- -
- 100%
- +
— Это цена, которую заплатит станочник. — Она не повысила голос, но сказала это раздельно. — Теперь считай, что будет в сводке.
Она подвинула четвёртый лист.
— Участок Сергеева сейчас даёт сто девятнадцать процентов. Это двадцать шесть деталей за смену при норме двадцать две минуты. Двадцать шесть на двадцать две — пятьсот семьдесят два нормо-минуты за восьмичасовую смену, отсюда и сто девятнадцать.
— Так.
— Теперь ставим пятнадцать с половиной. Те же люди. Та же работа. Те же двадцать шесть деталей за смену — больше они физически не сделают, ты сам мерил.
Она написала.
— Двадцать шесть на пятнадцать с половиной — четыреста три нормо-минуты. Делим на четыреста восемьдесят.
Андрей уже считал в уме и уже знал ответ, и от этого стало неприятно в животе.
— Восемьдесят четыре процента, — сказал он.
— Восемьдесят четыре, — подтвердила Раиса Фёдоровна.
Она откинулась на спинку стула.
— Лучший участок цеха, единственный, который четыре года тянет всех за собой, с первого числа перестаёт выполнять норму. И в получку у них будет на треть меньше.
Андрей смотрел на её расчёт.
Он был верен. Он был верен настолько очевидно, что не понимать этого можно было только одним способом — не считая.
— Раиса Фёдоровна, но это же арифметика. Норма ниже — процент ниже, а деньги те же за ту же работу…
— Деньги не те же.
— Почему?
— Потому что сдельный заработок — это расценка на количество, — сказала она. — Расценка упала на тридцать процентов, количество не изменилось. Заработок упал на тридцать процентов. Не «в сводке», а в кассе.
Она сняла очки и стала их протирать, и Андрей понял, что она это делает, когда хочет дать человеку время.
— Ты всё это время думал про норму как про измерение. Сколько времени нужно на деталь — вот и весь вопрос. Измерил честно, поставил, все довольны.
— А как надо думать?
— Норма — это ещё и обещание, — сказала Раиса Фёдоровна. — Оно звучит так: делай столько — получишь столько. Девять лет это обещание было вот такое: делай двадцать шесть штук — получай сто семьдесят шесть рублей. Теперь ты приходишь и говоришь: обещание было неправильное, оно основано на завышенной норме.
— Оно и было неправильное.
— Было. — Она надела очки. — Только человек, который двадцать шесть лет делает двадцать шесть штук в смену, услышит не «обещание было неправильное». Он услышит «ты столько не стоишь». И ты ему объяснишь, что это не так, и он тебе поверит, потому что ты хороший парень и потому что ты действительно всё правильно посчитал.
Она собрала три листа в стопку и постучала ими по столу, выравнивая.
— А потом наступит пятнадцатое число, он получит расчётный лист, и там будет сто двадцать три рубля.
Андрей сидел и молчал.
Он перебрал в уме всё, что придумал за полгода, и не нашёл ни одного места, где эта мысль могла бы у него появиться сама.
Он считал нормо-часы, он считал недогруз, он считал двадцатитрёхмесячный запас втулок на складе и сорок пять тысяч рублей годовых из карманов восьми семей. Он умел считать деньги людей. Но считал он их всегда как последствие, а последствие — это то, что происходит после решения, и поэтому решение принимается не из-за него.
Раиса Фёдоровна считала их первыми.
— Что делать? — спросил он.
— Не знаю, — сказала она. — Я тебе показала, что будет. Придумывать — твоя работа, я своё дело сделала.
Она подвинула к нему листы.
— Только имей в виду одну вещь, Плетнёв. Отступать тебе теперь некуда. Согласование подписано, заключение у главного инженера, девять решений в картах. Если ты сейчас пойдёшь и скажешь «давайте оставим как было», ты не просто проиграешь. Ты покажешь всем, кто на тебя посмотрел, что смотреть было не на что.
Глава двадцать четвёртая. Как не обмануть дважды
Андрей просидел над тремя листами Раисы Фёдоровны до восьми вечера.
Сначала он искал ошибку. Ошибки не было: расценка считается из нормы и тарифа, заработок считается из расценки и количества, количество на участке Сергеева упереться выше двадцати шести штук не может — он сам мерил в августе, тридцать два цикла подряд.
Потом он попробовал зайти с другой стороны и упёрся в вещь, которой не понял.
Норма пятнадцать с половиной минут. В смене четыреста восемьдесят. Значит, за смену должно выходить тридцать одна деталь.
Выходит двадцать шесть.
Пять деталей куда-то девались, и девались они не на плохом участке, а на лучшем, где инструмент готовят с вечера и наладку делают накануне.
Он покрутил это минут двадцать, не нашёл объяснения, записал в блокнот на отдельной строке «—5 шт/см, откуда?» и отложил, потому что до первого октября оставалось девять дней и решать надо было другое.
Ответ на этот вопрос он получит только в феврале, и ответ будет стоить ему сорок одной нормы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.