Искушение майора. Останься моей

ПРОЛОГ

«Он у себя. Один. Давай уже! Рано или поздно ты должна это сделать, Алиса», – многократно перечитываю сообщение Веры, но не могу взять себя в руки, решиться и наконец пойти к майору и рассказать о своей маленькой тайне. Попросить помощи. Потому что иначе… меня убьют. И не только меня.

Сглотнув образовавшийся в горле ком, на ватных ногах направляюсь к входной двери «Максимуса». Тим давно не сидит в участке – избегает знакомых и коллег. И во всем виновата только я.

Одеревеневшими пальцами набираю его номер, но в ответ слышу одно и то же: «Абонент временно недоступен».

– Добрый день, – натягиваю на лицо улыбку, стараясь выглядеть доброжелательной. Но на самом деле сердце пропускает удары при виде секретарши моего любимого мужчины. Красивая, элегантная, стройная блондинка с карими глазами. – Я к Тимофею.

– Добрый. Простите, но он сегодня занят, – отвечает моментально, но потом, прищуриваясь, всматривается в мое лицо и спрашивает: – Алиса?

– Да. Пожалуйста, мне нужно с ним поговорить! Даже думать не хочу, откуда она меня знает. Точно Вера всё подстроила.

– Минуточку, – глубоко вздохнув, секретарь нажимает на кнопку селектора. – Тимофей Владимирович, к вам пришли. Говорит, очень срочно. Дело жизни и смерти, – последнее добавляет от себя.

– Кто? – грубый тон любимого доносится до меня через шум в голове.

Сердце сжимается от боли, колотится. Будто миллионы игл вонзаются в грудь.

– Тим! Пожалуйста! Нам нужно поговорить! – чуть ли не кричу.

Дышу часто-часто. Впиваюсь ногтями в ладони до крови, пытаясь сдержать себя и не разреветься.

– Анна! Я. Занят! – недовольно бросив секретарше, он отключается.

– Простите меня, – умоляюще взглянув на девушку, я врываюсь в кабинет без разрешения, слыша за спиной «Вам туда нельзя!».

Тим сидит на кресле. Не отрывает глаз от монитора компьютера. Даже не поднимает голову и не смотрит на меня.

– Выйди, Анна, – приказывает. Секретарь молча выходит, закрывая за собой дверь. – Я тебя слушаю, – это уже мне.

Стою неподвижно. Замираю. Забываю дышать. Боже… Как же я соскучилась по нему!

Знакомые глаза цвета меда превратились в холодные осколки. Губы сжаты в тонкую линию. Взгляд устремлен на меня. Яростный. Ненавидящий. Который раз сглатываю, пытаюсь выдавить из себя хоть слово. Получается с огромным трудом:

– Мне нужна твоя помощь, Тим. Пожалуйста… – снова умоляю, готовая на всё. Абсолютно на всё! Лишь бы он был рядом.

Он усмехается. Не воспринимает меня всерьез, а мои слова – тем более.

Когда-то я считала, что жизнь дочери моего брата-уголовника под угрозой, и неосознанно предала его – своего майора, первого и единственного мужчину. Однако сейчас опасность грозит мне. И я хочу рассказать ему про угрозы, шантаж… Ведь теперь нас связывают не только позабытые чувства… Но поверит ли он мне?

– Назови хоть одну причину, почему я должен помочь тебе?!

Слова, как осколки льда, вонзаются в сердце. Прошибают его насквозь. Прикусываю губу. Выдерживаю гневный и в то же время грустный взгляд Тимофея. Он выжидающе, не моргая, смотрит на меня.

– Потому что я беременна, – нервно сглатываю, голос все-таки срывается. Последние свои слова сама еле слышу: – От тебя…

Секунда. Вторая. Третья. Он молчит. Бесконечно. А потом уголки его губ поднимаются, изображая ухмылку, и по моему телу растекается надежда. Но:

– Да ну, Лис! Неужели ты думаешь, что я снова наступлю на те же грабли? Неужели думаешь, что я поверю тебе? – цокает языком. – Нет, Лисичка. Ты ошибаешься. Я тебя просил забыть мое имя. Помнишь? А теперь – вон отсюда!

– Пожалуйста! Умоляю! Выслушай меня хоть раз! – слезы текут ручьем, а живот скручивает.

– Чтобы больше не появлялась здесь, Алиса. Возможно, Вера тебе поверит. Но не я. На выход! Когда он превратился в такого зверя? Когда он стал таким безжалостным? Где мой тот любимый, заботливый мужчина? Где?! Господи…

– Хорошо, Тимофей, – произношу дрогнувшим голосом. – Я скажу лишь одно. Я тебя не предавала и… Надеюсь, ты не пожалеешь о своих поступках.

Разворачиваясь, я выхожу прочь из его кабинета, замечаю в приемной сочувственный взгляд секретарши. Как только оказываюсь на улице, шаг за шагом удаляюсь от ресторана. Остановившись рядом с какой-то машиной, чувствую на себе пронзающий насквозь взгляд. И почему-то перед глазами всплывает картина, как Тимофей целовал ту девушку. Прямо здесь, на моих глазах.

Через силу делаю ещё один шаг вперёд, и… кто-то дёргает меня за локоть. Не успеваю опомниться, как меня заталкивают в машину и хлопают дверью.

Глава 1

Алиса

– Это кабинет майора Гордина. Сиди смирно и жди. Дашь повторно свои показания ему, ясно? – парень в полицейской форме старается всё говорить спокойно, но по его тону я понимаю, как его раздражает мое присутствие. Ну и я сама, в принципе, тоже.

– Да, конечно, – шепчу, съеживаясь на кресле.

Понятия не имею, зачем меня сюда притащили. Нет, я, конечно, знаю, что из-за брата. Снова он дом разгромил. С кем-то подрался. И соседи пожаловались, набрав номер 112. Но, блин, при чем тут я?!

Парень лет двадцати пяти выходит из помещения и не успевает закрыть за собой дверь, как раздается его голос:

– Товарищ майор. Там сестра Воронова. Говорит, ничего не знает. Непохоже, что прикидывается.

– Понятно. У тебя отбой, Таранов. Иди отдохни.

Огромная фигура заслоняет собой проход. Мужчина не спеша заходит в кабинет. В одной руке рация, во второй мобильник. Кладет всё по очереди на стол, в том числе и оружие, которое вынимает из-за пояса. Портмоне из заднего кармана и ключи от автомобиля.

Я внимательно слежу, как он садится и откидывается на спинку кресла. Скрещивая руки на груди, не отрываясь смотрит.

Медовые глаза сканируют меня своим проницательным взглядом. А я мысленно молю бога, чтобы он меня не узнал. Но…

– Ну здравствуй, – делает короткую паузу и слегка усмехается, – Алиса.

Боже… Ну нет же… Нет! Не забыл, значит… Не забыл, как я давала ложные показания тут же, в его кабинете, несколько лет назад. Но я была вынуждена!

– Здравствуйте, – шепчу, пряча глаза. Потому что невыносимо смотреть, как уголки его губ дергаются в презрительной усмешке.

– Я тебя слушаю. Начинай всё с самого начала, но без лжи, Алиса. Иначе… Я не смогу, да и не захочу прикрывать тебя, закрывать глаза, зная, что ты врешь не моргнув глазом, как пару лет назад.

Я ошеломленно смотрю на майора и никак не могу понять, что он имеет в виду. Я ослышалась? Он сказал «прикрывать»?

– Я всё рассказала ему, – киваю на дверь. – То есть… вашему коллеге.

– Тебе сложно повторить?

– Нет. – В горле пересохло. Еле выдавливаю из себя слова. Если они будут всю ночь брать у меня показания, то я помру здесь от голода. Не помню, когда ела в последний раз.

– Тогда давай. Только запомни… – Прищуриваясь, смотрит прямо в глаза. – Ты не маленькая девочка. Теперь ты – взрослая девушка. И, поверь, иногда за ложные показания можно схлопотать больше срока, чем за ранение человека.

Нет, я, конечно, понимаю, что он пытается напугать меня, дабы я снова не врала. Но, блин, я тогда была в безвыходном положении! Вынуждена была лгать, дабы маму спасти. Но мой брат, который обещал помочь ей, не сдержал свое слово. И да! Я пожалела сразу же, но у меня не было ни единого шанса поменять те чертовы показания!

– Я приехала с работы, – начинаю повторять снова, лишь бы скорее выбраться отсюда. – А когда пришла домой, меня привезли сюда ваши…

– На работе? Где же ты работаешь?

– В отеле. На ресепшен.

– Какой отель? – спрашивает, внимательно рассматривая мое лицо.

– «Maksimus».

Замечаю, как его правая бровь ползет вверх. Что его удивило?

– И как долго ты там работаешь?

– Две недели. Но такими темпами меня вышвырнут оттуда, – грустно улыбаюсь, осознавая, что это правда. Брат уже не раз вламывался туда и просил у меня денег. Отнял у меня весь заработок.

– Не вышвырнут, – уверенно произносит мужчина, – Есть предположения, с кем и почему у твоего брата снова возник конфликт? Причем в собственном доме?

– Я… Понятия не имею. Честно, – облизываю пересохшие от волнения и напряжения губы.

Мне кажется, я временами даже не дышу. А, затаив дыхание, внимательно слежу за движением его пальцев, которые барабанят по столу.

– Хорошо, – глубоко выдыхает, устало потирая лицо рукой. – Как часто он появляется дома? И как часто приводит своих дружков?

– Очень редко. Когда нужны деньги. А друзей… Они… Даже когда брата нет… – говорю и сразу же прикусываю себе щеку с внутренней стороны. Черт! Ну зачем я это ляпнула?

– В смысле? Он отнимает у тебя деньги?.. – усмехается. – Которые ты зарабатываешь, работая у нас в отеле? Мало того, и банда его вламывается, когда самого Воронова нет?

– Да. Иногда, – вымученно выдыхаю. Я действительно очень устала. От брата. От всей этой ситуации. От того, что я постоянно должна отвечать за косяки Антона. Отдавать его долги, из-за которых меня не раз прижимали к стене и угрожали.

– Вот же с-с-су…

Я могу поклясться, что слышала скрип зубов майора.

– Алис, и ты не хочешь, наконец, чтобы он ответил за свои поступки? Преступления?

Я молчу. Сказать нечего. Да, я хочу, чтобы он ответил, но… В этом я им помочь не могу. Не могу подставить собственного брата.

– Ясно. Я тебя понял.

– Я…

– Алиса… – бросает холодно, и от этого тона по телу расползаются мурашки. – Если ты вдруг завтра придешь и попросишь у меня помощи, я не смогу помочь. Ты снова молчишь и позволяешь своему брату травить несовершеннолетних детей.

– Это не так, – отрицательно мотаю головой. – Я просто ничего не знаю.

– Я свое слово сказал. А ты… Ты свободна, – жестом указывает на дверь, и я, поднимаясь, направляюсь к выходу.

А самое главное… Я понятия не имела, какой сюрприз ждет меня дома и… Что я действительно буду вынуждена молить о помощи у майора.

Но он же дал слово…

*****

Заледеневшими пальцами ковыряюсь в сумочке, пытаясь найти ключи от дома. Но они будто испарились.

Всю дорогу думала о словах майора: «Если ты вдруг завтра придешь и попросишь у меня помощи, я не смогу помочь», – эта фраза не выходит из головы, а главное, каждый раз позвоночник покрывается испариной. Такое ощущение, будто я действительно буду зависеть от него. Буду умолять о помощи, что вполне вероятно.

Я весь путь чувствовала на себе чей-то прожигающий насквозь взгляд. Уверена, кто-то следил за мной. Не посмела повернуть голову назад и рассмотреть, кто вместе со мной находится в автобусе. Страх бросал в дрожь. Пыталась отвлечь себя чем угодно, лишь бы не думать о брате и его противных друзьях. Или же это очередной кайфарик, которому Антон задолжал.

– Деточка, это ты? – сзади слышится шорох и следом голос тети Инны – нашей соседки. Я невольно вздрагиваю, не ожидая увидеть ее тут, тем более в такое позднее время.

– Боже, теть Инн, ты меня напугала, – прижимаю руку к сердцу, чувствуя, как бешено бьется пульс. – Да, это я.

– Прости, милая. Я волновалась за тебя. Тут странный горилла искал тебя…

– Какой горилла? – перебиваю ее, потому что не по себе становится. И так весь день как на иголках была, а тут вот такая новость. Ночь же, боже… Неужели не смогу спокойно поужинать? Голодная как волк. Еще помыться и выспаться бы. Завтра рано утром на работу…

– Я не знаю, Алисочка. Толстый такой, весь в татуировках, – женщина морщится, словно от тупой боли. – В прыщиках и шрамах.

К горлу подкатывает ком, как только представляю такого человека перед глазами. Соседка так говорит… с отвращением…

– Всё хорошо. Не волнуйся, всё будет отлично, – заверяю ее, но она не спешит уходить. Постоянно поддерживает, когда Антон пытается унизить меня или же поднимает руку. Прибегает на первый же мой крик. И я по ее выражению лица понимаю, как она искренне хочет поддержать.

– Ты только не забудь… Я тут всегда. Звони, кричи, если что. Договорились?

– По рукам, – улыбаюсь ей.

Щелкает ключ, и дверь наконец поддается. Я захожу в дом, не прекращая трястись от страха. Абсолютная тишина. Нет, я никогда не боялась темноты, но почему-то мне кажется, что дома кто-то есть. Включаю свет в гостиной, но никого не замечаю.

Отправляю все мысли прочь. Слова майора, а также тети Инны. Бросаю сумочку на диван и первым делом направляюсь в ванную. Чуть ли не засыпаю под струями горячей воды, которые уносят с собой мою усталость.

Надев на себя махровый халат, выхожу наружу. В холодильнике пусто.

Мысленно ругаясь на брата, захожу в свою комнату. И сразу же в нос ударяет запах противного мужского парфюма.

Сильная рука притягивает меня к себе, я кричу, но незнакомый мужчина моментально закрывает мой рот ладонью, от которой мерзко пахнет сигаретами.

– Чш-ш-ш. Тише, малышка, – он прижимает меня к стене и нависает надо мной. Боже, я почти голая, а этот… Точно тот, о ком соседка говорила. Вот я тупая!

Нужно было взять номер майора. Хотя в таком случае я не смогла бы ему позвонить, но попыталась бы!

– Отпусти! – шиплю. Получается освободить одну руку, и я моментально царапаю его лицо ногтями. Совсем случайно касаюсь выключателя, и комната сразу же озаряется светом.

Да. Прыщавый. Весь в шрамах. В татуировках до локтей.

– Не-а. А кто расплачиваться будет, а? Кто долги брата возвращать будет? Ты, конечно! – ржет, открывая моему взору свои желтые зубы. Фу. Господи, помоги мне…

– Иди у брата проси, скотина! – ударяю коленом между его ног. Он чуть сгибается, но всё равно я не могу сдвинуться с места. Он огромный, а его торчащий живот мешает мне.

– Сучка! – цепляется своей лапой за мое горло. Сжимает, я бы сказала, душит. Кислорода в легких становится меньше. Его глаза блестят от радости. Он сжимает челюсти, надавливая на мое горло сильнее.

– От-пус-ти! – еле выдавливаю, и то по слогам. Моя свободная рука нащупывает что-то холодное в стороне. Да, это мамина ваза, но я не могу дотянуться и взять ее удобнее. Мне нужно рискнуть, ибо он меня задушит и завтра майор найдет в этом доме мой труп.

– Нет, малышка. Сначала мы с тобой поиграем! – проводит языком по моей шее, а я лишь сглатываю очередной ком. Противно до жути! До одури!

– И-ди-и-и-от! – все-таки получается врезать ему вазой по голове. Он отшатывается, совсем чуть-чуть. Вот же… Железный, блин! Ваза сломалась, а с ним ничего не случилось!

– Иди-ка ты сюда, дрянь! Не поняла по-хорошему, будет по-плохому!

– Ага. На тебе! – увесистой частью вазы бью снова, но на этот раз мужчина падает, и ковер покрывается бурыми пятнами, – О боже! Что я наделала?! Я его убила?!

В глазах моментально темнеет. Присаживаясь на корточки, не отрываю взгляда от него, пытаясь понять, вздымается ли его грудь. Он вообще дышит?

Не могу унять тошноту. Закрываю рот ладонью и выбегаю наружу. Слышу раздающиеся издалека сирены полицейских машин.

– Стой, дрянь! – откуда-то сбоку доносится еще один мужской голос. Я без раздумий выбегаю на дорогу. Вижу, как в мою сторону движется огромная темная машина.

Ну всё… Лучше умереть так, чем они меня изн… толпой.

Не в силах стоять на ногах, я падаю на дорогу. Проваливаюсь в темноту.

– Алиса! – раздается совсем близко мужской рык. – Алиса, ты меня слышишь?! – и кто-то слегка касается моей щеки.

Схожу с ума… У меня глюки, точно! Он же обещал не помогать…

– Ма-йор?!

Глава 2

Тимофей

Я до сих пор помню те зеленые глаза. Помню, как они блестели от слез пару лет назад. Как маленькая, беззащитная девочка отрицала всё, что было правдой. Она подтверждала ложь. Не давил. Боялся, потому что от страха всё что угодно может с человеком случиться. А Алису, хрупкую такую, загнанную в угол, травмировать не хотелось. Но она не понимала, что ее жизнь висит на волоске. Брат – один из главных в банде преступников. Один из тех, кто мальчишек, несовершеннолетних детей, травит всякой дрянью. И из-за показаний Алисы пришлось его отпустить. Забил. Попадется еще Воронов. После этого я с головой окунулся в другое дело. Родной брат был в опасности. Брат, который не знал о моем существовании. Обязанность избавиться от врага, убившего наших родителей, заставила крепко стоять на ногах и идти до последнего. Получилось. Теперь мы дружная семья. А враг мертв. Покончил с собой в тюрьме. Рад ли я? Совсем нет. Мало он страдал. Знал, сука, что я не оставлю его в покое и до конца своей жизни заставлю его гореть в аду. Не выдержал Орлов. Перерезал себе горло… И вот снова дело Воронова в моих руках. Снова Алиса, девочка с зелеными глазами, дает показания. Но на этот раз не похоже на ложь. Интуиция подсказывает, что сегодня произойдет неладное. Выхожу из участка и звоню Тане. Пусть приготовит нормальную еду. По пути заезжаю в супермаркет и покупаю вино. И еще пару бутылок крепкого алкоголя. Адрес Вороновых знаю наизусть. Недалеко отсюда. Будто руки зачесались повернуть руль в сторону их улицы. И крышу напрочь сносит от увиденного, как только доезжаю до нужного адреса. Алиса… Выбегает прямо на дорогу. Свет, исходящий от фар автомобиля, попадает на девчонку, и я ясно вижу ее испуганное лицо. Вдавливаю педаль тормоза в пол, вжимаясь в сиденье. Еле успеваю притормозить в двух метрах от нее. Выскакиваю из машины, замечая, как в нескольких метрах от нас стоит шакал, явно сканируя взглядом увиденное. – Алиса! – дотрагиваясь до ее влажной щеки, всматриваюсь в полуоткрытые глаза. – Ты меня слышишь? Девчонка всхлипывает, цепляясь за мою руку. Царапает ногтями. – Ма-йор?! – шепчет. Неверяще рассматривает меня, будто впервые видит. – Да, майор я. Майор, твою мать! – рычу, стискивая зубы до скрежета, плотнее укутывая девочку халатом, из-под которого торчит ее грудь. – Что случилось? Брат приперся? – Н-нет… Та-та-м… Я… – Так, всё хорошо. Слышишь? Всё отлично. Успокойся, – беру ее на руки и усаживаю на заднее сиденье авто. Обхожу машину, достав из бардачка бутылку воды, заставляю пить. – Ну же, давай, сделай глоток. – Я… Я… Его… – трясется. Дрожит так, будто в ледяной воде сидит. – Я его… убила… – Чш-ш-ш. Что ты говоришь? Всё хорошо. Успокоилась давай. Прекрати истерику. Бандиты так быстро не гибнут. Они железные, – то ли взбодрить пытаюсь, то ли правду говорю. – Ты сиди смирно, окей? Я посмотрю в доме и приду обратно. – Нет! По-пожалуйста… Не оставляйте меня…тут… – Алис… – выдыхаю, заправляя прядь влажных волос за ухо. – Я на минуточку. Мне же нужно убедиться, что там никого нет. Явно уже сбежал, но все-таки… Я здесь. А рядом со мной ничего бояться не нужно. Понимаешь меня? Девочка неуверенно кивает. Блокирую двери автомобиля и иду к дому. Тишина. Будто война была и все вещи разбросаны на полу. Ребята говорили, что Воронов снова спектакль устроил. Алиса, видимо, не успела прибраться. Да, я был уверен, что никого уже нет. Сбежал, скотина. Но ранен. Ковер испачкан алыми пятнами. – Таранов! – говорю в трубку. – Кто там на смене? Присылай в дом Воронова. – Принято. Замечаю на полу маленький нож. Достаю из кармана салфетку и аккуратно обворачиваю ею холодный металл, стараясь лишний раз не лапать. Опечатки пальцев точно есть. На диване лежит мобильник, который Алиса крутила в руках в моем кабинете. – Алис. Ты как там? – завожу машину и жму на газ. – Держи мобилу. – А ку-куда мы едем? Мне… одеться на-надо. – Забирает телефон. Всё еще трясется, я даже слышу стук ее зубов. – Ко мне. Там найдем тебе… одежду, – хмыкаю недовольно. – Я… Нет, пожалуйста. Я к подруге… – Без протестов, Алиса! Теперь ты будешь слушать меня. Всегда! – повышаю тон. Девчонка замолкает моментально. Шмыгает носом. «Сегодня отбой. Приеду завтра», – отправляю сообщение Тане, осознавая, что меня ждет завтра…

Алиса

Снова я оказываюсь в беде из-за родного брата, которому, откровенно говоря, срать на меня. Если уж ему плевать, что меня пришли наси… его дружки, то за каким фигом я его вообще прикрываю? С сегодняшнего дня буду ждать вопросы от ментов насчет Антона и в случае, если у меня будет ответ, с удовольствием расскажу им всю правду! С меня хватит! Натерпелась! Внимательно слежу, как майор аккуратно ведет машину по трассе. Останавливаясь на светофоре, нетерпеливо барабанит пальцами по рулю. – Он жив, да? – выжидающе смотрю в зеркало заднего вида, где пересекаются наши взгляды. – Конечно. Они бессмертные, Алиса. Не волнуйся, – улыбается, шутливо подмигивая. Смущаюсь и отвожу взгляд. Страх испаряется, лишь какая-то непонятная теплота растекается по всему телу. Он – мой ангел-хранитель. И как сумел оказаться так близко к нашему дому? – Вы следили за мной? – тихо спрашиваю, потирая горло, которое всё еще невыносимо болит. Боже… Мне бы помыться и избавиться от этого жуткого запаха, который исходит от меня. Его вонь пропитала мой халат. – Нет, конечно. С чего бы? Думаешь, мне делать нечего? – бросает, останавливаясь у магазина. Майор выходит, блокируя за собой двери автомобиля. Меня жутко клонит в сон. Устала так, что веки тяжелеют и я понимаю: еще чуть-чуть, и засну. Мне бы одеться хотя бы… Интересно, у майора есть жена? Семья? Вдруг дома его ждет супруга с детьми? Как-никак, мужчина взрослый. Лет тридцати пяти точно. – Любишь сладкое? – настолько задумываюсь, что не замечаю, как открывается дверь. Майор кладет пару бумажных пакетиков на переднее пассажирское сиденье и снова жмет на газ. – Да, конечно. Салон авто наполняется запахом какого-то пирожного. Я снова не смогла поесть дома и настолько голодна, что аж громко сглатываю. – Держи, – протягивает мне один из пакетиков. – Пока что только это. Дома что-нибудь придумаем. Дома что-нибудь придумаем… Значит, он живет один? – Спасибо! – искренне благодарю и начинаю есть круассан. Боже… как же вкусно! До многоэтажки доезжаем в тишине. Он молчит, а я иногда замечаю, как он смотрит на меня в зеркало заднего вида. Каждый раз отвожу взгляд, потому что его глаза медового цвета гипнотизируют. Да и не могу же я в открытую пялиться на мужчину… – Заходи, – майор приглашает меня в свою квартиру. Включает свет в прихожей, и я буквально с открытым ртом рассматриваю скромную, но в то же время очень красивую холостяцкую берлогу. А еще тут так пахнет… Ароматом мужского цитрусового парфюма. – Можно мне сначала в ванную? Только… – Иди. Я найду тебе что-нибудь накинуть на себя. Машиной одежды много тут осталось, – жестом указывает, куда идти. – Спасибо, – закусываю губу. Несколько минут провожу под струями горячей воды. Смываю с себя запах того придурка. Бросаю в сторону свой халат, надеваю тот, что висит на вешалке в ванной. Потихоньку открываю дверь и слышу голос майора: – Прямо по коридору. Третья комната. Я думала, Маша – это одна из его женщин, но одежда тут девичья. Гардероб заполнен кофточками с изображением Микки Мауса на груди или же разноцветными спортивными штанами. Нахожу легкое платье розового цвета, которое еле прикрывает половину бедер. Ну что поделать? Видимо, у Маши рост маленький. Другого подходящего нет. Стою возле двери и разглядываю мощную фигуру майора, который уже успел одеться в домашние брюки и свободную футболку. Я только сейчас понимаю, какой огромный этот мужчина на самом деле. Мускулистый и спортивный. Под два метра ростом. Ну, почти.

– Так и будешь стоять там? – говорит, даже не поворачиваясь. Моментально краснею. – Вам… Помочь? – бормочу себе под нос, но я уверена, он меня слышит. У него, кажется, глаза на спине есть. – Нет. Сядь, – командует, будто я его подопечная. – Я как-то не особо люблю готовить, но… Вроде получилось неплохо. Снова подмигивает мне, весело улыбаясь. Значит, он на рабочем месте серьезный, а дома совсем иной. Мне нравится, кстати. Пока майор за пару минут опустошает тарелку, я несмело ковыряюсь в своей вилкой. Хоть еда очень вкусная, круассана мне хватило, потому что я не привыкла много есть. Мужчина особо не смотрит на меня. Постоянно что-то печатает в своем телефоне, иногда бросая на меня короткие взгляды исподлобья. – Он тебя лапал? Душил? – прерывает тишину, внимательно рассматривая мое лицо. – Почему ты его ранила? – Он… – проглатываю кусочек мяса. – Приставал. Я… Вазой ему по голове… Два раза. Иначе… – Всё ясно. Ты молодец, – удовлетворенно кивает. – Помнишь его лицо? По фоткам узнаешь? – Естественно. Да. – Отлично. Надеюсь, ты больше ничего не станешь скрывать. – Не буду. Расскажу вам всё. – Так, – строго произносит он, отталкивая от себя тарелку. – Давай договоримся. Прекращаешь мне выкать. Называешь меня Тимофеем или же, как меня зовут постоянно близкие, Тимой. – Хорошо, Тимофей, – смотрю ему в глаза и хочу понять, где я их видела. Уж больно знакомыми они мне кажутся. – Чувствуй себя как дома. Я в душ, а потом поговорим. Майор выходит из кухни, а я решаю убрать со стола. Мою посуду и иду в гостиную. Делать всё равно нечего. Дом огромный, кстати, чистый. Но никаких следов женского присутствия я тут не замечаю. То и дело смотрю на экран своего телефона. Девушка брата звонила раз сорок, не меньше. Но отвечать совсем нет желания. Наверняка брат попросил, которого я уже ненавижу больше всего на свете. Но в то же время… Очень соскучилась по Дашке – племяннице. Но всё равно бросаю мобильник в сторону. Не хочу я отвечать… Звенит дверной звонок. Так настойчиво, аж голова болеть начинает от этого звука. Майор сказал: «Чувствуй себя как дома». Интересно, он не будет злиться, если я открою дверь? Ладно, забиваю на всё и всё же щелкаю замком, забывая посмотреть в глазок. Вижу перед собой девушку. Лет двадцати восьми. Стройная. Ухоженная. И безумно красивая. Она сканирует меня своим черным взглядом, поджав свои пухлые губы. А потом произносит, всматриваясь куда-то мне за спину: – Что это значит, Тимофей? Ты из-за нее меня отшил? С каких пор ты начал малолеток …!?