Фиалки расцветают в мае
- -
- 100%
- +
В аудиторию зашёл Артём Кирсанов и сел рядом с Алёной. Эта парочка встречается с первого курса, и постоянно ведут себя так, как будто никого, кроме них, не существует. С другой стороны, я этому даже рада, ведь меня они практически не замечают, лишь редко скажут какие-нибудь колкости, а потом занимаются друг другом.
Началось занятие по дисциплине «Архитектурное проектирование». Нам напоминали, как правильно проектировать здание, с чего начинать, какую тему выбрать и к какому сроку сдать свои проекты. Вот и снова начнутся дедлайны, будем засиживаться подолгу в рисовальных классах, снова придется рвать на себе волосы от того, что опять ничего не успеваем. Не знаю как другим, но я безумно обожаю это время, потому что постоянная занятость делает меня счастливой, она говорит мне, что я не просто существую и бездумно трачу своё время, я трачу его на что-то важное и нужное. Правда, насколько мне всё это пригодится в жизни, это уже другой вопрос. Главное, прикладывать сейчас все усилия, чтобы потом не сожалеть о том, что недостаточно старалась.
После умеренно бурного учебного дня я отправилась на работу. Но, не проработав и часа, я увидела, как в зал буквально вбежала моя подруга и начальница в одном флаконе. На её лице читались крайней степени неизбежность, волнение и отчаянность. Естественно, с таким же настроением она направилась к барной стойке, едва заметив меня возле последней.
– Даша, ты должна спасти меня! – воскликнула она в порыве и повела меня за свободный столик.
– Дарина, я работаю, – робко напомнила я.
– Ничего, без тебя разберутся, – с лёгкостью махнула та рукой.
– Хорошо, давай только не долго, – согласилась я. – Что там у тебя стряслось?
– Мои пэрэнтс записали меня в какую-то дурацкую школу бизнеса и заставили меня обязательно её посещать, иначе заблокируют мои карточки и отправят меня на работу самой зарабатывать эти деньги.
– И в чём проблема? Ходи, – быстро нашла я решение.
– Но я не хочу ходить на эти курсы, они мне неинтересны, – возразила Дарина.
– Тогда не ходи, – нашла я другое решение.
– Тогда они заблокируют мои карточки.
– А как твои родители узнают, что ты не ходишь на курсы?
– Они сказали, что будут специально проверять посещаемость. И ещё они сказали, что если я не получу сертификат пройденной бизнес школы, то они заставят меня работать в этом ресторане официанткой целый год, представляешь? – пожаловалась подруга.
– Да, это ужасно, – согласилась с ней. – Я работаю здесь уже почти четыре года.
– Дашечка, миленькая, я не хотела ничего сказать обидное, просто для меня работа – это что-то запредельное, не моё. Я просто не смогу работать. Ты же понимаешь меня, – с надеждой взглянула та на меня.
– Конечно, – улыбнулась ей. – Но что я могу сделать? Рассказать твоим родителям, что их дочь не создана для работы и чтобы они передумали?
– Я хотела попросить тебя ходить на курсы вместо меня, – оповестила Дарина с легкостью.
– Что? – я крайне удивилась такому повороту событий.
– Пожалуйста? – жалобно взглянула она на меня.
– Дарина, как я могу ходить вместо тебя, если я и ты совершенно не похожи, – пыталась я её вразумить.
– О, не беспокойся. Я уже посмотрела на список тех, кто записался на эти курсы. Там нет ни одного человека, кто бы знал меня в лицо. И сами преподаватели тем более не знают, кто я вообще такая, так что всё пройдет по маслу. Главное – появляться там два раза в неделю по два часа в течение трёх месяцев. И тогда ты получишь сертификат, естественно, на моё имя, я покажу его моим пэрэнтс, они будут счастливы, и я буду счастлива. Прекрасно я придумала? – обрадовалась подруга своей находчивости.
– Но ведь это обман? – не согласилась я.
– Да кого мы обманываем?
– Твоих родителей, например, – объяснила я.
– Поверь, им всё равно на самом деле, буду я ходить на эти курсы или нет. Они хотят, чтобы у меня был сертификат этой школы. А знания, которые там бы я получила, их не интересуют. А меня тем более.
– Но я тоже ничего не понимаю в бизнесе, – отнекивалась я. – У меня всегда были проблемы с обществознанием в школе.
– Да ведь там всему научат, там не будут тебя ничего спрашивать, только сами рассказывать. Так что тебе нужно будет просто прийти, отметиться, отсидеться и уйти. Можешь своими делами заниматься, чтобы времени зря не терять.
– Но то же самое можешь делать и ты, – я до последнего пыталась не соглашаться на эту авантюру.
– У меня есть дела поважнее, – объяснила она.
– Это какие?
– У меня накопилась куча долгов с того семестра, мне нужно закрыть их до октября, мне так декан сказал, или я пойду на отчисление.
– Тебе так говорят каждый год, – напомнила я. – Но тебя не отчислят, ты же на платном учишься.
– И что? Долги закрывать всё равно нужно.
– Так объясни это родителям, – предложила я.
– Я им говорила об этом уже, но они сказали, что долги – это только моя проблема. И еще сказали, что я всё равно ничего не делаю.
– Допустим, я похожу за тебя в сентябре, ты закроешь долги, а потом с октября будешь сама ходить? – спросила подругу об этом.
– В смысле? Все уже тебя запомнят, я не смогу там появиться, – со знанием дела сообщила Дарина.
– Слушай, мне не нравится эта затея, – честно призналась я.
– Ну, Даша, – протянула она. – Ну, пожалуйста. Не будь всё время такой чересчур правильной. К тому же эти курсы и для тебя плюс, – намекнула подруга.
– Плюс? – я взглянула на неё с удивлением. – В чём же? Узнать всё о бизнесе? Извини, но я не думаю, что эта информация мне сможет когда-нибудь пригодиться.
– Да нет же, – нервно выдохнула она. – На эти курсы будут ходить только богатые люди, среди них много парней. Ну, улавливаешь мой намёк? – подмигнула мне.
– Тем больше шанс, что они меня раскроют, – со страхом посмотрела на неё.
– Даша! – вспылила та. – Прекрати пугать меня и себя. И вообще, ты не о том думаешь.
– А о чём мне ещё думать? – с недоумением обратила на подругу свой взгляд.
– Ты можешь там найти себе парня, – объяснила она.
Я с полминуты смотрела на неё как на человека, сморозившего глупость, и молчала. Наконец произнесла со смешком:
– Ну, конечно же, на курсы ходят не для того, чтобы учиться, а отношения заводить.
– Издеваешься? – с недовольством проговорила Дарина. – Между прочим, я дело говорю. Это отличный шанс найти себе богатого парня.
– Меня как-то не интересуют богатые парни, – улыбнулась я снисходительно.
– Да я так погляжу, тебя вообще никакие не интересуют. За четыре года ты ни с кем не встречалась. В школе у тебя тоже никого не было?
– Не время. Учёба важнее, – пробубнила я.
– Какая учёба? Тебе нужен парень! И если уж ты со мной дружишь, то я найду для тебя хорошего богатого парня.
– Нет, спасибо. Я много думала об отношениях, – смиренно произнесла я.
– И что надумала? – поинтересовалась Дарина.
– Что мне и одной хорошо, – улыбнулась я широко. Но тут в какой-то момент я подумала о Саше. Не могу же я сказать Дарине, что я уже влюблена и влюблена ещё со школы. Ведь он из её круга, она не поймёт, что интересует он меня вовсе не из-за денег. Да и знает ли она его?.. Подождите-ка. Как она сказала? На эти курсы будут ходить только богатые люди и среди них много парней? А что если и Саша записан на них? Тогда мы бы ходили туда вместе, я бы ему объяснила, что хожу, потому что меня попросила подруга. Попросила бы его подыграть мне, называть меня Дариной, а не Дашей. Возможно, нас бы сблизили эти занятия. Он бы мне про этот бизнес всё объяснил, в котором я ни бум-бум. Это было бы так удивительно и прекрасно, если бы Саша был записан на эти курсы. Быть может, спросить об этом Дарину? Но тогда она спросит, почему я интересуюсь. Да ладно, пусть это будет для меня сюрприз. Дарина всё равно не отстанет от меня, и я в любом случае пойду в эту бизнес школу. Она умеет уговаривать. Но сейчас я действительно вижу в этом и свою выгоду.
Дарина тем временем, пока я думы думала, рассказывала мне, как важно, чтобы у девушки был парень, для чего нужны отношения. Абсолютно не слушая, о чём именно она мне толковала, я внезапно прервала её:
– Хорошо, я согласна. Когда первое занятие?
У подруги заискрились зрачки от радости, и она выдавила из себя:
– Завтра.
– Так скоро? – удивилась я.
– А иначе стала бы я тебя так быстро искать, чтобы обрадовать такой новостью?
– И во сколько?
– В четыре часа.
– Но у меня занятия до трёх.
– Немного опоздаешь, ничего страшного. Я не думаю, что к этому там так серьезно относятся. Туда же всё-таки не бесплатно ходят, а большие деньги платят.
– Ладно, куда идти?
Дарина назвала экономический институт, в котором будут проходить занятия, кафедру и номер аудитории. Потом несколько раз меня благодарила, поцеловала в обе щеки и убежала из зала ресторана, а я тем временем продолжила работать, правда, уже не в привычном для меня режиме, а с чрезмерной вдохновлённостью от предстоящего события.
На следующий день в три часа и пятнадцать минут дня я со скоростью молнии выбегала из дверей учебного корпуса и с той же скоростью бежала в сторону метро. Со станции «Технологический институт» до Невского проспекта было ехать недалеко, однако наплыва народа было чрезмерно много. Вроде бы не час пик, а всё равно людей как на сабантуе. Поезд ждать пришлось минут пять, в вагон протолкнулась еле-еле.
Так, ну я вроде не опаздываю, главное найти быстро институт, а там аудиторию. Просто не очень хочется опаздывать, тем более в первый же день, несмотря на то, что бы ни говорила Дарина.
По эскалатору наверх мне буквально пришлось бежать в то время, когда все спокойно стояли. Открыв в телефоне приложение «Навигатор», без которого, как известно, в большом городе не обойтись, даже если ты живёшь здесь не первый год, я последовала в сторону экономического института. Бежать было всё равно прилично, а с учётом того, что я совсем не спортивная, то мне ещё дольше.
Тем не менее, на часах 15:52, а я уже зашла в корпус. Осталось лишь разобраться, куда идти. Собственно, с этим проблем не возникло: я просто подошла к охраннику и спросила его об этом. Он мне всё объяснил, разъяснил. Всё просто. Только я не в тот корпус зашла. Поэтому, поблагодарив охранника, я рванула в противоположное здание и уже там быстро сориентировалась, куда идти. На входе лишь спросили, куда я направляюсь, как меня зовут, попросили отметиться в списке и дали бейджик с моим именем, точнее с именем моей подруги.
Найдя аудиторию, я остановилась перед дверью, переводя дух от такой спешки, и закрепила бейджик на левой стороне груди. Давно я так никуда не спешила, даже на работу. Но оно того стоит, ведь есть вероятность, что я сейчас зайду и увижу там Сашу.
Перед тем, как открыть дверь аудитории, я взглянула на время. 16:04. Опоздала! Но, быть может, четыре минуты – это некритично?
Открыв массивную деревянную дверь и зайдя внутрь, я непроизвольно оглянулась. Эта аудитория больше походила на лекционный зал, только маленький, с приподнятыми рядами, которые располагались полукругом от преподавательского стола. Людей было человек двадцать-тридцать, я думала, что будет больше.
– Здравствуйте! – поздоровалась я с преподавателем, чуть поклонилась и обернулась к залу в поисках Саши.
Однако вместо него я заметила другого человека. Того, кого я никогда не предпочла бы встречать в своей жизни.
Марк Строганский тоже смотрел на меня. Я бы желала, чтобы он не вспомнил меня, забыл как что-то старое и пройденное. Но по его взгляду ярко читалось, что тот меня узнал. И хотя эмоций никаких не выражало его лицо, по одним лишь глазам я поняла, что у меня большие неприятности.
Глава 4
Я села на ближайший первый ряд и, как оказалось впоследствии, очень зря. Я старалась не думать о Марке, надеялась до последнего, что всё-таки он меня не узнал. Или забыл о том случае.
– Что такое бизнес? – начал свою лекцию преподаватель, на бейдже которого было написано – Дэвид Фригман. Говорил он по-русски, но с явным акцентом. Вообще, мне очень нравится, когда иностранцы говорят по-русски. В их интерпретации язык звучит крайне необычно, и это, лично моё ощущение, приятно слушать. – Только не говорите мне, что это то, ради чего вы все сюда пришли, – и в зале раздались смешки. – Мне нужно ваше определение этого слова. Вот вы, – Дэвид посмотрел на меня и прочитал имя на бейдже, – мисс Филатова, скажите, что такое бизнес?
Казалось, у меня образовалась дыра в мозге, именно в той части, которая отвечает за мышление. Я не ожидала, что преподаватель будет что-то спрашивать, тем более меня. И, по закону жанра, мой мозг вместо того, чтобы думать над определением бизнеса вместе со мной, решил оставить меня в гордом одиночестве с этим вопросом.
– Бизнес – это… – торопливо искала ответ в недрах своего сознания. – Бизнес – это… своё дело…
– Это естественно, бизнес и переводится как дело, – мистер Фригман обратил свой взгляд на присутствующих. – Бизнес является конкретным направлением предпринимательской деятельности. В него входят деловые отношения, сферы влияния и определённый круг социума. Всё, чего мы ждём получить от бизнеса, – это прибыль и финансовая независимость. Но при этом любой проект, который мы собираемся создавать с нуля, может иметь успех только в том случае, если мы уделяем ему более 80 процентов своего времени. Именно поэтому в бизнесе дорога каждая минута, – тут он снова взглянул на меня. – Сегодня вы, мисс Филатова, соизволили опоздать на целых четыре минуты и, насколько я полагаю, абсолютно не имели представления, чего могли бы достигнуть за этот срок. За четыре минуты можно представить успешную бизнес-модель, подписать контракт с инвесторами, создать рекламу для гарантированного привлечения клиентов. Очевидно, это будет разумным наставлением, если я скажу, что нельзя так расточительно относиться к своему времени.
Четыре минуты, а столько слов. Как будто я сотворила что-то поистине непростительное. Но стоит признать, что чувствовала я себя крайне некомфортно в этой обстановке, когда при всех тебя унижают. Моё лицо заливалось краской, а причина была для меня совершенно бессмысленной. Ну вот – идеальное начало для знакомства с уже ставшим ненавистным бизнесом.
До окончания занятия Дэвид Фригман нас посвящал всё в более глубокие недра неопознанной науки, при этом рассказывая о том, как будут проходить наши занятия и какие величайшие современные деятели российского предпринимательства будут делать к нам визиты.
– Увидимся на следующей неделе, – попрощался с нами Дэвид.
И все студенты начали собираться, я же поспешнее остальных скидывала свои тетрадь и ручки в рюкзак, чтобы быстрее сбежать из этой аудитории подальше. Я не хочу здесь больше появляться, ни под каким предлогом Дарины, не хочу ничего изучать про бизнес и позориться, когда меня снова спросят. Мне хватило одного занятия, чтобы понять, что я здесь абсолютно лишняя, чужая. Я не должна быть здесь. Все сюда пришедшие – умные, разбирающиеся в экономике, да и имеющие смысл в этом разбираться, ибо богатые. А я? Чувствую себя чернографитным карандашом на фоне масляных красок, когда речь идёт о живописи. То есть моё нахождение здесь абсолютно бессмысленное.
– Какая удачная встреча, – над моими ушами прозвучал вкрадчивый голос, растягивая каждое слово до размеров высокоэтажного дома. Этот голос заставил меня напрячься и почувствовать, как по моей спине словно провели холодным лезвием. – Признаться честно, я и не думал, что встречу вас здесь. Практически потерял всю надежду.
– Вы меня искали? – бестелесным голосом проговорила я. – Зачем?
Хотя и так знала ответ на свой вопрос.
– Скоро вы это и узнаете, – холодно усмехнулся Марк, одной рукой развернул меня к себе и опустил взгляд на бейдж, – Дарина Филатова.
Я вздрогнула от внезапно нахлынувшего на меня испуга за мою подругу, что даже не сразу заметила, как мы остались с парнем вдвоём в аудитории.
– Пожалуйста, простите меня за тот случай, это чистое недоразумение, – выпалила я на одном дыхании с закрытыми глазами. – Я не знала, что вас зовут Марк Строганский, если бы знала, никогда не посмела бы себя так повести с вами.
– Однако повели, – непререкаемым голосом пробасил он. – Я ненавижу, когда кто-то портит моё настроение, особенно в день рождения.
– Это был ваш день рождения? – от удивления я даже открыла глаза.
– Это шутка? – с негодованием он взглянул на меня.
– Разве не помолвка? – замолчи, Даша, замолчи, просто согласись с ним и всё. Сделай всё, что угодно, но добейся его прощения, иначе Дарина никогда мне этого не простит.
– Это было вторичное, – мне показалось, или в его голосе действительно прозвучала неловкая нота?
– Простите, – выдавила я из себя. – Я просто не знала.
– Не знала, – повторил он мои слова. – И не только этого вы не знали. Но и зачем сюда вообще пришли. Вы ничего не мыслите в бизнесе, просто прожигаете родительские деньги. Какой смысл сюда было лезть, если не знаете обычного определения слова «бизнес»? Эта школа – в своём роде филиал оригинальной швейцарской школы бизнеса. Большинство преподавателей прибыли оттуда, специально выучили русский язык, дабы не создавать для своих учеников языкового барьера. Вы понимаете, что здесь ограниченное количество мест? И вы заняли чужое. Место того человека, который всеми силами старался сюда попасть. А вы не только этого не цените, но и позволяете себе опаздывать на эти занятия, – отчитал меня Марк.
– Меня заставили сюда ходить, – честно призналась я с опущенной головой.
Парень презрительно хмыкнул:
– И это ещё вы меня назвали «жалким подобием человека»? Разве не вы сейчас унижаетесь передо мной, бедняжка, которую заставили что-то делать? Сами ни на что не годитесь, ни к чему не стремитесь, ведь так?
Я кивнула, чтобы не спорить с ним.
– Зато легко можете позволить себе отчитывать других людей, о которых совсем ничего не знаете. И ради кого? – усмехнулся он. – Ради какой-то некомпетентной официантки?
– Но ведь она человек, – вскинула я голову. – Каким бы работником не была, она всё равно заслуживает к себе нормального человеческого обращения, разве нет?
– Снова хотите строить из себя героиню? – проскрежетал его голос. – Но вы немного не понимаете всей иерархии этого мира, либо же просто притворяетесь. Есть две категории людей – чего-то достигшие достойные люди и их слуги. Люди, что обслуживают, и те, что пользуются этими услугами. И знаете, только вам решать, к какой категории хотите принадлежать вы.
– В смысле? – не поняла я. Вроде как я и так принадлежу к той категории, которая обслуживает.
– Хотите ли вы остаться на своём уровне и двигаться вперёд, или же опуститься вниз, Дарина Филатова, – и снова Марк сделал акцент на имени.
Вот чёрт! Он же не обо мне сейчас говорит, он намекает на то, что хочет обанкротить мою подругу. Меня-то на самом деле вполне устраивал его этот «низ», но он точно не устроил бы Дарину. Как только вспомню, что она говорила по поводу работы, что не создана для неё…
– А… вообще-то я не очень хотела бы что-то менять в своей жизни. Лучше пусть всё остаётся, как есть.
– Хотите и дальше жить за счёт своих родителей? – он просверливал меня своим взглядом.
– Её… меня это совсем не смущает, – невинным взглядом посмотрела на него.
– Тогда стоит что-то изменить в своей жизни. Быть может, это станет для вас уроком. Потому что вы никогда не заслужите моего прощения, – вынес он приговор.
В моей голове пронеслась картина, где Дарина в дырявой одежде стоит на улице и просит милостыню.
– Умоляю, простите меня, господин Марк, – я упала на колени, полностью повторяя слова и жесты той официантки, из-за которой, собственно, и началась вся эта история. – Прошу, не банкротьте её… мою семью. Пожалуйста, умоляю.
– Какая же вы жалкая, – оглядел он меня с презрением и отошёл на два шага, как будто я прокажённая. – Вы мне омерзительны. Готовы ради денег про гордость свою забыть? Так сложно самой заработать?
– Сложно, – признала я, особенно если говорить о тех деньгах, которые зарабатывали родители Дарины. – Но я буду стараться, обещаю. Только простите меня на этот раз, прошу вас, я сделаю, что угодно, всё, что прикажете, – кажется, моя гордость действительно вышла погулять, а может, она сегодня вообще ко мне не заглядывала.
– Всё, что угодно? – заинтересовался он. – А что вы можете мне предложить? Деньги, заметьте, предлагать бессмысленно, а только они имеют значение в этом мире.
Вряд ли у меня вообще когда-нибудь бы зародилась такая мысль, как предлагать кому-то деньги. У меня самой их нет.
– Портрет! – внезапная догадка посетила мою голову.
– Что? – не понял Марк.
– Я могу нарисовать ваш портрет, – объяснила я.
Парень уставился на меня явно озадаченный.
– Я, конечно, не профессионал, но у меня очень неплохо получается. Во всяком случае, мне так говорят, – похвалила я себя.
– Зачем же мне портрет от посредственного художника? Не думаете ли вы, что лучше заказать свой портрет у профессионала, если он будет мне нужен?
– Да, но… так вы потратите деньги, а я нарисую вас абсолютно бесплатно, – на секунду у меня возникло ощущение, что я занимаюсь саморекламой.
– Это должно меня впечатлить?
– Безусловно! Вы только что сами говорили, что лишь деньги имеют значение. И вот – я сохраняю ваши деньги, – моя улыбка лучилась бескрайним счастьем.
– В том случае только, если портрет мне был бы нужен.
– Никогда не знаете, как неожиданно он может понадобиться, – я всеми силами пыталась уговорить его принять от меня этот портрет в знак примирения. Потому что я не знала, что ещё могла ему предложить. Рисовать – это всё, что я могу.
Марк долгое время смотрел на меня, как бы раздумывая, давать мне шанс или нет.
– Хорошо, – наконец согласился он. – Будем считать этот портрет вашей платой за причинённый мне моральный ущерб. Но только в том случае, если он мне понравится.
– В этом можете не сомневаться, – пыталась я его заверить, но голос предательски дрогнул. Никогда не знаешь, что нужно, чтобы угодить этим богачам. Но ничего, я выложусь по полной. Всю душу вылью в этот портрет, чтобы у него не осталось никаких сомнений по поводу моего прощения.
– Жду к следующему занятию, – заключил Марк Строганский и быстрыми шагами пересёк расстояние от меня до выходной двери. – И кстати, это задатки настоящего бизнесмена – умение продать человеку то, что ему не нужно, под предлогом, что это может когда-нибудь понадобиться, – похвалил он перед выходом, а затем в одну секунду скрылся за дверью.
Я же встала с колен и последовала его примеру. Портрет придётся начать сегодня, потому что следующее занятие всего через пять дней. А я так быстро портреты ещё никогда не рисовала.
Фотографию этого нарцисса я нашла в интернете. Ни в каких соцсетях я не смогла его найти. Но в глобальном поисковике есть парочка его фото: с конференций, приёмов и в жёлтой прессе. Именно обложку с его фотографией из какого-то не известного мне журнала я и распечатала, так как это единственное чёткое фото с его лицом. Кстати, на обложке было написано: «Сын Альберта Строганского увеличил прибыль семейного бизнеса в три раза!» И этой обложке два месяца. Кажется, я многого не знаю об этом Марке. Оказывается, он не бездельник, вон, бизнес увеличивает семейный. Но если он так хорошо разбирается в бизнесе, зачем тогда ему эти курсы? Чтобы ещё умнее стать? Заполнить пробелы в знаниях? Почему у меня нет такого стремления к учёбе?
Расположившись за мольбертом в рисовальном классе и повесив фотографию на верхний уголок доски, я начала рисовать контуры на листе А3.
Прорисовывая контуры его лица, я заметила, что черты у него изящные и выразительные, в меру строгие и довольно властные. И они завораживающие. Особенно его небесные глаза. И острые скулы, о которые можно порезаться. И… губы… У него идеальное лицо для портретистов, потому что оно – эталон. Поэтому мне безумно нравилось его рисовать. Кажется, мне никогда ещё не доставляло столько удовольствия рисование чьего-либо портрета. За исключением Саши Золотова, конечно.
Я провела всё воскресенье и остальные ночи в рисовальном классе, договорившись с охранником корпуса, чтобы он мне разрешил закончить домашние задания, так как в общежитии невозможно рисовать. Но не из-за обстановки, там удобные большие столы под каждой кроватью (они выглядят как двухъярусные кровати, но на первом ярусе вместо кровати рабочий стол), а потому, что моё вдохновение прогоняют мои соседки. А здесь так уютно и спокойно, никто не приводит своих вечно надоедающих мне гостей, парней и других персон. Здесь я и задание по проектированию сделала. Здесь я провожу, можно сказать, большую часть своего свободного времени. И только один минус: не было холодильника с едой. Но зато был чайник.