Незабытые чувства. Давай начнем сначала

Глава 4

Я вернулась домой ближе к девяти, когда на улице стемнело. Заходить в квартиру не хотелось. Наверняка мама снова начнет учить уму-разуму, и выдержать это будет почти невозможно. На душе было настолько погано, что хотелось забиться в какую-нибудь нору и неделю не попадаться никому на глаза. А ещё хотелось, чтобы любимый приехал как можно скорее. Лучше прямо завтра!

Однако… Все было очень сложно. Телефонный разговор с ним окончательно выбил меня из колеи. И принимать самое важное решение в своей жизни мне придется в одиночестве.

Толкнув чуть приоткрытую дверь квартиры, я замерла, уловив женский шепот. Затаив дыхание, прислушалась к голосам.

– Она обязана принять предложение того человека, Самира. С ним она будет счастлива. В достатке! – донесся до меня расстроенный голос мамы.

– У тебя умная дочь. Не волнуйся, думаю, Лена одумается и даст согласие, – ответила женщина, которую я считала самой близкой на этом свете. Ближе своей матери. Сейчас же у меня появилось стойкое ощущение, что весь мир настроен против меня.

– Саша точно поступит в университет. Григорий обещал нанять ей репетиторов. А у мужа завтра судебное заседание… Боже, я не верю, что в самый последний момент, когда я уже думала, что спасения нет, в нашей жизни появился такой влиятельный человек. И даже пообещал вытащить нас из ситуации, которая уже вымотала всех.

– Он просто влюблен в Лену. Она же у тебя красивая, нежная…

Обычно мне нравилось, когда тетя Самира называла меня нежной и красивой, но сегодня ее слова вызвали лишь глухое раздражение. Когда тетя Самира стала такой двуличной? Ушам своим не верю.

– Ты, главное, своему сыну пока ничего не говори. А то приедет раньше времени, и весь наш план пойдет коту под хвост, – попросила мама.

Не скажет. Мой любимый ничего не узнает. Тем более то, что наши мамы сговорились против нас… А ведь тетя Самира лучше всех знает, как сильно ее сын меня любит. Однако здоровье Соны кажется ей более важным, чем наше счастье…

В носу защипало. Слезы снова потекли по щекам. Глаза ужасно болели. Я вытерла их рукавом кофточки и вошла на кухню.

– Я согласна. Согласна выйти замуж за того человека.

Оставив их ошарашенными, но, кажется, довольными, я закрылась в спальне. Смотрела в белый поток и думала, правильно ли поступила, по сути, пожертвовав своим счастьем ради других.

Да, сестра получит образование и, возможно, станет хорошим адвокатом. Достигнет своей цели. Ее мечта сбудется, а как же наша мечта? Мне так хотелось выйти за любимого замуж… Родить ему детей… жить долго и счастливо, как в сказках…

– Почему обо мне никто не думает? – шептала я, вытирая слезы, которые не прекращали течь весь этот день, тянущийся целую вечность. – Ну почему? Что я такого сделала этим людям?! Каждый думает о чем угодно, но только не обо мне. Не о моих чувствах!

Никогда за девятнадцать лет я не чувствовала себя такой бессильной. Словно весь мир настроился против меня. Никто не хотел меня услышать. Бессмысленно о чем-то разговаривать. Отказаться от навязанного брака? От мужчины, который по непонятным причинам хочет завладеть мной? Я думала об этом, но что-то подсказывало: это бесполезно. Меня все равно выдадут за него замуж. Возможно, даже против воли. Что-что, а шантажировать он умеет.

– Да, – не посмотрев на экран, я приняла входящий звонок и прижала телефон к уху.

– Привет, родная, – вдруг раздался безумно любимый голос. – Как ты?

Я резко села на край кровати, страшно нуждаясь словах поддержки. На какое-то мгновение мне показалось, что оно обо всем знает. Но… он бы прилетел, узнай о происходящем здесь. И раз он все еще там… Значит, помощи ждать неоткуда.

– Привет, – пробормотала я, до боли кусая губы и стараясь не расплакаться в трубку. – Как ты?

– Только освободился. А ты как там? Почему голос такой? Разбудил?

– Да нет… – начала я и прикусила нижнюю губу, посмотрев на экран телефона. Оказывается, уже полночь. – То есть да… Я спала.

– Прости, – хрипло сказал любимый. – Безумно соскучился. Могу набрать тебя по видеосвязи? Хочу увидеть.

Я включила ночник. Сглотнула внезапно появившийся в горле ком, промолчала, не зная, что ответить. Глаза наверняка опухли – он сразу догадается, что я плакала. Но вдруг сегодня я вижу его в последний раз? Неужели я не могу позволить себе хотя бы это?

– Конечно… Звони.

Увидев на экране лицо любимого, я улыбнулась, машинально положив руку на грудь. Сердце стучало так, что за ним ничего не было слышно.

– Ты плакала? – Он прищурился, будто пытался внимательнее разглядеть мое лицо. Пришлось будто ненароком повернуть светильник в сторону.

– Немного, – соврала я. – О папе думаю… Выпустят ли его…

– Статья серьезная, – задумчиво сказал любимый. – Скорее всего, срок все же дадут. Будь финансовая возможность, наверное, можно было бы его вытащить. Но увы, сейчас денег у нас нет.

Я сглотнула. Как всегда. Насколько бы горькой ни была правда, он говорил как есть. И я любила его за эту черту характера. Уж лучше горькая правда, чем сладкая ложь.

– Я хочу задать тебе один вопрос, – прошептала я.

– Конечно. Я тебя внимательно слушаю, – улыбнулся он. Наклонил голову набок и задумчиво посмотрел на меня.

– Будь у тебя два варианта… Поставить сестру на ноги или сделать меня своей женой… Какой из них ты выбрал бы?

Он открыл рот, чтобы ответить, но промолчал. Нахмурился сильнее – между бровями образовалась складка.

– Ты странно выглядишь. И говоришь тоже странно, – заметил он.

– Ответь, пожалуйста. Мне же интересно.

– Лен… Ты тоже выбрала бы первое, будь твоя сестра больна. Разве я ошибаюсь?

«Не ошибаешься», – мысленно ответила я, улыбнувшись ему.

Я улыбалась так старательно, что разболелись щеки. Именно сегодня разговор с любимым не принес ни радости, ни облегчения. Да и что ему можно сказать? “Знаешь, я решила пожертвовать нашей любовью ради других”? Нет. Мне просто не оставили выбора.

– Ты же знаешь, что я люблю тебя? Только тебя… – сказала шепотом.

– Я тоже люблю только тебя, – отозвался он. – Расскажешь, что стряслось? Что-то с Соной? Лена, родная, не молчи. Ты же знаешь, что я всегда тебя поддержу. Что бы ни случилось.

Я кивнула. Может быть, я все же не сдержалась бы и рассказала бы ему о случившемся, но именно в этот момент дверь спальни открылась и в комнату зашла мама.

– Отключись, – тихо, но жестко сказала она. – Немедленно, Лена.

– Я устала, – сказала я любимому. – Завтра созвонимся, хорошо?

– Понял. Кто-то пришел, – ответил он одними губами, и я кивнула. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – шепнула, уверенная, что вижу любимого в последний раз.

Я отложила телефон на тумбочку и посмотрела на маму, в глазах которой плескалась ярость. Будто я сделала что-то ужасное, подставив всю семью. Будто это я виновата в том, что произошло, а не папа. И вообще… разве это любовь, когда ради денег тебя готовятся выдать замуж за незнакомого и нелюбимого мужчину? Как смириться со всем этим?

– Ты согласилась стать женой Григория! – рявкнула мама таким тоном, что я вздрогнула от неожиданности. Никогда еще со мной не обращались так, словно я – вещь.

– Но это не значит, что я должна забыть его в ту же секунду. – Я кивнула на телефон. – По щелчку пальцев. Нужно расстаться по-человечески. Не считаешь?

Мать задумалась, но выражение ее лица все еще было злым и нервным.

Я встала с кровати и прошла мимо матери – в кухню, чтобы выпить воды. Горло все еще сжимало спазмами, но я дала себе слово, что больше не расплачусь ни при ком из них.

А когда вернулась со стаканом воды в спальню, мама вытаскивала из моего телефона симку.

– Что ты делаешь? – глухо закричала я, пытаясь отобрать мобильный. – Мама!

– Никаких больше разговоров с другим мужчиной!

– Почему? Потому что он не такой обеспеченный, чем тот ваш Григорий? Потому что не такой сильный и влиятельный? Потому что не может вытащить папу из тюрьмы? Отвечай, мама! Почему? Ведь ещё недавно тебя все устраивало, и вы с тетей Самирой строили планы… Даже свадебный салон выбрали!

Я больше не могла молчать. Слова лились изо рта, как и слезы из глаз. Я смотрела на нее и не понимала: как деньги могут так застить глаза?

– Все верно, – отрезала мать. – Может, сын Самиры и хорош, но не настолько, как Григорий. Завтра он приедет к нам – я уже сообщила, что ты приняла его предложение.

Господи… Григория я видела всего два раза, и оба раза диалог длился не больше пяти минут, за которые я категорически отказалась принимать его предложение. А потом Григорий появился у нас дома…

– Завтра… приедет? – тихо спросила я, не слыша своего голоса. В ушах шумело, во рту появилась горечь.

– Завтра. А через три дня свадьба. Больше ты со своим.... – мать кашлянула, – говорить не будешь. Только с Григорием.Ты поняла меня?!

Переломив симку пополам, мама швырнула ее мне в лицо а телефон – на пол. Экран треснул, аккумулятор вывалился и улетел под кровать. Мобильник сломался, а вместе с ним и сердце, которое принадлежало одному-единственному человеку. Появится ли он в моей жизни снова?

Глава 5

Я проснулась с больной головой. Не хотелось открывать глаза, вылезать из-под одеяла. Потому что знала: сегодня будет тяжёлый день. Встреча с будущим мужем и разговор, который не принесет ничего хорошего.

Я посмотрела на настенные часы – девять утра. Уснуть я смогла ближе к семи. Всю ночь плакала – до икоты. До тех пор, пока окончательно не отключилась, сама того не желая.

«Любимый», – мелькнуло в голове, когда я, посмотрев на окно, увидела на подоконнике разбитый телефон.

Сдерживая слезы, я быстро встала с кровати и побежала в душ. Открыла воду и, всхлипывая, полезла под прохладные струи. Зажала рот ладонью и все же расплакалась, зная, что это не поможет.

Я хотела увидеть его. Такого любимого. Заглянуть в его глаза и сказать, что я вынуждена так поступить. Но его нет… И неизвестно, что ему скажут, когда он прилетит на родину.

Вернулась в комнату, укутавшись в старый махровый халат. В доме стояла полнейшая тишина. Мамы, кажется, нет, а Сашка, скорее всего, пошла в школу.

– Хоть ее мечта сбудется, – прошептала я. – Если Григорий сдержит слово.

Мысль о предстоящей свадьбе убивала. Я не хотела об этом думать, но не знала, как перестать это делать. Больно было настолько, что хотелось выть. Но я сдерживала эмоции. Пролитые со вчерашнего дня слезы ничем не помогли, да и сейчас не помогут. Надо смириться с реальностью. Надо просто жить и быть готовой ко всему. Ведь в один совсем неожиданный день жизнь снова может перевернуться с ног на голову.

Ближе к обеду в комнату зашла Сашка. Я сидела на подоконнике, стараясь хоть как-то привести в чувство свой сломанный телефон.

– Привет. Мне сегодня звонили. Хотели поговорить с тобой.

– Кто?

Сестра лишь пожала плечами, загадочно улыбнувшись. Передала мне свой старый телефон и вышла из комнаты.

– Алло, – прошептала я в трубку.

– Лена, – раздался голос любимого. – Лен, почему я не могу до тебя дозвониться? Зачем ты отключила телефон?

Голос звучал грубовато. Любимый был зол, а я – напряжена до предела. Я снова всхлипнула, но совсем тихо. Закрыла рот ладонью и, зажмурившись, соврала:

– Я его уронила. Он сломался.

Никогда не любила ложь, но сейчас пришлось солгать.

На той стороне трубки стало тихо, а потом я услышала выдох и мягкое:

– Прости. Я свободен на пару часов. Решил поговорить с тобой, а ты… вне доступа сети. Расстроился, что не услышу тебя до завтрашнего дня.

– Все нормально, – как можно спокойнее отозвалась я, почувствовав укол совести. – Не волнуйся за меня, хорошо? Работай спокойно. Я искренне верю, что Сона однажды поднимется на ноги. И что это случится совсем скоро.

– При чем тут Сона, Лен? – тихо спросил он. – Ты что, обиделась на меня вчера? Лен, ведь любой нормальный брат работал бы без отдыха, лишь бы вылечить родную сестру. Разве это не так? Разве ты не пошла бы на все ради своих близких?

«Пошла бы, – мелькнуло в голове. – Уже иду».

– Что ты наделала? – уловила я мамин голос и прислушалась: она кричала на Сашу.

– Сейчас не могу говорить, – быстро сказала я, с силой сжав телефон. – И… Поверь, я тебя понимаю и ни в чем не обвиняю. Ты поступил правильно. И я тоже… Я тоже поступила правильно. Люблю тебя, слышишь? Люблю… И всю жизнь буду любить только тебя.

Я отключила звонок и кинула телефон на диван. Легла на кровать, свернулась клубком. Услышав, как открывается дверь, прикрыла глаза и затаила дыхание. Не хотела злить маму. Не хотела, чтобы она снова начала кричать и задевать меня жестокими словами.

– Где он? – громко спросила она, оглядывая комнату.

– Что? – Я вздрогнула от ее голоса, хоть и ожидала крика.

– Сашин телефон! Где он?

Я села на край кровати и кивнула на мобильный. Взглянула в глаза матери – там не было ничего кроме злости. Ни раскаяния, ни сожаления.

Она забрала телефон и спрятала в карман платья.

– Вставай. Через час Григорий будет здесь.

Я снова ужаснулась. Не хочу его видеть, не желаю разговаривать. Да, я приняла решение выйти за него замуж, но все равно не готова так быстро отдаться. Мне нужно время, чтобы смириться с тем, что я стану женой нелюбимого мужчины.

– Ты действительно считаешь, что поступаешь правильно? – спросила я едва слышно.

Но мама только поджала губы.

– Мам, ответь мне… Ты ведь жертвуешь мной. Тебе плевать на мою судьбу, да?

Мама хотела ответить, но в дверь постучали. Я обернулась и увидела тетю Самиру. На меня она не смотрела, но я заметила, какая она бледная.

– Дай нам поговорить, – сказала она моей матери.

– Самира, ты…

– Леночка согласится на этот брак, – с нажимом произнесла соседка. – Оставь нас.

Мама кивнула и вышла из спальни. А тетя Самира села рядом со мной на край кровати и, обернувшись ко мне, заглянула в мои глаза.

– В чем вы собираетесь меня убеждать? На брак я уже согласилась, – злобно сказала я и поднялась. Подошла к окну и посмотрела во двор, где мальчишки играли в футбол. – Наверное, скажете, что ваш сын будет только рад моему выбору? – ехидно поинтересовалась я, стоя спиной к женщине, которую не узнавала со вчерашнего дня.

– Он будет рад, что из-за тебя Сона поднялась с инвалидной коляски, – сказала соседка, а я резко повернулась к ней, не поверив своим ушам. Тетя Самира удивляла меня все больше.

– Вы в своем уме? Он из кожи вон лез! И не только из-за Соны, но и из-за нас! И вы это прекрасно знаете! Но упорно строите из себя дуру! Как и моя мать! Зачем вы вешаете мне лапшу на уши, тетя Самира? Что вы скажете своему сыну, когда он вернется? Ах, дайте угадаю, – последнее я произнесла с нескрываемой усмешкой. – Что я предательница и выбрала деньги, наплевав на любовь, верно?

– Выбирай выражения, когда разговариваешь со взрослыми, Лена. – тетя Самира тоже встала. Скрестив руки на груди, она в упор посмотрела на меня. – Ничего подобного я сыну говорить не собираюсь. Наоборот, буду тебе всю жизнь благодарна!

– Ну конечно! – Из глаз потекли слезы. – И хвалить будете. За то, что вашего сына оставила, за то, что из-за вашей дочери собой пожертвовала. Верно? Кому вы врёте, тетя Самира? Мне всего девятнадцать, но я не глупая девчонка, которая дальше своего носа ничего не видит!

– Тише, Гриша пришел, – буквально зарычала мама, зайдя в комнату с большим пакетом из известного бренда. Положила его на кровать и начала доставать содержимое. Это было белоснежное свадебное платье, до талии покрытое камушками, сверкающими, как звёзды в ночном небе.

Я бросила взгляд на дверь спальни. В проеме стоял мужчина – мой будущий муж. Одет в черный костюм. Выглядит намного моложе своих лет. Тридцать, не больше. Хотя на самом деле ему было под сорок.

– Здравствуйте, – поздоровались тетя Самира. Она посмотрела на меня, а потом на Григория. Опустив голову, вышла из спальни.

– Мы оставим вас. – Стоя за спиной Григория, мама погрозила мне указательным пальцем. Мол, не наговори лишнего.

Я усмехнулась и, кажется, мой будущий муж подумал, что улыбка предназначалась ему.

– Я рад, что ты меня ждала, – сказал он, приближаясь.

Хотелось зарычать, но я лишь прикрыла глаза и втянула воздух. В спальне внезапно стало душно. Настолько, что я готова была броситься на улицу, лишь бы не видеть этого мужчину. Я в жизни не разговаривала ни с одним мужчиной, кроме отца и любимого. А «жениха» видела всего пару раз.

И любимого предала… Предала нашу любовь ради других людей.

– Добрый день, – шепнула, страстно мечтая испариться.

Григорий подошёл, остановился напротив и коснулся моей щеки. А потом сжал подбородок и, наклонив голову набок, заглянул в мои глаза.

– Добрый, красавица.

Красавица… Так меня тоже до сегодняшнего дня никто не называл, кроме любимого. Он стал моим первым мужчиной ещё в прошлом году, а завладел моим сердцем, когда мне было пятнадцать.

Был вечер, я возвращалась из магазина, и тут два парня решили поиздеваться надо мной. Один отнял пакет с хлебом и картошкой, второй толкнул, приказав немедленно отдать деньги. Я вскрикнула, упав на асфальт и разбив колени. И тут появился он. Мой спаситель, мой герой. Разогнал хулиганов и проводил меня до дома.

Я мечтала о нем несколько лет, пока однажды мы снова не столкнулись в подъезде. У меня был выпускной. Я торопилась и не видела никого и ничего. Чуть не скатилась по лестнице, но любимый поймал меня за талию и не дал упасть.

«Это судьба, красавица», – сказал он тогда, на что я улыбнулась, кивнув в ответ.

Судьба… Она порой может быть слишком жестокой.

– Вы… хотели что-то сказать? – спросила я у Григория.

– Да. Через три дня у нас свадьба. Хочу, чтобы ты была самой прекрасной девушкой на земном шаре. Платье я выбирал сам. Надеюсь, тебе оно понравится.

Платье было прекрасным. Таким, о каком я мечтала. Но я никогда не думала, что выйду замуж за другого. Это… словно кошмарный сон, в который не хочется верить.

– Я поняла, – отозвалась тихо. – И постараюсь выглядеть самой красивой девушкой на земном шаре, – повторила его фразу.

– Замечательно, – улыбнулся Григорий.

Он не был уродом. Наоборот: очень даже неплохо выглядел для своих лет. У него было все: деньги, известность в городе, хорошие связи. Никакая женщина не отказалась бы выйти за него замуж, однако он выбрал меня.

– Нет, ты всё-таки не выглядишь счастливой. – Он снова сжал мой подбородок, заставил поднять голову и посмотреть ему в глаза. – Тебя что-то не устраивает. Может, ты не хочешь за меня замуж?

– Да что вы! – вырвалось из горла с нервным смешком. – Кто бы отказался выйти за вас замуж? Только скажите… почему именно я?

Он пристально вгляделся мое лицо. Наклонился так, что оказался от меня в считаных сантиметрах. Я подумала, что сейчас он поцелует меня, но он отстранился и снова заглянул в глаза.

– Потому что именно тебя я искал всю жизнь, – хрипло выдал он. – Такую, как ты.

– Какую именно? – поинтересовалась я.

Уголки его губ приподнялись, изображая улыбку. Он погладил мою щеку большим пальцем, коснулся нижней губы и потянул ее вниз.

– Без образования, но умная. Без пластмассовой эстетики, но красивая. Вежливая, но с острым язычком.

– Вас заводят именно такие? – сказала я с насмешливо. – Григорий, вы меня удивляете. Почему бы не выбрать образованную девушку? Чем вам мешает диплом? Если честно, я хочу учиться… Стать, к примеру, преподавателем в младших классах. Очень люблю детей.

Григорий улыбнулся.

– Для начала прекращай выкать, – сказал он. – Ты понравилась мне с первого взгляда, Лена. И я не собираюсь отступать. Станешь моей женой при любом раскладе. И именно ты. Отказ не принимается А насчет твоей мечты… Нет, Лена, никакой учебы. Твоя задача – стать мне хорошей супругой. Умной и послушной. Будешь делать все, что я велю. Ясно тебе?

– Ясно, – усмехнулась я.

– Есть ещё вопросы?

– Нет.

– Значит, мы поняли друг друга. Вот и славно. Переоденься, мы уезжаем.

– Куда?

– Без вопросов, Лена. Чем меньше вопросов, тем лучше для тебя и твоих родных.

Глава 6

Я стояла у зеркала и разглядывала свой пока еще плоский живот. Тошнило ужасно, но Григорий не в курсе, что я беременна. Прошло уже три недели после нашей свадьбы, а забеременела я, кажется, ещё до нее. Если муж узнает… скорее всего, заставит сделать аборт.

– Привет! – Я приняла входящий звонок и прижала телефон к уху.

– Привет, сестричка. Как ты?

– Нормально. – Я так привыкла произносить это слово, что говорила его каждому, кто интересовался моим самочувствием. – А вы там как?

– Отлично. Папу сегодня выпустят! – радостно заявила Саша. – А ещё… Сын тети Самиры вернулся!

Мое сердце на мгновение замерло. Я затаила дыхание, надеясь, что сестра продолжит, но она молчала.

– Когда вернулся? – наконец спросила я дрожащим голосом, гладя свободной рукой живот. – Саш, скажи, ты знаешь, когда он вернулся?

– Около недели назад, – задумчиво произнесла сестра. – И Соне скоро операцию делать будут.

Я обрадовалась за отца и за Сону. Но на душе было тяжело. Любимый узнал, что я вышла замуж… Как он отреагировал? Что ему сказала моя мама? А тетя Самира?

Вопросов было много, а ответов на них я не знала. Хотелось спросить у сестры, однако она может все рассказать матери.

– Сашуль, а… сын соседки к нам приходил?

Сестра замялась, и я поняла: что-то там не так.

– Он вчера на маму кричал, – вдруг сказала Саша, выбив весь воздух из моих лёгких.

Стало нечем дышать. Я подошла к окну и открыла его.

– Почему кричал? – уточнила я.

– Не знаю, Лен. Мама сказала ничего тебе не передавать. А я не выдержала. Теперь она разозлится.

– Я тебя не сдам, – ни капли не соврала я. – Не говори ей о нашем разговоре. Я тоже не скажу. Хорошо?

– Конечно. Лен, мама идёт, – сказала сестра и сбросила звонок.

Я продолжала стоятьу окна. Ветер бил в лицо, и мне стало холодно. Погода была хорошей, и тряслась я скорее из-за страха. Под кожу прокрались ледяные мурашки. Даже за тот короткий срок, что я жила с Григорием, я поняла, какой он опасный человек. Если любимый решит появиться на его пути и заявить на меня права… Муж его уничтожит, а я не могу этого допустить.

– Лена, – раздался за спиной голос Григория. – Выйди лучше во двор, погуляй.

– Спасибо. Воздержусь, – ответила я.

Почувствовала руки на талии. Муж развернул меня к себе лицом и впился в губы. Настолько резко, что я вскрикнула от неожиданности. От запаха табака, который исходил от него, мне стало тошно. Приложив руки на твердую грудь, я попыталась оттолкнуть его.

– Что происходит? Что ты делаешь, Лена? – рявкнул он недовольно.

Я зажала рот ладонью и почти побежала в ванную.

Муж не пошел следом. Я включила воду и подставила под нее лицо. Тошнота постепенно отступила, но боль в груди никуда не исчезла.

Любимый… Как же мне хотелось его увидеть!

– Все нормально, – сказала я, вернувшись в спальню и поймав вопросительный взгляд Григория.

– Ты что, беременна? – спросил он, приблизившись. – Поэтому тебя стошнило?

– Не знаю, – легко соврала я, что было непривычно для меня. – Не думаю, что смогла бы так быстро. Наверное, что-то другое.

– Ты меня недооцениваешь, – зло усмехнулся Григорий. – Завтра же поедем в больницу. Я хочу знать, что с тобой творится. Это первый раз, когда тебя тошнит?

Нет, конечно. Меня тошнит несколько раз в сутки. Вчера я купила тест, когда ездила с водителем в торговый центр. Сделала и увидела две яркие полоски. И если верить интернету, то только после четырех недель беременности обе полоски бывают такими яркими. В статье писалось именно так. А это означает одно: беременна я не от своего мужа.

– Хорошо, – согласилась я, хотя мне совсем не хотелось никуда ехать. Потому что Григорий сразу узнает, какой у меня срок. Вот тогда начнется самое ужасное… То, чего я боюсь больше всего.

– А сейчас приведи себя в порядок и спускайся. У нас гости будут…

– Кто?

– Моя сестра со своим мужчиной. Говорит, замуж за него собирается.

Я кивнула. Гриша, наклонившись, влажно поцеловал меня и вышел из спальни. Переодевшись, я тоже спустилась вниз.

– Чем могу помочь? – спросила я домработницу. Не могла весь день сидеть к комнате. Нужно себя чем-то занять. Однако слова сестры не выходили из головы.

Интересно, это Гриша сдержал свое слово и вытащил отца из СИЗО? Со мной он эту тему не обсуждал. Вчера я попыталась что-то разузнать, но муж жестко сказал, что не мое это дело.