Дневники пропавшей девушки

1

– Полный вагон людей, слишком занятых, чтобы просто взглянуть в окно.

– Мм? – я оторвала свой взгляд от стекла, покрытого многолетними пятнами и тонкими трещинками.

– Каждое утро я проезжаю один и тот же маршрут в надежде встретить хотя бы одного человека, который не будет столь увлечён сумасшедшей пляской жизни.

По диагонали сидел мужчина с лёгкой щетиной, взъерошенными волосами, в неброской одежде. Он отличался от окружающих людей, спешащих на работу в деловых костюмах и галстуках. Было что-то в нём небрежное, выделяющее творческого человека из заурядной серой массы. У него на коленях лежал увесистый фолиант большого размера, обтянутый коричневой кожей. По краям торчали потрёпанные обрывки листов разного цвета и размера с пометками.

– Много таких людей вы уже встретили?

– Достаточно, чтобы набралось историй на небольшой сборник, – сказал он, указывая на книгу, полную рукописей. – И недостаточно, чтобы оценить всю прелесть пролетающего вида за окном.

– Вы писатель?

– И довольно-таки неплохой, смею утверждать.

– Довольно смело для человека, который просто крадёт чужие истории, – возразила я.

– Более того, я краду чужие жизни, – заговорщицки подмигнул он мне, нисколько не обидевшись.

Я уже ехала достаточно долго, чтобы обратить внимание, как пригороды оставались позади, леса сменяли поля, устремляясь к очередному городу, где одна серая масса людей выплывет из вагона электрички, а другая придёт им на смену.

– Ну а вы? Какая у вас история? – спросил он меня, принимая удобное положение в готовности услышать мой рассказ.

– Моя история ещё не началась.

– Как же так? – он был заинтересован ещё больше. – Я вижу внушительных размеров чемодан при вас, это уже говорит о многом.

– Мой чемодан внушителен, а вот мой багаж – напротив. Вам как писателю должно быть понятно. Я еду туда, где смогу написать свою историю.

– Иносказательно?

– Нет, буквально. Я, так же как и вы, хочу написать что-то действительно стоящее.

– Значит, писательница?

– Это единственное, что имеет смысл. Писать. Вы согласны? – я рассматривала этого мужчину во все глаза, не боясь выглядеть бестактной.

Лицо не выдавало его возраст: он был достаточно молодым, но щетина и мелкие морщинки вокруг глаз придавали ему мудрости и удручённости опытом.

– Более чем. Почему же вы думаете, что сможете написать что-то стоящее где-то в другом месте?

– Разве вы не делаете то же самое? Этот поезд – ваш пункт назначения. Мой пункт назначения – небольшой пригород с красивым названием Mellow Foliage1, прекрасный в своей утопической идиллии.

– Утопия реальна, она словно тень следует за человеком. По своей природе людям свойственно доводить всё до абсурда, драматизировать, идеализировать. Утопия – как понятие устарело, на мой взгляд, на смену ему пришёл перфекционизм. А где перфекционизм, там и разрушение. Противоположности всегда притягиваются.

– Верно, – улыбнулась я.

– Так что же является вашей конечной целью?

– Доказать, что утопия – эфемерна.

– Как и жизнь в целом, – заметил писатель.

– Как и жизнь в целом, – подтвердила я.

– Вы достаточно смелая для столь юного дарования. Сменить город ради творческого вдохновения – весьма серьёзно на первый взгляд. Что навело вас на мысль об этом?

– Каждый писатель творит по-своему, вам это известно. Для меня всегда было мукой писать о себе. Поэтому я позволю себе влиться в чужой поток событий и просто наблюдать за другими. Вы замечали, что жизнь обычного писателя довольно-таки скучна?

– А жизнь других не стоит на месте. Мы лишь сторонние наблюдатели.

– Некоторые думают, что писать – это запереться в четырёх стенах и излагать всё, что придёт в больную голову. Но оказалось, что воображение – тот ресурс, который требует постоянного пополнения. Вы понимаете меня? Он ограничен, – подытожила я.

– Когда я впервые задумался над тем, что значит быть писателем, я вдруг понял, что это – быть Богом, не меньше. Мы создаём свою Вселенную, мы вершим чужие судьбы. Но самое главное наше сходство с Богом – это то, что мы, как и сам Бог, – в совершеннейшей зависимости от своего создания. Мы зависимы от своих героев, ведь каждый из них – это вполне себе реальный человек, иначе нам никто не поверит! И мы должны внимательно наблюдать за тем, что из себя представляют эти самые люди в реальной жизни.

– Откуда вам знать, что мы не персонажи чьей-то книги? – поинтересовалась я.

– Напротив, мне бы хотелось, чтобы это было именно так. Тогда это означало бы, что у нашей жизни есть смысл.

Мы с писателем прекратили наш наигранно философский разговор. Наверное, он красовался передо мной, стараясь выглядеть большим интеллектуалом. Я же в свою очередь стремилась поддерживать эту игру. Словно мы два мастера своего дела, постигших азы тайного искусства.

Признаться, что у меня, как и у любого другого человека, есть своя история – было равносильно хвастовству. Всё было довольно-таки запутанно. В двух словах не объяснить, поэтому я не стала вдаваться в подробности. Тем более что эта история началась, когда мне не было еще и трёх лет. Точнее это была только предыстория.

2

Мы с родителями жили в небольшом доме, во дворе которого раскинулся плодоносящий виноградник. Сам дом был совершенно непримечательным. Одноэтажный незатейливый прямоугольник.

С года до трёх лет я жила здесь, проводя практически всё время на улице. Солнце палило нещадно, и мне на голову то и дело напяливали цветастую панамку. Ввиду своего неразумного возраста я ещё не могла иметь конструктивного мнения по какому-либо вопросу, но чисто на уровне эмоций яро чувствовала дичайшую ненависть к этой панамке. Я мало помню, но в сравнении с памятью других людей, я помню слишком много для такого возраста. Я помню, что бегала голышом, неуклюже перебирая своими пухлыми ножками. Иногда на меня всё же надевали свободные белые трусики. Я старалась обходить стороной многочисленные круглые клумбы, выложенные по краю белыми крупными камнями: словно папина кровь навсегда пропитала эту землю, и я могла это почувствовать. Когда он был подростком, он приземлился на камни одной из этих клумб прямо бровью, и крови действительно было очень много.

Помню ещё, как зрел виноград, и как папа залезал на самый верх, чтобы собрать огромные гроздья с крупными зелёными ягодами, кожица которых упруго обтягивала сочную мякоть. Недалеко от виноградной лозы я играла в мяч – размером с грейпфрут, красный с синими полосками.

Вот ещё одно яркое воспоминание: вокруг было много котов, которые плодились с молниеносной скоростью, и запомнить каждого из них не представлялось возможным. Они ловили мышей, и поэтому не раздражали моих родителей тем, что увеличивались в геометрической прогрессии. А я находила в себе странное садистское желание таскать их за уши. Они корчились и визжали, но всё равно каждый раз то и дело попадали в мои маленькие цепкие ручонки.

А ещё был мальчик, постарше меня. Он был чернявый, заезжал к нам на виноградник на своём маленьком красном Lamborghini, чтобы покатать меня. Ну знаете такие маленькие детские машинки. Но их позволить себе могли только богатые родители. Это я понимала даже в таком несмышлёном возрасте.

Мы с этим парнишкой всё время изображали семью, и даже наши родители называли нас женихом и невестой. Был среди наших семей негласный уговор: сосватать нас, когда придёт время уже по-настоящему.

Но мы уехали из этого чудесного места, и на то было две причины. Первая – теракт. Недалеко от нашего дома произошёл взрыв, что очень испугало моих родителей, хотя сама я была слишком мала, чтобы понять что-либо. А второе – это странное существо в доме. Готова поклясться, что это было на самом деле! Каждую ночь что-то ощутимое, но бестелесное садилось ко мне в ноги на кровать и ждало, пока я закрою глаза, чтобы начать медленно стягивать одеяло. Я знала, что это по-настоящему, но почему-то несильно боялась. Наверное, будучи ребёнком, я воспринимала это как какую-то игру. Так было каждую ночь, и я знала, что родители тоже ощущают это нечто. Иногда оно громыхало посудой где-то в глубине кухни, хотя все домочадцы находились в одной комнате. Но никто не ходил на кухню проверить, что же там происходит. Все просто знали. Это существо попортило нам крови. Ещё как.

Мы уехали, и я не вспоминала этого мальчика до тех пор, пока спустя двадцать лет, он не нашёл меня в социальной сети Facebook. Мы переписывались долгое время, ощущая, что нас по-прежнему что-то связывает.

Я не сразу поняла, кто это, так как у него было другое имя, и отсутствовали фотографии. Оказалось, что он работает в полиции, а служителям закона нельзя афишировать свою личную жизнь. Не знаю, что надоумило его найти меня, но я была этому очень рада. Он прислал мне парочку фотографий, где выглядел совершенно не так, как мне запомнилось с детства.

Чернявый парень уступил место чисто арийскому юноше: такой себе представитель «нордической расы», светловолосый и голубоглазый. Лицо удлинённое, кожа светлая, нос тонкий.

Я буквально возомнила себя героиней романа о нацистской Германии, где офицер войск СС ухаживал за мной посредством блестящего интеллекта! Мы обменивались стихами и чувствовали, что наши мироощущения идентичны. Мы были потерянными и тонко чувствовали материю этого мира, и не могли найти своё место в нём. Искусство, что вытекало из кончиков наших пальцев, скользивших по клавиатуре, рождалось через страдания.

3

17.04. Я:

Ты так изменился!

17.04. Рой:

Ты тоже очень изменилась. В лучшую сторону.

И стихи у тебя потрясающие. Я в последнее время тоже пишу, но как-то не рискую показывать кому-то.

17.04. Я:

Спасибо!

Стихи – слишком личное. Обычно я не делаюсь ими. Они мрачные и тоскливые.

А ты… Стал совершенно другим человеком.

Не верю своим глазам.

19.04. Рой:

Спасибо! Рад, что смог кого-то удивить. Говорят, что, когда меняется характер, меняются и черты лица. А по характеру я изменился довольно сильно с момента нашей последней встречи.

Но это все ерунда, давай лучше о тебе. Не страдаешь депрессиями, как некоторые творческие личности?

19.04. Я:

Скорее я подвержена апатичному миросозерцанию.

Предпочитаю одиночество, но с тобой хорошо.

20.04. Рой:

Апатией и я страдаю. Но веселые пилюли и алкоголь исправляют положение, насыщая жизнь новыми красками.

20.04. Я:

Жду от тебя сообщений каждый день. Так странно.

Что ещё поднимает тебе настроение? Как насчёт фильмов?

21.04. Рой:

Предпочитаю триллеры… или какой-нибудь тупой садизм в стиле «Техасской резни бензопилой"здорово поднимает настроение.

Спасибо, что ждешь сообщений. Это взаимно! Не хочешь встретиться, когда будет свободное время?

21.04. Я:

«Техасскую резню бензопилой» я читала. Не подумай, что у меня что-то не так с головой, но это действительно стоящая вещь! Практически всё повествование посвящено событиям одного дня: создаётся ощущение полного погружения. И, конечно, неподдельное отвращение, чего не может вызвать ни один фильм, так как подсознание рисует куда более яркие образы.

Мы больше не живём на соседних участках, теперь нас разделяет приличное расстояние, так что придётся что-нибудь придумать.

Я стараюсь привыкнуть к тебе такому. Постепенно. И если не пытаться соотнести твой образ сейчас с тем детским воспоминанием, то всё нормально.

22.04.Рой:

Ты всегда можешь приехать ко мне. Я перекочевал в милый, спокойный пригород, живу один в большом доме. По вечерам наслаждаюсь одиночеством и музыкой. А еще иногда покуриваю косячок-другой. Только не считай меня наркоманом, ибо я ещё пока не сторчался: вполне себе ответственно отношусь к работе. Я коп, но ты не пугайся, у нас тут всё спокойно, всё по закону.

В триллерах такая особая атмосфера… Имею в виду классические триллеры, такие как «Молчание ягнят», «Психо», «Бессонница»…

А что ты думаешь насчет смерти и жизни после нее? Мне вот хотелось бы верить в перерождение. Но в последнее время часто посещает мысль о том, что душа останется разлагаться вместе с гниющим телом.

22.04.Я:

Может, мы уже в аду? После лекций по философии уверилась в том, что душа попадает в тело, лишь когда она совершила какой-то проступок. И нахождение в теле является для неё наказанием. Наша земная жизнь – всего лишь очищение от этого греха, чтобы потом душа снова освободилась. А пока душа в теле, воспоминания о прошлых жизнях стираются. Мне нравится думать, что всё именно так и есть.

А что касательно непосредственно самой смерти… Не хочу, чтобы меня похоронили. Боюсь проснуться в гробу. В старину это было не редкостью. Поэтому предпочитаю кремацию. Хочу написать завещание и оставить все свои записи и произведения человеку близкому по духу.

Кстати, о произведениях… Хочу почитать твои работы.

Про травку не волнуйся, я ничего такого не подумала. Всё нормально.

Встретиться хочу. Близка к тому, чтобы принять твоё предложение.

22.04. Рой:

Я тоже хочу встретиться! Буду тебя ждать!

Насчет жизни на Земле я когда-то читал такую теорию – бог создал человека затем, чтобы познать себя на опыте. Он разделил свою сущность на множество душ, чтобы те в воплощенном состоянии могли получить как можно больше жизненного опыта. Так опыт человека автоматически становится опытом Создателя. Можно сказать, он приобретает знания за счет нас, и ему совершенно безразлично, что мы делаем. С точки зрения бога нет ни грехов, ни преступлений; он никого не судит и не наказывает. А добро и зло – искусственные понятия, придуманные человеком.

Не могу сказать, что я слепо верю в эту теорию, но она мне больше по душе, чем все остальные.

Я, как и ты, боюсь быть заживо погребенным. У Эдгара По на эту тему был классный рассказ, советую почитать. Впечатлило.

А стихи. Тебе какие? Про гниющую плоть? Про неудачный суицид, окончившийся пробуждением в могиле? Про равнодушие бога? Или про сожжение заживо?

23.04. Я:

Читала, что Бог является пассивным созерцателем и в судьбы людей не вмешивается. Но как только он вмешается, наступит катастрофа. А про грехи… Для Бога ценнее тот человек, который согрешил и раскаялся. А не тот, который вообще не совершал никаких проступков.

Я люблю стихи, присылай все. Особенно не от мира сего.

4

24.04. Я:

Стихи выше всех похвал! Глотая черный дым безумными губами – от этой строчки меня просто трясёт. Ты невероятный!

Отныне я твоя фанатка!

24.04. Рой:

Открою секрет. Не могу за раз сесть и написать стихотворение целиком. Пишу 1—2 четверостишия, потом идет какая-то банальщина, которую даже перечитывать стыдно. Приходится ждать новых идей и завершать позже. Один мой стих вообще был составлен из обрывков трех других. Как-то просматривая свои черновики, понял, что эти фрагменты идеально подходят друг другу по смыслу и размеру, и решил собрать их воедино.

Очень рад, что тебе понравилось, значит, не зря перевел бумагу.

Чем увлекаешься помимо писательства?

25.04.Я:

Психологией.

Сейчас, например, провожу небольшое исследование о влиянии цвета на женщин и мужчин.

28.04. Рой:

Ну и как влияют цвета? Я не очень верю во всякие психологические исследования, хотя, может, доля правды в них и есть. Моя сестра учится на психолога, и раньше она меня просто заваливала такими тестами. А однажды я рассказал ей какой-то свой сон, совершенно безобидный, а она проанализировала его по Фрейду и поведала мне скрытый смысл. Больше я ей свои сны не рассказываю.

Кстати, ты слышала о такой практике, как осознанные сновидения2? Я пару раз осознавал себя во сне. Необычные ощущения.

28.04. Я:

Исследования намекают, что было ошибкой выкрасить стены своей спальни в красный цвет. Моя агрессивность помножается на агрессию данного цвета, и в итоге готовый типаж американского психопата3. А если по-научному – красный цвет возбуждает психику, вызывает ускоренное сердцебиение и даже активизацию мышечной деятельности. Но наряду с возбуждением он вызывает также усталость. Не могу удержаться от шутки. Видимо, моя усталость от жизни и агрессия к окружающему миру всё же исходит от стен. Отличное оправдание для суда на тот случай, если я что-то натворю противозаконное.

Про сны. Веду дневник, куда записываю свои сны. Есть очень странные: про смерть, про то, как нахожу в углах своей комнаты маленькие коричневые мешочки, в которых находится смердящая смесь палёных волос и сушёной травы. Когда потом перечитываю эти заметки, вижу массу идей для написания новых произведений.

Расскажи про осознание сновидений поподробнее. Это интересно. У меня почему-то сценарий всегда один. Я ощущаю себя волшебницей и начинаю колдовать. Часто летаю или пользуюсь волшебной палочкой.

30.04. Рой:

Здорово, когда человек во сне понимает, что он спит, и может направлять сон в любое русло. Ты тут же получаешь возможность реализовать свои мечты. Летать мне тоже нравится. Или делать что-то, чего не можешь осуществить в реальности. Что-то наподобие очень крутой компьютерной игры, где ты являешься главным героем и сам же придумываешь сюжет. Хоть я и увлекался этим, но, к сожалению, так и не смог полностью научиться управлять сновидениями. Зато научился запоминать сны.

04.05. Я:

Мне приснилось, что мы всё-таки встретились.

05.05. Рой:

Расскажи поподробнее. Мне, правда, очень интересно.

Сны иногда сбываются.

05.05. Я:

Я стояла в каком-то смутном ожидании. Увидела тебя в двух шагах от себя. Ты стоял ко мне спиной. Потом оглянулся, увидел меня. Узнал. Я поняла это по выражению твоих красивых глаз.

И в этих глазах всё вокруг отражалось тоже красивым.

05.05. Рой:

Мы всегда можем увидеться в реальности! С удовольствием встречу тебя на станции.

Я мог бы приехать и к тебе, но, к сожалению, у копов с отпусками проблемы. Не помню, когда в последний раз полноценно отдыхал. Сама понимаешь: вызовы среди ночи, нераскрытые дела и так далее.

Боюсь, наша встреча произойдет нескоро…

5

10.05. Я:

Вчера я бродила по городу в поисках идей для своей книги. Наткнулась на дом, огороженный под снос. Его уже начали разбирать: снесли крышу и частично второй этаж. Повинуясь своему желанию, я забралась в него.

Это было незабываемо! Прошла череда дождей: пахло сырой древесиной и влажной пылью так сильно, что щекотало в носу.

Там я нашла довольно странные вещи. Письма времён гражданской войны. Ты понимаешь, что это слова людей, давно убитых на войне. Чемоданы со странными инструментами. Больная фантазия рисует маньяка-хирурга, который пытает своих жертв в подвале дома. И фотографии, где люди замерли с настоящими мертвецами! Я думала, это только в фильмах такое бывает. Жутковато, знаешь ли. Оказывается, в 50-е это было нормой. Фотографии мёртвых, которым придали естественную для живых позу. Но ничто не сможет замаскировать маску смерти на лице.

11.05. Рой:

Хотел бы там побывать с тобой.

А фотографии с мертвецами покажешь? В этом что-то есть… Гораздо интереснее, чем фильмы ужасов.

Кстати, я тут читаю про измененные состояния сознания. Говорят, если не спать в течение сорока часов, то можно словить эйфорию и избавиться от депрессии. Надо попробовать.

11.05. Я:

Ты только посмотри на эти фотографии…

12.05. Рой:

Впечатляет. Особенно лицо той женщины, показанное крупным планом. Самое зловещее – это выражение лица именно взрослого человека, которого внезапно не стало. Младенцы – это существа, которые ещё не успели познать все прелести жизни, они ничего не потеряли. А вот взрослым всегда есть что терять. И на их мёртвых лицах это написано, посмотри! Они словно готовы в любой момент вернуться из того мира, чтобы завершить свои дела.

А про воздержание ото сна – этот метод даже в психиатрических больницах практикуют, значит должен быть действенным.

17.05. Я:

И что испытываешь, когда так долго не спишь?

19.05. Рой:

Чувствуешь себя неживым. Именно в такой момент ты понимаешь, что как никогда близок к мёртвому состоянию. И лишь сон может вернуть тебя к действительности.