Операция Алконост! Часть первая

Глава 1

– Да будь ты проклят! – в сердцах крикнула я, собирая свои тряпки в чёрный мусорный пакет, так любезно выброшенный мне за дверь моим бывшим женихом.

Как он мог выгнать меня из моего же дома? Вышвырнуть за дверь на ночь глядя! Я даже плакать не могу – я просто не понимаю. Ведь у нас всё было хорошо. Мы собирались пожениться. Я же любила его! Как мне кажется.

И когда вообще я успела переписать свой дом на его имя? Ну, я, конечно, дура, но не клиническая. Могу чего-то забыть, но не шкурное! Однозначно, своё кровное без боя не отдам. Всё как-то непонятно…

Ладно, эту задачку я попробую решить позже, а сейчас надо где-то переночевать.

Я взвалила свой мешок с пожитками через плечо и на ватных, непослушных ногах поплелась по просёлочной дороге к станции электрички, надеясь успеть на последнюю. Подумать только – как бомж, с мешком, по ночи иду…

Козёл. Гадкий козёл. Даже чемодан пожалел! А у меня их – аж три штуки. И не просто какие-то, а “Самсонит”, собственной шкуркой. Ещё папа в Женеве покупал.

А с домом я решу. Не бывает такого, что пришёл, увидел – и забрал. Я своего не отдам.

Вот доберусь до дружбана Митьки – и мы всё решим. У него папа не просто так юрист, он у него Юрист с большой буквы.

Стыдоба какая. Появлюсь у него на пороге и всё расскажу. Вот он посмеётся.

Хотя… Митька не такой. Он хороший. Он смеяться не будет. Он и раньше пытался со мной поговорить. Но кто ж слушает?

У меня на такое времени не было. У меня, лять, любовь в жопе и до гроба. Мне друзья теперь не нужны. Зачем мне слушать друзей?

Вот ведь попала…

✦✦✦

В небе сверкнула молния. За спиной грохнуло так, что коленки подогнулись. Казалось, даже природа отозвалась на моё горе. Дождь хлестал по рукам, по лицу, и в считанные секунды моя одежда пропиталась влагой, но мне было всё равно. Даже как-то стало легче на душе.

Глава 2

Деревня Лива стояла на краю света – по крайней мере, так считали её первые обитатели. Спрятанная в густом лесу Латгалии, она не значилась ни на одной карте, и путники сюда не добирались. Те же, кто искал специально, либо терялись в болотах, либо навсегда забывали, что были здесь.

Дело было не в том, что ведьмы прятались – просто это было аномальное место с последними магическими искрами на планете. А магия нынче стоит дорого. Никто не хочет, чтобы их дом разобрали на сувениры.

Ведьмы Ливы были мудрее. Жили дольше.

Глафира помнила, как деревню строили, как первый маг обронил в землю каплю крови – и обнаружил сильнейший источник силы, с которой всё и началось.

Лива дышала магией.

Её крыши были покрыты травами и мхом, в фонарях работали светлячки, а где-то бормотали живые заборы.

В этой деревне, у бабушки и прабабушки, в чудном двухэтажном особняке лавандового цвета росла необычная девочка – Аня.

Она заряжала своей энергией это место. От этого оно становилось только сильней.

Именно в этом доме сейчас решалась её дальнейшая судьба.

✦✦✦

– Ну, и где они там? Снова гадают на картах Таро? – фыркнула Глафира, поглядывая на травяной отвар в котле. – Как же они не понимают, что эти карты врут?

– Не врут, мама, – возразила Ирина, высунувшись в окно. – Просто ленятся.

Глафира покосилась на дочь и громко хмыкнула:

– Ой, конечно. А ещё у них камни с "памятью предков". Видела я эти камни – купленные в сувенирной лавке в Китае!

Ирина захохотала:

– Точно! В прошлый раз мелкая Машка умудрилась вызвать "духа умершего прадеда" на камушке с гравировкой Made in China.

Они смеялись до слёз, пока Глафира не тяжело вздохнула:

– Но сегодня не до шуток, – сказала она, садясь за массивный дубовый стол.

Ирина кивнула и прошла в комнату. Она осторожно извлекла из потайного ящика серебряную монету – талисман, принадлежавший приёмной матери Анны и её внучке Наташе. На лице Ирины мелькнула тень сомнения.

– Ты уверена, Ирина? – голос Глафиры стал низким, чуть сиплым, как у старой волчицы, притаившейся в тени. – Мы потеряли Наташу. И потеряем Аню. Мы останемся совсем одни, Ирина…

– Уверена, – Ирина поправила косынку на голове. – Девочка должна уйти без прошлого. Подальше от магов. Так безопаснее.

– Мы же теряем её, доченька… – в голосе Глафиры дрожала боль.

– Нет. Мы её защищаем, – Ирина крепче сжала в пальцах талисман.

Ведьмы не хотели этого. Но знали – по-другому нельзя.

Анна была слишком могущественна. Слишком важна.

И слишком юна, чтобы знать правду.

Глафира коснулась пыльной книги, раскрытой перед ней. На потемневших страницах заклинания переливались серебряными искрами. Она медленно провела пальцем по древним словам – и те отозвались шелестом, обещая тишину и забвение.

– Она почувствует. Когда-нибудь… – старуха накрыла книгу дрожащей ладонью.

– Почувствует и всё вспомнит. Но не раньше времени, когда будет в безопастности, – ведьма шагнула ближе, кладя монету в центр стола. Серебро вспыхнуло, отражая пляшущие языки пламени в камине.

Тишина сгустилась, будто сама деревня замерла.

– Пусть живёт своей жизнью, – голос Ирины дрогнул, но пальцы её не замедлили движения, выводя в воздухе плавные руны. – Мы обе знаем: Анечка должна найти своих настоящих родителей. Сколько мы её ещё будем прятать?

Глафира опустила голову:

– Тогда начнём.

✦✦✦

В избе запахло лавандой и сухими травами. Пламя в очаге взметнулось, бросая на стены колышущиеся тени. Тихий шёпот пополз по стенам, вплетаясь в судьбу девушки, которой суждено было забыть магию.

Но не навсегда.

Где-то вдалеке, в Ливе, выли волки – в этом лесу их было много, и никто не удивлялся, что порой они подходили так близко. Они тоже чувствовали – магия покидала Землю.

А в соседней комнате фамильяры – ворон и чёрная пантера – завыли в унисон.

– Добро пожаловать во взрослую жизнь, Анечка, – прокаркала за обоих Каркуша. – Там весело. Если выживешь.

Тень над миром

АЗС – Агентство Защиты Силы – организация, которая существует на грани мифов и реальности. Это не просто собрание магов и существ иных миров, а тайный щит планеты, отделяющий обычных людей от того, о чём они даже не подозревают.

По сути – магический дозор.

Только без романтики ночных патрулей,

а с пуленепробиваемыми жилетами, политическими играми и постоянной головной болью.

Сеть отделений – по всему миру.

В каждом регионе – своё управление, свои агенты и свои методы работы.

В структуре АЗС есть:

● 

Оперативники – те, кто лезет в горячие точки, пока остальные пишут отчёты.

● 

Следователи – копают глубже, чем археологи, чтобы откопать истину, которую никто не хочет озвучивать.

● 

Учёные маги – теоретики, практики, преподаватели.

● 

Политики и дипломаты – тёмная сторона организации. Их работа – заметать следы и договариваться с теми, кого нельзя просто устранить.

✦✦✦

Латвийский филиал – маленький, но эффективный.

Здесь не бегают со световыми мечами наперевес, как в старых сагах,

здесь работают умом, хитростью

и, иногда, грязными методами.

АЗС не вмешивается в дела ведьм, шаманов и оборотней,

пока те не начинают нарушать баланс.

Но если что-то идёт не так – выезжает группа.

И вопрос решается:

Жёстко.

Точно.

Без шансов на утечку информации.

✦✦✦

АЗС не прощает ошибок.

АЗС не делает исключений.

Потому что магия – это власть.

А власть всегда сопровождается теми,

кто хочет её присвоить.

Подъём!

Разорвал тишину голос дежурного. Взрывая мозг волной страха и добавляя в сон ярчайшие подробности. Долбаное радио.

От этого голоса сразу хочется вскочить на ноги и бежать в истерике куда подальше, в чём мать родила. А ещё – сорвать со стены эту коробку и раздавить, как назойливую муху. Нет, лучше лупить по ней молотком, чтобы на мелкие кусочки. Ага, и закопать на полигоне.

Так, Анечка, не гневайся. Вдох, выдох. Глушим свои инстинкты и подчеркнуто спокойно вылезаем из-под тёплого одеяла. Ну вот, ещё пару месяцев – и я адаптируюсь. Наверное.

Вот девчонки умудряются встать задолго до подъёма и навести утренний боевой раскрас. Кому нужны ваши прелести. Глазками они тут стреляют. Дуры несносные. Здесь и так от тестостерона толпы качков дышать невозможно. Либидо этих парней превышает все допустимые стандарты. И это при такой нагрузке!

Воздух пропитан похотью, хоть ложкой черпай. Что мы жрём?

Натянула спортивную одежду и вышла во двор. А точнее – на поляну для очередного издевательства над организмом. Утро встретило меня моросящим дождём, плотным туманом и холодным майским воздухом. Алё, люди, здесь камыши и холодно. Я домой хочу!

Волею-неволею начнёшь двигаться, чтобы согреться. Ах да, совсем забыла. Нет у меня дома. Взлетел на воздух и сгорел до тла. Кусок земли остался в виде котлована. Ладно, забыли.

– Доброе утро, Анна! Три круга за опоздание! – Доброе… – буркнула я.

Утро доброе, уважаемый хмырь – это когда оно начинается в полдень, с чашечки кофе на балконе с видом на море. А такое утро добрым не бывает.

Каждый день одно и то же. Говнюк со свинячим рылом ты, а не Пал-Палыч. Физрук хренов. Вот прицепился ко мне с первого дня. Слабовата я им, видите ли.

А для чего слабовата? Для оперативной работы?

Какая нафиг работа, я колледж культурный закончила. Я за стол хочу, в офис, с большим окном и видом на реку. Дизайны интерьеров рисовать. Витрины магазинов оформлять. А я бегу, чавкая своими кроссовками по слякоти, втоптанной в кашу сотнями ног, бегущих впереди меня в каком-то лесу.

Вот уже три месяца моя полностью уплывшая вместе с крышей жизнь начинается именно так: пробежка, завтрак, затем занятия по управлению силой собственной – а у меня она есть!

Также – использование артефактов (этому даже среднестатистическую обезьяну научить можно, но на это нужно время), общий курс по местной флоре и фауне (я про чудиков-звериков), вводный курс по жителям других планет. Ещё – общеобразовательные дисциплины, включая анатомию, физиологию человека и особенности существ, которые выглядят как люди, но ими не являются.

Затем – обед и силовые тренировки, с оружием и без.

И это всё – на Земле! Я никуда не попала, я здесь родилась. В этом долбаном мире, как и большинство присутствующих. Под носом у всего мира, чудесным образом пребывающего в глубоком неведении.

Как это вообще скрыть можно? Народ, здесь живут звери!

Как выяснилось – когда тебе двадцать с небольшим – привыкнуть можно ко всему.

И я уже привыкла. Привыкла, что обладаю силой голоса, генерирую магическую силу в своём организме и могу поделиться ею с одушевлёнными индивидами или неодушевлёнными предметами. Да и много чего ещё могу – только пока не знаю как.

Привыкла, что живу бок о бок с ведьмами, лешими, дриадами, наядами, кикиморами, шаманами и ещё чёрт знает с кем. И это – по большей части местные! Ещё раньше людей на Земле поселились.

А оборотни вообще на любой вкус и цвет: и кошачьи, и собачьи, и медвежьи, и рептилоиды. Вот последние – вообще неприятные. Благо, что для оборотней наша Земля не является благоприятной средой для превращения в свою звериную ипостась. Для этого им магической энергии не хватает.

Говорят, эти самые нити на нашем голубом и красивом шарике истончились. И максимум на что способны оборотни – это когти и клыки. Зато в полной мере используют своё зрение, обоняние, звериную силу и довольно хорошую регенерацию тканей.

Довольно хорошую – по сравнению с человеческой. Но не сказочную. То есть, если оборотня порезать, его всё равно сначала нужно будет зашить. А уж затем на нём всё заживает – как на собаке. На мне тоже, между прочим, всё очень быстро заживает. Проверено, так сказать, опытным путём. В честной драке. Но я точно не оборотень.

В отличие от большинства студентов, которые родились у нормальных родителей и знают про этот и другие миры с пелёнок, я, как настоящий Маугли, дожившая до почти двадцати двух лет в розовых очках и в человеческой компании, познаю всё в состоянии: "а не в психушке ли я?"

Кстати, моё происхождение пока не вычислили. Говорят, что во мне странным образом существуют гены магов, демонов и ещё масса пока не идентифицированных кусочков мозаики. Меня в подробности этой генетической загадки даже не удосужились просветить.

– Скорее всего, ты рождена, нежели создана химерой.

Меня аж передёрнуло от такого заявления. Как легко мне бросили в лицо столь странное предположение. А почему сразу химера? Не проще ли сказать – генно-модифицированный человек?

Хотя, я верю в своё естественное происхождение. Мама говорила, что я родилась у нас дома – в ванной. Папа бегал за пелёнками, потому что это было неожиданно рано, и они не успели подготовиться.

Маги и волшебники, мать вашу. Я свободный человек! Человек с бонусами. Остальное – не важно.

За три месяца моё слегка заплывшее жирком девичье тело превратилось в довольно сильную, гибкую и весьма привлекательную фигуру. Конечно, в королеву воинов я не превратилась, но результат всё же ощутим.

Наш лагерь расположен глубоко в лесу, на закрытой территории в Литве. Жильё, кстати, весьма приличное. Каждый домик имеет два этажа и рассчитан на четверых студентов или студенток на этаж. Внутри – две спальни, общая комната и туалет с душем.

У меня есть соседка по комнате – девушка-дриада по имени Олеся, совершенно неземной красоты, из местечка Сосновый Бор. Светло-русые волосы до пояса, ярко-зелёные раскосые глаза, ровные брови, узкое личико, пухлые губы… И неуемное счастье, которое разливается по нашей спальне, словно солнечные лучи сквозь неплотно прикрытые шторы.

В каждом углу – живые цветы. Нет, не в горшках, а просто торчащие из воздуха, вьющиеся по стенам, прорастающие сквозь пол.

В ванной – дурацкие лесные припарки, склянки с настойками, сушёные корешки, от которых пахнет так, будто у нас поселилась деревенская бабка-знахарка. Это мне что-то напоминает… но никак не могу вспомнить, что. И это бесит.

Кстати, не только меня напрягает соседка. Например, вчера на Олесину кровать пришла ночевать дикая рысь. Бедная девчонка с нижнего этажа визжала так, будто её пытались сжечь на костре, когда увидела это животное на лестнице. А ещё Олеся, похоже, не контролирует свои “чудеса”. В прошлый четверг она разбудила меня ароматом свежей сосновой рощи, а когда я села на кровати, то обнаружила, что моя подушка покрыта мягким мхом. Живым.

– Это всё твоя магия, Анечка. Без тебя у меня такого не получалось.

Я во всём виновата. Впрочем, уже привыкла.

К счастью для Олеси, поступление в Школу Агентства Защиты Силы помогло ей выбраться из родного леса, уйти из-под бдительной опеки отца-одиночки и начать самостоятельную жизнь. Хотя “самостоятельная” – это громко сказано. У нас военный лагерь и строгий режим.

Лично мне никто не доплачивает за то, что я разделяю с Олесей её безграничное счастье по поводу внезапно обретённой силы и относительной свободы.

Но она этого совершенно не замечает.

Вторую спальню нашего этажа занимают две наяды. Эти вечно ходят, как воды в рот набрали. В прямом смысле: если рот открывают, то исключительно для того, чтобы полить свои водоросли в аквариуме. Абсолютно бесцветные и незаметные “амёбы” с севера – Ива и Кило. Я с ними не разговаривала и даже не уверена, что они меня вообще понимают. Приехали к нам по обмену опытом из какого-то морского захолустья. Воркуют потихоньку между собой в своей заводи и нас с Олеськой не трогают. И это уже достижение.

Хотя с заводью я немного перегнула. У болот такие не селятся – им подавай морской воздух, и желательно с дорогими виллами. Эти дамочки оккупировали побережья холодных морей и живут себе припеваючи в настоящих роскошных особняках. Судя по их одежде – текучим, переливающимся тканям, от которых веет солью и свежестью, – они и сюда притащили кусочек своей приморской жизни.

А ещё, кажется, у них есть невидимая вода. Потому что пол в их комнате ВСЕГДА влажный, даже если туда никто не заходил. Мы с Олесей как-то слышали всплески, но, заглянув внутрь, увидели только двух наяд, мирно сидящих с книгами в руках. И никаких бассейнов.

С тех пор дверь к ним мы не открываем. Ну их.

А я – Анна Орлова – являюсь фигурой подневольной. Пребывание на курсе расцениваю как тюремное заключение не очень строгого режима, а вовсе не учебно-спортивный лагерь для выдающихся личностей.

В это время дверь отворилась, и в комнату впорхнула яркая звезда: улыбка до ушей, мечтательный взгляд. Олеся собственной персоной.

Я закрыла свою тетрадь, которую с недавних пор называю личным дневником, и перенесла внимание на Олесю. Конечно, можно было бы притвориться, что я занята учёбой и мне нет дела до этой несносной малолетки. Но. Всегда есть это «но». И громкое имя ему – последствия.

Если не обратить на Олесю внимания и не поинтересоваться её делами, она залезет в мой дневник и начнёт прикапываться к каждой строчке. У девочки напрочь отсутствует чувство такта и понимание личного пространства.

– Ну и что за думки думает наша ясноглазая дриада? – пробормотала я про себя.

Олеся глубоко вздохнула, сверкнула хитрющими глазками и присела на мою кровать.

– Представляешь, – начала она тихим, заговорщицким голосом, – к нам в лагерь прислали стажёров из Латвии. И с ними – парочку инструкторов. Они такие красавцы! Все девчонки собираются вечером на дальний полигон – смотреть показательную тренировку и выступление этих бойцов. А ещё они пробудут с нами целый месяц. Представляешь! Настоящие бойцы из настоящего АЗС.

– А ребята, что с нами учатся, тебя не устраивают? Ты вроде со всеми дружишь, – я встала с кровати и подошла к столику, чтобы налить себе воды из графина.

– Ну, Аня, как ты можешь сравнивать! Неуравновешенные дети-переростки и взрослые, красивые мужчины на службе… Ключевое слово – взрослые! – Олеся сняла тапочки и залезла с ногами на мою койку.

От такой непосредственности у меня аж глаз задергался.

– А разве те «дети» не такого же возраста, что и ты? – я втянулась в разговор и с интересом уставилась на Олесю.

– Аня, ты о чём вообще? Всем нашим мальчикам от четырнадцати до восемнадцати лет. Это же детский двухгодичный курс для выявления всех способностей и особенностей – чтобы потом определить жизненный путь.

Я немного ушла в осадок от этой информации и словила некий когнитивный диссонанс.

Я что, детей избивала на тренировках в спаррингах? Хамила, ссорилась, ставила на место? Это я – с детьми?

Какой кошмар.

Да они же выглядят как взрослые, двадцати–двадцатипятилетние мужчины…

Всё. Меня нет.

– Олеся, у тебя есть каталог местных существ? Мне через неделю “минимум” по ним сдавать, – я переместилась за стол, раз уж мою кровать окончательно оккупировала дриада.

– Вот, Анечка, возьми. Общий. Если что будет непонятно – помогу.

И что, тебе совсем-совсем не интересно посмотреть на взрослых парней? – спросила она, протягивая мне увесистый учебник.

– Олеся, я уже видела взрослых парней. Что на них смотреть. Не стриптиз же они будут показывать, – усмехнулась я.

И тут же представила парней в полотенцах, танцующих на полигоне медленный чувственный танец.

– Олеся, а ты не думаешь, что для тех взрослых и самостоятельных красавцев ты, как раз, малолетка?

Я с интересом разглядывала живую мимику Олеси. Сначала ступор, потом удивление, и наконец – ярко выраженная решимость.

– Аня, мне двадцать. Я не малышка. Я почти совершеннолетняя.

– Если тебе двадцать, то ты уже пару лет как совершеннолетняя. Разве нет? – засмеялась я, удивляясь её странной реакции.

– А вот теперь, Анечка, и у меня к тебе вопросики. В какой пещере тебя воспитывали? Ты реально как с луны свалилась.

Разговор перестал мне нравиться, и настроение ушло в «даун». По-другому и не скажешь – загрустила.

Я скучаю по пропавшим пять лет назад родителям. У меня к ним, кстати, море вопросов. И ответить на них некому.

И по всей этой нереальной ситуации. И о мире вообще.

Как будто я перешагнула где-то границу – некую контрольную линию – и оказалась в другой реальности. Всё, что сейчас крутится вокруг меня, – какая-то выдуманная бредятина.

– Знаешь, Олеся, а я и не из этого мира. Так, погостить спустилась. С великолепных розовых облаков и фиолетовых скал.

– Ух ты! Красиво… – Олеся закатила глазки и мечтательно вздохнула.

– Всё, отстань. Вечером пойду на тренировку со всеми. Полагаю, посещение стопроцентно обязательное.

Посмотрим на твоих парней.

Вот ведь милое создание. Радость жизни. Передала мне внушительных размеров каталог и упорхнула из дома в лес.

Я открыла каталог и пролистала оглавление.

– Так, что тут у нас…

Ведьмы – доступ к магии через артефакты силы, зелья, заговоры… – я вздохнула. – Ага, или через природные магические зоны. А ещё ведьмы могут быть очень милыми – пока ты не перешёл им дорогу. Потом ты либо их лучший друг, либо жаба. Ну или жаба, которая очень хочет стать лучшим другом, чтобы вернуть свой облик обратно. С чего это я так решила? Разве я знаю хоть одну ведьму? Ах да, говорят, моя мама – потомственная ведьма. Что-то я не помню: ни магического, ни ведьминского котла. Проехали.

Лешие. Бла-бла-бла… Смешанный лес средней полосы. Лесничие. Охраняют животных от людей. Ненавидят людей… Леший, если ты меня слышишь, мы с тобой на одной волне.

Шаманы – способны открывать порталы и призывать существ из других миров без артефактов. Вызывают духов мёртвых. Магическую энергию черпают из источников силы. Некоторые находят возможность выходить в астрал и общаться с другими мирами.

Я слегка отвлеклась, тупо уставившись в окно. Интересно, как часто шаманы по ошибке вызывают не того духа? Типа – хотел вызвать предка, а пришёл чей-то питомец-динозавр.

Наяды – морские. Задерживают дыхание на 10 минут. Селятся у моря. Ловцы жемчуга. Морские биологи – просто удачливые люди. Местные защитники водных ворот из других миров. Десять минут под водой? Вот почему они такие тихие. Просто копят воздух.

Дриада – разновидность дивного народа. – Вот уж на всю голову дивные, это точно. – Я закатываю глаза. И главные разносчицы домашней флоры. Ещё одна плющинка на моём шкафу – и я её засушу вместе с Олесей.

Оборотни – волки, тигры, медведи, рептилоиды. У них даже в человеческой форме что-то змеиное проглядывается. Не люблю змей. В деревне у бабушки как-то чуть не наступила на одну, когда чернику собирали. Бррр… Гм… А где была её деревня? Я вроде не совсем маленькой была. А если она умерла, то почему не хоронили? Опять отвлеклась.

Существа иных миров. Ну да, всякие монстры, демоны, ангелы, драконы, фениксы, гоблины… Короче, инопланетяне. О! Ещё мой бывший сюда должен входить. Он точно гоблин. Или козёл. Как там назывался тот козёл, что не гоблин? А, точно – сатир. Не, не похож.

Существа с зачатками самосознания – о, это же про наших преподов.

Существа неразумные и паразиты – это про некоторых студентов.

Всё, хватит на сегодня. Пойду проверю, не заплела ли мне Олеся новую лозу в волосы. Я даже оглавления за сегодня не прочитаю. Как это за неделю сдать? А что будет, если не сдам? Пусть выгоняют. Я в Швейцарию уеду. Здесь мне больше ловить нечего. Колледж свой ультрамодный закончила. Меня здесь больше ничего не держит. Вот немного почитаю, чуть побольше узнаю – и сразу уеду. Если отпустят, кстати.