Чистота

Нож вошёл в спину с хрустом. Не громким. Деликатным, я бы сказал, — как будто кто-то наступил на сухую ветку в осеннем парке. Я знал этот звук. Знал его лучше, чем собственное дыхание. Лезвие прошло между рёбрами, аккуратно, точно, как учил отец, когда мы разделывали тушу на заднем дворе. Я не торопился. Я никогда не тороплюсь. Спешка — это удел тех, кто не уверен в себе. А я уверен. Я всегда уверен.

Он не закричал. Только выдохнул — коротко, удивлённо, как будто не ожидал, что кто-то вообще к нему прикоснётся. Я присел на корточки. Держал рукоять обеими руками — так, как учили. Медленно повернул лезвие. Не для того, чтобы причинить боль. Боль — это вульгарно. Боль — это для дилетантов. Я повернул лезвие для того, чтобы перерезать всё, что нужно перерезать. Я чувствовал, как сталь проходит сквозь мышцы, сквозь сухожилия, сквозь что-то мягкое и тёплое. Кровь пошла не сразу. Сначала — тонкая струйка. Потом — сильнее. Она стекала по его спине, по моим пальцам, капала на картонку. Тёмная. Густая. Почти чёрная в свете уличного фонаря. Я выждал. Секунду. Две. Тело обмякло. Я вытащил нож. Медленно. Без рывка. Рывок оставляет следы. Рывок — это неаккуратно. Я перевернул его на спину. Лицо было спокойным. Глаза открыты. Смотрели в небо. Я закрыл их ладонью. Подержал. Потом убрал руку. Теперь он выглядел как спящий. Как человек, который просто устал и прилёг. Это было правильно. Это было чисто.

Я вытер нож о его куртку. Ту же самую, в которой он ходил, может, год, а может, десять лет. Я не знал. Я не спрашивал. Я никогда не спрашиваю. Имена — это для людей. У них нет имён. У них есть клички. Или ничего. Чаще — ничего. Они сами забыли, как их зовут. А если забыли они, зачем помнить мне?

Я убрал нож в чехол. Посмотрел на него. Он лежал. Тихо. Как будто спал. Я поправил его ноги, чтобы он лежал ровно. Не из уважения. Из аккуратности. Я не оставляю беспорядка. Я не оставляю ничего. Только чистоту.

Я вышел из переулка. Улица была пустая. Три часа ночи. Город спал. Нормальные люди спали. Нормальные люди не видели. Нормальные люди не знали. Я шёл домой. Руки в карманах. Шапка надвинута на глаза. Обычный прохожий. Обычный человек. Я всегда обычный. Я всегда незаметный. Я всегда никто.

Дома я вымыл руки. Долго. С мылом. С горячей водой. Не потому, что чувствовал грязь. Я не чувствую грязь. Я чувствую только чистоту. А чистота требует усилий. Чистота требует жертв. Я это знал. Я всегда это знал.

Я сел в гостиной. Заварил чай. Не торопясь. Я никогда не тороплюсь. Посмотрел в окно. Там был город. Большой. Грязный. Полный мусора. Полный тех, кто не должен быть. Я смотрел на него и думал: «Я делаю тебя лучше. По одному. По одному ублюдку за раз».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.