Двоемирье. Книга 2. Право на счастье

Глава идущего навстречу семейства посмотрел на него осуждающе. Берт сделал еще несколько шагов, затем обернулся ему вслед, встретившись с точно таким же взглядом пышной продавщицы продуктовой лавки.

Не выдержав, Берт остановился, хотя не прошел еще и половины пути. Вынул из кармана помявшиеся листы.

Разорвать бы их сейчас на мелкие части, пустить по ветру. Вместо этого он взял захваченный из дома огрызок карандаша, приложил один из листов к стене ближайшего дома и добавил в список еще одно имя: «Мик». Как по этому, вовсе не факт что настоящему имени разыщут подонка – Берта вовсе не интересовало. Обещали безопасность, так пускай постараются.

Именно это он и высказал час спустя в кабинете, который «любезно» выделили в министерстве. Он бы даже не удивился, узнав, что это наспех расчищенная к его приходу каморка для хозяйственных нужд. Усмехнулся, протиснулся в узкий проход между столом и стеной, включил монитор и сходу поделился своими соображениями с остальными членами «комиссии по делам переселенцев». Название-то какое придумали, как будто речь идет об угрозе, которую хочется поскорее устранить и позабыть, как страшный сон. Хотя, постойте-ка…

– Вы оказываете нам неоценимую услугу, господин Кок. – Кипран опустил взгляд, видимо, изучая полученный список. Было бы куда проще выслать его заранее, но после недавнего «подарка» от Мика Берт совсем не хотел рисковать. Каналы связи внутри министерства гораздо надежнее.

Вместо вертящегося на языке «Брось эту официальщину, Кип!», пришлось принять правила игры.

– Как раз цену за эту услугу вы отлично знаете, – напомнил он.

Помощь за помощь. Казалось бы, так просто, если бы обеим сторонам не пришлось для этого переступать через себя.

– Не слишком ли много вы себе позволяете, молодой человек?

Давненько Берта так никто не называл. Впрочем, для недовольно сжавшего губы старика, сказавшего это, почти все в министерстве могли казаться «молодыми людьми». Жаль, но придется поставить его на место, несмотря на почтенный возраст.

– Нет, не слишком. Не стоит забывать, что я нужен вам так же, как и вы мне. Без меня вы не получили бы эти данные и продолжали бы искать в темной комнате тени, которых нет.

– За это мы сняли с вас все обвинения, хотя за соучастие в террористическом акте…

– Знаю, знаю, – остановил Берт. Ему вдруг стало любопытно, сколько еще пришлось бы находиться в розыске, не пойди он на эту сделку? Сдались бы они первыми или смогли бы поймать? Этого уже не узнать. Теперь он может диктовать собственные условия. – А напомнить, почему переселенцы, которые вам ни капельки не доверяют, согласились на эту вашу перепись? То-то же! Пришлось пообещать им право самим выбирать место жительства и работу. Можете, конечно, наплевать на договоренность, но тогда будьте готовы получить еще сильнее ожесточившихся врагов. Недавние бунты покажутся цветочками, ведь теперь многие сочувствуют переселенцам и с радостью к ним присоединятся.

Берт сам удивился, как легко ему дался этот откровенный блеф. Говорить то, что гарантированно поможет убедить – за последнее время только это ему и приходится делать. Постоянно. Сначала в эфире, теперь вот перед чиновниками из правительства. Не важно, насколько правдивы слова, если с их помощью удается добиться нужного результата.

– Только не стоит нам угрожать.

Кто из комиссии это сказал, Берт даже не обратил внимания. Смотрел в этот момент только на Кипрана, который незаметно сложил пальцы в одобрительном жесте.

– Что вы, это вовсе не угроза. – Берт натянуто улыбнулся. – Всего лишь предупреждение. Вы ведь должны знать, с чем приходится иметь дело.

– Думаю, мы вас прекрасно поняли, – поспешил ответить Кипран. – Внесем поправки в закон о переселенцах в соответствии с высказанными пожеланиями.

– После того, как все хорошо обсудим, – вмешался самый старший член комиссии, однако Кипран был непреклонен.

– Достаточно обсуждений. Пора действовать, иначе нашим обещаниям действительно могут перестать верить.

Все окна на экране погасли, давая понять, что совещание окончено. Один лишь Кипран еще оставался на связи.