Маутар. Новые способности

Предисловие

Память – главное, что отличает людей, от животных. Память, как одна из основополагающих функций ума, разума, сознания, интеллекта и психики есть возможность не только утвердить в нас их действие, но и заглянуть в прошлое, увидев положение дел в нем глазами представителей прошлых цивилизаций. Тем более интересно сделать такой экскурс во времена, когда более миллиона восемьсот лет тому назад на Земле существовала цивилизация оцевалов, один и ведущих представителей которых, оцевал Маутар, оставил свои записки на специальных информационных носителях.

Маутар, будучи ведущей личностью среди оцевалов, пройдя путь от простого воина до верховного эгдага (вождь, обладающий силой и знаниями, чью силу признают соотечественники) и мастера всей Земли, с высоты прожитой жизни рассказывает историю побед и поражений. Его записки знакомят нас, людей, с историей цивилизации, которая за давностью лет и по иным причинам не оставила видимых следов проживания на нашей планете.

Впрочем, это немного не так, поскольку мы, люди, и наше существование на самом деле и есть во многом плод работы Маутара и его соотечественников. Без участия оцевалов невозможно было бы появление на Земле не только людей, но и десятков предшествующих нам цивилизаций, что делает записки Маутара особенно важными, а еще более и интересными для потомков.

Прикосновение к подлинной истории Земли на наш взгляд, как соавторов записок Маутара, во многом открывает для всех нас несколько иные горизонты, позволяя увидеть то, что было на нашей Земле в прошлом, тем более сквозь призму сознания непосредственного участника минувших событий. В таком случае многое становится ясным и понятным из того, что вообще не имеет объяснения или эти объяснения, принятые в нашем мире, мягко говоря, не соответствуют действительности, учитывая реальные события, разворачивающиеся на нашей планете в те времена. Именно противостояние рас, последствия генной инженерии, пришельцы из космоса, желающие сделать Землю своим полигоном, функционирование различных мозгов, управляющих «развитием» флоры и фауны и многие другие факторы определяют действительное положение дел.

Земля и ее природа во времена Маутара еще сильны. Силы планеты не подорваны вмешательством в окружающую среду, а оцевалы и палисы, ветвь прямоходящих существ, выращенная ими, живут в относительной гармонии с окружающей средой, но вместе с тем еще пользуются достижениями представителей более развитых цивилизаций. Кроме этого в оцевалах еще проявлены способности аккумулировать в себе силу и применять ее, видеть тонкие планы, даже летать, применяя способности.

Технологии, известные оцевалам, таковы, что они могут изготавливать трансформирующиеся жилища (эолакамы и фэйты), летательные аппараты, специальные оружие и одежду, управлять энергиями и полевыми структурами, развитием видов животных и растений благодаря генным технологиям. Являясь давними потомками фаэтонцев, оцевалы, фактории которых расположены везде на Земле, но в особенности в теплом климате, являются в первую очередь защитниками Земли от влияний и воздействий как внешних, так и внутренних.

Риеги – раса паразит, противостоящая оцевалам, имеющая внеземное происхождение, всеми способами и средствами вмешивается в развитие животного и растительного мира Земли. Кроме прочего ее представители делают все для того, чтобы подчинить тем или иным способом себе оцевалов и принудить их играть по их правилам. Стоит вопрос объединения рас или ухода с планеты риегов и оцевалов. В случае ухода риегов Земля только лишь очистится и освободиться от их влияния, выровняется в своем развитии, в противном случае – если погибнут оцевалы или будут полностью покорены – продолжения обществ прямоходящих существ на Земле не будет.

Именно в это время Маутар, пройдя соответствующую подготовку, к возрасту 41 года оказывается перед выбором. Во многом он готов встретиться с опасностями и даже подвергнуться риску погибнуть еще юным оцевалом. Ведь средняя продолжительность жизни оцевалов составляет 300, иногда 400 лет, а вожди, богатые силой, владеющие знаниями, доживают и до 500–600 лет.

Ситуация на момент начала рассказа складывается таким образом, что фактория, где проживает Маутар, подвергается угрозе быть не только атакованной силами противников, но и может полностью быть разрушена, поскольку противостояние между оцевалами, палисами и их противниками вступает в решающую стадию. Что интересно, что даже умудренные опытом вожди оцевалов не знают иной раз, как правильно повести себя в складывающейся ситуации так, чтобы оцевалы и палисы вышли из нее с наименьшими потерями.

Война, которая идет на Земле на всем пространстве хэлфа (девственный тропический лес) и лэйша (саванная местность) не прекращается ни на минуту. Она носит, как у нас принято говорить, партизанский характер. Вылазки противников быстры, постоянны и отнимают много жизней у оцевалов и выращенной ими расы палисов, детей природы. И производят их также искусственные модификации, во многом выращенные риегами: илчаги, кугды, другие модификации прямоходящих существ. Многие из них дичают и с них списываются программы поведения. В результате чего данные отпрыски на свой страх и риск проживают в хэлфе и лэйше, засоряя его и неся угрозу для жизни других объектов, образовывая новые цепочки, влияя на природное разнообразие, как и искусственные породы животных и растений, также произведенные в лабораториях риегов и выпускаемые в мир.

В таких условиях протекает жизнь оцевалов и палисов, к числу которых принадлежит Маутар. Он даже и не догадывается в каких событиях ему вскоре придется поучаствовать, что придётся сделать и кем стать. Тем более что, привыкая к советам старших, Маутар все больше начинает осознавать и понимать, что даже их ведение не является гарантией успешного выполнения заданий, которые становятся перед ним уже в силу того, что он такой есть. Именно это во многом и смущает поначалу Маутара. Он хочет счастливой семейной жизни, тихой радости и счастья, но события не предоставляют ему такой роскоши в преддверии сложных времен, которые все больше дают о себе знать на Земле.

Но не будем дольше интриговать и занимать читателя. Как для введения в обстановку, в которой происходит повествование, так на наш взгляд сказано вполне достаточно. Предоставляем слово Маутару. Он с высоты прожитых лет расскажет о своей жизни в период перемен, которые вот-вот должны наступить на Земле.

Глава 1

Предупреждение Алусии

Сила сердца, ясность сознания и его чистота, доброта и умение справиться с ситуацией, а еще больше с собой – вот, что главное перед долгим и продолжительным рассказом, который, на что я рассчитываю, не утомит потомков, а раскроет перед ними всю полноту и колорит нашей жизни.

Мне многое видится необходимым и хочется рассказать, но, всматриваясь в далекое будущее, охватывая сознанием его матрицу и видя вас, далекие потомки, я продолжаю рассказ, делая это так, как видится мне необходимым, чтобы донести до вас историю моих дней, больше похожую на одно большое приключение, если не разбавлять его некоторыми объяснениями.

Почему я это делаю в конце жизни? По многим причинам, но главная из них та, что Земля – наш общий дом. Нет в космосе больше планет, подобных ей, а если и есть, то жизнь на них в ваше время уже увядает и теряет себя, учитывая тот исход, к которому движется космос.

Тем не менее, Жизнь и преемственность сознания – самое важное ради чего стоит жить и во многом заниматься тем, о чем я поведаю потомкам ниже.

Мой возраст не так давно перешел отметку в 500 эогов (лет). Сейчас, как я вижу, я уже нахожусь на пике своего существования. Оно, учитывая пройденный путь, то, с чем мне пришлось столкнуться, постепенно подходит к концу. Я имею в виду существование физического тела, как бы я его не поддерживал всеми известными мне способами и методами. Их в моем распоряжении не так и мало. Есть средства, позволяющие оттянуть неотвратимо наступающий конец еще на десятилетия. При этом можно и нужно прожить оставшиеся дни в силе. Иная жизнь мне попросту не нужна. Именно сила и возможность действовать больше всего необходимы мне для того, чтобы довести до нужного завершения начатые дела, в том числе и привести в порядок записки, передать дела преемникам.

Честно говоря, я и не предполагал, что, когда я покину пост эгдага и ведущего мастера Земли, у меня возникнет такое количество проблем и вопросов, которым требуется мое постоянное и неусыпное внимание. Я вроде бы хотел отдохнуть, обобщить прожитое, но, учитывая ситуацию, не смог это сделать не пять, ни три, ни один год назад. События, как и в дни моей молодости, все время закручивают тебя, причем так, как ты того не ожидаешь. Тем не менее, мне все-таки удается пока что выкраивать время для того, чтобы посвятить его написанию записок о собственной жизни, а это уже немаловажно. Значит, я, делая это, смогу заново прожить жизнь и хотя бы отчасти разобраться с собой, чтобы не тащить на последующие воплощения духа весь груз ошибок и самых разных состояний.

Мысль об этом радует и согревает меня одновременно, как и возможность прояснить потомкам наши реалии. Для них мои слова, как я вижу, могут показаться фантастикой, но для меня это подчас суровая и упрямая действительность, с которой иной раз ты не знаешь, что делать, настолько она неблаговидна и подавляет тебя, несмотря на возможности и способности, на средства, которыми ты владеешь.

Да, ты многое можешь, даже можешь в определённых рамках поменять будущее для соплеменников, отдалив неизбежный конец и схождение в небытие представителей нашей расы, которые топчут Землю уже не один десяток тысяч лет. Да, можно удовлетвориться этим, если не знать будущее и то, к чему в своем развитии, точнее в деградации, идут как космос, так и Земля.

Я вижу прошлое на сотни миллионов, даже на сотни миллиардов лет. Я могу говорить через время с мастерами из прошлых цивилизаций, существовавших в космосе во времена, когда космос и жизнь в нем были несоизмеримо большего и лучшего качества, чем сейчас на Земле. Говорю это без хвастовства и высокомерия. Таково попросту сложившееся в моем времени положение дел. И знаменательно оно тем, что чем больше ты видишь, тем больше понимаешь, как много не успел сделать, а надо было. Только это «надо», в чем ты больше всего уверяешься, не соотносимо с тем, что у тебя есть и к чему ты пришел без преувеличения в постоянных битвах на Земле и за нее.

С другой стороны, у меня, учитывая ситуацию, не могло быть иной судьбы и того, что пришло после нее. Ведь судьба – всего лишь программа, а у программы, какой бы она не была, всегда есть ограничения и некоторая последовательность. Короче говоря, любой, кто действует пусть даже и по гибкой и расширенной программе, все равно подотчетен силам инволюции. Он не может дотянуться до решения назревших вопросов кардинально и так, чтобы исключить возможность чего-либо, в первую очередь негатива. Мы можем всего лишь отдалить нисходящие процессы, а еще больше их последствия, замедлить их, но не исключить, как таковые. Для этого надо было бы поменять ход процессов не только на Земле, но и во всем космосе, в пространстве и времени.

Если этого не произойдёт, то Землю постигнет участь Лаэса (Фаэтона), который попросту прекратил существование, рассыпавшись на части. Никто не хочет такой судьбы для одной из последних колыбелей жизни в космосе. За прожитую жизнь я делал и сделал все, что мог, знал и умел, чтобы отвратить неблагоприятный конец для планеты, отдалить его с тем, чтобы в будущем представители последующих цивилизаций смогли что-либо сделать. Я знаю, что это возможно для будущего и в нем, знаю, что все без исключения решит воля одной единой личности. Говоря словами людей: все сможет сделать один. И один в поле воин, если он вооружен и знает, что и как делать, если он мыслит и анализирует, а не принимает на веру, не рассчитывает на подсказки от «добрых сил».

В молодые годы, во время первой молодости, которая проходила у нас, оцевалов, от сорока до ста лет, я точно также надеялся на помощь и советы эгдагов и учителей. Их я безмерно уважал, но чем дальше шло время, тем все отчетливее я понимал, что у них, даже у дальше пошедших мастеров из прошлых цивилизаций, нет ответов на интересующие меня вопросы. Таких ответов, которые давали бы нужное решение. Они на самом деле – плод осмысления и определённого образа жизни, когда ты не умираешь и не теряешь позиции, а с годами лишь наращиваешь их. Именно так нужно жить и попутно приходить к пониманию того, как это сделать. Именно этим, как я вижу, и ценна жизнь на физическом плане в физическом теле, когда ты, вдыхая свежий воздух первозданных лесов, сидя на террасе эолакама, с его высоты всматриваешься вдаль и размышляешь о превратностях настоящего.

Я многое бы дал, чтобы с тем пониманием, которое у меня сейчас, я мог бы прожить еще сто, а лучше двести лет. В таком случае я пришел бы к новому видению и пониманию жизни и возможного проживания на поверхности Земли оцевалов и представителей последующих цивилизаций. Так мне видится сейчас, но я точно знаю, что столь долгий срок мне не удастся еще находиться в теле. Оно, как только тонкие тела и оболочки отойдут, куда нужно, чтобы продолжить существование, сразу же будет распылено по нашим обычаям. Так было всегда и так пока есть.

Только к концу жизни начинаешь осознавать ценность ее именно в физическом теле, как возможность изменить предначертание и себя. Может, я излишне строг к себе, думая, что многое не успел сделать, но, так или иначе, кто не ставит глобальных задач, тот и не решает их, а кто не решает, тот уже проиграл заранее, поскольку он не тренирован и не живет так, чтобы совершить невозможное.

Я жил так. Многое сделал. Я воспитал преемников, но этого слишком мало, в чем я все больше убеждаюсь, вглядываясь в горизонты будущего. Тем не менее, ценно то, к чему ты дошел. Для меня под конец жизни такой ценностью, едва ли не главной, является мой труд, который, как я вижу и знаю, все-таки будет востребован в будущем людьми.

Люди, в чем у меня нет сомнений, явятся последней расой прямоходящих существ на Земле. Их вид пройдет все ступени и эпохи от выращивания предтечами, ими будут атланты и элты, до угасания и исчезновения. Однако важна преемственность сознания, важно дело, которое начали задолго до нас, продолжили мы, а надлежит завершить потомкам.

Что будет дальше с Землей и прямоходящими существами на ней, мне неведомо. Матрица будущего, которую я просматриваю, слишком изменчива. Очень многое, если не все, будет зависеть от вас, потомки. Именно вам и устремлены мои слова и мой рассказ, который развернет перед вами панораму нашего мира. Именно для этого я во многом снова и снова осуществляю путешествие, обращаясь вниманием к молодости, которая, не скрою, захватывает меня. Там я другой, не тот, который в данный момент умудрен годами и опытом, который, что я все отчётливее понимаю, в какой-то момент становится тормозом. В прошлом я юн и наивен, горяч и излишне подвержен эмоциям.

Внутри я тих. Мысли, как стая птиц, порхающих поодаль, не смущают меня, паря в эфире. Я отдыхаю и, одновременно, я осмысляю прожитый путь и годы, о которых намереваюсь продолжить рассказ. Мои глаза снова отчетливо видят прошлое. Внутреннее видение сознания охватывает весь обширный горизонт прошлого в миллионы прошедших лет. На этом фоне короткий отрезок моей жизни протяженностью всего в каких-то пятьсот лет не что иное, как миг в протяженном сроке существования планеты. Детство, юность, взросление, даже первая любовь, – все это мимолетно и проходящее. Память отчетливо проявляет передо мной картины далекого и недавнего прошлого.

Мне сорок один год. Что собой представляет оцевал средней руки в это время? Лишь подходящий материал для гранения и развития личности. Он многое может, умеет и понимает, но крепость и охват сознания, сила и опора на себя еще слабы и недостаточно развиты. Все еще впереди. Годы должны пройти для того, чтобы к пятидесяти-шестидесяти годам к чему-то прийти. Я уже не говорю о том, чтобы подойти к достижению положения мастера первой ступени. До этого времени пройдут десятилетия. Лишь к восьмидесяти-ста годам из меня могло бы что-то получиться.

Я понимаю, потомкам, читающим мои записки, немного необычно узнавать об этом, а временами, может, и трудно принять такое положение дел. Тем не менее, ничего другого, кроме правды и того, что со мной происходило, не могу описать. Ход нисходящих процессов, определяющих деградацию, задан триллионы лет тому назад и не мной. Наши предки были еще более свободными, чем мы, оцевалы, владели способностями и возможностями, превосходящими всякое воображение, но это не помогло им остановить медленно протекающую деградацию.

Когда-то не так давно, всего несколько сотен миллиардов лет тому назад, в галактиках существовали зоны жизни. Планеты, находящиеся на орбитах искусственно созданных светил, были еще полны жизни. Их жители могли перемещаться с планеты на планету, осуществляя перемещения во времени без всяких специальных средств, которыми являются космические корабли и даже без переходных порталов. Они могли модифицировать свое физическое тело, жить в одном физическом теле тысячи и десятки тысяч лет, а когда уходили из него, получая следующее воплощение, то помнили предыдущие.

Тогда вэаги (первые мастера) владели силой, позволявшей им создавать планеты и солнца с помощью технических средств и энергетического управления, применения технологий. Потомки такие способности и возможности, а также их реализацию назовут фантастикой, нереальным и невозможным, но такова была реальность. Я к концу жизненного пути, просматривая записи мастеров прошлого, оставленные на специальных алацэнах, устройствах, позволяющих воспроизводить картины того времени, а также лекции мастеров, которые они оставили для потомков, всякий раз убеждаюсь в этом. На этих устройствах записаны мудрость мастеров прошлого, их заветы и их видение будущего, как близкого, так и далекого.

Сейчас я, Маутар, осознаю, нет, только начинаю осознавать, насколько сложна ситуация, складывающаяся на планете, в солнечной системе и в космосе. Дух, его позиции, все личности и существа на его базе слабеют. То же самое касается планет и звезд, всего межзвездного пространства. Внешне ничего не изменяется. Звездное небо все также полно звезд и звездных скоплений, вот только планет, где может возникнуть и возникает разумная жизнь, все меньше. Сотни и тысячи их давно прекратили существование.

Триллионы лет тому назад существовали расы, представители которых формировали планетарные тела, уплотняя энергии, занимались материализацией в огромных масштабах. Их стараниями был сформирован живой космос. То, что есть и видим мы сейчас, мало напоминает былое величие жизни в космосе, когда само межзвездное пространство было жизненной средой, чем-то отдаленно напоминая океан, в котором жили самые разные существа и организмы. Поле жизни в наше время критично уменьшилось, сократившись на физическом плане до размеров планет и пространства над их поверхностью.

Я не буду углубляться в ненужные подробности. Вернусь к далеким дням моей молодости, в те тревожные годы, когда мы, оцевалы, были на грани войны с риегами (раса, сосуществовавшая с расой оцевалов на Земле, являющаяся продолжением внеземной расы клиаладов, представители которой желали поставить под свой контроль весь ресурс Земли).

Прошло больше года с того времени, как мы стали жить вместе с Алусией. Один раз моя жена возвратилась с занятий нахмуренная больше, чем обычно. Что-то беспокоило ее. Алусия едва заметно покусывала кончик нижней губы, а ее жесты были несколько менее плавными и полными силы, чем обычно. Я сразу же заметил в ее поведении эти, едва заметные изменения, и, обняв, какое-то время держал в объятиях, чтобы Алусия успокоилась, а потом посадил ее перед собой и сказал:

– Рассказывай, что случилось.

– На меня вышел мастер Васуал из прошлого, – тихо ответила жена.

Пришел мой черед хмуриться.

– Аэлаю (ведущий мастер и учитель Алусии) сказала об этом?

– Да. Он подтвердил, что это именно Васуал, а не кто-то другой.

– Что хотел мастер? Он ведь вышел не просто так?

Алусия чуть печально усмехнулась.

– Оуль кавэт ан воот ун (Плохие новости для тебя и всех нас).

Жена замолчала и потянулась губами ко мне. Я встретил их поцелуем. Алусия едва заметно дрожала. Я мягко отстранил ее и спросил:

– Да что случилось? Ты не в себе.

– Тебе грозит опасность. Башил по договоренности с риегами хочет тебя выкрасть. Он собирается внезапно осуществить свое намерение. Васуал предупреждает тебя через меня. Ты интересен риегам своими способностями. Их мозг Раэнарт сказал, что от тебя зависит их будущее. Поэтому твоя жизнь должна проходить под контролем риегов, гаргов (разновидность риегов) и систем, контролирующих с их стороны всю жизнедеятельность на Земле.

– Успокойся. Пока риеги ничего не смогли сделать. Я с тобой.

– Любимый, ты же знаешь, я вижу иногда независимо от того, хочу этого или нет. Так вот, независимо ни от чего я вижу, что ты попадешь в плен к этому Башилу и другим нашим врагам. Тебя же просто переделают, после чего ты уже не будешь оцевалом, не будешь самим собой. Я не смогу без тебя такого, какой ты есть.

– Ты слишком рано волнуешься за меня. Я сделаю все для того, чтобы не попасть в руки риегов и их помощников. Тавэйл отлично защищен. Можно не волноваться за его безопасность. Здесь скоплена вся наша сила, – успокаивал я жену.

Алусия расстроилась, начала даже всхлипывать. Это было совсем не похоже на мою жену. Я уже и забыл, когда с ней в последний раз такое приключалось.

– Так дело не пойдет. Соберись, возьми себя в руки и расскажи, что тебе сказал Васуал.

Некоторое время Алусия молчала, собираясь с мыслями, а потом произнесла:

– Мастер предупреждал, чтобы ты был осторожен и не выходил за пределы фактории хотя бы трое нытгов (один нытг равен двенадцати дням). Кроме того, он сказал, чтобы ты всегда находился в сопровождении нескольких оцевалов и своего друга – Асула. Иначе, – тут жена снова всхлипнула, – тебя украдут, похитят, причем так, что никто тебе не сможет помочь. Даже если ты примешь все необходимые меры предосторожности, то это может не явиться гарантией того, что ты не попадешь в плен к риегам.

Алусия прижалась ко мне всем телом и, крепко обняв, не отпускала. Так мы несколько секунд и стояли, после чего я, освободившись от объятий, присел на лоум (мягкое, невысокое сиденье-матрас). Жена присела рядом со мной. Она уже успокоилась, но тело ее иногда еще сотрясалось от рыданий.

– Мастер больше ничего не говорил? – поинтересовался я.

– Он хотел мне что-то сказать, но не успел, куда-то исчез. Связь прервалась и больше он на меня не выходил. Васуал еще сказал, чтобы ты надеялся только на себя и на то, что в тебе сокрыто и пока не проявляется. «Маутару необходимо проявить в себе то, что скрыто в нем, тогда его и всех нас ожидает успех», – так сказал мастер. Я спросила его: «Что Маутару необходимо проявить?», на что Васуал ответил, что об этом тебе самому необходимо поразмыслить и догадаться, и что у него нет времени объяснять. После этого связь пропала.

Алусия навела меня на печальные размышления. Что-то во всем происходящем смущало меня все больше, но что? Ответ на этот вопрос я получил чуть позже. Сейчас же, сидя рядом с женой и успокаивая ее, я спрашивал себя: «Что у меня есть такое, что мне необходимо проявить и задействовать в самое ближайшее время? Что, и как это сделать?» Ответа на этот вопрос у меня тогда не было. Мои размышления нарушил мой абуад (друг и помощник, защитник и трансформирующийся объект в одном лице, который был в распоряжении каждого оцевала с определённого времени), который, как всегда, находился возле меня. Он завибрировал. Тихая, но пробуждающая сознание мелодия полилась из него.

– На связь с тобой выходит Палв, – сразу же уведомил меня абуад.

В подтверждение его слов призывно зазвонил мой лоулн (устройство для всех видов связи). Я взял овальный золотистого цвета лоулн к себе в ладонь и нажал на выступающую клавишу. Тотчас же над лоулном, удобно расположившимся в моей ладони почти что горизонтально, образовался видимый шар. В нем появилось объемное изображение лица Палва.

– Маут, – донеслось до меня, – оставь Алусию и подойди в эолакам. Надо поговорить. К Алусии сейчас подойдет Вальшия. Они побеседуют, и все станет на свои места.

После этих слов изображение исчезло. Я вложил лоулн в чехол, расположенный на поясе, и проговорил, обращаясь к Алусии:

– Утия (дорогая), сейчас придет Вальшия. Ей необходимо кое-что тебе сказать. Я же уйду и скоро вернусь. Меня вызывает Палв.