Грешник. Навеки моя

Глава 7

Упершись в косяк двери и склонив голову набок, я наблюдаю за тем, как Сашка оживленно что-то объясняет дочери брата. Он у меня очень общительный. Всегда найдет тему для разговора. Умеет поднимать настроение и, главное, поддержать, несмотря на его возраст.

Я улыбаюсь, мысленно благодаря бога. В такой момент я забеременела, когда уже считала, что никогда не стану матерью. Думала, я бесплодная. Настолько хорошо играла свою роль моя врач… Убеждала, уверяла. А оказалось, это была игра бессовестных врагов, которых мы считали близкими.

Меня передергивает от этих мыслей. Прикрываю на секунду глаза, глубоко вдыхаю, наполняя легкие воздухом. Боже, как я соскучилась по счастливым временам. Может быть, сейчас нет повода так грустить. Ведь Рамиль просто разгребает проблемы компании. Однако почему-то мне кажется, что все не так просто. Будто мы действительно возвращаемся в прошлое, совершаем те же ошибки.

– Он такой понятливый. Очень хороший собеседник, – жена брата останавливается рядом, мечтательно улыбается. – Взрослый мальчик. Дай бог всем женщинам такого ребенка. Не упирается, не капризничает. Маша меня часто нервирует. Ничего не хочет понимать. На уступки не идет. Если говорит, что наденет розовое платье, то она его наденет. Переубедить невозможно, Лера. В кого она пошла такая, а?

– В Мишу? – тихо смеюсь, заглядывая в глаза Наташи. – Знаешь, Сашка тоже может таким быть. Упертость у них в крови течет. Но какого боженька послал. Я не жалуюсь. Наоборот. Очень благодарна, что он у меня есть. Что бог сделал мне такой подарок через много лет.

– Тут я согласна с тобой. Однако я не такая терпеливая, как ты.

– И это говоришь ты? Господи… Человек, который долгое время ухаживал за инвалидом?

– Ну это другое, – грустно усмехается. – Я просто влюбилась в него. Он очень хороший, Лер. Ни капли не изменился. Как был заботливым, любящим, таким и остался. Да только моя семья этого не видит. Я так устала от них, Лера, что видеть не хочу. Постоянные ссоры, непонимание. Миша брата моего из тюрьмы вытащил пару месяцев назад, а отец с матерью будто слепые. Все равно мой муж для них никто. Тот самый инвалид, который не достоин меня. Но это же не так. Работает он, обеспечивает нас отлично. Днем и ночью пашет. Разве можно так сильно ненавидеть человека, который бежит им на помощь при первой же возможности.

Ее голос срывается, она переходит на шепот. Губы дрожат, а на глаза наворачиваются слезы. Взяв ее за руку, тяну в гостиную. Садимся на диван.

– В каждой семье бывают такие люди, Наташа, которых постоянно что-то не устраивает. Для меня это уже нормально, – сжимаю ее ладонь. По лицу девушки катятся слезы. Вытираю их, сглатывая ком в горле. – Мой брат очень терпеливый. Он сможет, в конце концов, добиться уважения твоих родителей. Даже не сомневайся в этом…

– Нет, Лер, – перебивает она меня. – Я буквально вчера говорила с мужем на эту тему. Попросила для моей семьи ничего не делать. Пусть немного полежат в дерьме, в которое брат их часто заталкивает. И тогда они станут ценить Мишу. Он не боксерская груша, чтобы каждый долбил, когда дела пойдут наперекосяк. Я люблю своего мужа. Не позволю, чтобы его считали куском говна. Он достоин всего самого наилучшего, – последнее говорит твердо, гордо вздергивая подбородок.

Помню день свадьбы Миши и Наташи. Родители невесты до последнего отказывались принимать участие в торжестве родной дочери. Девушка, конечно, сильно расстроилась, но после сюрприза Миши и подарка Рамиля – два билета на самолет в Англию – ее настроение значительно улучшилось. На следующий же день они отправились в медовый месяц. Наташа уже несколько лет пытается убедить своих родителей, что она не ошиблась с выбором. Что счастлива и не жалеет о том, что стала женой именно Миши, и он очень даже заслуживает уважения. Но ее семья до сих пор отказывается принимать его.

– Самое главное, Наташа, что вы счастливы. Остальное можно пережить. Перешагнуть. Все будет отлично! – заверяю ее я. – Ты сегодня не занята? Я бы хотела оставить Сашку здесь на пару часов. Если ты не против, естественно. Обещала ему, что к дяде Тимуру тоже поедем. Но у меня небольшое дело есть.

– Лер, я в отпуск вышла, – радостно сообщает она. – Миша тоже выйдет, но через пару дней. Мы хотим куда-нибудь съездить отдохнуть. А пока я в твоем полном распоряжении, – разводит руками. – Конечно, присмотрю за Сашей. Он же умный и совсем не напрягает.

Поблагодарив девушку, я иду в детскую комнату, где играют малыши. Еще какое-то время наблюдаю исподтишка за ними, а потом решаю поговорить с сыном.

– Мама уедет на пару часов. Подождешь чуточку?

– А куда? – Сашка заинтересованно разглядывает меня. – Поздно вернешься?

– Нет. На пару часиков, родной. Будь послушным мальчиком. Не зли тетю Наташу. А потом приеду – и мы отправимся к дяде Тимуру. Договорились?

– Нет, – обиженно надувает губы, скрещивая руки на груди. Смотрит исподлобья. Его этот вид вызывает улыбку на лице. – Не договорились.

– Саш, – смеюсь я, приобнимая его. – Я быстро. Туда и обратно.

– Ты не сказала, куда едешь. Я буду скучать, – положив голову на мое плечо, сын глубоко вздыхает.

– Эй, ты чего? Я же быстро. Пообещала ведь.

– Папа тоже постоянно обещает, – шепчет он. – Всегда врет.

– А я не вру. И папа тоже. Просто иногда бывают дела, которые немного сложно отложить на потом. Не обижай маму. А ну-ка улыбнись, и я пойду. Чем раньше выйду, тем скорее вернусь.

Сын поднимает на меня взгляд, действительно улыбается. А точнее, натягивает на лицо улыбку. Крепко обнимает за шею и целует в обе щеки.

Я еду в компанию Рамиля. В ту, которую они приобрели с Захаровым после его увольнения. Тимур стал настоящим бизнесменом. Успешным и довольно сильным конкурентом для многих. Ради своей семьи пришлось сделать выбор.

Останавливаюсь на парковке, направляюсь к входу. На секунду у меня складывается впечатление, что я услышала очень знакомый женский голос. Оглядываюсь. Отшатываюсь, увидев призрака из прошлого. Трясу головой, несколько раз моргаю, чтобы понять, галлюцинации у меня или действительно она.

Да. Мила громко говорит по телефону, смотрит мне прямо в глаза. С вызовом! О том, что она вышла на свободу, я не знала. Вроде бы ей еще пару лет сидеть оставалось… Совсем не изменилась. Вся такая же стервозная. Косметики целая тонна на лице.

Но больше всего меня убивает не это. А то, что из салона ее автомобиля выходит вторая девушка. Меня будто в стену швыряют, как какую-то вещь, и я разбиваюсь вдребезги. Значит, я была права насчет того, что сестры активизировались специально. Чтобы сделать то, что не смогли сделать много лет назад.

Бросив на них равнодушный взгляд, не желая иметь с ними хоть малейшее дело, я иду прямо, не оглядываясь по сторонам. Прохожу мимо ресепшена, чувствуя на себе заинтересованный взгляд брюнетки.

– Валерия? – то ли зовет, то ли вопрос задает, когда я подхожу к лестнице. Кабинет Рамиля на втором этаже. Не вижу смысла подниматься на лифте.

– Да? – оборачиваюсь к ней. – Что-то не так? – говорю недовольным тоном. Я тут была много раз, однако меня никто не останавливал.

– Если вы к Рамилю Александровичу, то его нет.

– Я в курсе, что он в командировке уже несколько дней, – опускаю взгляд на бейдж. – Ольга.

– Несколько дней? – она смотрит удивленным взглядом. – Рамиль Александрович отсутствует в компании уже больше месяца, – произносит с насмешкой в голосе.

Первым делом сейчас хочется вцепиться в волосы девушки и встряхнуть. Как следует дать ей понять, что ее не должно волновать, сколько времени моего мужа нет в этой компании. Я подхожу к ней, но изо всех сил пытаюсь держать себя в руках и не трогать ее. Заглядываю в черные глаза с ощутимым раздражением.

– Я разве спрашивала, где мой муж? Спрашивала, сколько дней его нет? Или, быть может, я должна просить разрешения, чтобы подняться в его кабинет? – смотрю на нее с прищуром.

– Лера? – зовет меня мужской баритон. Не нужно оборачиваться, чтобы понять, кому он принадлежит. Я сейчас настолько зла, что и его видеть не хочу. – Что здесь происходит?

Повернувшись вполоборота, я одаряю Захарова точно таким же взглядом, как эту девушку-лягушку. Невыносимо больно от поведения близких мне людей. Конечно же, Тимур знает, где мой муж. Но и он ничего не расскажет.

– Да так. О личной жизни говорим. Эта дама утверждает, что имеет право обсуждать моего супруга. С каких пор вы берете на работу кого попало, м? Раньше такого не наблюдалось, Захаров.

Тимур переводит взгляд на девушку, которая уже пятится назад. Ее руки дрожат, открывает рот, но сразу же закрывает обратно. Ничего не говорит.

Закатываю глаза. Снова перед глазами встают картины из прошлого. Та блондинка с Рамилем в его кабинете. Прикрываю глаза, сглатываю. Отгоняю эти поганые мысли прочь.

– С Юлией Анатольевной мы потом обсудим эту тему. А пока, Лера, поднимемся наверх, – жестом руки указывает на лифт. – Пойдем.

Я мысленно готовлюсь отвесить пощечину Тимуру. Но понимаю, что он тут ни при чем. Мне просто плохо. Паршивое чувство не отпускает. Рамиля нет, снова активизировались его сестры… Опять что-то творится вокруг нашей семьи, и в этот раз, боюсь, нас сломают. А самое главное – теперь есть Сашка, за которого мне страшно больше всего.

– Может, ты скажешь, где мой муж, Захаров? Черт вас всех побери! Что тут вообще творится? Почему я вне ваших дел? Нет я, конечно, понимаю, что последние несколько недель жесть вокруг нас происходит. По всем фронтам. Но я никак не могу принять факт, что вы просто мне не доверяете. Тем более мой муж. Выкладывай давай.

Захаров не спеша садится на диван, а я напротив. На самом деле мне хочется кричать, громить все вокруг. Но с другой стороны… Я же не истеричка, верно?

Тимур немного мягкий. Не любит женские слезы. Если немного поплакать… Черт! Я как ребенок, честное слово.

– Ты слишком эмоциональная, – замечает он. – Лер, для чего мы вам нужны? То есть зачем за нас замуж выходите? Рамиль просто разруливает некоторые дела, чтобы быть с тобой. С вами. Чтобы чаще оставаться дома, а главное, чтобы ты не бежала на работу, будто это самое важное в твоей жизни. Нет, мы не хотим, чтобы вы постоянно дома сидели. В любом случае, даже если захотим, вы будете поступать по-своему. Да и мы не для этого вас спутницами своей жизни сделали, а чтобы и вы, и мы счастливы были…

– Тимур, дело не в этом. Ты или прикалываешься, или… – обрываю его речь. – Господи… Ну почему нельзя сесть и рассказать, что за проблемы у вас? Разве сложно понять, сколько у нас в такие моменты в голове мыслей рождается?

– Понимаем, – спокойно говорит он, устало потирая лицо рукой. – Но и ты пойми, что так надо. Черный приедет. Очень скоро. И все отлично будет. Ты домой вернись к сыну и его жди. Не накручивай себя.

– Когда приедет? Хотя бы это скажи.

– А позвонить ему не можешь, да? – усмехается бывший оперативник. – Вы, женщины, иногда такие упрямые. И очень капризные. Как дети.

– Вы тоже упрямые. И самодовольные, – фыркаю в ответ. – А звонить… Если бы у него было время на нас, сам набрал бы. Поговорил бы. Но ничего подобного.

Тимур лишь вздыхает. Смотрит на наручные часы, потом на меня.

– Мира утром говорила, что вы к нам приедете. Пацан дома?

– Нет, у брата. Еду сейчас обратно. Заберу его – и к вам. Уж очень твоих девчонок увидеть хочет. Знала я, что ты тоже рот на замок закроешь и по поводу Рамиля и его проблем ничего не скажешь. Зря сюда приехала. Лишь нервы себе испоганила. Точнее, та баба на ресепшене.

– Ею я займусь. Пойдем, мальчика заберем – и к нам.

– Не, я сама. Не волнуйся, – поднимаюсь на ноги и смотрю на наручные часы. – Через пару часиков будем у вас.

– Договорились. А насчет Юлии не парься. Ее завтра тут не будет.

Киваю, выхожу из здания. Мысленно ругаю себя за то, что надо было рассказать Тимуру про Милу и сестер Рамиля. Но, во-первых, я была очень злой и совсем забыла про них. Во-вторых… Надо сначала с мужем обсудить, ведь верно?

Чувствую вибрацию, достаю телефон из заднего кармана джинсов. Удивляюсь, увидев на экране номер Чернова. Неужели Тимур ему что-то доложил? Нет, он же не такой…

– Неужели нашел пару минут для своей жены? – спрашиваю с иронией.

– Здравствуй, Лера, – голос снова усталый, хрипловатый. – Как ты, любимая? Сашка как?

– Да вроде бы нормально. Если ты наконец-то появишься на горизонте, вообще круто будет, – сажусь за руль, но дверь закрыть не успеваю. Кто-то наклоняется и бьет меня кулаком в лицо. В глазах темнеет, телефон летит в сторону.

– Лера, – через шум в голове слышу голос Рамиля, который доносится из трубки. Но ответить не успеваю.

– Хоть слово скажешь, прикончу, – угрожающий женский голос. Дуло пистолета упирается мне в висок. – Вышла из машины. Живо.

Глава 8

Докурив сигарету, швыряю бычок в сторону. Держу в руке бумажку и перечитываю список срочных дел, от которых уже задолбался. Но нужно доделать их. Осталось совсем немного, потом свобода. Отмажусь как-нибудь от Леры и ее вопросов, чтобы она не узнала, где я пропадал и что причиной моих исчезновений является именно она, иначе погубит себя ненужными, лишними мыслями, которые уже ничего не изменят. Она просто не выдержит. От угрызений совести ночами спать не будет.

– Проваливай домой, Чернов. Я как-нибудь прикрою уже. Поздно. Жена тебя прикончит, – скалится Алекс. – Только приехал. Убьешь себя. Понимаю, конечно, что иначе никак, но ты тоже человек. И таблетки принять не забудь.

Ответить не успеваю, отвлекаюсь на телефонный звонок. Миха. Давно он мне не звонил. Надеюсь, Сашка не пожаловался на меня. От Леры я подобного не жду. Она никогда не делится ни с кем семейными проблемами, которых у нас никогда не было. Почти не было.

– Да, – отвечаю и сразу слышу голос сына.

– Пап, привет, – говорит и моментально замолкает. Позади слышится детский голос. Это явно Машка, дочь Миши. И почему-то чую: позвонил сын втайне от всех. Возможно, и от матери. – Пап, а ты когда вернешься?

Сердце невыносимо сжимается в груди. Прижимаю палец к губам, чтобы Гордеев не издавал лишних звуков, когда он играет бровями, мол, кто звонит. Это у него стало привычкой в последнее время.

– Сегодня вернусь, сын. Без сомнений. Ты чего так тихо говоришь? Дядя не знает, что ты мне позвонил?

– Нет, не знает, – еле разбираю слова пацана. – Если узнает, маме расскажет. А она расстроится.

Мама обязательно расстроится. Привыкла меня защищать, когда я что-то обещаю, но не получается выполнить. А сейчас и ей вру, чего никогда не делал за всю нашу совместную жизнь.

– Дядя к нам приехал или вы к ним? – потерев лицо рукой, встаю с дивана. – Буквально через час буду рядом, Сань.

– Мы к дяде приехали. Но мама по делам ушла. Сказала, через час вернется. Но ее все еще нет. Пап, ты сам приезжай за нами. Она обрадуется.

Кожей чувствую, что сейчас сын улыбается. Несмотря на обещания, которые я в последнее время не сдерживал, он все равно верит. Верит в меня, в мои слова. Верит, что я приеду за ними.

– Обязательно, – губы сами собой растягиваются в улыбке. – Иди с Машей поиграй. Скоро буду.

Отключаю мобильник, прячу в карман. Прижимаю руку к сердцу, где невыносимо колет. Тяжело вздыхаю.

– Таблетки, – напоминает Алекс. – Ты своей семье живым и здоровым нужен. Не забывай, брат. Мне тебя подвезти?

– Сам справлюсь.

Покидаю кабинет, слыша в спину недовольные слова Гордеева. Похрен. Не до него сейчас. Сына с женой увидеть, а потом отдохнуть немного хочется. Задолбался скучать, врать и пахать до самого утра. Еще и сердце. Чер-р-рт.

Сажусь в автомобиль, завожу мотор. Некоторое время просто смотрю перед собой, прокручивая в голове, как начну разговор с Лерой. Она меня не простит. А себя тем более.

Достаю из бардачка бутылку и таблетки. Глотаю пару штук и запиваю водой. Снова смотрю перед собой. Телефонный звонок немного приводит в себя. Напоминает, что нужно очухаться. Хорош спать. Достаточно. Домой пора.

– Да, Захаров, – глухо отвечаю, нажимая на газ.

– Ты где? Приехал?

– Да. Домой еду.

– Леры нет дома. Она только что вышла из компании, – говорит, а меня словно током прошибает. Передергивает. Не выдержала все-таки. Решила сама разузнать, где я пропадаю. – Короче, ничего такого не случилось. Только Ольга что-то там наговорила ей, что тебя больше месяца на месте нет. То есть отмазаться, Черный, у тебя не получится. Расскажи ей ты уже, в чем проблема? Ну пусть не полностью, а хотя бы какую-то часть. Накручивает она себя сильно. Я ее понимаю на самом деле. Будь на ее месте другая женщина, например, моя, так же реагировала бы. Твоя еще ангел… – усмехается. – Лера к брату за пацаном уехала, а потом к нам собирались. Сане обещала. Короче, если их у Миши не будет, ты прямо к нам приезжай.