Разведёнка для генерала-дракона

Глава 5

Завтрак проходил в полном молчании.

Барон Харгрейв — слегка пузатый, чрезвычайно румяный мужчина лет пятидесяти пяти, восседал во главе стола. Его симпатичное лицо украшали аккуратная седая борода и коротко подстриженные усы, что придавали ему добродушно-солидный вид. Он неспешно поглощал свой десерт, изредка бросая на меня тёплые и осторожные взгляды, словно боялся задеть ещё не затянувшуюся рану.

Тётушка орудовала вилкой с таким усердием, будто пыталась как можно быстрее забить рот едой, лишь бы не ляпнуть чего-нибудь лишнего.

Мы с Вивиан тайком переглядывались и тут же опускали взгляды в тарелки, делая вид, что полностью поглощены завтраком.

К новостям о моём разводе барон Харгрейв отнёсся с большим пониманием.

Сперва он молча выслушал меня, потом шумно вздохнул и по-отцовски обнял, заверив, что всё обязательно наладится.

И мне очень хотелось в это верить.

Мою просьбу помочь с поиском работы он отклонил сразу. Сказал, что у него хватит и денег, и места в доме, поэтому мне не о чем переживать.

Вот только я так не могла. Не хотела становиться для них обузой.

В конце концов, им с тётушкой тоже надо наслаждаться своей совместной жизнью.

Поэтому я всё равно собиралась присмотреть себе работу.

Вот только существовала одна небольшая проблема.

Одинокой женщине, пусть даже с магией, хорошее место работы было найти очень трудно.

Но я верила, что мне хоть в этом повезёт. Ведь моим целительским и бытовым способностям можно было найти применение. Лишь бы будущих работодателей не испугал мой новый статус.

— Нет, ну я так не могу! — тётушка всё же не выдержала. — Руперт! Ты просто обязан съездить к этому наглому герцогу и дать ему по лицу!

— Тётушка, — тихо окликнула я.

— Что «тётушка»? — фыркнула она, и в её глазах вспыхнул гнев. — Он забрал твоё приданое! Присвоил чужое! Мало того что не тратил на мою девочку деньги, так ещё и её приданое отобрал! За год брака — одно украшение! И всё! Уму непостижимо!

Мы с Вивиан настороженно переглянулись.

Потому что обе знали, что не было украшений. Совсем никаких. За год брака, кроме унижений и ледяного равнодушия, я от Каэля больше ничего не получила.

Но вчера мне пришлось солгать тётушке, сказав, что я потеряла не личный дневник, а дорогое украшение.

Кто забрал мой дневник — я понятия не имела. Возможно, это сделал тот загадочный наглый незнакомец. А может дневник поднял кто-то из прохожих…

В любом случае, от мысли, что кто-то сейчас читает мои самые сокровенные строки, внутри всё сжималось от стыда и ужаса.

Половину ночи я провела с Вивиан, рыдая у неё на коленях и рассказывая обо всём. Потеря дневника стала последней каплей — и все чувства хлынули наружу, сметая стены, за которыми я так старательно пряталась.

Она слушала молча, осторожно перебирая мои волосы, и плакала вместе со мной.

А потом взяла с меня слово, что я сделаю всё, чтобы снова стать счастливой.

И я пообещала ей. Вот только как это сделать, пока не знала.

Барон Харгрейв прокашлялся, вытер рот салфеткой и повернулся к тётушке:

— Я не стану унижаться перед этим мерзавцем, Беатрис. Я просто отправлю документы на рассмотрение в королевскую канцелярию. Он вернёт всё по закону.

— Но это долго!

— Зато надёжно.

Тётушка поджала тонкие губы, словно борясь с собой, а затем молча уставилась обратно в тарелку.

— К слову, вы слышали новости? — барон умело сменил тему. — В город пожаловал сам Кристиан Астер.

— Кто это такой? — сухо поинтересовалась тётушка Беатрис.

Губы барона тронула загадочная улыбка, и он лениво откинулся на спинку стула, наблюдая за женой.

— Один из главных генералов короля. Очень ценный экземпляр. Единственный в своём роде, можно сказать.

— И в чём же его ценность?

Глава 6

— Кристиан Астер — единственный, кто может войти в Разлом, закрыть его изнутри и вернуться обратно.

Если ещё секунду назад мне было абсолютно всё равно, о каком генерале идёт речь, то теперь мне стало по-настоящему интересно.

Я, конечно, мало знала о Разломах, но всё же кое-что слышала.

Разломами называли магические дыры, которые образовывались по всему королевству. Иногда оттуда лезли чужаки из других миров. Королевская армия, состоящая исключительно из драконорожденных, отбивала удары врагов, а затем закрывала дыру мощным заклинанием.

Но существовали и другие Разломы — Пустующие, которые было очень сложно обнаружить. Но они не несли прямой угрозы, потому что не служили «дверью» для чужаков. Зато, поговаривали, именно они истощали магию в округе. И, что хуже всего, их невозможно было закрыть обычным заклинанием.

Но однажды старшая сестра рассказала мне, что в королевстве есть один дракон, который умеет закрывать такие Пустующие Разломы. Это его дар.

Не об этом ли драконе говорит барон?

— И что мне до твоих Разломов, — отмахнулась тётушка. — У нас тут скандал назревает!

— Я к тому, что если генерал Астер прибыл в столицу, то это не просто так. Обычно он появляется здесь только по приказу короля. Возможно, городу угрожает опасность, а может, он приехал искать себе невесту.

Прошла всего секунда — и в глазах тётушки Беатрис вспыхнул неподдельный интерес. Она тут же подалась ближе к мужу.

Барон усмехнулся, откровенно любуясь её реакцией.

— Он холост, да? — оживилась она. — А богат? Есть семья? Где живёт? Сколько ему лет? Собирается ли участвовать в зимнем сезоне?

Я посмотрела на Вивиан и тихо рассмеялась. Она обречённо закатила глаза, прекрасно понимая, куда именно клонит тётушка.

— Холост, — чинно отчитался барон Харгрейв. — И очень богат. Живёт где-то у Северных границ. Семьи нет. Единственный наследник, хотя титулом не пользуется. Предпочитает звание.

— Но почему?! — воскликнула тётушка.

— Он был младшим в семье Астеров. А ты же знаешь, Беатрис, какая судьба обычно ждёт вторых сыновей в драконорожденных семьях. Они — будущие солдаты королевства. Титул должен был унаследовать старший сын, но там случилась какая-то трагедия. В итоге всё перешло к Кристиану. Вот только он предпочёл остаться военным.

— Какая досада… — вздохнула тётушка. — А на зимний бал-маскарад он придёт?

— Понятия не имею.

— А ты узнай! Обязательно! У нас тут невеста на выданье!

Барон тихо рассмеялся. Вивиан шумно вздохнула, а я лишь усмехнулась.

— И Луиза на бал отправится, — вдруг заявила тётушка. — Нечего ей дома сидеть! Мы ей нового мужа быстро найдём.

Мою улыбку как ветром сдуло.

— Я никуда не пойду.

— Пойдёшь, как миленькая.

— Нет.

— А что ты предлагаешь? Сидеть дома, пока по городу будут ползти слухи? Ну уж нет. Чем быстрее ты начнёшь снова выходить в свет, тем быстрее успокоятся злые языки.

— Но я не хочу! — разнервничалась я.

— Луиза, — тихо вмешалась Вивиан. — Ты действительно не можешь похоронить себя дома. У нас целая неделя на подготовку. Пусть Каэль видит, что ты не убиваешься по нему. Тем более это мой первый выход в свет.

— Но… но…

Я снова хотела возразить. Но, понимая, что споры в таком случае будут продолжаться бесконечно, передумала.

— Я подумаю, — выпалила я, пытаясь выиграть время и придумать, как избежать поездки на бал.

Потому, что я не хотела встречаться с Каэлем и его любовницами. Не хотела ловить шёпот сплетниц за спиной и снова чувствовать себя белой вороной.

В этот момент дверь распахнулась, и в столовую впорхнула служанка.

В её руках был огромный букет красных роз и небольшая коробка.

В столовой повисло гробовое молчание.

— Для леди Луизы, — объявила служанка, замерев на пороге.

— Для меня?! — вырвалось у меня, и я настороженно покосилась на растерянную семью.

Глава 7

Тетушка удивлённо выпучила глаза, барон Харгрейв сурово нахмурился, а тонкие брови Вивиан подскочили почти до самого лба.

А я… Я и сама ничего не понимала.

— Одумался, подлец! — воскликнула вдруг тётушка. — Я так и знала, что Каэль поймёт свою ошибку! Но не вздумай его так быстро прощать, моя девочка. Пускай побегает!

Служанка подошла ко мне и протянула букет восхитительных роз. Столовая вмиг наполнилась цветочным ароматом и лёгким, едва уловимым запахом мороза, будто цветы только что внесли с улицы.

Я нервно сглотнула.

После свадьбы Каэль ни разу не дарил мне цветы. Считал это пустой тратой денег.

И вдруг — роскошный букет?

Но если цветы действительно от него, то зря старается. Ему уже ничего не поможет вернуть меня назад.

Ни за что в жизни я не вернусь обратно в клетку! Теперь я никому не отдам свою свободу!

Собственные мысли разозлили меня не на шутку. Я быстро осмотрела букет в поисках записки и, не обнаружив её, сразу потянулась к подарочной коробке. Дрожащими от волнения пальцами развязала ярко-красный бант, ловко приподняла крышку и…

Замерла.

В коробке лежали дорогие духи и сложенная надвое записка.

Я уставилась на название, растерянно моргая. Это были мои любимые духи с тёплой, чуть пудровой ноткой.

Несколько раз я просила Каэля купить их, потому что старые закончились. Но он, разумеется, забывал о моей просьбе. А когда я напоминала — раздражался.

Так, значит, сейчас он решил купить меня подарками?

Не выйдет!

Я гордо расправила плечи и вытащила записку. Раскрыла её, надеясь увидеть знакомый, строгий почерк бывшего мужа, но…

«Надеюсь, вам понравился мой подарок, Луиза.

У меня ваша вещица. Если она вам дорога — приходите завтра в три часа дня на главную площадь.

Готов вернуть вашу занятную книгу за вознаграждение.

P.S. Деньги меня не интересуют».

Мои глаза снова и снова бегали по ровному, размашистому, незнакомому почерку. Руки задрожали, сердце застучало как сумасшедшее, а в ушах глухо загудело.

Дневник.

Кто-то нашёл мой дневник.

Имени отправителя не было, но… я нутром чувствовала, что его подобрал мой вчерашний «знакомый».

Я медленно перевела взгляд на содержимое коробки, затем обратно на записку.

Откуда он узнал моё имя и о том, какие духи я люблю, если…

Секунда — и меня бросило в жар.

Он его прочёл! Этот проклятый дракон прочитал мой личный дневник!

Святые небеса…

От стыда я была готова провалиться сквозь землю.

Я вела его больше пяти лет. Там было… да там было всё! Всё, о чём я мечтала, о чём переживала и, к моему стыду, о чём тайно фантазировала, как женщина, засыпая одна в холодной постели.

Какой позор.

Боги… какой же позор.

— Ну? Что там?! — оживилась тётушка Беатрис. — Чего краснеешь и молчишь?! Это от Каэля, да?! Одумался, мерзавец?!

Я подняла затравленный взгляд на Вивиан. Несколько секунд нашей молчаливой зрительной “беседы” — и она сразу поняла, что дело плохо.

— Дай я сама взгляну! — тётушка нетерпеливо потянулась в мою сторону.

— Это не от Каэля, — отчеканила я и, быстро смяв записку, отправила её в карман юбки.

Тётушка Беатрис тут же придвинула к себе коробку, вытащила оттуда духи и с любопытством покрутила в руках дорогой флакон. А затем, словно только теперь осознав услышанное, с непониманием уставилась на меня.

— Как не от Каэля? А от кого же тогда?!

— От… от… — я запнулась.

Думай, Луиза. Думай!

Если сказать тётушке правду — я получу по голове томом по этикету и выслушаю многочасовую лекцию о том, как должна вести себя истинная леди.

Сколько раз она повторяла, что вести личный дневник — дурной тон? Опасное занятие? Да раз пятьсот!

Вот проклятье. Знала бы я тогда, как она была права…

— От тайного поклонника, — выпалила я, чувствуя, как вспыхиваю до корней волос.

Да уж… Поклонник, тьму ему на душу! Мерзавец!

При мысли о том, что этот чешуйчатый гад теперь знает меня лучше, чем кто либо другой, меня бросило в жар.

Он знает обо мне всё! Всё!

В то время как я не знаю даже его имени!

— Поклонника? — удивлённо захлопала глазами тётушка.

— Д-да. Я его не знаю. В записке не указано имя отправителя.

Тетушка взглянула на меня с недоверием. Казалось, ещё секунда — и она потребует показать записку.

Именно поэтому я сделала самую нелепую вещь в мире, которую многократно проделывала в детстве...

Глава 8

Я достала смятую записку, расправила её и находу придумала новый текст, которого, разумеется, не существовало:

«Луиза, вы восхитительны. Я очарован вами. Надеюсь, вы примите участие в зимнем сезоне».

Я подняла осторожный взгляд на тётушку, втайне молясь, чтобы она мне поверила. Она смотрела на меня несколько долгих секунд, не мигая, а затем восторженно ахнула и расплылась в счастливой улыбке.

— Какое чудо! Руперт! Ты слышал? — всплеснула она руками. — На Луизу уже кто-то положил глаз! Слухи о её разводе только поползли по городу, а у нее уже появился тайный воздыхатель! Как чудесно!

Тетушка, как заводная юла, взвилась с места, подхватила со стола мой букет и поспешила за вазой.

— В таком случае ты обязательно должна участвовать в зимнем сезоне, Луиза! — лепетала она. — Ты только подумай! И суток после развода не прошло — а уже объявился новый поклонник! Да все в обществе умрут от зависти! Они же своих девиц годами замуж выдать не могут!

Я нервно сглотнула и осторожно покосилась на Вивиан. Она улыбалась.

Вчера я рассказала ей о встрече с этим синеглазым хамом на улице, и она посчитала его… мужественным!

Да уж… Кажется, у нас абсолютно разное понятие о мужестве и чести.

— Я тоже считаю, что Луиза теперь просто обязана участвовать в сезоне! — заявила Вивиан, вбивая в крышку гроба моей недолгой свободной жизни ещё один гвоздь.

Я злобно посмотрела на сестру, и подалась через стол ближе к ней.

— Ты спятила? — прошипела едва слышно.

— Это для твоего же блага, — парировала тихо Ви. — Пусть твой муженёк кусает локти.

Тетушка Беатрис, найдя поддержку в лице младшей племянницы, воодушевилась ещё больше.

— Я всегда знала, что ты умна, Вивиан! Умна и практична! — ее голос был полон радости и гордости. — А ты, Руперт, чего молчишь?

Я с надеждой взглянула на барона Харгрейва.

Скажите нет, Руперт. Умоляю, скажите, что мне ещё рано… Что появится на балах через неделю после развода — плохая идея!

Но он посмотрел на меня взглядом “Прости, Луиза, но я не могу тебя поддержать, потому что твоя тетя меня съест”, и шумно выдохнул:

— Я тоже так считаю. Нечего Луизе раскисать дома. А уж тем более, искать себе работу.

Я обречённо вздохнула и уткнулась лбом в стол.

Какая же я идиотка… Не могла придумать другое оправдание? А теперь мало того, что меня потянут на балы, так ещё и тетушка всем подругам про тайного поклонника разнесёт. А там и до Каэля информация дойдет...

Совсем не удивлюсь, если он ещё и обвинит меня в измене.

Вот же… Попала.

— Но у Луизы нету подходящих нарядов, косметики и прочего, — продолжала убивать мое спокойствие Вивиан. — А времени совсем мало…

— Это не проблема, — произнес барон Харгрейв. — Завтра вы с Луизой отправитесь по магазинам. Я дам денег на наряды.

— Не надо! — воскликнула в ужасе.

Опустошать чужой кошелек мне совсем не хотелось. В конце концов, я не маленькая девочка, которую обязаны содержать!

— Пожалуйста, Руперт, — добавила тише, с мольбой глядя на барона Харгрейва. — Не надо.

Он видел, как тяжело мне принять его помощь. В этот момент я действительно чувствовала себя никчемной, жалкой и бесполезной.

— Я дам денег в долг, — добавил он мягче, словно пытаясь меня успокоить. — Как только Каэль вернёт тебе приданое, я вычту эту сумму оттуда. Так тебя устроит, Луиза?

Я смотрела на барона несколько секунд, оценивая его предложение и шансы на возврат моего приданого. И в конце концов, решив, что с королевской канцелярией Каэлю тягаться не по силам, с благодарностью кивнула.

— Если так, то вполне устроит. Благодарю вас.

— Вот и договорились, — улыбнулся барон.

На следующий день, после полудня, мы с Вивиан отправились в город в сопровождении слуг.

Решили прогуляться у главной площади, чтобы я забрала свой дневник, и заодно заглянуть в магазинчики.

На улице светило зимнее солнце, под ногами хрустел снег, а мороз щипал щёки и нос. Мимо проезжали роскошные экипажи, запряжённые лошадьми. По тротуарам гуляли молодые девушки, перебираясь, как и мы, от лавки к лавке. Дамы постарше сидели в маленьких кофейнях, попивая горячий шоколад с корицей и приглядывая за взрослыми дочерьми через огромные витрины.

Но я то и дело ловила на себе заинтересованные взгляды и слышала за спиной тихие перешептывания.

Пока ещё редкие, но уверена, очень скоро о моем разводе будут знать все.

У главной площади, где располагалось большинство лавок и магазинов, всегда пахло свежей выпечкой, шоколадом, дорогими духами и зельями. И вдруг я поймала себя на мысли, что очень давно здесь не была…

В последний раз я была в этой части города, когда покупала Каэлю подарок на день рождения, потратив свои последние сбережения. В тот день я купила красивые серебряные карманные часы. Часовщик сделал на крышке изящную гравировку, но…

Каэль ни разу не воспользовался моим подарком, предпочитая использовать свои золотые аксессуары.

Я встряхнула головой, прогоняя грустные мысли, и сосредоточилась на более серьезной проблеме.

Дневник.

Мне предстояла встреча, которая меня пугала. Я снова и снова задавалась вопросом, что потребует в качестве вознаграждения этот дракон. Явно простым “спасибо” не отделаюсь.

Но, я надеялась, что он не станет меня целовать днём на оживленной площади.

К нашему счастью, тетушка Беатрис осталась дома вместе со своими подругами, которых поспешила позвать в гости, чтобы поделиться новостями и заручиться их поддержкой.

— Какая же я всё-таки идиотка, Ви, — не могла успокоиться я, представляя, как тётушка прямо сейчас в красках расписывает моего «тайного поклонника» своим сплетницам-подружкам.

— Успокойся, — Вивиан крепко сжала мою руку. — Ничего ведь страшного не произошло.

— Это тебе так кажется.

К счастью, она не знала какие именно секретики хранятся в моём дневнике.

— Успокойся, Луиза, — улыбнулась она. — А знаешь, мне, например, очень хочется, чтобы эти слухи дошли до твоего мерзавца-муженька. Представляешь его лицо, когда ему скажут, что за его «никчемной» женой сразу же стали увиваться мужчины? О, я бы с удовольствием посмотрела на его физиономию в этот момент!

Я тихо рассмеялась.

— Не думаю, что он оскорбится. Скорее, обвинит меня в измене.

— Пусть этот подлец сперва на себя взглянет. А ты теперь вольна делать всё, что пожелаешь. Ты свободная женщина! — деловито заявила Ви, осматривая площадь. — К слову, где твой знакомый? Уже почти три часа дня.

— Не знаю, — пробормотала я. — Может, он вообще не придёт, пока всё не дочитает, проклятый мерзавец…

И вдруг по коже между лопаток пробежал холодок. Магия внутри едва заметно задрожала, словно захотела проявиться без моего приказа. Не от страха, а от странного предчувствия.

— Мерзавец уже тут, — вдруг раздался за нашими спинами низкий и спокойный мужской голос, и я стремительно обернулась.

Глава 9

При дневном свете мой случайный знакомый казался ещё выше, мощнее и… красивее.

Словно ночь скрывала истинный масштаб моей «беды», а день безжалостно вытащил всё наружу — рост, силу и хищную уверенность этого мужчины. Необычные синие глаза при свете зимнего солнца выглядели яркими и холодными, как отполированный лёд. Резкие, жёстские черты лица, словно высеченные из камня.

Он молчал и смотрел на меня сверху вниз.

Его взгляд неторопливо прошёлся по моему лицу, задержался на губах, медленно опустился к груди… и лишь после этого снова вернулся к глазам.

В горле пересохло. Я нервно сглотнула, с опозданием осознавая, что он смотрит на меня не как мужчина на женщину, а как хищник на добычу, оказавшуюся в пределах досягаемости.