Слишком близко

Глава 8

Арина

Первая неделя после переезда пролетела незаметно. Последние три дня на работе слились в один бесконечный поток совещаний. Когда я уже почти ощутила вкус свободы, у дверей появился Марк Тихонов, наш менеджер среднего звена.

Марк — спокойный, ненавязчивый и приятный человек.

Мы активно разрабатывали кампанию для благотворительного фонда. Наша цель — помочь детям из трудных семей освоить цифровые навыки. Это действительно значимая работа, которая приносит удовлетворение, в отличие от продвижения очередного дорогого бренда.

Выключаю ноутбук, собираю вещи. День завершён, пора домой. Прохожу мимо Марка…

Он проходит мимо и говорит:

— Хорошо поработала на этой неделе.

Я улыбаюсь:

— Спасибо. Мне тоже понравилось работать над этим проектом.

Марк останавливается, пожимает плечами и усмехается:

— У тебя явный талант. Хорошего вечера, солнышко.

Он стоит с ключами в руке, будто задумавшись.

— Солнышко? — переспрашиваю я, нахмурившись. Так зовут меня в соцсетях, но на работе это прозвище никогда не звучало.

Марк выглядит смущенным и мнется.

— Ты тренировки мои смотришь?

— Пару минут утром. Твоя зарядка помогает проснуться. Раньше не верил, но теперь втянулся, — с улыбкой говорит Марк.

— Ты хочешь сказать, что наш офис стал студией йоги?

— Почти. Мы занимаемся только самыми энергичными упражнениями. Теперь у нас утренний ритуал: пять минут йоги и потом кофе.

Я вижу коллег, неловко пытающихся выполнить асаны в своих кабинетах, и тоже улыбаюсь.

— Главное, чтобы на планёрке никто не начал расслабляться, — шучу я.

— Пока справляемся, — отвечает Марк и машет мне рукой. — Отдыхай!

Домой идти десять минут. Выхожу из офиса и оказываюсь в теплом вечернем воздухе Москвы, чуть прохладном и свежем. Город живёт: люди разговаривают, машины гудят в пробке. В офисе всё было иначе: спешка, напряжение. Заворачиваю в круглосуточный магазин на углу и покупаю продукты на ужин. Вижу идеальные персики и не могу удержаться, беру их.

Захожу в зал с пакетами и замираю, оглядываясь. Часть меня надеется встретить Артема. Признаюсь, смотреть на него — одно удовольствие. Хмурый он или весёлый, но выделяется из толпы моментально. Другая моя часть, поумнее, уже готовится к неловкой поездке в лифте. Наше общение странное. Совсем не как у соседей.

Ещё раз осматриваю зал: серые стены, деревянные панели. Артема нет. Наверное, сидит в пентхаусе, сочиняет новые запреты или хмурится в окно.

Не видела его больше недели. Вроде должна радоваться, но внутри предательски кольнуло разочарование. «Так, хватит!» — командую себе.

Дома я первым делом разбираю покупки: шпинат, перцы, те самые персики. Кран, наконец, починили — спасибо управляющей компании, они не затягивают с ремонтом.

Я сажусь на диван с телефоном. После рабочих задач и стратегий нужно отдохнуть. Позитивные комментарии от «Солнечного отряда» — это то, что нужно.

Просматриваю последние отзывы. Как всегда, много теплых слов: «Арина, ты вдохновляешь!», «Комплекс просто супер!», «Спина теперь в порядке!». Везде улыбающиеся солнышки. Приятно. И тут замечаю комментарий от незнакомого аккаунта.

«Обожаю твои зарядки. Они делают мой день!».

Обычно я пролистываю дальше, но что-то зацепило мой взгляд. «Утренний заряд бодрости»? Звучит слишком оптимистично. Улыбаюсь и ставлю лайк. Разве не стоит делиться теплом?

И тут приходит новое сообщение. Открываю его...

«Может, поменьше тыквенного сока, Солнышко? А то бока уже видны. Хорошо хоть, что на работу пешком ходишь», — написал он.

Меня затошнило. «Ходишь на работу пешком?» «Тыквенный сок»? Откуда он это знает? И «бока видны»... Этот тип реально говорит о моей фигуре?

Палец завис над кнопкой «Заблокировать», но я застыла. Кто это? Имя пользователя — бессмысленный набор букв. По спине пробежал озноб, хотя в квартире было жарко.

Телефон снова вибрирует. Очередное сообщение, очередной аноним: «Рад, что ты за правильное питание».

Я бросил взгляд на пакеты на столе: шпинат, болгарский перец, персики. Во рту пересохло, лицо обдало жаром, который медленно поднимался по шее. Пальцы так сильно сжали телефон, что побелели костяшки. Это не случайность. Кто-то действительно следит за мной.

Нужно срочно поговорить с Лерой. Я набираю её номер, сердце колотится в горле.

— Привет! — бодро сказала Лера, её голос прозвучал неожиданно звонко в тишине моего телефона. Судя по фоновому шуму, она была на улице.

— Привет, — ответила я, стараясь говорить непринуждённо, но мой голос звучал натянуто. — Ты не сильно занята?

— Да нет, решила выпить кофе перед сном. Что случилось, солнышко?

«Солнышко» — это мой ник в соцсетях. То же самое имя использовал мой возможный сталкер. Я сглотнула, стараясь не выдать тревогу. Не стоит пугать Леру сразу.

— Тут такая странная штука произошла, — начала я, пытаясь говорить спокойно, но в голосе всё равно проскользнула фальшь. — Помнишь видео, которое я утром выложила? Ну, про зарядку?

— Ага, то самое, бодрое. Видела, видела. Огонь, как всегда!

— Ну вот... Я тут комментарии читала... И один из них показался мне очень странным. Слишком личным.

— В каком смысле странным? — голос Леры мгновенно стал серьёзным. Она всегда чувствовала мою интонацию.

Я зачитала вслух сообщения.

На том конце повисла пауза.

— Это уже слишком, — говорит Лера. — Ариш, послушай, — продолжает она. — Это, скорее всего, просто какой-то человек сидит в своей квартире и считает себя мастером розыгрышей. Ты же теперь знаменитость, помнишь? У популярности всегда есть обратная сторона — такие вот неприятные типы.

Мне хочется ей верить. Хочется отмахнуться и забыть, но желудок скручивается в узел.

— Да, ты права, — говорю я, хотя сама себе не верю. — Это просто какой-то сумасшедший фанат.

— Вот именно! — с облегчением говорит Лера. — Видишь? Не о чем беспокоиться. Просто... может, не стоит так много выкладывать личного? Не публикуй свои покупки в истории. И ты сама недавно говорила, как любишь тыквенный сок.

В ее голосе все равно чувствуется тревога.

— Базовые правила цифровой безопасности, — напоминает она. — Ты сейчас слишком яркая, не забывай иногда надевать темные очки, хорошо?

Я кладу трубку, но облегчения не наступает. Спокойствие Леры слегка смягчает страх, но беспокойство в груди остается. Может, она и права. Это всего лишь скучающий неудачник. Но что-то внутри не дает покоя.

Снова смотрю на экран. Комментарий висит, как упрек. «Слегка заплываешь», — написано зло. Но больше всего пугает фраза о прогулке.

Вечернее солнце заливает комнату оранжевым светом, но мне холодно. Сирены на Садовом звучат непривычно резко. Обычные звуки города кажутся угрожающими, будто кто-то пытается нарушить мой покой. Медленно подхожу к окну.

Там может быть кто угодно.

Сталкер.

Это не просто лайки и сердечки. Это что-то большее. По спине пробегает холодок. Это не просто интернет-извращенец. Кто-то действительно следит за мной, и мой уютный мир теряет безопасность.

Неужели так будет всегда? Мои мечты о светлом будущем в Москве вдруг заволокло серым, тревожным туманом.

Глава 9

Павел

Утро начинается одинаково: черный кофе, черная спортивная форма и холодный, серый город за окном, готовый перемолоть слабых. Я на беговой дорожке, кроссовки врезаются в полотно, километр за километром. Пот ручьями стекает по лицу, челюсти сжаты. В этот момент звонит Паша Громов. Личный номер — значит, дело, не просто треп. Паша — мой заместитель, я доверяю ему управление активами компании «Крест».

Сейчас он в Питере.

— Крылов, — бросаю в трубку, не замедляя бега. Сердце колотится, легкие горят, и это именно то, что мне нужно. Полная отрешенность от реальности.

— Доброе утро, Артем. Отчет по сделке с «Соколовыми». Со стороны их юристов наблюдается намеренное затягивание процесса — они продолжают оспаривать формулировки в завершающих пунктах контракта.

Паша говорит сухо и по делу, без лишних любезностей.

— Что конкретно их беспокоит? — я увеличиваю наклон дорожки, показывая крутой подъем.

— Все как обычно. Вопросы по разграничению ответственности, экологические риски после поглощения. Ты же знаешь, как это работает.

Да, это стандартная процедура, которая повторяется каждый день. Юристы любят затягивать процесс из-за каждой мелочи.

— Паш, хватит с ними церемониться. Даю им сорок восемь часов. Никаких переговоров. Если не подпишут — уходим из сделки.

В трубке повисла тишина. Паша понимает, что я не шучу. «Соколовым» эта сделка нужна немедленно, но я не собираюсь идти у них на поводу.

— Понял, — голос Паши становится более сосредоточенным. — Решу за сорок восемь часов.

— Тогда действуй, — я завершаю разговор.

Бросаю телефон на стол и ускоряюсь. Быстрее, жестче. Нужно хоть что-то ощутить. Жжение в мышцах выметает из головы лишние мысли. Потом ледяной душ. Захожу в гостиную — все из стекла и стали. Город внизу живет своей жизнью, мне до него нет дела. Еще один день. Еще одна сделка. Еще одна победа, которая не приносит ни радости, ни удовлетворения. Азарт давно исчез.

Снова звонок, но на этот раз в домофон. Вероятно, это Ларионов. Очередные жалобы жильцов, которые мне безразличны. Хотел проигнорировать, но звонок повторился, настойчиво так. Ладно, открою.

— Крылов, — коротко отвечаю я, не пытаясь скрыть раздражение.

— Доброе утро, Артем Крылов. Это Борис Ларионов.

— Ларионов, — устало произношу я. — Ближе к сути.

— Все работает как часы, график обслуживания соблюдается, происшествий нет, — быстро докладывает Ларионов.

Я думаю о происшествиях с жильцами. Это всегда лишь вопрос времени.

— Хорошо, продолжайте в том же духе, — отворачиваюсь к окну, где уже образовались глухие пробки.

— Но есть один момент, — Ларионов вдруг запинается. Странно, обычно он не церемонится. — Квартира 1005. Помните Волкову? Ту девушку, что заселилась пару недель назад?

Волкова Арина. Имя врезается в память, но я сразу подавляю мимолетное желание. Включаю режим управляющего. Она просто жилец.

— Волкова, что с ней? — спрашиваю ровным, холодным тоном.

— Только что видел ее в зале, она на работу уходила. Знаете, она какая-то не такая. Уже пару дней.

«Не такая»? Арина? Невозможно. Она всегда как лучик солнца, вечно на позитиве. Наверное, это просто утро понедельника. У всех бывает.

— Что ты имеешь в виду, Ларионов? — стараюсь сохранить профессиональный тон.

— Трудно объяснить. Будто из нее душа ушла. Обычно она всегда улыбается, здоровается бодро. А сегодня... рассеянная, тихая. Поздоровалась, но взгляд потухший. Сказала что-то про «проблемы в интернете». Сидела, как на иголках.

Какие еще дела в интернете? На иголках она... Арина? Да не вяжется это с ней. Она же будто из солнечного света сделана, вечно на позитиве.

— Проблемы в интернете? — переспрашиваю я с легким раздражением. — Личная жизнь жильцов нас не касается, Борис. Зачем вы мне это говорите? Какое дело то Пока это не угрожает безопасности здания, меня это не волнует.

— Конечно, Артем, безопасность превыше всего. Я просто хотел напомнить. Вы ведь сами говорили: лучше знать все, чем ничего.

— Ясно. Что еще по дому? — меняю тему.

Ларионов докладывает о графиках техобслуживания, осмотре крыши и давлении в котлах. Это скучно, но приятно. Скука — признак того, что всё под контролем. Я внимательно слушаю, раздаю указания и кладу трубку.

Но слова Ларионова не дают мне покоя. Арина явно чем-то встревожена. «Проблемы в интернете», — говорит она.

Что за ерунда?

В офисе дела навалились, как снежный ком. Совещания, переговоры, отчеты — рутина поглотила меня целиком. Работа, контроль, четкая структура — никаких лишних мыслей, эмоций.

Но одна мысль не давала покоя. Арина. Фразы Ларионова вертелись в голове, мешая сосредоточиться. «Потухший взгляд», «на иголках» — он все-таки заставил меня задуматься.

Почему я про нее думаю?

Когда я возвращаюсь в «Речные Сады», ноги сами несут меня к посту охраны. Вместо того чтобы просматривать еженедельные отчеты вместе с Мизоевым, начальником службы безопасности, я не могу оторвать взгляд от мониторов в диспетчерской, на которых транслируется зал. Это глупо. Арины там точно нет. Она работает в центре, в маркетинге. Не важно, но я продолжаю смотреть на экран.

— Артем, всё нормально? — голос Мизоева вырывает меня из ступора. Он умный парень, видит всё. Иногда даже слишком много.

— Отчёты, Алексей, — отвечаю я деловым тоном. — Давай по пунктам.

Мизоев зачитывает документы за ночь: сработки датчиков на дверях, проверка периметра... Всё под контролем, но мои глаза снова устремляются к монитору. Пусто. Серый мрамор, дорогие деревянные панели, безжизненный декор. Красиво, но бездушно. В отличие от… неё. Нет, хватит. Соберись.

— Были какие-то инциденты с жильцами за последние дни? — вопрос вырывается сам собой. Непрофессионально и глупо, но я всё же спросил.

Алексей на мгновение замер, взглянув на планшет. Он профессионал, лишних вопросов не задает.

— Ничего серьезного, протечка в 212-й, завтра исправят. И еще... одна жительница с десятого этажа интересовалась мерами безопасности на прошлой неделе и сегодня утром.

Десятый этаж. Ее этаж. Почему она спрашивает об этом?

— Меры безопасности? — я постарался скрыть волнение. — Кто именно?

— Волкова из 1005-й. Интересовалась камерами в зале, надежностью замков и освещением на лестницах. Вопросы обычные. Ушла довольная ответами. Официальных заявок не подавала, но сегодня снова приходила с теми же вопросами.

Ей тревожно... Ларионов и Мизоев говорят одно и то же. Совпадение? Арина Волкова донимает не только меня, но и мой персонал. Она выбивает меня из колеи. Это абсурд, но факт остается фактом.

— Трансляция из зала, Алексей. Увеличьте четвертый сектор, — сказал я, хотя и понимал, что это глупо. Но мне нужно было увидеть это своими глазами. Для контроля.

Мизоев нажал пару кнопок на планшете, и картинка на главном экране изменилась: четвертый сектор, входная группа, машины, редкие прохожие.

Алексей закончил доклад о модернизации системы. Я кивнул, почти не слушая его, — мой взгляд был прикован к монитору.

— Хорошо, Мизоев, можете идти, — коротко кивнул я и вышел.

Мне нужно было побыть одному, погасить эту... вспышку внутри. Это не беспокойство, точно. Просто раздражение, обычные капризы жильцов, не более.

Я возвращаюсь в пентхаус, когда Москва начинает зажигать вечерние огни. Сумерки в городе наступают внезапно: только что было серо, и вот уже все заливает густая чернота. Стою у панорамного окна, смотрю на светящийся мегаполис внизу. Огромный, холодный, равнодушный к моей судьбе. Просто бетон, стекло и сталь. Моя империя, которую я строил годами, но сейчас кажется бессмысленной.

Взгляд опускается на десятый этаж. Квартира Волковой. Отсюда я не вижу ни ее окон, ни ее саму, но мне и не нужно. Просто смотрю. Вглядываюсь в пустоту, ищу ответы на вопросы, которые даже не должен себе задавать.

«Проблемы в интернете», — сказал Ларионов. «На взводе», — добавил Мизоев. Арина спрашивает про усиленную безопасность, интересуется камерами и замками. Ерунда какая-то. Возможно, она просто набивает себе цену или привлекает внимание. На пустом месте раздувает из мухи слона.

Волкова — королева драмы, которой стало скучно. Но что-то внутри меня твердит обратное. Ларионов — старый лис, он чувствует искренний страх. И Мизоев... он не скажет лишнего без уверенности. Совпадение? Или за этим «интернетом» скрывается что-то опасное?

Я уловил знакомый запах — морской воды. Соленый, пронзительный... Откуда здесь? В центре Москвы, на сороковом этаже закрытого дома? Дыхание перехватило. В висках заломило, будто вернулось фантомное воспоминание.

Дана.

В ту же секунду нахлынули образы, которые я пытался похоронить. Беспомощность, парализующий страх, ощущение, что все летит в бездну, а я ничего не могу сделать. Нет, надо заглушить. Сейчас же. Контроль — это все, что у меня есть. Я не позволю прошлому вырваться наружу. Никогда.

Этот запах...запах моря. Я чувствовал его больше пяти лет назад, в тот самый день. Почему он вернулся? Он висел в воздухе, горький, настойчивый. Морская вода и что-то еще. Что-то, от чего сводило зубы. Вина? Нет. Невозможно. Я все сделал правильно. Я выжил.

«Не такая яркая», — всплыли слова Ларионова. Арина-Солнышко начала угасать? Невозможно представить, но от этой мысли стало не по себе. Если кто-то решил покуситься на этот свет...

Я снова почувствовал запах моря. Почему сейчас? Почему это связано с Даной?

Стиснул челюсти так, что зубы заскрипели. Капризы арендаторши разрушили мой идеальный день. Это бесило меня, выбивало из колеи, но взгляд оставался прикованным к территории дома внизу. Я был насторожен, хмурился и злился.

Какое отношение все это имело к Дане? Они не имели ничего общего. Но внутри росло странное чувство. Глухое и тревожное, которому я не мог дать имя. Признать его означало признать, что теряю контроль. Этого я допустить не мог.

Глава 10

Арина

Утро понедельника. Натягиваю дежурную улыбку, провожу пропуском через турникет офиса «Кванта» и стараюсь казаться спокойной. Но теперь я постоянно боюсь и получаю странные сообщения от анонимного преследователя. К счастью, мой обычно угрюмый Артем, который раньше смотрел на меня так, будто я виновата во всех бедах, исчез. Хоть одна проблема меньше.

В офисе, как обычно: гудит кондиционер, пахнет дешевым кофе из автомата, слышится стук клавиш. Но сегодня всё иначе: каждый шорох за спиной вызывает тревогу, каждый взгляд коллеги кажется подозрительным. Паранойя медленно захватыв

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.