Хроники Земли Простой

Контрглава,

в которой властитель Эрнст катится по наклонной всё быстрее

Неспешным шагом истинного владыки Эрнст вошёл в зал и, не отвечая на почтительные поклоны представителей генералитета, прошёл к трону. По сторонам властитель не смотрел, поскольку, с его точки зрения, смотреть было не на что. Всё здесь ему было знакомо до запредела, весь этот высокий зал, где всё, что только можно, было окрашено в белый цвет.

Светлейший поднялся на возвышение, сел на трон, принял величественную позу и оглядел господ кавалеров. Господа кавалеры стояли двумя белыми шпалерами, все как один одетые в белые мундиры, предписанные Эрнст-уставом. Среди них серым пятном выделялся Кларик. На лицах кавалеров отчётливо читалось почтительное изумление, ибо вопреки традиции властитель Эрнст, Всем подданным Свет Несущий, был одет во всё чёрное. Даже бриллианты в короне были заменены на морион, да и сама корона была какая-то новая: очень было похоже на то, что она была исполнена из чернёного железа.

Властитель откашлялся. Все замерли, чувствуя значительность момента.

– Господа кавалеры! – выкрикнул властитель Эрнст. Все вздрогнули. – Пришёл час, которого вы так долго ждали! Меч, который долго не вынимали из ножен, ржавеет! Конь, которого долго не выезжали, слабеет! Солдат, который долго не воевал, тупеет! Вы же, о мои верные солдаты, не воевали так долго, что пришла пора стереть смазку, расправить знамёна, начистить доспех, заточить меч, шагнуть вперёд, одним словом, час пробил!

И властитель Эрнст судорожно вдохнул воздух, в ораторском раже не замечая, что фраза относительно долго не воевавших солдат прозвучала весьма двусмысленно.

– Корпус Бухольца готов исполнить свой долг! – воспользовавшись паузой, выкрикнул кавалер Бухольц и подпрыгнув упал на правое колено.

– Корпус Колитца готов исполнить свой долг!

– Корпус Нимитца готов исполнить свой долг!

– Корпус Пикольца готов исполнить свой долг!

– Орлы Зейдлица готовы исполнить свой долг!

– Интендантский корпус готов исполнить свой долг!

– Почтовый корпус готов!

– Инженерная когорта всегда готова!

Кавалеры голосили на разные голоса, подпрыгивали и падали на правое колено.

– Позволит ли Светлейший задать один вопрос? – кавалер Бухольц, всё так же стоя на правом колене, из почтительного полупоклона смотрел на властителя.

– Ой, да ради бога! – воскликнул властитель Эрнст. – Командиру моего корпуса можно всё! – тут властитель ненадолго задумался и неуверенно добавил: – Ну или почти всё. В общем, многое, – подытожил властитель Эрнст.

– Корпус Бухольца готов исполнить свой долг, но говоря откровенно, ничего не понимаю, – с солдатской прямотой заявил, балансируя на правом колене, командир лучшего корпуса Дакаска кавалер Бухольц. – А как же Дол-редут? Неужели Светлейший нашёл способ взять эту крепость? Там, будь у нас даже многократное превосходство, прорваться сложновато, а ведь есть ещё и маги Вентаны, которые прям-таки жаждут испробовать свои заклинания в боевых условиях.

Все кавалеры выразили живейший интерес к поднятой Бухольцем проблеме, потому как каждый из них прекрасно понимал, что как ни крути, а чьёму-то корпусу штурмовать этот самый Дол-редут придётся. Кавалер Колитц в силу своей природной осторожности огляделся, дабы убедится, что он не один выражает столь меркантильный интерес, и увидел довольно улыбающегося Кларика. «Ах, – поражённо подумал Колитц. – Да неужто!»

– Господа генералы, – с улыбкой торжества на лице заявил властитель Эрнст, – о проблеме Дол-редута можете не беспокоиться. Мы нашли способ эту проблему обойти.

– Что он сказал? – пронзительным надтреснутым тенорком вопросил командир Почтового корпуса Эрнст-почтальон кавалер Зигитц.

Все снисходительно заулыбались.

– В обход пойдём, – гулким басом пояснил кавалер Нимитц, стоявший на колене с правого фланга. Где-то в тайном углу зала в тон его голосу зазвенела какая-то стекляшка. Улыбки стали шире.

– Господа генералы и кавалеры, – сказал властитель Эрнст, с трудом делая суровое лицо. – Идите, и пусть каждый исполнит свой долг! А пока… – властитель Эрнст критическим взором оглядел свой трон. – Приказываю выкрасить мой трон в чёрный цвет!

Для того чтобы понять, что имел ввиду Колитц, мы предлагаем читателю перенестись на несколько дней назад во времени и местоположении, в ставку магистра Ордена Надёжных Макинтошей. Но поскольку делать так, чтобы читатель томился в неведении, долг каждого уважающего себя автора, к коим себя составители хроник (пусть и слегка самонадеянно) причисляют, мы оставим это дело до следующей контрглавы.

Контрглава,

в которой речь пойдёт о некоей встрече – из тех, что решают судьбы мира

Чтобы читатель не слишком долго томился в неведении, составители хроник ставят эту контрглаву сразу за предыдущей. Составители ценят своего читателя и надеются, что читатель ответит им тем же.

Аудиенция должна была состояться в полевой ставке магистра Ордена Надёжных Макинтошей. Такое место для аудиенции магистр Ордена Эппиус Эппл выбрал неспроста. Примерно за полгода до описываемых событий магистр закончил читать третью книгу в своей жизни. На беду окружающих эта была книга «Как повысить продажи скобяных изделий и черепицы», и теперь магистру не терпелось применить полученные знания на практике, что выражалось в бесконечных торгово-рыночных акциях. В данный момент, например, полным ходом шла акция «Купи две арбалетные стрелы и третью получи в подарок». Суть акции рядовым членам Ордена, получавшим стрелы и прочее снаряжение на складах Ордена бесплатно, была неясна совершенно, но своего магистра они уважали, и поэтому каждый арбалетчик, не задавая лишних вопросов, купил по две стрелы, и, как и было обещано, получил в подарок третью стрелу, в точности такую, что и первые две, только поменьше.

Вот и теперь магистр решил не упускать случая и провести перед послами Дакаска демонстрацию мощи и стабильности путём демонстрации своей полевой ставки. Что тут сказать? Внимательно следите за тем, какие книги лежат у ваших родственников в туалете и других местах для чтения.

Кларик – в руке портфель, на лице невозмутимая мина – шёл с сэром Лионелем, советником магистра по внешним сношениям, и другими сопровождающими лицами, по полевой ставке Ордена, бесстрастно разглядывая ровные ряды палаток, слоняющихся по лагерю рыцарей и кнехтов, оружие, составленное в пирамиды и протчая. Среди маков то и дело попадались такие, что были вооружёны тремя мечами. Один меч у такого рыцаря болтался в ножнах слева, другой справа, третий, маленький – за спиной. Таковы были последствия проведённой месяц назад акции «Купи меч и получи второй бесплатно».

Наконец посол и другие сопровождающие лица вышли в центр ставки. Здесь, в центре не занятого палатками квадрата, стоял шатёр магистра, окруженный цепью пеших рыцарей.

– Пароль! – гаркнул из оцепления рыцарь с лейтенантскими шевронами.

– Скоба! – крикнул в ответ сэр Лионель.

– Черепица! Приветствую вас, сэр Лионель! – гаркнул лейтенант Ордена

– Приветствую вас, сэр Гарриэт! – отвечал сэр Лионель.

– Кто это с вами?

– Посол Дакаска, кавалер Кларик!

Сэр Гарриэт неторопливо вынул из-за пояса свёрнутую трубочкой бумагу, развернул оную неловкими пальцами бывалого рубаки и углубился в изучение содержимого. Было слышно, как он пыхтит и бормочет про себя: «Ага… так… так… ишь ты… а, вот оно».

– Проходите! – гаркнул, наконец, сэр Гарриэт, вдоволь наизучавшись своей бумаги, и посол с сэром Лионэлем и другими сопровождающими лицами прошествовал к шатру. Проходя мимо сэра Гарриэта, Кларик не отказал себе в удовольствии заглянуть в заветный список, который сэр Гарриэт по-прежнему держал перед собой. Список состоял из одной строки, и строка эта гласила: «Кавалер Кларик. Посол Дакаска».

– Заходите, – сказал сэр Лионель. – Мы вас тут подождём.

В шатре было душно. Посреди шатра, как и повелевала традиция, на табурете, исполненном в форме седла,*** сидел магистр Ордена Надёжных Макинтошей сэр Эппиус Эппл собственной персоной. (***Поразительно неудобное сиденье для работы, доложим мы вам. – Прим. сост. хроник). Подле него стоял сэр Исаак, первый советник.

– Моё почтение, магистр, – и Кларик склонился в почтительном поклоне.

– Моё почтение, кавалер Кларик, – сказал магистр. – Ну, зачем приехали?

– Мой государь, властитель Дакаска Эрнст, заверяет вас, уважаемый магистр, в своих миролюбивых намерениях.

Магистр еле заметно усмехнулся. За тканью шатра прыснул, не сдержавшись, сэр Лионель. Чуть поодаль заржали рыцари оцепления.

– Мы не хотим войны, – продолжал Кларик, нарочито не замечая всех этих усмешек, прысканий и хохотков. – Более того, мы питаем к Ордену самые тёплые чувства. И в доказательство этого я хочу передать вам для ознакомления некий документ.

При слове «документ» гримаса уныния наползла на лицо благородного Эппиуса Эппла. Кларик открыл портфель и вынул оттуда довольно объёмную стопу бумаг. Уныние на лице магистра переплавилось в безнадёжность.

– Это что? – унылым голосом спросил магистр. – Это всё читать?

– Можно только последний лист, – сказал Кларик. – И не обязательно самому.

Эппиус Эппл посмотрел на своего первого советника. Первый советник вздохнул и взял из рук Кларика всю стопку. Посмотрел на первый лист. Затем отделил последний и начал его читать. Уже через полминуты скучающая деловитость на его лице сменилось живейшим интересом.

– Вот как? – пробормотал он, продолжая читать.

– Что там? – заинтересовался Эппиус Эппл и протянул руку.

– Вам давали, вы не стали, – рассеянно пробормотал сэр Исаак, отводя руку магистра. – В конце концов, вы магистр…

– Да-да, – раздражённо сказал магистр, – первый среди равных, я помню.

И обиженно руку убрал. Сэр Исаак дочитал, сложил листы, аккуратно их подровнял.

– Это всего лишь слова, – сказал он, глядя Кларику прямо в глаза.

– Через три дня, в полдень, Эрнст-маг Кика проведет свой опыт повторно. На сей раз мы намерены провести сие действие на смежной территории, во владении вольного мага Зябки, – кавалер Кларик смотрел на сэра Эппиуса Эппла.

– Что за опыт? – слегка нервничая, дёрнул сэра Исаака за рукав Эппиус Эппл.

– Допустим, опыт пройдёт успешно, – сказал сэр Исаак, бессознательно выдёргивая рукав из цепких рук магистра. – И что дальше?

– Согласитесь, – Кларик продолжал смотреть на магистра, – это меняет всю расстановку сил в Возлеморье.

– Да что меняет-то?! – вскричал сэр Эппл.

– И у вас наконец появится возможность, – невозмутимо продолжал Кларик, – несколько иначе поговорить со своим заклятым союзником.

Слово «иначе» кавалер Кларик выделил особенно.

Читателю, возможно, будет небезынтересно узнать, как это Орден Надёжных Макинтошей вошёл в такие непростые отношения с кланом Вентаны. Когда-то, много поколений назад, Орден служил магам в качестве их боевого немагического крыла. Служил верно и преданно, но тогдашний магистр клана Тига Гулок был одержим идеей конкуренции. Все должны были соревноваться со всеми, и на этой почве он создал другой орден – меченосцев, задачей которого стала конкуренция имеющемуся Ордену Макинтошей на ниве оказания боевых немагических услуг*** клану Вентаны. (***Именно так и было написано в указе магистра Гулока. – Прим.сост.хроник). Поначалу всё было как по-писаному, молодой орден меченосцев рос и набирал сил, маки старались держать марку, но однажды произошло то, чего не должно было произойти: отряды двух орденов сошлись в ночной стычке, каждый убеждённый своим сюзереном в том, что бьётся с врагом.

Были потери.

Когда дело вскрылось, возмущённые маки устроили общий совет ордена. Три дня шли споры и препирательства, но в итоге орден Макинтошей всё-таки решил, что ему такой сюзерен никуда не упёрся, и отложились вместе со вверенными им землями на западе Возлеморья. Поговаривают, что всё это было тайно подстроено тогдашним руководством ордена меченосцев, косвенным чему доказательством может послужить то, что в течение последующего года почти треть высших командиров маков приняли присягу своих конкурентов, что, с учётом их опыта и связей, дало мощный толчок к развитию Ордена меченосцев и сильно обескровило Орден Макинтошей. Меченосцы стали единственным орденом, защищающим магов Вентаны, а маки, скрепя сердце заключив с Билгейтцем договор о союзничестве, затаили жестокую обиду на них обоих.

Так изначально неверная посылка приводит к разрушительным последствиям для государства и населяющих его людей. Составители уверены, что читатели данных хроник без труда могут вспомнить подобные примеры как из своей жизни, так и из обширной исторической практики.

Глава 10,

в которой

Микки идёт в разведку

Многие люди сильно преувеличивают прелесть поспешного бегства. Им кажется, что это есть непременная и весьма яркая составляющая того, что на языке некоторой части обывателей называется «жить полной жизнью». Однако полнота жизни чревата тем, что порой эта самая жизнь оборачивается к обывателю всеми своими гранями. Говоря попросту, в любом деле есть своя совсем не парадная сторона.

Вот и сейчас наши друзья сидели у костра, испытывая определённые неудобства. В основном, это касалось мужчин, которые были в одном исподнем, поскольку обстоятельства, как вы помните, не дали им возможности одеться. Настроение, тем не менее, у всех было в общем-то хорошее, как обычно бывает с людьми, избегнувшими серьёзной опасности; отсутствие платья представлялось досадным пустяком, поскольку хоть Микки и оставил всю свою наличность вместе с верхней одеждой в «Ощипанном путнике», зато деньги Эрвина находились у Аманды в целости и сохранности, что заставило меченосца ещё более задуматься над пересмотром своих сдержанных взглядов на институт брака вообще и на его конкретный брак в частности.

– Странно всё это… – сказал Микки, глядя на пламя. Он снова был весьма задумчив. Было очень похоже на то, что его сильно одолевают мысли, текущие совершенно в определённом направлении. Так выглядит подросток, волею судеб сменивший школу и неожиданно для себя оказавшийся в недружелюбном окружении. Чтобы он ни делал, а мысль о том, что завтра с утра снова надо идти в школу, его отпускать не будет. – Сначала гномы, потом саабиты, сейчас еще эти, как их…

– Черные рыцари, – подсказала Белинда, глядя на него.

– Ну да, чёрные рыцари, – согласился Микки, посмотрев на Буйба, который подобно Белинде тоже преданно смотрел на него. – И всем от нас чего-то надо… Оборотней вот наняли.

– Не знаю, чего им надо, – мрачно сказал Эрвин. – Но в покое они нас не оставят, это точно…

И, помолчав, решительно добавил:

– Надо менять маршрут. С Западным трактом придётся расстаться, пойдем к морю. Это, конечно, крюк – но этого они не ждут.

Он взял веточку и стал чертить на земле.

– Двинемся вдоль застав, по Пограничной дороге. Потом на правый берег Белой, и по нему до Билгейтца.

На том и порешили, а пока легли спать, доверив свой сон боевым свиньям.

Утро выдалось хмурым. Свежая ночь, отсутствие полноценного горячего питания и почти полная неизвестность тяжким бременем легли на души путешественников. Невкусно позавтракав остатками вчерашней трапезы, предусмотрительно захваченными Белиндой из трактира,*** наши герои начали собираться в путь. (***Кто-то скажет, что такое невозможно, а мы, умудрённ. опыт. сост. хроник, ему ответим – милый, вы плохо знаете женщин!). Идти предстояло на восток, навстречу дюнам, лениво лежащим на берегу Великого океана.

К вечеру послеследующего дня наши друзья, в основном на перекладных и безо всяких приключений, добрались до Клепсиса – небольшого вольного города на границе Ортаска. Выглядели они гораздо лучше, чем накануне – по крайней мере все были одеты, как и положено путникам.

– Стоп! – негромко скомандовал Эрвин, и все замерли прямо на дороге. Белинда грациозно застыла с поднятой на шаге ногой, Аманда мгновенно прервала гневную тираду, обращенную к Микки, сам Микки тоже замер с разинутым ртом, а Бэйб, Бойб и Буйб даже перестали жевать. Вдумчивому читателю, хорошо изучившему характеры наших героев, подобное послушание может показаться удивительным и даже диким, поэтому, видимо нам всё-таки придется вернуться в утро предыдущего дня.

– Микки, туши костер, Белинда, собери вещи, дорогая, помоги Белинде. Через десять минут мы выступаем, – сказал меченосец и пошел седлать коней. Коней там, где, по его разумению, они должны были быть, он не нашел, чему немало удивился, так как хорошо помнил, что вечером велел Микки привязать их к во-о-он тем деревьям. Когда спустя пятнадцать минут злой и вспотевший меченосец вышел к бивуаку, ведя за собой сытых, довольных, прекрасно отдохнувших и непривязанных лошадей, он обнаружил: во-первых, Микки с’Пелейна, благодушно точившего Гринпис, во-вторых, непогашенный костер, в-третьих, Белинду, плетущую венок из луговых цветочков, в-четвертых, живописно разбросанные по месту стоянки вещи, в-пятых, Аманду, помогающую Белинде. Проще говоря, на бивуаке царили анархия и полное отсутствие дисциплины во всех её проявлениях. Единственными существами, готовыми двинуться в путь, были боевые свиньи Ортаска, всем своим видом выражавшие готовность к новым приключениям.

– Дорогая! – взревел меченосец ужасным голосом, от негодования перейдя на благородный слог. – Что сие значит?

– А что я? – вздорным тоном отозвалась Аманда, пока все остальные, испуганно моргая, смотрели на меченосца. – Я как раз всё делаю, как ты велел, то есть помогаю Белинде!

– Но я-то сказал, чтобы Белинда собирала вещи, а не плела веночки, а ты ей помогла! – проревел меченосец.

– Знаешь, милый, – вздохнув, отвечала храбрая девушка, – я делаю, что ты мне сказал, и всегда буду так делать, потому, что люблю тебя, а ты кричишь на меня, будто это я виновата в том, что Белинда собирает цветочки, хотя, что плохого в том, чтобы собирать цветочки, боже, какая я несчастная, у всех мужья как мужья, лишь мой только и умеет, что мечом махать, да на меня орать…

На этом монолог Аманды был прерван. Взбешенный меченосец, не тратя лишних слов, щедро раздавая оплеухи и затрещины, в считанные мгновения добился того, чтобы вещи были собраны, после чего снова разбросал багаж, и теми же немногословными методами заставил всех вторично багаж собрать. После этого все, включая боевых свиней, бегали по лесу и собирали дрова для того, чтобы научиться тушить костер быстро и без проволочек. Все попытки мятежа беспощадно подавлялись, причём делал это Эрвин мастерски, подходя к каждому отдельному случаю избирательно. Белинда получала затрещины, Аманда – щелбаны, Микки получал по заднице плашмя мечом, и это было обиднее всего, потому что меч был его собственный. Бэйбу, Буйбу и Бойбу хватило угрозы лишения ленточек. Последним аккордом учений стало введение Эрвином чрезвычайного положения с преобразованием «этого сброда» в военный отряд с назначением Эрвина командиром.

Если бы Эрвин знал, к каким последствиям приведет эта реформа, он бы трижды подумал, но что делать, трижды прав был великий ортасский сказитель Шер: «нам не дано предугадать значения невинных флиртов, и тягостных последствий хмеля нам не дано заране знать».

В общем, нет ничего удивительного в том, что в полдень наши друзья… Впрочем, друзьями их теперь было назвать сложновато… Назовем их так – друзья и Эрвин!*** (***Мастерски выкрутились! – Прим. сост. хроник). В общем, в полдень, когда друзья и Эрвин выступили, дисциплина среди друзей была просто потрясающая. Не обошлось без курьёзов. Так, сказанная Эрвином в сердцах фраза по случаю спотыкания об камень «да чтоб мне в лоб» была тут же исполнена его исполнительными сотоварищами трижды, строго по числу имеющих руки, что дало ему хороший повод подумать о преимуществах и недостатках абсолютного послушания.