовные похождения Ветрова? Похоже, этот идиотский чат перевернул все с ног на голову, и теперь я в их глазах стала главной феминисткой компании, борющийся за свободу женщин от Ветрова. Ну дурдом же!

***

Следующая задача, которая стояла передо мной: мотивация коммерческого отделения. С этим вопросом я после обеда снова пошла к Круглову, который перенаправил меня к Ветрову в связи с отсутствием Зверева. Понимая, что Ветров для меня самый крайний, нежелательный вариант, отправилась сначала в бухгалтерию. Но и там меня ждало разочарование. Бухгалтер по начислению заработной платы объяснила, что выплачивает бонусы по ведомости, полученной от Зверева, в обязательном порядке заверенной Ветровым. Вот блин. Все ниточки вели к этому гаду.

К семнадцати часам совещание по итогам проверки моей презентации было назначено на вторник, десять часов утра. И теперь у меня были еще и все выходные, чтобы хорошо подготовиться. Но! Для этого мне нужны данные по мотивации сотрудников.

Чёрт! Набрала внутренний телефон Градова.

– Сергей, добрый день, это Соболь.

– Добрый день, Екатерина.

– Мне необходимо встретиться с вашим шефом, чтобы уточнить несколько вопросов по работе коммерческого отделения. Желательно сегодня. Он на месте?

– Вас понял. Сейчас уточню, не вешайте трубку. – Я услышала звук откатывающегося кресла и голос Градова, спрашивающий вдалеке:

– Владислав Андреевич, к вам хочет подойти Екатерина Михайловна. Вы свободны сейчас?

Ответа Ветрова не было слышно, но судя по тому, как долго я ждала, он не горел желанием встречаться со мной. Уже успела заскучать, когда услышала в трубке шуршание и преувеличенно-радостное Градовское:

– Извините за задержку. Подходите к восьми часам.

– Я не ослышалась? Ваш шеф может принять меня только в восемь часов вечера пятницы?

– Да, к сожалению, он занят до восьми.

– Отлично! Передайте ему, что я всенепременно буду! – И в бешенстве бросила трубку.

Ну это надо, а! Сволочь! Поиздеваться решил!

К шести вечера я переделала все возможные дела, сотрудники моего отдела разбежались кто в пять, кто только что, и теперь я сидела в гордом одиночестве и гипнотизировала стрелки часов над дверью.

Через полчаса, налив себе очередную чашечку кофе, тупо смотрела в монитор, пытаясь унять раздражение, разрастающееся в груди. В глаза бросилась иконка программы Stranger. Вспомнив, что хотела в ней зарегистрироваться, решила этим и заняться, а заодно и убить оставшиеся время до встречи.

Открыв программу, нажала на кнопку «Регистрация». Ввела необходимые данные о себе, в том числе и никнейм – Wild Cranberry. Такого варианта еще не было, и я благополучно зарегистрировалась в программе.

Следующие полчаса гуляла по чату, на автомате анализируя, сколько сотрудников и в какое время сидят в той или иной теме. Максимальный наплыв был в обед, да и позже трафик падал незначительно, а с шестнадцати до семнадцати часов наблюдался самый пик, когда количество сообщений исчислялось десятками. Популярными темами были те, где сплетничая, обмусоливали различные события внутри компании. Затем шли более малочисленные: с обсуждением увлечений и хобби сотрудников. Ну и меньше всего было как чатов, так и людей в них, с разбором рабочих вопросов, куда обращались сотрудники, сталкивающиеся со сложностями в своей работе.

Получив общее представление и порядком устав, вышла из программы и посмотрела на время. Девятнадцать пятнадцать. Блин, что ж оно так ползет! Решила ещё раз пробежаться по отчётам и суммам выплаченных бонусов за последний квартал, которые мне предоставила бухгалтерия.

Полвосьмого, оторвавшись от монитора, снова пошла за кофе. На столе завибрировал телефон и, поставив чашку, я посмотрела на экран – отец.

– Привет пап.

– Привет, дочь. Ты сегодня планируешь к нам приехать?

– Боюсь, не получится. Я задерживаюсь на работе, и, когда освобожусь, не ясно. Но завтра буду точно.

– Сегодня пятница, что ты там торчишь?

– Так получилось. – Не скажешь же отцу, что один из моих руководителей идиот.

– Кать, так нельзя. Нужно сразу занять твердую позицию, иначе сядут на шею и поедут. А ты человек ответственный, я знаю, не сможешь отказать.

– Легко говорить – твердую позицию. Можно подумать, ко мне будут прислушиваться. Здесь сборище эксплуататоров! Не знаю, что хорошего ты нашёл в этой компании. Сплошной бардак, притеснение и угнетение женщин.

– Что ты такое говоришь? – Отец явно выпал в осадок.

Я оторвала глаза от карандаша, который вертела в руке, и бросила случайный взгляд на дверь. Ветров. Он стоял в расслабленной позе, опершись плечом о косяк и сложив руки на груди. Черт, интересно, как давно?

– Ладно, я тебе перезвоню позже, сейчас не могу разговаривать. Целую. – Дала отбой и бросила телефон на стол.

– С мужем любезничаете, Екатерина Михайловна? На работе? – И оттолкнувшись от косяка, Влад вошёл в кабинет.

– Мое рабочее время давно закончилось! – напала я в ответ, не обратив внимания на странный намек про мужа. – И напоминаю, что если ваш рабочий день ненормированный, то у моего есть четкие рамки согласно трудового договора: с девяти до восемнадцати.

– Так и идите домой. Я вас не держу, даже покажу дорогу. Можете сразу вещички прихватить. Коршунова я попрошу в понедельник все оформить. Вас рассчитают и перечислят деньги.

Хм. Решил избавиться от меня. Мечтать не вредно. Я не собиралась так легко сдаваться! Встала и вышла из-за стола.

– Зачем вы пришли? Я бы поднялась к вам, – посмотрела на часы, – через пятнадцать минут.

– Освободился чуть раньше.

– Могли бы позвонить.

– Решил посмотреть, как вы тут устроились. – Обогнув меня, он подошел к моему столу.

– Очень хорошо, спасибо. – Обернулась, чтобы проконтролировать его действия. – Предлагаю подняться в ваш кабинет.

– Зачем? Давайте здесь обсудим возникшие у вас вопросы. – Он сел в мое кресло и покачался, проверяя его на прочность. – Так что вы хотите узнать?

– Вы заняли мое место, потрудитесь встать, – начала закипать я.

– Во-первых – это самое большое кресло в этом кабинете. А во-вторых, все, что вы видите сейчас вокруг себя, как раз моё, а не ваше, включая и это кресло. Так что берите стульчик и садитесь рядом.

Вот урод! Да на фиг мне сдалось его кресло и вся его чёртова компания!

– Ну, допустим, не только ваша.

Взяв стул, села напротив него. Теперь мои колени упирались в заднюю стенку стола. Не очень комфортно, но зато мы с Ветровым были разделены столешницей и находились друг от друга на безопасном расстоянии.

– Ты хорошо осведомлена. – Ветров поддался вперед, положив перед собой сцепленные в замок руки. – Что тебе нужно от нашей компании, Кэт?

Хм, параноик…

– На данный момент меня интересует мотивация коммерческого отделения.

– В связи с чем? – Он буравил меня внимательным взглядом.

– Есть все основания полагать, что бонусная система устарела и негативно сказывается на финансовых показателях.

– Уверена?

– Я пока только предполагаю. Чтобы убедится в этом и предоставить конкретные цифры, мне необходимо посмотреть систему начисления бонусов, существующую сейчас в компании. В отсутствие Зверева я не рискнула идти к каждому начальнику отдела. Не хочу раньше времени волновать людей. Поэтому обращаюсь к вам за помощью.

Ветров молча протянул руку к чашке с кофе и не спеша сделал несколько глотков, продолжая сверлить меня взглядом поверх ободка чашки. Напоминать ему, что это мой кофе было бессмысленно, поэтому я просто ждала ответа.

– Пожалуй, я пойду тебе навстречу, но только для того, чтобы лишний раз убедиться в твоей некомпетентности.

Я демонстративно фыркнула.

– Чем глубже я погружаюсь в работу твоей компании, – вслед за ним я отбросила субординацию, – тем чаще у меня возникает ощущение, что в некомпетентности здесь можно заподозрить чуть ли не две трети сотрудников, но среди них точно нет меня.

Желваки у Ветрова начали ходить ходуном. Он с грохотом поставил чашку на стол и встал.

– Пойдёмте, Екатерина Михайловна.

Молча поднялась со своего стула и пошла за ним.

Рост у меня средний, около ста семидесяти сантиметров, и я предпочитала носить достаточно высокий каблук. Поэтому пришлось семенить за Ветровым на шпильках, в узкой юбке чуть ниже колена. Начала отставать, не поспевая за его быстрым, раздраженным шагом. Около выхода на лестницу он обернулся и застыл, наблюдая, как я приближалась к нему.

– Зачем ты надела такие высокие каблуки, если не умеешь на них ходить?

– Я прекрасно хожу на каблуках. Я не умею на них бегать!

– Ну-ну. Лестницу осилишь? Или на лифте поднимемся на один этаж?

Проигнорировав издевку, прошла мимо него, специально задев плечом и начала подниматься по ступенькам.

– Шикарный вид, – раздалось у меня за спиной, где-то на середине лестничного пролёта.

– Что? – Резко обернувшись, я покачнулась и тут же уцепилась за перила.

Ветров сделал следующий шаг, останавливаясь на пару ступеней ниже меня, и наши взгляды, находящиеся теперь на одном уровне, скрестились. Мой гневный, его насмешливый.

– Я говорю, – на наглой роже мерзавца расплылась довольная ухмылка, – вид у меня в кабинете из окна потрясающий, особенно на ночной город.

– Я предпочитаю по ночам находиться дома, – бросила резко и, развернувшись, возобновила подъем по лестнице.

– А я бы вечно смотрел на такую красоту! – продолжил глумиться он.

Скотина! Старалась как можно меньше вилять бедрами, передвигаясь неуклюжими, мелкими шажками.

На двадцатом этаже стояла гробовая тишина, в которой стук моих каблуков разносился по всему коридору ритмичным гулом. Когда мы наконец-то вошли в его приемную, мои нервы были уже на пределе.

– Прошу. – Ветров галантно открыл передо мной дверь.

Градов, ясное дело, уже ушёл. Здесь было также тихо, как и на всем этаже, и я ощутила себя мышью, пойманной в ловушку.

– Проходи ко мне в кабинет, я за кофе. Тебе сделать чашечку? – Ветров изображал радушного хозяина.

– Давай. – Не было смысла в церемониях, тем более, отбросив официальное обращение, я почувствовала себя увереннее в обществе этого гада.

В его кабинете заходящее солнце золотило поверхности сквозь огромное панорамное окно, вид из которого был и правда потрясающий.

В ожидании Ветрова я смотрела на вечерний город. Весна в самом разгаре, все вокруг зеленело сочной листвой. С такой высоты не было видно цветов на клумбах, сирени на кустах, лишь ярко-зеленые макушки деревьев, но и этого достаточно, чтобы появилось стойкое желание уйти отсюда как можно быстрее и вдохнуть свежие весенние ароматы, а не этот кондиционированный воздух с примесью сандала. Как будто услышав мои мысли, створка рядом со мной приоткрылась, отклонившись в вертикальном положении, и я с наслаждением сделала глубокий вдох. А уже в следующую секунду почувствовала сильные руки на моей талии и мужское тело, прижавшееся ко мне сзади.

– Твои волосы сказочно сияют в свете заходящего солнца. Ты похожа на золотую жар-птицу, и кажется, что, прикоснувшись к тебе, можно обжечься, – прошептал Влад, обдавая горячим дыханием мое ухо.

Я замерла. Секунды потекли мучительно медленно. Мой мозг в полуобморочном состоянии пытался активизировать нейронные связи, но ничего не получалось. Разум молчал. Лишь одна сигнальная лампа моргала в голове красным цветом: «Что происходит?!»

А я в этот момент чувствовала… Чувствовала то, что не должна была чувствовать! Мне до умопомрачения хотелось откинуться на грудь Ветрова и нежиться в его объятьях и лучах этого чертового заходящего солнца!

– Хочу поймать тебя и не отпускать… – Ощутила его губы на своей шее, но по-прежнему не могла пошевелиться.

И все же мой мозг был жив. Нейронные связи, выйдя из оцепенения, активизировались и начали посылать сигналы. Но какие! Мне кажется, я никогда в своей жизни не испытывала такого острого влечения к мужчине. А возможно, и вообще никакого не испытывала. Попав в объятья Ветрова, я оказалась полностью дезориентирована, моя оборона рассыпалась на мелкие осколки, позволяя непрошенным чувствам прорываться наружу.

И только в тот момент, когда он резко развернул меня к себе и присосался к моим губам в каком-то диком поцелуе, я пришла в себя и после секундного замешательства впилась зубами в его губу.

Ветров, чертыхаясь, отступил, выпустив меня из рук. Прикоснулся к поврежденной губе, а затем перевел растерянный взгляд с моего лица на окровавленную подушечку пальца, с удивлением разглядывая ее.

– Твою мать, Кэт!

11

Утро того же дня

На следующий день после объявленной мною войны Кэт и подлого предательства Градова я, как и прежде, стоял у окна и ждал, когда появится эта красная зараза.

Времени было ещё немного. Я пришел на работу на полчаса раньше, чем обычно. Мне этой ночью не спалось, потому что вчера из офиса я поехал сразу домой, без заездов в злачные места и, перекусив доставленной из ближайшего ресторана пиццей, завалился спать. Не могу сказать, что сегодня, на трезвую голову, я себя чувствовал намного бодрее, чем обычно, но, возможно, одного вечера без пьянки мало, для того чтобы мой организм прочувствовал все радости трезвого образа жизни.

Пока стоял на карауле у окна, решил обдумать тактику по изгнанию красной заразы с моей территории. Честно говоря, уже жалел, что не принял предложение Смолина и не увеличил срок до двух месяцев. Чем больше я думал над планом изгнания, тем яснее понимал, что легко не будет. Судя по тому, как Кэт каждое утро пробивала локтями дорогу в офис, она боялась или не любила опаздывать. Первое говорило о ее заинтересованности в данной работе, второе об упертости. Ее принципиальная позиция вчера на координации позволяла предположить, что запугать ее тоже не получится. Значит, необходимо найти слабые места, точки уязвимости этой заразы. Думай, Ветров, думай!

Семья. Это болевая точка всех работающих женщин. Они вечно торопятся в детский сад, школу, к врачу, в магазин, у них все расписано по минутам. И если у Кэт есть муж, чтоб ему провалиться, и дети, что тоже нежелательно, значит, она всегда спешит. Как я могу использовать данную ситуацию? Да все просто! Завалить ее работой! Так, чтобы до девяти вечера головы не могла поднять!

Ну-у молодец, Ветров! Первый пункт плана по изгнанию красной заразы из твоей жизни есть!

Та-ак… Идем дальше. Что ещё может злить и нервировать Кэт? Вспоминая все наши встречи, я видел только одну причину ее вечного раздражения и неприязни, и эта причина – я! То есть чем больше в ее жизни будет меня, Ветрова Владислава Андреевича, тем быстрее она отсюда сбежит! А если еще и руки распустить… Да Кэт и недели не продержится.

Ветров, ты гений! Пункт два – домогательства!

С улыбкой прорабатывая в голове детали плана, я наблюдал за толпой внизу. Машинально бросил взгляд на часы – восемь пятьдесят одна. Снова всмотрелся в офисный планктон. И вот наконец-то увидел ее. Мою красную точку-заразу-злючку! Мою… Чёрт. Почему я только что присвоил ее себе? С каких это пор мысль о другом мужчине в жизни Кэт вызывала у меня глухое раздражение и жажду крови? Так. Нужно как можно быстрее приступать к реализации рождённого только что плана, иначе месяц не продержусь я сам!

Плюхнувшись в кресло, включил компьютер, который загрузившись, тут же начал выплевывать сообщения о входящих письмах. «Коршунов», «Коршунов», «Коршунов», «Коршунов»…

Что он там мне набросал в таком количестве?

Зашел в почту и увидел больше десятка писем с пометкой от Петра Ивановича: «Резюме. Ознакомься и перешли обратно понравившиеся варианты».

Еще и Градов, черт его дери, со своим увольнением! Чувствовал, закончилась моя спокойная жизнь беззаботного, состоятельного холостяка.

Открыл первое резюме.

«Карпова Венера Васильевна, 48 лет, не замужем, детей нет».

Посмотрел на фото. Кто ж на такую польстится? У нее косили оба глаза и нос был как клюв! Закрыл, дальше не читая.

Следующая.

«Светлова Наталья Семеновна, 38 лет, замужем, трое детей».

Нет, Коршунов совсем обалдел? Мне только многодетных матерей в приемной не хватало, с их вечными собраниями и больничными.

Следующий вариант был чуть лучше.

«Васильева Алена Сергеевна, 24 года, не замужем, детей нет».

С фотографии на меня смотрела кукольная, молоденькая блондинка с большими голубыми глазами. Жаль, фото только по плечи, не мог оценить размер груди. Стоп! Ветров, очнись, ты же не эскортницу себе выбираешь. Тогда зачем Коршунов таких кандидаток подкидывает? На вшивость проверяет, старый лис?