Сказания Меннескер. Жадный король

– Ты не очень высокого мнения о нас, верно?

– Верно мыслишь, величество.

– И, тем не менее, одного из нас ты полюбила.

Женщина вздрогнула и еще крепче вцепилась в подол платья. Поджав губы, она промолчала.

– Ты можешь не отвечать, но я слышала о том, что ты всегда была рядом с ним и была готова выслушать и поддержать. Он для тебя явно больше, чем просто хозяин, кормящий тебя с руки. Как и ты для него больше, чем просто игрушка.

Наложница все же обернулась и посмотрела на жену короля. Красивая и молодая, даже по людским меркам, – в ее глазах не было пережитой боли и страха, она росла в благородном семействе, не знающем невзгод. Страх еще не искажал этого лица с бледной, точно жемчужной кожей. Глаза, большие и чистые, еще не видели жестокости и крови.

В какой-то момент Аделии даже стало жаль такую молодую демонессу, которая уже сковала себя узами брака с нелюбимым мужем, что явно не могло прочить ей счастья. А может…

– Неужто не ревнуешь своего мужа ко мне? Сама ведь говоришь о том, как я ему дорога.

Вера посмотрела на нее снисходительно, точно наложница была неразумным ребенком, который не понимал очевидных вещей.

– Да, его сердце принадлежит тебе. Но ты человек. Еще лет двадцать-тридцать – и ты сама отправишься к Повелителю Теней, – спокойно, точно говоря об обыденных вещах, произнесла королева. – А я останусь подле него. Я и его ребенок, которым достанется то тепло, что раньше он дарил тебе.

– Значит решила ждать, пока я отправлюсь на тот свет?

Вера кивнула. Аделия тихо рассмеялась, пряча за смехом боль обиды, потому что жена короля была права: человеку не по пути с существом, живущим в разы дольше него. Ее не станет, а король с королевой проживут еще много лет вместе. Будет ли он помнить о ней спустя полсотни лет после ее смерти? Или ее жизнь просто превратится в краткий миг, который забудется также, как люди забывают один из обыденных дней, за который бабочка успевает прожить целую жизнь?

Горькая усмешка вновь появилась на лице женщины. Тихо, точно говоря с самой собой, она сказала:

– Я помню первый раз, когда с ним встретилась… Меня тогда привели чуть ли не насильно, сказав, что я теперь принадлежу королю. Я хотела сбежать, но кандалы не давали, – она потерла запястья и неприятно поморщилась.

Воспоминания тут же пробудили в ней бурю разнообразных эмоций: от приятной, теплой ностальгии до тоски. Она помнила все настолько отчетливо, точно это происходило вчера.

Ее ввели в просторное помещение, обставленное роскошной мебелью, украшенное фресками и барельефами. Она никогда до этого не видела столько дорогих и прекрасных вещей одновременно. Да и вряд ли кто-то в ее семье когда-либо видел.

Как ей объяснили позже, это была комната отдыха, где обычно проводили время другие наложницы короля. Сейчас же там никого не было, а потому, когда за спиной раздались шаги, Аделия резко обернулась и с угрозой во взгляде уставилась на вошедшего короля и одного из его стражников.

В ее голове тогда пронеслась единственная мысль: она ожидала чего-то большего от короля демонов. Она хотела увидеть грозного и величественного правителя, точно неземного, стоящего выше даже своих собратьев. А перед ней предстал точно такой же демон, как и окружавшие его подданные. Разве что золотых побрякушек на нем было навешено в разы больше.

– Снять, – он кивнул в ее сторону, и стражник покорно снял с нее тяжелые кандалы. – Оставь нас.

Поклонившись, страж вышел, а наложница осталась с королем наедине. Он внимательно, изучающе осмотрел ее…

– Он спросил, не холодно ли мне и удобно ли, – тихо сказала женщина, тепло улыбнувшись собственным мыслям. – До этого никто не спрашивал меня о подобном: все просто являлись за тем, что было нужно им. Мои собственные ощущения никого не заботили.

– Неужели вами, людьми, так легко манипулировать? Стоит бросить вам пряник, и вы сами прибежите к своим хозяевам?

Аделия не винила королеву за подобные слова. Чего еще можно ожидать от представительницы народа, ставящего себя выше других?

– Не сказала бы. Он приказал принести обед…

– Ты наверняка еще не ела сегодня? – спокойно сказал король, выдержав ее тяжелый взгляд и не отведя собственный.

После чего он приказал принести несколько блюд, которые очень скоро оказались на столике, что стоял у кресел. Взмахом руки демон пригласил ее к обеду. Аделия долго не решалась сесть, но, заметив рядом с одной из тарелок нож, заняла место рядом с королем.

– Ты еще не сказала ни слова. Как твое имя?

Она представилась, все также угрюмо таращась на демона.

– Красивое имя, – протянул тот, немного наклонившись, чтобы получше ее рассмотреть. – Я слышал, что ты была лучшей в своем ремесле в родном городе, даже не так… Ходили слухи, что искусней тебя не сыскать на всем континенте.

– Я польщена. Вот только боюсь, что разочарую.

Король удивленно приподнял брови, с немым вопросом уставившись на нее.

Ее сразу привлекли его глаза. Янтарные, похожие на смесь золота и пламени, на лучи закатного солнца. Они были ярче человеческих, в них читалась скрытая сила. Она еще ни разу в жизни не видела таких глаз.

– Не думаю, что какой-то человек может угодить вашему величеству, – с ненавистью огрызнулась молодая женщина, вызвав у короля сначала удивление, а потом откровенный смех.

– Ты, видимо, либо совсем лишена страха, либо настолько уверена в себе, что не боишься того, по чьему приказу тебя могут убить.

Она выдержала его взгляд, хоть это и было тяжело. Демон был совершенно прав: она оказалась в ловушке, из которой почти не было выхода. Аделия покосилась на нож, который лежал рядом с королем. Пожав плечами, женщина протянула:

– Я просто не думаю, что сравнюсь с другими вашими наложницами, величество.

– Ну, это всегда можно проверить… – он убрал с ее лица вороную прядь тогда еще длинных волос.

Это был шанс. Шанс сбежать отсюда. Перспектива прожить всю оставшуюся жизнь в золотой клетке ей, конечно, прельщала. Ведь тогда не пришлось бы думать о том, где и с кем можно побольше подзаработать, чтобы оплатить крышу над головой. Но жить в клетке демона, с другими демонами… Одна эта мысль отвратила бы любого человека, и против своей крови она пойти не могла.

Потянувшись вперед, молодая женщина поцеловала своего пока еще хозяина и, положив тому руки на грудь, перебралась к демону на колени.

– А ты, видно, уже готова опробовать свои силы… – он довольно оскалился и подался ей навстречу.

Немного подтянувшись, она сумела достать нож и спрятать его в широком рукаве. Женщина поцеловала короля, с силой вдавив в кресло и, когда тот сильнее подался ей навстречу, замахнулась для удара, но что-то остановило ее руку.

Вскрикнув от боли, она разжала кисть, нож упал на пол. Воздух вокруг ее запястья точно уплотнился, словно бы ее схватили невидимой рукой. Магия.

Аделия попыталась отстраниться, но король с силой обхватил ее, не давая этого сделать. Его взгляд посерьезнел.

– И что ты планировала делать потом? Бежать? В город, полнящийся демонами и моими солдатами, которые наверняка бросятся за тобой следом?

Она зашипела и попыталась вырваться, но все также безрезультатно.

– Пусти!

– Приказы здесь отдаю только я, – сдвинув брови к переносице, с угрозой сказал демон. В янтарных глазах заплясали пугающие огоньки.

Перехватив женщину, он перевернулся, и теперь уже ее вдавливали в кресло. Совсем близко она почувствовала теплое дыхание.

– Тебе предложили жить в прекраснейшем из когда-либо существовавших дворцов. Жить в достатке, подле короля величайшего из народов. И что же ты делаешь? – он презрительно глянул на валяющийся на полу нож. – Предпринимаешь глупые попытки меня убить? Зачем? Чтобы превратить свою жизнь в сущий кошмар?

– Твой чертов «величайший народ» презирал и убивал людей, всегда считал нас не более, чем животными! Вы всегда развязывали войны против нас, всегда считали, что именно вы должны править миром… Во время одной из стычек твои благороднейшие подданные вошли в наш городок, и знаешь, что они делали с женщинами? Что они сделали с моей матерью?!

Темные глаза заволокла пелена слез, она уже едва могла различить сквозь нее образ короля, чье лицо находилось так близко.

– «Величайший народ»? Вы просто грязные животные, как и многие люди! Вы ничуть не выше нас, разве что живете дольше!

Женщина плакала, уже не пытаясь вырваться. Закрыв глаза, она опустила голову и стиснула зубы от распирающих ее злости и обиды. Кто-то провел рукой по ее волосам и погладил по голове, точно несмышленого ребенка, совершившего шалость и провинившегося перед родителем.

– Значит ты готова убить любого, кто принадлежит к тому же роду?

– Вы все…

– Убьешь женщину? Ребенка? Старика?

Аделия широко распахнула глаза:

– Нет, как я могу…

– Тогда скажи: что тебе даст моя смерть? – буквально пригвоздив ее взглядом к креслу, спросил демон.

– Ты правишь этими землями, это ты в ответе за то, что творится среди твоих солдат!

На секунду в его взгляде промелькнуло сомнение. И она воспользовалась этим, злобно ухмыльнувшись и продолжив:

– Ты такой же как они. Не потому ли тебе потребовались новые наложницы? Потому что свои потребности ты имеющимися уже удовлетворить не способен?

Хватка ослабла, и женщина смогла свободно двигаться. Если бы у нее было желание, она бы вырвалась. Но сейчас ей хотелось лишь одного: морально обезоружить своего противника.

– Может, ты и нацепил на себя кучу побрякушек, но ты точно такой, как все твои подданные. Не ставь себя выше их, кроме принадлежности к королевскому роду у тебя ничего нет!

Внезапно ее вновь резко вдавили в кресло.

– Тогда почему этот народ пошел за мной? Почему так радовался свержению тирании моего родича? – он наклонился совсем низко, и Аделия заметила сетку морщинок, проступивших у глаз и губ. – Думаешь, одна только кровь мне дала это сделать?!

Он встал, освободив ее от стальной хватки и, отряхнувшись, холодно сказал:

– Ступай куда хочешь. Только знай: второго шанса обрести безмятежную богатую жизнь у тебя не будет. Можешь вернуться в свой город, чтобы снова ублажать мелких купцов и лордов, а лет через двадцать оказаться на улице, когда на тебя будут смотреть лишь пьяные крестьяне, и то не каждый будет готов за такой товар заплатить хоть один серебряный.

Аделия смотрела на него со страхом. Впервые в ее глазах был откровенный страх. Но не перед королем, стоявшим напротив, нет. А перед правдой, перед тем, что ей и правда придется вернуться назад и после повторить озвученную судьбу.

– Можно подумать, меня ты также не выкинешь, величество, как только я стану не нужна.

Он снисходительно посмотрел на нее и голосом, в котором мелькнула тень обиды, ответил:

– Я этого не сделаю.

– Ты напала на него? – с искренним удивлением спросила Вера. – И тебе ничего не сделали?

Аделия покачала головой. Ей тогда и самой казалось, что самым логичным для короля было бы выкинуть ее на улицу или убить, или избить розгами и… Да сделать что угодно, но не дать ей второй шанс на «безмятежную жизнь». Хоть безмятежной назвать ее сложно.

– Да, и мне это сошло с рук, – горделиво вскинула голову женщина, снисходительно посмотрев на Веру. – Со временем мы стали теснее общаться, и я стала… понимать его. Может, это из-за того, что я прожила полжизни среди демонов, но я окончательно перестала видеть разницу между вами и людьми, – темные глаза загадочно блеснули. – Возможно, многим из вас стоило бы последовать моему примеру.

***

– Они явно готовятся напасть с запада. Там нам будет сложнее всего развернуть наши ряды, – генерал Вайрт склонился над картой и провел пальцем вдоль одного из укреплений. – Предлагаю устроить там засаду. Созвать наших лучших мастеров магии и обрушить на головы мятежникам скалы.

Эрих внимательно смотрел на развернутую перед ним карту. Он уже много лет не принимал участия в военных действиях, в этом просто не было надобности. И вот сейчас ему приходилось вновь возвращать себе давно утраченную хватку и сноровку. Снова в памяти всплыли уроки военного дела, которые ему преподавали еще в совсем юном возрасте, вновь демон почувствовал, как по коже стали бегать мурашки, точно от предчувствия битвы. Вот только былого энтузиазма и восторга король не испытывал. Вся эта беготня теперь казалась ему лишь занозой, которая все глубже и глубже забиралась под кожу при его попытке вытащить ее. И теперь сложившаяся ситуация забралась так глубоко, что игнорировать ее было попросту невозможно.

– Усильте охрану восточного склона, – задумчиво проговорил правитель, рухнув в кресло и устало потерев переносицу. – Это вполне может быть отвлекающий маневр.

Несколько удивленных взглядов тут же устремились на него.

– Они сумели разгромить отправленные для расправы с ними отряды лучших бойцов, как заявил нам генерал Вайрт, – махнув рукой в сторону генерала, он продолжил: – Однако разведка до этого доложила, что их там и полсотни не наберется. Их наверняка намного больше. И они пытаются обвести нас вокруг…

Эрих замолчал, вновь посмотрев на карту. Этот маневр… Давным-давно он сам применил его, когда пошел войной на своего дядю. И вот теперь он оказался по другую сторону баррикад, оставалось лишь надеяться на то, что исход у этого мятежа не будет таким же, как у поднятого им самим. Эрих провел рукой по горлу, точно проверяя, нет ни на нем веревки. Сглотнув, он поднялся и сказал:

– Распределите силы между западным и восточным склоном один к двум. Генерал, займетесь организацией отражения наступления с запада. Абелард! – он обратился к начальнику королевской гвардии. – Мне понадобятся ваши люди.

Окинув всех собравшихся внимательным взглядом янтарных глаз, он громко сказал:

– Пора поставить этих паршивцев на место.

Он ни за что не допустит повторения истории. Не станет копией своего дяди, оказавшегося в западне. Не станет им, ни за что.

Пожалуй, впервые за долгое время он вновь твердо стоял на ногах, а разум его был ясен как никогда.