Паранормы-3. Контрольный вирус в голову

© Головачев В.В., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

Вне «Призрака»

Он стоял на вершине высокой уступчатой башни, проколовшей шпилем ночное небо необычной планеты, и с чувством благоговения, граничившим с восторгом, взирал на неземной ландшафт, подчинявшийся законам фрактальной геометрии и превращавший картину в божественный архитектурный ансамбль.

Впрочем, планетой назвать объект, на котором находился Нестор, в полной мере было нельзя. Это был коричневый карлик, то есть остывшая до сотни градусов звезда размером всего лишь с пять таких планет, как Земля, вращавшаяся вокруг «настоящей» звезды – красного гиганта. Но самое главное, этот «карлик», полузвезда-полупланета, был обитаем! На нём проживала удивительная раса плазмиков – плазменных существ, с одним из которых – Мыследаром – Нестору удалось невероятным образом установить контакт, несмотря на расстояние в двадцать тысяч световых лет, разделявшее Космород (как называли планету её обитатели) и Солнечную систему.

С другой стороны, ничего удивительного в таком контакте не было, потому что Нестор был слипером, то есть обладал экстрасенсорными способностями, позволявшими ему вселяться в сознание разумных существ (и, как выяснилось, не только людей), читать их мысли и подчинять своей воле. Однако делать это ему не нравилось, из-за чего он вынужден был покинуть «Призрак» – секретное подразделение в недрах Главного разведуправления Министерства обороны России. Но с плазмиком Мыследаром Нестор контакт не прервал, благодарный ему за недавно оказанную помощь в схватке с вполне себе земными мерзавцами[1], «навещая» семью этого необыкновенного существа не реже раза в два-три дня.

Что-то сверкнуло в небе. Он поднял голову.

На холмистую равнину, прорезанную ущельями поселений (в них и проживал народ Мыследара), на одном из валов которой стояла башня, опускалось блестящее колечко, постреливающее эфемерным золотистым лучиком. Атмосфера Косморода была плотнее земной (азот, кислород, водород, углекислый газ – основа), поэтому звёзды в этой зеленовато-чёрной чаше разглядеть было трудно. Чтобы увидеть звёздные россыпи, плазмикам надо было подняться за пределы атмосферы, где они имели разветвлённую сеть жилых конструкций. По просьбе Нестора Мыследар показал ему настоящее небо, и молодой человек на всю жизнь запомнил эту величавую картину: тысячи и тысячи звёзд усеивали сферу обзора со всех сторон, извергая потоки света и причудливые сияния, и до ближайших из них было, что называется, рукой подать, – как от Земли до Солнца. Родина Мыследара располагалась всего в сотне световых лет от галактического балджа – центра Млечного Пути, где всем парадом заправляла огромная – массой в четыре миллиона солнц – чёрная дыра.

Колечко, опускавшееся на ущелье, внезапно свернуло к башне. Таких башен в готическом стиле, представляющих собой местные «функциональные минареты», было много, архитектурно они напоминали земную церковь Саграда Фамилиа в Барселоне, однако неопознанный летающий объект свернул именно к той, на смотровой площадке которой находился Нестор.

Мелькнула мысль, что объект полон недобрых намерений. Если бы хозяин башни (в ней обитала и работала семья Мыследара численностью в пятнадцать плазмиков) предупредил гостя, он не стал бы обращать внимания на местный транспорт. Но интуиция посоветовала, что лучше убраться с площадки, и Нестор сделал шаг к лифтовой кабине. И вовремя.

Лучик, прежде ощупывающий ландшафт, вдруг стал ярче, и по нему скользнул к площадке белый сгусток тумана – по первому впечатлению. Однако достигнув шпиля башни, этот сгусток превратился в почти прозрачный мыльный пузырь, покрылся муаровыми морозными узорами и взорвался!

Нестор ожидал чего угодно, только не этого удивительного взрыва, породившего тысячи ледяных осколочков, прянувших во все стороны. Один из них, плоский и тонкий, как настоящий кусочек замёрзшего мыльного пузыря, врезался в стойку лифта, едва не задев человека (Нестор не сразу обратил внимание, что стоит в мире коричневого карлика в человеческом облике), и проделал в ней дыру величиной с футбольный мяч. Причём процесс взаимодействия этого лоскута льда с опорой лифта выглядел так, будто на неё плеснули кислотой: материал опоры буквально вскипел, испаряясь в течение секунды, а в сверкающей металлом колонне образовалась узорчатая дыра.

Нестор представил, что было бы, попади лоскут в него, и ломанулся было в кабину лифта, надеясь спуститься на нём к подножию башни. Однако взорвавшийся над смотровой площадкой ещё один ледяной пузырь уничтожил всю колонну лифта, вызвав ток морозного воздуха, и Нестор рванул мимо лифта к стоянке экипажей, напоминающих земные летающие такси.

Но преследователи на чешуйчатом крокодилоподобном аппарате (кольцо изменило форму) не дали ему возможности скрыться. На стоянке машин лопнул очередной ледяной пузырь, и от двух жёлтых «такси» остались лишь изрешечённые дырами кузова.

Досталось и беглецу. Облако ледяной «шрапнели» пронеслось сквозь лес антенн, и несколько осколков зацепили человека, превратив его одежду в располосованное рваньё. А один из них продрал кожу на виске, и Нестор потерял сознание… чтобы спустя несколько мгновений очнуться. И хотя времени с этого момента прошло всего ничего, оказалось, что его успели схватить и втиснуть в тесную кабину непонятного назначения, стенки которой представляли собой сложную вязь геометрических конструкций, игл и шипов. Стоило пленнику шевельнуться, как шипы впивались в тело, а длинные суставчатые «ветви» тянулись к глазам, грозя выколоть их.

– Какого дьявола… – прохрипел он. – Я же сплю!

– Слушай внимательно! – раздался странный голос, напоминающий шипение змеи. – Отвечай на вопросы… иначе умрёшь!

– Кто ты? – выдавил Нестор, стараясь не двигаться.

– Не имеет значения… спрашивать буду я… ты – отвечать. Что ты делаешь на Космороде?!

– Ничего… я вообще не понимаю, что происходит. Я просто смотрел…

– Лжёшь!

– Да идите вы куда подальше! – возмутился Нестор, дёрнулся и зашипел, получив несколько уколов. – Прекратите! Я не делал ничего плохого!

– Ты не должен… навещать этот мир!

– Это ещё почему?!

– Мешаешь… решать наши задачи.

– Чем это я вам мешаю? И кто вы такие вообще? Плазмики, соотечественники Мыследара? Или другая раса, претендующая на владение Космородом?

– Ты задаёшь слишком много вопросов… и много знаешь… судя по ним… но вам здесь делать нечего, земляне.

– Откуда вы знаете, что я землянин?

– Вы известны всем цивилизациям Галактики… как самая агрессивная раса… не вмешивайтесь в наши дела… и мы вас не тронем.

– Да кто вы, корень квадратный из минус единицы?!

– Галактоиды… и мы первые нашли этот мир… обещай, что больше не появишься здесь!

– А болт с левой резьбой вам не нужен? – разозлился Нестор. – Кто вы такие, чтобы ставить такие дурацкие ультиматумы? Сами убирайтесь подобру-поздорову!

– В таком случае… мы вынуждены… ограничить твоё существование!

В тело пленника впились острые иглы. Он вскрикнул и вдруг вспомнил, что может свободно вселяться в любой предмет, в любое живое существо. Пришла мысль прыгнуть в голову неизвестного галактоида и выяснить, кто за ним стоит.

Нестор напрягся, покидая саднящее от царапин и уколов тело, и оказался в тоннеле со струящимися стенами. Последнее, что он услышал, был затихающий львиный рык:

– Мы… тебя… найдём…

Полёт в тоннеле закончился ударом о что-то твёрдое, и Нестор подскочил на месте, осознавая, что лежит на кровати в спальне, что вокруг ночь, а ему просто снился странный, очень подробный и цветной, до жути реальный сон. А навеян он был вечерней беседой с Мыследаром, которые Нестор практиковал с целью узнать побольше о цивилизации плазмиков и в свою очередь поделиться с собеседником информацией о жизни землян.

Конечно, бытие этих необычных «горячих субъектов» (температура тел плазмиков достигала ста пятидесяти градусов по Цельсию) отличалось от бытия людей. Они являлись не биологическими существами, а кластерами из плазменных капель, своего рода «клеток», образующих текучие формы фрактальной геометрии. Но жили они, сотворив социальную структуру наподобие земного социализма, не повторив ошибок человечества, и развивались не по причине конкурентного управления и стремления к власти, а в творческом созидании лучших моделей будущего. Ни инцидентов, ни конфликтов, ни войн на Космороде не возникало в принципе, и Нестору было невероятно интересно изучать новые для него формации социально-творческой организации разума.

После схватки в офисе Мараева, председателя Комитета защиты Отечества (КЗО), отчасти решившей судьбы многих участников событий, в том числе «призраков» – сотрудников подразделения «Призрак», Комитет был переформатирован.

«Призрак» тоже претерпел изменения. Агент А-1, он же слипер Терентий Песков, убыл за границу для проведения важных операций (Турция, Индия, Афганистан, Украина), и в распоряжении Ланина остались только двое паранормов – Жанна Миловидова и Нестор Безоружный. А так как Нестор отказался сотрудничать с «Призраком», то оставшуюся работу теперь должна была взять на себя Жанна, не принявшая предложение Нестора «жить как все нормальные люди».

Самое интересное, что она согласилась выйти замуж за него, но отложила свадьбу до весны следующего года.

«Если выдержишь, – лукаво пошутила она перед расставанием, – я, так и быть, возложу на себя обязанности жены».

После чего он и уехал в Южу, где у него оставалась квартира, стоявшая до сих пор необитаемой.

Первая неделя после всех событий прошла как в угаре в обстановке бесконечных переговоров, увещеваний и обещаний командования «Призрака», а также с множеством встреч с разными людьми по поводу утрясания формальностей с подпиской о неразглашении гостайны плюс устройством на работу. В конце концов его приняли в ту же нотариальную контору Величко, где он до службы в «Призраке» в течение трёх лет работал специалистом в области соблюдения правовых норм. После этого Нестор вздохнул с облегчением, так как о будущем в соответствии с его отношением к жизни можно было не беспокоиться.

Вторая неделя прошла в затихающем шлейфе воспоминаний о коррекциях нехороших людей и возвращении к нормальной жизни простого обывателя. Помня наставления и оценки Жанной его физической формы, Нестор начал ходить в спортзал. Кроме того, по вечерам оттачивал мастерство переноса своего сознания в неживые предметы, а также в животных, снова изрядно перепугав кота Прошку, которого забрал у матери. В конце концов своё умение «психозавоевателя» удалось довести до такого совершенства, что посещение предметов и мозгов, кому бы они ни принадлежали, превратилось в рутинное действие сродни дыханию. А переход и освоение чужой психики вообще стало длиться доли секунды, что помогало оставаться в сознании либо раздваивать сознание и чувствовать обстановку своими и чужими органами чувств одновременно.

Занялся Нестор и восстановлением боевой формы, уговорив бывшего наставника Трофима Игнатьевича Сокола продолжить с ним занятия рукопашкой.

Таким образом, проснувшись посреди ночи восемнадцатого ноября после сна-бегства от неведомых киллеров (невольно вспомнился ещё один сон, и тоже связанный с преследованием, ещё до начала деятельности слипером, после которого жизнь нотариуса резко изменилась) на планете-звезде, Нестор не стал рефлексировать, пугаясь своих видений, а лишь задумался над причинами сна, не замеченными ранее. Пришла мысль, что ему снова грозит резкое изменение бытия, чего он не хотел категорически. Однако здоровый организм взял своё, и анализ не получился: Нестор уснул и проспал до утра, уже не опускаясь в мир сновидений.

Завтрак не занял много времени. Нестор был неприхотлив в еде и чаще всего просто пил кофе с молоком, довольствуясь бутербродами с разными мягкими сырами. А иногда, по субботам и воскресеньям, когда никуда не надо было спешить, готовил яичницу или кашу, вспоминая встречи с Жанной в ресторанах столицы.

Машину он не поменял, так и ездил на белой «Рено Аркане» со слабым мотором, хотя в «Призраке» ему предлагали тачки помощней – «БМВ» или «Ауди». Но он отказался, не желая быть зависимым ни от кого.

На парковке возле здания торгово-офисного центра, где располагалась контора Величко, ему показалось подозрительным поведение неприметной серой «Лады Панцер», и он даже приостановился, чтобы познакомиться с водителем, прочитав его мысли, но проходивший мимо сотрудник конторы Пётр Еремеевич Калугин окликнул Нестора, и они бок о бок вошли в здание ТОЦ.

Одевавшийся, как всегда, с иголочки, Пётр Еремеевич, интеллигент до мозга костей, не упускал случая покритиковать правительство и чиновничью мафию, и Нестор вынужден был слушать сначала негодование коллеги по поводу покупки миллиардером Абрамовичем мегаяхты «Солярис» стоимостью четыреста тридцать миллионов долларов, способной пробиваться сквозь льды, а потом поддакивать критику в оценке им развала Советского Союза.

– Что мы приобрели? – вопрошал Калугин сипловатым баритоном. – Полный развал экономики и морали! А что потеряли? Да всё, вплоть до надежды и веры в будущее! Это ж надо было умудриться дожить в двадцать первом веке до талонов на питание, имея такие доходы от продажи нефти, газа, алмазов, руды, с такой космической, военной и атомной промышленностью!

– Абрамович собирается приобрести в Казахстане космодром «Байконур», – попытался Нестор перевести рельсы разговора на другой путь.

– И купит! – отмахнулся Калугин. – Нынешний елбасы ничуть не лучше старого, раз продолжил вытеснять русский язык с территории государства, ему ещё копить и копить на безбедную старость. А Россия между тем потеряла не только финансы и независимость, но и уважение партнёров, которое восстанавливается очень и очень медленно. В Союзе были созданы такие общественные отношения, когда человек труда был почитаем и имел полное право на достойную жизнь. Ты мог работать в любом месте, и твой труд был ценен. Трудяга был уважаем! Работник библиотеки никогда не ощущал себя неудачником, а простой рабочий консервного завода или мусорного полигона считался достойным человеком. Так называемых «светских львиц» не то чтобы не пустили в приличное общество, их бы подняли на смех! Чем они гордятся? Что переспали с дюжиной больших начальников или миллионеров? Великая держава просто так, даром, впервые в истории добровольно отдала почти половину своей территории, политой кровью защитников, войдя в границы княжества времён шестнадцатого века! Вдобавок мы получили перманентную гражданскую войну, промчавшуюся смертельным вихрем по союзным республикам, которая сейчас доедает Украину и начинает разлагать Грузию и Абхазию, не говоря о Прибалтике. Мы этого хотели?

– Н-ну, понимаете ли… – промычал Нестор.

К счастью, они наконец добрались до нотариальной конторы, и Калугин повернул к своей комнатушке; он сидел в одном помещении с двумя сотрудницами, Валентиной и Анной. Было слышно, как старик рокочет, расхваливая вид женщин. Они за это всегда готовы были выслушивать его речи до конца.

Нестор занял свой стол (соседний пустовал из-за отсутствия соседа Вити Макарова), включил компьютер, взялся за бумаги.

Перед внутренним взором потекли сцены схваток с негодяями во власти, которых пришлось перепрограммировать.

Президент «Сбера» Герман Германович Оскар сошёл с ума и находился в клинике Шаритэ в Германии, где над ним бились немецкие психиатры, утверждавшие в своё время, что оппозиционер Навальный был отравлен «Новичком».

Замглавы Администрации президента Смоляр, он же Смотрящий за Россией от европейского масонского «Комитета 300», также находился за рубежом в состоянии «овоща».

Оба сражались с бойцами «Призрака» и были нейтрализованы Нестором и Жанной, хотя в официальном заявлении МВД России причиной их болезни была названа вспышка Ковида-21, нового штамма, действующего на способность мыслить и очень опасного. И только единицы из всех лиц, допущенных до освещения реального положения вещей, были в курсе, что произошло на самом деле. А так как разбором полётов занималось особое следственное управление ФСБ под началом его директора, СМИ вместе с широкой общественностью ничего об этом инциденте с агентурой «Комитета 300» не узнали.

В связи с предательством Мараева, вызванным импульсом зомбера, психотронного генератора, пришлось изменить и состав Комитета защиты Отечества. Так как его главой стал Иван Егорович Козодоев, директор ФСБ, он предложил в состав КЗО включить только проверенных сотрудников Службы, с чем согласился и создатель «Призрака» Добрынин, генерал ГРУ в отставке.

После того как выяснилась вся сложная сеть взаимоотношений родственников и знакомых из разных структур, в том числе противоборствующих, Ланин провёл в своём подразделении грандиозную чистку, сократив численность оперативного состава вдвое и управленческого – ещё больше. Сохранили посты только трое из десяти руководителей «Призрака»: заведующий лабораторией Курчинский Марион Давидович, занимавшийся исследованием зомбера и созданием защиты от психотронного излучения, начальник службы безопасности отряда Пётр Данилович Хвощёв и командир группы снабжения и технической поддержки полковник Бурыга Иван Феофанович. Остальные офицеры были переведены в структуры ГРУ и Минобороны указом министра, не входившего в состав КЗО, но сочувствующего делу защиты Отечества и дружившего с Добрыниным.

Все эти подробности сообщила Нестору Жанна, после долгих размышлений и встреч с руководством «Призрака» принявшая решение продолжить службу.

– Кому-то ведь надо разгребать эти авгиевы конюшни, – объяснила она своё решение при расставании, имея в виду гниющие пласты коррумпированной российской власти. – Я тебя вполне понимаю, ты человек искренний и далёкий от всех этих гнусных разборок чиновников и не привык молчать, сталкиваясь с несправедливостью. Я другая, я человек военной среды и всю жизнь воюю. Мне трудно перестроиться. Надеюсь, ты тоже меня поймёшь.

– Значит, мы больше не встретимся? – пробормотал он тоскливо; сидели в знакомом ресторанчике в ТРЦ «Пятая авеню», перед самым закрытием.

– Ты о чём? – удивилась и рассердилась она. – На попятную пошёл? Уже не хочешь на мне жениться?

Глаза Нестора сделались величиной с пробку от шампанского.

– Н-нет, я думал… ты сама передумала…

Жанна рассмеялась, положила на его руку свою ладонь.

– Дай мне ровно год послужить Родине в качестве слипера, и в конце лета следующего года мы отпразднуем свадьбу. Если ты, конечно, не изменишь своего мнения.

– Никогда! – воскликнул он громче, чем следовало, так что на пару обратили внимание сидящие за соседними столиками посетители.

– Я не могу без тебя! – снизил он голос.

– И я без тебя. Но ведь Южа всего в трёх часах езды от Москвы, а на «вертушке» и того ближе, так что мы просто переходим на временную удалёнку.

– Я смогу к тебе приезжать?

– Разумеется, если без фанатизма. Со своей стороны обещаю, что я тоже буду тебя навещать.

Кто-то вошёл в кабинет нотариуса.

– Привет, Нестор, – защебетала Валентина, главная модница конторы. – Я вчера не успела рассказать тебе о встрече с одним моим знакомым, полковником юстиции. Зовут Арсением, хороший мужик, только женатый. Так вот он спрашивал о тебе.

– Юрист? – насторожился Нестор. – Полковник? У меня нет знакомых полковников в юриспруденции. Откуда он?

– Муж с ним пересекался по работе, он бывал у нас дома. Арсений работает в военной прокуратуре, приехал из Москвы и хотел с тобой встретиться.

– Зачем? И откуда он меня знает?

– Я не спрашивала, он попросил твой мобильный.

– И ты дала?

– А что тут такого? – пожала плечами Валентина. – Мы знакомы уже давно, он нормальный мужик.

– Нормальный, – улыбнулся Нестор. – Неужели в прокуратуре ещё работают нормальные люди?

– В общем, он позвонит. – Девушка не обратила внимания на последние слова коллеги. – Потом скажешь, чего Арсений хотел от тебя?

Она убежала к себе, а Нестор задумался, гадая, зачем он понадобился военному юристу из Москвы. Человека по имени Арсений молодой нотариус не знал, но прошедшие в столице события с битвой «двух воинств» – слиперов-паранормов на службе Комитета защиты Отечества и агентуры «Комитета 300», вооружённой психотронным генератором, могли заставить действовать другие глубинные силы государства, и тогда интерес полиции к секретным сотрудникам «Призрака» становился понятен. Хотя, с другой стороны, о деятельности «призраков» обычные охранители закона и порядка знать не могли.

До конца дня он работал в привычном ритме, забыв о разговоре с Валентиной, но её знакомый по имени Арсений напомнил о себе ровно в шесть часов вечера.

– Здравствуйте, Нестор Евлампиевич, – сказал он, появляясь в очках вижн-системы[2]. – Валя Холина любезно предоставила ваш телефон. Я Арсений Сергеевич Каменев, полковник военной прокуратуры, представляю систему по надзору за исполнением указов президента в военном строительстве.

– Валя говорила, хотя я не понимаю, чем могу быть полезен военной прокуратуре.

– Каждый гражданин страны может быть полезен прокуратуре.

– Собственно, что вы хотите? – Вопрос прозвучал грубо, и Нестор добавил: – Чем обыкновенный нотариус может заинтересовать вашу систему? Консультации я не даю.

– Если не возражаете, найдите минутку для встречи. Посидим, мирно потолкуем. У нас есть что вам предложить.

– Что? – скептически поинтересовался Нестор.

– К примеру, работу.

– Работу? – удивился молодой человек. – Мне не нужна работа, я уже устроен и не хочу переучиваться.

– Переучиваться не придётся, а условия будут такие, что вы не сможете отказаться.

Нестор с любопытством изучил лицо полковника, мерцавшее в глубине очков, исполненное важностью своего положения, а возможно, и убеждённостью в полномочиях. Захотелось узнать, что этот человек имеет в виду.

– Хорошо, подъезжайте ко мне на работу.

– Это не совсем удобно, в первую очередь для вас же. Лишние свидетели нашей встречи нежелательны. Если не возражаете, я подъеду к вам домой.

– Нет! – резко возразил Нестор.

– Понимаю, тогда, может быть, назовёте место сами?

Нестор подумал.

– Ресторан «Плакучая ива». Небольшой, тихий. Находится…

– Я знаю. Время?

– В семь вечера.

– Буду. Если что – звоните по этому номеру, у меня обычный смарт.

Очки опустели. Нестор снял вижн, размышляя над словами приятеля Валентины. Интуиция ничего особенного не подсказывала, и за интригующим предложением Каменева действительно могло крыться продолжение, связанное с работой нотариуса. Но Нестор тут же отмёл эту мысль. Нотариусов в стране было пруд пруди, в отличие от инженеров или квалифицированных рабочих, не говоря уже о слиперах, и появился сей господин, скорее всего, с другими намерениями.

Ресторанчик «Плакучая ива», названный, вполне возможно, в память о фильме «Бриллиантовая рука», располагался на берегу озера Вазаль. Это было одноэтажное заведение со светящейся вывеской, на которой мигала буква «П», посещаемое в основном клерками ближайших офисных и торговых центров.

Каменев уже сидел в ресторане, заняв место в глубине зала. Нестор сразу узнал его широкоскулое складчатое лицо с могучим лбом и холодными серыми глазами. Увидев гостя, полковник встал, не протягивая руку. Пандемия ковида изменила нормы поведения людей, и пожимать руки при встрече стало запретом. В крайнем случае касались друг друга локтями.

– Арсений.

Нестор покосился на молодую пару за столиком у стены, и Каменев, одетый в обычный гражданский костюм, усмехнулся:

– Я пришёл один. Присаживайтесь.

Нестор сел, обдумывая идею покопаться в мозгах полковника на предмет выяснения его намерений. Но сработало заложенное в душу интеллигентское воспитание, и нотариус отказался от своих намерений.

– Закажете что-нибудь? – спросил Каменев.

– Я ненадолго. – Нестор поколебался. – Чай, зелёный.

Каменев подозвал официанта, заказал два зелёных чая, себе и собеседнику, а также орешки.

– Как дела на работе, Нестор Евлампиевич?

– Давайте сразу о деле.

– Ладно, о деле так о деле. Мы предлагаем вам перейти к нам на работу, Нестор Евлампиевич, и готовы платить жалованье, укладывающееся в число с шестью нулями в месяц.

Перехватило дыхание. Нестор с недоверием ощупал глазами лицо собеседника. Речь шла о миллионе рублей.

– Вы… серьёзно?

– Шутить такими вещами нельзя.

– Нотариус не может зарабатывать столько…

– Кто сказал, что мы предлагаем работу нотариуса? Будете работать слипером, только в более комфортных условиях, чем раньше, и совершенно анонимно.