Когда вернулись бумеранги

Глава 1

Как же он так лопухнулся, оставил дома оригиналы договоров? Кристина в последний момент попросила закинуть Мишу в садик, он заторопился, вот и не вспомнил про них. Спохватился уже в офисе, когда поставщик прислал за документами курьера, а те у него дома.

Никак не получается толком включиться в работу. Голова все еще в отпуске, хотя они вернулись уже два дня назад, вчера даже съездил в офис. Слишком впечатляющими были эти полторы недели в шикарном пятизвездочном отеле.

Ласковое море, песчаный пляж, интересные экскурсии. Они с Кристиной частенько оставляли Мишу с отельными бебиситтер, чтобы побыть вдвоем, понежиться в бассейне, похожем на огромное джакузи, посидеть в кафешках на побережье, да и просто погулять ночью, любуясь звездами и слушая шум волн.

Федору показалось, что лица коснулся теплый, соленый ветер. Перед глазами промелькнула бегущая по мелководью, смеющаяся Кристина, вся в окружении сверкающих на солнце брызг, внезапно почувствовал вкус ее поцелуев на губах, прикосновение нежных рук.

Помотал головой. Стоп, стоп, стоп. Все, откладывает мечты о жене до вечера. Сегодня столько всего нужно сделать! Еще и договоры дома забыл, а поставщик ждет, не начинает работать.

С этим контрактом вообще получилась не очень красивая история, которая тянется уже почти полгода.

Вначале он все никак не мог решиться заменить холодильное оборудование в нескольких магазинах. И старые холодильники нормально работают, да и выглядят не такими уж древними. Потом долго согласовывали с поставщиком номенклатуру и условия. В итоге в окончательном варианте учли практически все его требования, но из-за отпуска подписание задержалось на две недели, а теперь он не возвращает оригиналы. Было бы правильно сделать шаг навстречу, и сегодня все-таки отдать документы.

Эти договоры вообще случайно оказались у него дома. За время его отсутствия накопилось столько всего срочного, требующего согласования, что вчера до них не дошли руки. Он, конечно, доверяет своим юристам, но подписать документы по контракту, не убедившись, что учли все его правки, посчитал неправильным. Слишком уж большая сумма сделки. Вот и пришлось забирать их с собой и вечером все перепроверять.

А так он уже давно не задает сам себе домашние задания. Это пятнадцать лет назад, когда только начинал бизнес, было в порядке вещей работать практически круглосуточно, без выходных и праздников. Теперь же, когда сеть его магазинов крепко стоит на ногах, он может себе позволить и в отпуск слетать, и вечера проводить с женой и сыном.

Набрал Кристину. Хотел попросить ее привезти документы, но та не подняла трубку. Чем-то занята. Скорее всего у косметолога или на массаже. Она у него красавица, любит все эти женские штучки. Вот только не понятно, когда освободится, может, и через несколько часов.

Махнул рукой и решил сам съездить за договорами домой. Минут за сорок пять обернется туда – обратно. А курьера пришлось отпустить. Извинились перед ним, сказали, что сегодня сами все привезут и сделают первый платеж, чтобы поставщик мог работать дальше.

Федор спустился во двор, завел машину, включил радиостанцию с любимым роком.

Мельком бросил взгляд на свой новый офис, который построил несколько лет назад почти в самом центре города. Наконец-то все службы сидят вместе, а не разбросаны по всему городу в подсобных помещениях магазинов.

Он сам продумывал каждый метр планировки, очень долго согласовывал архитектурный проект. Получилось красивое здание, трехэтажное, современное, с большими окнами, высокими потолками. На первом этаже разместил супермаркет. Себе оборудовал кабинет на третьем, с просторной приемной и переговорной.

Да, по меркам их города, он – крупный бизнесмен, пользуется уважением у местных властей. Большинство продуктов питания продается через его магазины. Такой вот монополист районного масштаба. Правда, в последнее время его сильно поджимают крупные торговые сети, приходящие к ним в город, открывающие магазины и переманивающие покупателей. Ну да ладно, с этим он как-нибудь разберется.

Еще раз набрал Кристину. Не отвечает. Куда она подевалась?

Хотя, какая разница, все равно уже поехал.

Вроде и август, но город еще зеленый, по-летнему нарядный. Зацепился взглядом за пестрые цветочные клумбы вдоль дороги в виде шаров на подставках, установку которых профинансировала его компания.

Усмехнулся, поймав себя на мысли, что он так по-детски гордится своим вкладом в красоту родного города. Да и вообще гордится своими магазинами, своим бизнесом.

Добавил скорость и полетел по широкой улице.

Федор часто сравнивал свою черную тойоту с лошадью, сильной, гордой, стремительной. Вот и сейчас показалось, что машина, как настоящий конь, застоялась за время его отпуска, и это именно машине хочется промчаться с ветерком. Только в городе особо не разгонишься. Так, первым со светофора стартануть, вот и все, что он себе позволяет.

Задумался, что машину можно было бы поменять на новую, точно такую же, только другую. Сколько он на ней ездит? Купил, когда Кристина была беременной. Значит, машине почти шесть лет.

Тогда много чего произошло в жизни.

Он познакомился со второй женой совершенно случайно. Заехал к маме в школу, она работает учительницей, что-то ей привез, уже даже и не вспомнит, и у нее в кабинете столкнулся с Кристиной.

Высокая, даже выше его, стройная, голубоглазая, с длинными светлыми волосами до талии, в узкой, провокационной юбке и блузке, с трудом сходящейся на роскошной груди. До сих пор помнит свое смятение. Девушка с экрана телевизора или обложки журнала, так запросто стоит рядом с мамой, что-то с ней обсуждает.

Оказалось, что это коллега мамы, новая учительница русского языка и литературы, которая после института приехала работать к ним в школу. И ему снесло от нее голову.

Девушка тогда вышла из кабинета вместе с ним. Он попросил у нее номер телефона. Она, улыбаясь, продиктовала. И завертелось. Ушел от Люды, женился на Кристине, купил ей квартиру, в которой они сейчас живут, поменял себе машину. Потом Миша родился.

Так, пока вспомнил про Люду, наберет ее, узнает, как там Антон, его старший сын. Тот в этом году закончил школу и поступал в университет. На специальность, которую он выбрал, для бюджета не хватает баллов, а брать у отца деньги для платного отделения сын отказывается.

Антон так и не простил его, что он ушел от Люды. Ему тогда было одиннадцать лет, все уже понимал, вот и не смирился с разводом родителей. Так что они с сыном за все эти годы даже ни разу не разговаривали.

Люда сразу подняла трубку:

– Привет, Федор. Я как раз собиралась тебе звонить.

– Привет, – быстро поздоровался он и сразу перешел к тому, что его беспокоило. – Как Антон? Прошел на бюджет?

– Нет, не хватило два балла.

Федор прямо ощутил, как Люда грустно покачала головой, с трудом сдерживая слезы, хотя он не видел в сложившейся ситуации ничего критичного. Но для первой жены дети – главное в жизни, она полностью растворилась в них, несмотря на то, что они уже взрослые, Антон закончил школу, поступает, да и Даша тоже не малышка, тринадцать лет.

Ладно. Люду не переделаешь. Зато к разводу отнеслась вполне спокойно, да и сейчас они нормально общаются. Он как обеспечивал ее и детей, так и продолжает обеспечивать. Она как не работала, так и после развода не попыталась заняться чем-то, кроме дома. Денег хватает, и она прекрасно знает, что он никогда и ни в чем не будет ограничивать мать своих детей.

– Что он планирует делать? – вернулся Федор к разговору о сыне.

– Оказывается, Антон подал документы еще в один университет, на похожую специальность, – немного успокоившись, ответила Люда. – Так вот, туда он прошел на бюджет, но ему там не нравится. Сегодня должен определиться, или остаться на платном, там, где хочет учиться, или идти туда, куда не хочет.

Федор усмехнулся:

– То есть, говоря простыми словами, надо принять решение, или уронить корону с головы и взять у отца, с которым не разговаривает почти шесть лет, деньги на учебу, или учиться в какой-то шараге.

– Ну зачем ты так жестко? – укорила его бывшая жена.

– Зато ты всегда мягко, – парировал он.

Люда вздохнула, а потом спросила:

– Как ты думаешь, что для него будет лучше?

– Хорошее образование в любом случае лучше, чем плохое или вообще без образования, – задумался Федор. – Хотя я уверен, что наш сын не пропадет в жизни.

– Что мне делать? – опять почувствовал он слезы в ее голосе. – Уговаривать его взять деньги на учебу?

Федор подумал, что даже немного гордится, что у него такой принципиальный и непримиримый сын. Это же какой характер надо иметь, чтобы осудить отца за уход от матери и не общаться с ним столько лет. Сильный мужик растет. Весь в него. И если сын с ним не разговаривает, он ведь не перестает быть его ребенком.

– Думаю, да, уговаривай, – согласился он с Людой. – Ты же понимаешь, что плата за учебу – это мизер. Может, на это и напирай. Он же ест хлеб, который ты покупаешь на деньги, которые я тебе даю, и одежду носит, и ноутбук с телефоном у него самых последних моделей. Только как-то нежно с ним поговори, чтобы он совсем из дома не ушел, не посчитал, что его попрекают куском хлеба. Он у нас гордый.

– Постараюсь, – ответила та.

А он наконец-то почувствовал улыбку в ее голосе.

– Держи меня в курсе, – попросил он Люду и положил трубку.

За разговором подъехал к дому, запарковался, вошел в подъезд. Увидев, что лифт наверху, не захотел ждать, пока тот спустится, поднялся на четвертый этаж пешком.

Мелькнула мысль, раз Кристина не отвечает на звонки, значит ее нет дома. Открыл дверь своим ключом, шагнул в квартиру и споткнулся о незнакомые, большущие, светлые кроссовки, стоящие посреди дороги.

Интересно, откуда они здесь взялись? Сдвинул их ногой с прохода, разулся сам. Ладно, заберет документы и поедет обратно в офис, а про кроссовки спросит у жены вечером.

В квартире тихо. Значит, Кристины точно нет дома. Обычно у нее включен телевизор или напевает радио.

Он точно помнил, что договоры остались в спальне, на тумбочке возле кровати. Он просматривал их вчера вечером перед сном прямо в постели, а утром о них забыл. Значит, там и лежат.

Дверь в спальню оказалась прикрыта. Опять мимоходом удивился. Спит Кристина, что ли?

Распахнув дверь, столкнулся взглядом с испуганными глазами жены, которая сидела на кровати, прикрывшись одеялом.

– А ты чего приехал домой? – растерянно спросила она.

– За договорами, – машинально ответил Федор.

Мозг постепенно рисовал всю картину целиком.

В комнате полумрак из-за прикрытых штор, разобрана постель. На ней лежит незнакомый парень, стараясь удержать край одеяла и хоть немного прикрыться. Кристина пытается дотянуться до халата на стуле, сверкая голой попой.

А, вот и папка с договорами на тумбочке. В какой-то прострации забрал ее и вышел, опустив глаза.

Как в глупом фильме. Муж застал жену с любовником в своей спальне.

Бред какой-то. Может, ему показалось? Вернуться, проверить, правильно ли он все понял?

Голая жена с голым парнем в кровати. Что тут можно неправильно понять?

Услышал, как Кристина бежит за ним, что-то говорит, пытается его удержать.

Осознал, что не понимает ее. Слова сливаются в какой-то навязчивый шум, не доходят до сознания. В голове что-то застучало набатом, руки непроизвольно сжались в кулаки.

Не нагибаясь, сунул ноги в туфли. Придерживая папку с договорами локтем, открыл дверь, бросив напоследок Кристине сквозь зубы: «Не хочу тебя видеть».

Сбежал по лестнице, сел в машину, кинул договоры на соседнее кресло, тронулся с места.

Это какой-то дурной сон. Что там обычно делают, чтобы проснуться? Вроде надо попробовать сделать себе больно. Ущипнул запястье. Не помогло.

Зачем он вернулся за этими бумажками? Отдали бы поставщику завтра. Так ему хотелось побыстрее запустить сделку.

Сделать вид, что ничего не было? Он не видел, как жена ему изменяет?

Покачал головой. Нет, развидеть это не получится.

Откуда взялся этот парень? Он его точно никогда не видел, зрительная память у него хорошая.

Накатило осознание, что несколько минут назад закончилась такая радостная, комфортная и счастливая жизнь. Ему было так хорошо в ней. Получается, Кристине было не так уж и хорошо, раз она спит с другим.

Глава 2

Так, а куда он едет?

Огляделся по сторонам. Оказалось, что подъезжает к дому родителей. Странно его подсознание выбрало, куда ехать. Ему вообще-то на работу нужно. Отдать эти проклятые договоры, которые во всем виноваты.

Задумался. Говорить или не говорить родителям о том, что произошло?

Совсем не хочется что-то придумывать, обманывать их, чтобы объяснить, почему он ушел от Кристины. Так что по любому получается, надо говорить правду.

Блин! Какой позор! Жена ему изменяет, как будто он какой-то неполноценный, не удовлетворяет ее, как мужчина. Даже слов не подберешь, чтобы описать ситуацию нормальным языком, без матов.

Мама огорчится. Она и так расстраивалась, что оказалась косвенно виноватой в том, что они с Кристиной познакомились. Если бы не попросила его заехать к ней в школу, они бы не встретились, ему бы не снесло голову, он бы не ушел от Люды и так далее.

Федор покосился на папку с договорами, лежащую на соседнем сиденье. Казалось таким важным запустить сделку именно сегодня. Сейчас даже не понимает, почему. Зачем менять холодильники? Столько денег, по сути, выбрасывает на ветер, для поддержания имиджа.

Или все-таки поехать на работу, отдать договоры?

Стоп. Сегодня точно ничего делать не будет. Завтра еще раз спокойно подумает.

Плохо, что подводит поставщика. Тот столько времени угрохал на этот контракт. Хотя, с другой стороны, никаких материальных издержек не понес, заранее предупредив, что без оригиналов договоров и предоплаты ничего делать не будет.

Поймал себя на том, что ушел мыслями в работу, вместо того чтобы думать о жизни. Ну да, разбираться с бизнесом проще, чем решать, как жить дальше.

Внезапно его как будто ледяной водой окатило.

А если Кристина заберет Мишу и не даст им видеться? Или будет использовать ребенка в манипуляциях и шантаже?

Надо самому съездить за сыном, прямо сейчас.

Развернул машину прямо через две сплошные и рванул к садику.

Почувствовал, что в висках опять что-то бухает. А если он не успеет, приедет, а Кристина уже забрала ребенка?

Сам себя уговаривал, что с момента, как он вышел из квартиры, прошло не больше десяти минут. Еще за пять он доедет до сада. Маловероятно, что Кристина бросила парня, оделась и побежала за Мишей.

Даже если и так, он поедет к ней и заберет сына обратно. В любом случае не отдаст ей, даже если придется судиться. Они официально женаты. Миша и его ребенок тоже. Или нет? После увиденного в спальне, он уже ни в чем не уверен.

Зайдя во двор садика, с облегчением увидел салатовую кепку сына на горке. Постарался успокоиться. Неторопливо подошел к воспитательнице со словами, что сегодня заберет сына пораньше, она позвала Мишу.

Тот подбежал, доверчиво вложил свою руку в его ладонь:

– Папа! Зачем ты приехал?

– Решил забрать тебя пораньше.

– А почему ты забираешь меня до сна?

Федор растерялся, не придумал заранее, что сказать. Но, заметив любопытный взгляд воспитательницы, спокойно ответил:

– Сейчас поедем к бабушке с дедушкой. Им нужна наша помощь.

– Хорошо, – согласился сын.

Федор посмотрел на ребенка как будто со стороны. Светленький, длинноногий, больше похож на Кристину, ее брата, их отца. А вдруг он действительно не его сын?

Кристина забеременела, когда они еще только встречались, не жили вместе. Хотя, учитывая сегодняшнюю ситуацию, ни женитьба, ни жизнь вместе совершенно не спасают от измен.

Разозлился на себя. Дурные мысли лезут в голову.

Миша на него самого тоже похож. Он тоже худощавый, глаза серые, такие же, как у сына, у Кристины голубые, и выражение лица, если сын сердится или на чем-то настаивает, тоже его.

Вспомнил, что мама находила какие-то его детские фотографии, на которых Миша просто его копия. Да и с Антоном они похожи, а Антон точно его сын, в Люде он никогда не сомневался.

А еще у них одинаковые характеры. Как говорит мама, и он, и его сыновья одинаково упертые, если втемяшат что-то в голову, невозможно переубедить.

Дошли до машины, усадил Мишу в детское кресло, пристегнул, уселся сам.

Сгорбился, устало потер лицо руками. Ощущение, что кто-то положил на плечи огромную бетонную плиту. Не понятно, что делать дальше.

На работу не поедет. Только надо предупредить кого-нибудь, по крайней мере юристов. Те ждут его с договорами. Или не предупреждать. Ну, ждут. Подождут. Он хозяин. Что хочет, то и делает, и не должен ни перед кем отчитываться.

Да и вообще, зачем менять эти дурацкие холодильники, и старые еще вполне нормальные. Хорошо, что договор не успели запустить в работу.

Перед поставщиком неудобно получилось. Ну да ничего. Тот посредник. Сам еще ничего не закупал, предоплату не вносил. А то, что его люди потратили время на поиск необходимого оборудования, ничего страшного. Правда, отношения наверняка испортятся.

Ладно, подумает об этом завтра, как любимая героиня мамы, Скарлетт О’Хара, из романа «Унесенные ветром». Фраза считается женской, а ведь он именно так сейчас и чувствует.

Пока совершенно не готов воспринимать информацию, принимать решения, думать, как жить дальше. Надо сделать паузу. Мишу из садика он забрал, ребенок с ним, это самое главное, а со всем остальным разберется.

Так, стоп. А как он завтра оставит ребенка в саду? Нужно будет какое-то заявление написать, чтобы Кристине его не отдавали? А разве можно не отдать матери сына? Скорее всего, нет. Только по решению суда.

Вздохнул. В любом случае надо будет как-то с ней договариваться. Но не сегодня. Все завтра.

– Папа, почему мы стоим, никуда не едем? – раздался с заднего сиденья нетерпеливый голос Миши.

– Сейчас, сынок, – обернулся к нему Федор. – Пару минут, и поедем.

Если бы он еще знал, куда ехать?

Своего жилья у него нет.

Точнее, старая квартира оформлена на него, вот только он оставил ее Люде. Она живет в ней с детьми. Не возвращаться же ему туда?

Хотя Люда, с ее покладистым характером, скорее всего согласилась бы, чтобы он вернулся. Но всем вместе там жить он не хочет, да и неправильно это.

Квартиру, в которой они жили с Кристиной, он оформил на нее. Когда она сказала, что беременна от него, он еще не был уверен, что уйдет от Люды. Поэтому купил Кристине квартиру, а потом сам пришел в нее жить. Сейчас при мысли, что придется спать в кровати, на которой жена ему изменяла, начинает тошнить. Так что он больше туда не вернется.

Снять жилье или поселиться с ребенком в отеле? Так у них в городе ничего приличного не снимешь, это же не столица.

Придется все-таки ехать к родителям, как и повело его подсознание. Мама должна быть дома.

Это было бы очень смешно, если бы не было так грустно. В сорок лет с ребенком за руку вернуться жить к маме и папе. Почувствовал себя маленьким мальчиком, который бежит к родителям, когда его обидели. А больше ни к кому и не пойдешь, тем более с Мишей.

Надо послать маме сообщение, чтобы она была в курсе ситуации, не пришлось при ребенке все ей объяснять.

Если просто написать «Кристина мне изменяет», мама не поверит, начнет доказывать, что он ошибается. Так что напишет, как есть, чтобы у нее не возникло никаких сомнений, что он что-то неправильно понял или ему насплетничали.

«Мама, Кристина мне изменяет. Неожиданно вернулся домой и увидел своими глазами. Забрал Мишу из садика, еду к вам. При ребенке обсуждать не будем».

Телефон мгновенно дзынькнул ответом: «Как ты? Как Миша? Скоро будете?»

Мама у него, конечно, молодец. Все четко и по делу. Не стала слезы лить, сопли вытирать. Переживает о нем, да о ребенке.

Честно ей ответил: «Я – плохо. Миша ничего не знает. Сказал ему, что вам нужна помощь, поэтому забрал его пораньше. Отъезжаем от сада, скоро будем».

Пришло ответное сообщение: «Жду вас».

Мягко тронул машину с места, осторожно вырулил со стоянки.

Час назад, когда выезжал с работы, хотелось скорости, первым стартовал со светофора, подпевал любимой рок-группе, чувствовал себя сильным и уверенным. Сейчас же ощущает себя настолько опустошенным и потерянным, что хочется просто потихоньку доехать до мамы. А еще плакать. Правда, плакать он не умеет.

Глава 3

Запарковавшись во дворе и отстегнув ребенка, поднял глаза к окнам родительской квартиры на втором этаже. Так и знал. Мама смотрит, как они подъехали. Показал Мише бабушку в окне, помахали ей вместе с ним.

Давно не был у родителей, совсем их забросил, стараясь все свободное время проводить с Кристиной и сыном.

Хотя, честно говоря, это не только его вина. Мама не особо приняла его вторую жену, считая ее разлучницей и разрушительницей семьи. По-прежнему дружила с Людой, много общалась с Антоном и Дашей. Даже на празднование дней рождения, своего и отца, приглашала его с Кристиной и Мишей и Люду с детьми в разные дни.

Ладно. Об отношениях с родителями он тоже подумает завтра или еще когда-нибудь.

Пока поднялись, мама уже открыла дверь и встречала их на пороге, с тревогой глядя на Федора.

– Бабушка, а какая тебе нужна помощь? – сразу же уточнил у нее Миша, проходя в квартиру.

Та растерялась, а потом уверенно ответила:

– Я собралась испечь шарлотку. Поможете мне резать яблоки?

– Конечно, поможем, – согласился ребенок.

– А вообще, вы же были в отпуске, я давно вас не видела и очень соскучилась, – присела она перед внуком, обнимая его. – Поэтому и попросила приехать. Мойте руки и проходите на кухню. Вначале пообедаем. На обед суп и омлет, больше ничего не успела приготовить. Потом займемся пирогом, а когда поставлю его в духовку, уложим тебя спать.

– Я морковку из супа не буду, – сразу взялся договариваться Миша.

– Хорошо, – кивнула бабушка. – Я никогда никого не заставляю.

Федор прошел на кухню, оставив маму разбираться с Мишей, устало присел за стол. Реально ощущает бетонную плиту на плечах, которая словно пригибает его к земле.

Кажется, что с момента, как он вышел из офиса и поехал домой за документами, прошло несколько дней или месяцев, так давно это было. Глянул на часы. На самом деле чуть больше часа.

Проверил телефон. Звонков нет.

Понятно, что на работе его еще не хватились, ожидают, что он скоро подъедет.

А вот почему Кристина не пытается с ним связаться? Ждет, что он сам ей позвонит или вернется домой? Тоже не знает, что делать и как жить дальше?

Надо все-таки предупредить юристов, чтобы не ждали договоры. Коротко позвонил им, попросил передать всем, что его сегодня уже не будет, и отключил телефон. Не хочет сегодня ни с кем разговаривать.

Мысли упорно возвращались к увиденному в спальне.

Что за парень был с Кристиной? Никогда его не видел. Скорее всего, кто-то из ее прошлой жизни. Интересно, как давно она с ним спит в их семейной постели?

Стоп. Надо как-то перестать думать. Он оказался совершенно не готов к такому крутому повороту в своей жизни. Слишком сильным оказался удар.

Может, напиться, чтобы голова отключилась? Тогда надо оставлять здесь Мишу и уходить, потому что мама напиться не даст.

А куда он пойдет? Идти некуда. Друзей, которым можно было бы обо всем откровенно рассказать, у него нет.

Напиваться в одиночку в ресторане, показывать свою слабость – точно не выход, слишком многие его знают. Ему еще здесь жить и вести бизнес. А репутация в бизнесе значит все.

Вообще, на публике надо постараться проявлять поменьше эмоций. Расстались с Кристиной и расстались, по взаимному согласию, вот и все объяснение для народа. Когда он ушел от Люды, ему было абсолютно все равно, кто и что говорит, поэтому люди поговорили и забыли. Вот только сейчас ему совсем не все равно, по крайней мере сегодня.

Мама разлила по тарелкам суп, разложила омлет.

Он все съел, не замечая вкуса.

Миша что-то канючил, пытался торговаться с бабушкой по количеству супа. Он не вмешивался, гоняя в голове мысли.

Мама все тревожно на него поглядывала, а потом обняла, на секунду прижав к себе, и прошептала, чтобы Миша не услышал: «Держись, сынок. Я понимаю, как тебе больно».

Да, она всегда его понимала и поддерживала, ну, кроме ухода от Люды, считая, что он сделал ошибку, уйдя от первой жены. Потом, правда, скрепя сердце, все-таки приняла Кристину, видя, что ему хорошо с ней, родился Миша, он был счастлив.