Хроники Земли Простой

– Я рад, что вы вняли голосу разума, – улыбнулся Эрдэ Гор. – Надеюсь, что наш союз со столь могущественным человеком, как вы, будет плодотворным.

Стало тихо. Потом маг осторожно спросил:

– Позвольте спросить, а кого вы представляете?

Алхиндцы проворно выстроились в шеренгу, поплевали в ладошки, пригладили волосы, приосанились – особенно впечатляюще выглядел Бухэ Барилдан, расправивший плечи и даже вставший на цыпочки – затем Эрдэ Гор церемонно сделал шаг вперед и сказал:

– Мы – это благословенный Юг! Истинный Алхиндэ Бэхаа, как сказал Великий Сунг. Мы есть те, кого именуют любимыми детьми Сегоя Ушедшего!

Во дворце было суетно. Микки бежал, подгоняемый сержантом, зыркая по сторонам, и дивился на переполох, царивший во дворце. Наконец в одной из зал отрядик Приемной стражи остановился. Микки тоже остановился, переводя дух. Некоторое время Микки с любопытством глазел по сторонам, изучая убранство залы, и вдруг почувствовал, как кто-то положил руку ему на плечо.

– Друг мой, – сказал этот кто-то весьма вкрадчивым голосом. – Мы хотели бы предложить вам свою дружбу.

Микки медленно обернулся. На него, сладко улыбаясь, смотрел совершенно незнакомый ему узкоглазый человек лет сорока.

– Видите ли, мы, как вы верно подметили, чужестранцы. Мы не знаем о вашей стране ничего, – Хромой Сом говорил осторожно, аккуратно подбирая слова.

– Это так, – согласно кивнул головой Эрдэ Гор. – Но нам совершенно необходима ваша помощь. Мы, то есть благословенный Юг, сильны тем, что умеем соизмерять свои возможности и свои способности. И если появляется что-то, что нам не по силам, то мы не стремимся перешибить плеть обухом.

У них проблема, подумал маг и успокоился. Ситуация вошла в рамки для него привычные: миряне обратились к магу за помощью, и что с того, что миряне узкоглазы, а маг в приключении? Хромой Сом открыл торбу и начал в ней рыться. Алхиндцы, невольно подавшись вперёд и затаив дыхание, следили за ним. «Начинается», – шепнул Ерман, и Ерлан сначала зыркнул на своего товарища, затем вытаращил глаза на мага и глубоко вздохнул.

Маг, не отказав себе в удовольствии порыться подольше, вынул, наконец, из торбы очки, такие, знаете, классические, круглые, и нацепил их на кончик носа. Среди южан кто-то хихикнул, но тут же сделал серьёзное лицо под укоризненными взглядами товарищей. Затем маг вынул из торбы стило, слегка помятый бланк заказа, аккуратно разгладил оный на столе, и приготовился писать.

«Ух ты!» – сдавленно сказал Ерлан. Затем в течение времени достаточного для десяти ударов сердца все молчали. Наконец маг оторвал взгляд от чистого бланка и недовольно посмотрел на Эрдэ Гора поверх очков.

– Ну? – сказал он.

– Ах да, – поспешно сказал Эрдэ Гор. – Значит, обстоятельства такие.

– Покороче, – сухо сказал маг. Сам он такого обращения не любил, но когда накатывала на него волна канцеляризма, ничего с собой поделать не мог.

– Дракон, – быстро сказал Эрдэ Гор.

В наступившей тишине во всех подробностях было слышно, как с грохотом валится на пол поднос с дежурным блюдом, уроненный прислужником.

Микки и сам не мог объяснить себе, отчего он столь безмятежно последовал за незнакомцем. Кое-кто на Западе, конечно, может сказать, что это был поступок бездумный и недалёкий, составители же хроник считают, что это было деяние, продиктованное благородной тягой к риску и приключениям, присущей каждому герою. Кроме того, Микки казалось, что ежели что, он всегда может вернуться обратно. В этом он крупно ошибся – они шли по коридорам, проходили какие-то проходные комнаты, спускались по лестницам, поднимались по лестницам, снова шли коридорами, так что спустя некоторое время Микки осознал, что дорогу обратно он вряд ли найдёт.

В конце концов незнакомец привёл благородного владетеля Бленда в комнату вроде бы не бедную, но в тоже время обставленную весьма аскетично. Это кажущееся противоречие выражалось в том, что пол в комнате был покрыт роскошным ковром, а мебели не было вовсе.

Незнакомец хлопнул в ладоши и уселся на пол, скрестив ноги. В дверях возник довольно тучный мужчина.

– Вина и фруктов, – сказал незнакомец.

– Гостевого? – спросил тучный мужчина.

– Нет, – сказал незнакомец.

– Хорошего, стало быть, – округлив глаза, протянул тучный мужчина, почтительно посмотрел на юного с’Пелейна, подумал, коротко поклонился и исчез.

Незнакомец недовольно наморщил лоб. Затем морщины разгладились, и, приложив два пальца правой руки ко лбу, а затем воздев их к верху, незнакомец сказал:

– Для начала я хотел бы представиться. Дам Баа, Императора Нухыр с торбой по образованию.

Микки почувствовал, что разговор ему предстоит весьма важный, и ему отчаянно захотелось соответствовать высокому градусу момента.

– Очень приятно, – сказал он и тоже приложил два пальца ко лбу. В глазах Нухыра по образованию мелькнуло удивление.

– То есть, я имел ввиду, приятно, что вы Дам Баа, – солидно пояснил владетель Бленда. – А не то, что вы… этот… образованный нухыр.

Удивление в глазах Нухыра по образованию переросло в изумление.

– Хотя то, что вы нухыр по образовательной… э-э… торбе… императора, мне тоже приятно, – счёл нужным добавить владетель Бленда. И закрепил эффект весомым: – Вот.

Снова открылись двери, и появился тучный мужчина, принёсший небольшой столик на коротеньких ножках.

– Осторожно, – сказал он, с превеликим тщанием ставя столик на ковёр. На столике стоял кувшин, два стакана и ваза с яблоками.

Поставивши столик, тучный мужчина выпрямился, сплел пальцы рук на животе и с видимым удовольствием сказал:

– На здоровье!

Дам Баа посмотрел на него выразительно. Тучный мужчина поднял вопросительно левую бровь. Дам Баа исполнил лицом сложное мимическое движение. Тучный мужчина поднял вторую бровь.

– Кретин, – прошипел Императора Нухыр с торбой по образованию.

Тучный мужчина хлопнул себя по лбу, вернув тем самым обе брови на место, и принялся разливать вино по стаканам. Вино он при этом пролил, но тут же исправился, вынув из-за пазухи какую-то замызганную тряпку.

– Один секунд, – сказал он развязно, затем вручил: владетелю Бленда полный стакан и вазу с фруктами, Нухыру по образованию – второй стакан и кувшин, протёр столик, забрал у собеседников вазу и кувшин и аккуратно поставил на столик.

– Вы свободны, – холодно сказал Нухыр Императора с торбой по образованию, стоически дождавшись конца процедуры.

Тучный мужчина благодушно развёл руками, дескать, не за что, и удалился.

– Попробуйте вина, – вежливо сказал Дам Баа.

Микки пригубил и яростным почмокиванием, а также закатыванием глаз дал понять, что о да, букет превосходен.

– С вашего позволения – к делу.

– Извольте, – покладисто сказал Микки.

Дам Баа сделал значительное лицо, приосанился слегка и начал:

– Основная трагедия моей жизни заключается в том, что с одной стороны, я – потомственный карьерист, а с другой, я возглавляю департамент по образованию. Нет, нет, – поспешно сказал он, видя, что Микки пошевелился, устраиваясь поудобнее, и неправильно этот телодвижение истолковав. – Я не имею ничего против того, что вверенное мне ведомство финансируется хуже остальных. В конце концов, каким бы образование не было, всегда найдутся люди, способные занимать важные государственные посты. Но беда в том, что если ты занимаешь пост Императора Нухыра с торбой по образованию, вершиной твоей карьеры может быть только пост Императора Нухыра с торбой по образованию.

– Но ведь вы, – осторожно сказал Микки, – и есть Императора Нухыр с торбой по образованию.

– Вот, – Дам Баа воздел палец небу. – Вы начинаете понимать.

– Ну дык, – сказал Микки, чувствуя, что на самом деле всё наоборот: он перестал понимать происходящее.

– Из этого поистине трагического положения, – лицо Нухыра по образованию нервно искривилось, – есть два выхода – правильный и простой. Правильный – это неустанным трудом и мудрым руководством поднять вверенный мне департамент, а с ним и должность учителя на недосягаемую высоту. И простой – провести успешную военную операцию силами вверенного мне департамента.

– Так ведь вы… – неуверенно сказал юный с’Пелейн.

– Вы всё правильно поняли, – готовно кивнул Дам Баа. – Мы – учителя, поэтому военного опыта – ноль, выражаясь высоким языком математики.

– Так… я…

– Да! Вы всё схватываете прямо на лету! – торжественно подтвердил Дам Баа. – Я дам вам лучших учителей.

Микки задумался. С одной стороны, столь легко приобретённая репутация схватывающего всё на лету военачальника льстила. С другой стороны воевать с кем-то, имея под командой почтенных седобородых учителей в пенсне и с указками, было как-то странно. И потом…

Здесь Микки показалось, что он нашёл подходящий повод для вежливого отказа.

– Видите ли… – сказал юный владетель Бленда. – Я ведь не один.

– Конечно! – готовно вскричал Дам Баа. – Мы с удовольствием воспримем ваших друзей в нашей экспедиции.

В доводах Дам Баа, на взгляд бывшего Короля Гномов, имелась здоровенная прореха. И ему отчаянно хотелось этот вопрос для себя прояснить, но было неясно – уместно ли при таких обстоятельствах излишнее любопытство.

– А почему вы хотите поставить во главе экспедиции… – и все-таки юный с’Пелейн решился, – иностранца.

– Цель нашей экспедиции довольно… – туманно отвечал Дам Баа, – довольно щепетильный вопрос, так скажем. И я бы не хотел посвящать в это дело своих соплеменников.

Микки снова задумался. И тогда Дам Баа, который начал уже несколько терять терпение, решился его подтолкнуть. Способ, к которому он при этом прибегнул, был не слишком благороден, но зато действенен.

– Друг мой, насколько я знаю, – медленно сказал Дам Баа, – именно вы являетесь виной тому, что вы попали в плен.

О том, что Микки со товарищи теперь являются гостями императора, почтенный Нухыр с торбой по образованию решил умолчать.

– Откуда вы знаете? – скорбным голосом отозвался владетель Бленда.

– О мой дорогой друг, я много чего знаю. Я, например, совершенно точно знаю, что вы и ваши друзья хотели бы вернуться домой.

– Вернуться… – вздохнул Микки. – Так их ещё найти надо.

Сказавши так, юный с’Спелейн невольно поёжился, вспомнив, как усердно лупила его нагайкой Аманда.

– Конечно,– самым великодушнм тоном сказал Дам Баа, – мы будем искать ваших друзей. Но, скажите, как бы вам хотелось найти своих друзей: имея в своём распоряжении корабль, который отвезёт вам на родину или же без оного?

– Ох ты, – выговорил Микки. – Ловко… Но что… что послужит целью нашей экспедиции?

Дам Баа сразу не ответил. Какое-то время он смотрел на Микки с’Пелейна, взглядом, в котором читалось сомнение.

– Целью нашей экспедиции является… – здесь он сделал паузу, – дракон.

Микки медленно встал. Со стороны было очень похоже на то, что он хочет напрыгнуть на Нухыра с торбой, так что Дам Баа слегка отклонился, с трудом припоминая, где же под этим проклятым ковром лежит сабля.

– Дракон? – сдавленным голосом переспросил Микки и сел обратно. – Так что же вы не сказали сразу.

Было видно, что он сильно взволнован.

Наша компания и южане во главе с Эрдэ Гором сгрудились вокруг стола, на котором остывал забытый обед. Они были заняты важным делом – делали карту. Для этого Эрдэ Гором со товарищи были использованы различные подручные средства, как то: хлебные крошки, несколько хрящиков, лапшинки, две луковицы, сметана, соус, вилки, ножи.

– И что, значит, характерно, – увлеченно говорил Эрдэ Гор. – Ведь казалось бы что?

– Что? – с готовностью переспрашивала увлечённая аудитория в лице Аманды и Белинды.

– Раз дракон, значит должна быть что?

– Что?

– Должна быть гора!

– Да вы что!

– Именно! А горы что?

– Что?

– А горы нет! – победно воскликнул Эрдэ Гор.

Аудитория потрясённо выдохнула. Но не вся.

– А что есть? – деловито осведомилось Белинда.

– Есть примерный ареал обитания, – ответил Эрдэ Гор. – Но гор там нет.

– А при чём тут горы? – спросила Аманда.

Повисла неловкая тишина.

– Вы дракона-то видели вообще? – бухнул напрямик могучий Бухэ Барилдан.

Наши друзья дружно вспомнили атакующего Могучего Куина и поёжились.

– Да, – сказала Аманда, – мы видели.

Хромой Сом посмотрел на неё с неудовольствием, но было поздно. Алхиндцы, довольно улыбаясь, уже били по плечам и поздравляли друг дружку с большой удачей.

– Я что-то не до конца поняла, – сказала Аманда. – Что, гор вообще нет?

– В Алхиндэ Бэхаа есть всего одна гора, – ответил Эрдэ Гор. – Это Драконий Зуб.

– То есть, я так понимаю, эта гора как-то связана с драконами? – спросил Хромой Сом. Ему тоже стало интересно.

– Ну как сказать, – неопределённо отвечал Эрдэ Гор. – Раньше они там кишмя кишели, а сейчас там их нет.

Здесь разговор прервался – дверь кабачка открылась; вошедший алхиндец стремительно подошёл к Эрдэ Гору и что-то шепнул ему на ухо. Эрдэ Гор озабоченно посмотрел на друзей, вынул из мешочка на поясе несколько овальных монет и положил их на стол, не забыв расположить по величине, чтобы даже издалека сразу было видно, какая сумма тут лежит.

– Нам лучше уйти отсюда, – сказал он. – Вас ищут.

И вся честная компания поспешно покинула кабачок и двинулась по улице по направлению к южной окраине – там у южан было что-то вроде представительства.

На улице было по-прежнему жарко и безлюдно, и от этого патруль императорских стражников, бодро двигавшийся навстречу южанам, видом своим прямо-таки резал глаз. Кроме того, чувствовалось, что патруль этот неспроста, и что надо бы встречи с ним постараться избежать.***

(***Отчего-то это всегда так. Все полицейские, стражники, патрули, милиционеры попадаются главным героям именно в тот период их жизни, когда им менее всего хотелось бы встреч с представителями закона. – Прим. сост. хроник. – И отчего-то в такие мгновения поблизости всегда находится оркестр, который играет тревожную музыку. – Ехидн. прим. переводчика).

Эрдэ Гор проявил смётку, расторопность и сообразительность.

– Быстро! – сказал он хриплым шёпотом. – Чужестранцев в сарай! Бухэ, будь с ними, и чтобы тихо! Остальным принять беззаботный вид!

Бухэ Барилдан посредством весьма энергических движений направил наших друзей в сарай, весьма кстати подвернувшийся тут же. Против обыкновения никто, даже девицы, не возражали против такого обращения – каждый проникся серьёзностью момента. Всяк остальной южанин в меру своего понимания принял беззаботный вид, так что когда патруль приблизился на расстояние, достаточное для того чтобы начать беседу, южане уже вполне были готовы ко встрече. Ерлан и Ерман хорошо поставленными голосами спорили о достоинствах восточных скакунов и при этом прогуливались поперёк улицы туда и обратно. Сам Эрдэ Гор внимательно разглядывал крышу дома, что стоял напротив сарая, в котором сидели маг, девицы и Бухэ Барилдан.

– Добрый день! – голосом, не сулящим ничего хорошего, сказал начальник патруля, невысокий воин с сержантскими нашивками на дэгэле.

– Добрый день! – дружно отозвались южане – каждый со своего места.

– Что делаем? – поинтересовался сержант, обращаясь преимущественно к Эрдэ Гору.

– Да вот, – подчёркнуто беззаботным голосом ответствовал Эрдэ Гор. – Смотрю. Ц-ц-ц! какая красивая крыша!

– Нет, – сказал Ерлан, – всё таки восточные скакуны лучше западных.

Патрульные внимательно рассмотрели крышу, пытаясь понять, что такого нашёл в ней Эрдэ Гор. Крыша была, может и на самом деле, красивая, но при этом совершенно не отличалась от крыш соседних домов. Сержант внимательно посмотрел на Эрдэ Гора.

– Дом ремонтирую, – доверительным тоном сообщил Эрдэ Гор сержанту. – Смотрю на крыши, думаю какую себе сделать.

Сержант ещё раз посмотрел на крышу и снова посмотрел на Эрдэ Гора.

– Что он хочет? – громким шёпотом спросила Белинда. Все четверо стояли, припав к щелям, чтобы получше видеть, что творится на улице, благо этого добра, в смысле щелей, в этом сарае было в избытке. Не будет большим преувеличением сказать, что он и состоял-то преимущественно из щелей. А в остальном шикарное было местечко – солома, навоз и три коровы, меланхолично следившие за непрошенными гостями.

– Ясное дело, – басом прошептал Бухэ Барилдан. – Вас ищет.

– Вот, – сказал Эрдэ Гор сержанту. – Просто очень хочется, чтобы в моём доме была самая красивая крыша. А тут смотрю – Великий Сунг! Это же то, что мне надо!

Патрульные с растущим сомнением во взгляде ещё раз изучили крышу. Сержант продолжал молча смотреть на Эрдэ Гора.

– Э-э-э… Не согласен, – сказал Ерман, – западные намного лучше восточных.

– А как они так быстро нас нашли? – удивилась Аманда. – То есть почти нашли. – Тут же поправилась девушка.

– Ну, наверное, потому, что вы не похожи на нормальных людей, – подумав, пояснил Бухэ. – Страшненькие же вы.

– Я ведь как считаю, – неестественно бодрым голосом сказал Эрдэ Гор. – Крыша – это лицо дома! – выдавши такое, Эрдэ Гор сам слегка удивился. Сказанное здорово походило на афоризм, в которых Эрдэ Гор себя считал невеликим знатоком.

– Мгм, – сказал сержант и ещё пристальнее посмотрел на Эрдэ Гора.

Под этим взглядом Эрдэ Гор покрылся холодной испариной. Это ощущение усугубилось нервным вздрагиванием – из сарая послышался какой-то невнятный шум.

– Западные, конечно, хороши, но всё-таки хуже восточных, – сказал Ерлан с лицом, перекошенным вбок от невольных попыток следить за разговором своего босса с патрулём.

– Нет, пусть он объяснит, что он имеет ввиду! – энергичным шёпотом воскликивала Аманда, и настойчиво рвалась поближе к Бухэ Барилдану.

– Ничего он не имел ввиду! – неубедительно говорила Белинда, а Хромой Сом не тратил сил на такую ерунду как слова, поскольку всецело был занят тем, что не пускал Аманду к здоровяку. Сам же Бухэ Барилдан, нимало не подозревая о грозящих ему бедствиях, с любопытством наблюдал за бурной реакцией, которую вызвали его правдивые слова. На мгновение Аманде всё же удалось вырваться, но получилось не очень удачно – осуществляя вырывание, Аманда всем телом приложилась к щелявой стене сарая.

Патрульные все как один обернулись на шум. Кроме сержанта, который всё так же вдумчиво смотрел на Эрдэ Гора.

– Тих-ха! – сказал Хромой Сом шёпотом настолько страшным, что Аманда вняла и как будто бы успокоилась.

– И цвет какой насыщенный, – неестественно бодрым голосом сказал Эрдэ Гор, и даже хлопнул в ладоши при этом и притопнул ногой. Дескать, на меня смотрите – говорить буду! Ощутимого действия это не возымело – все патрульные продолжали пялиться на сарай. Кроме сержанта, само собой.

Ерлан и Ерман тоже не бездельничали

– А я говорю западные, – вскричал Ерлан, – хуже восточных!

– А я возражаю! – вскричал в ответ Ерман.

При этом оба смотрели на патрульных, что придавало их разговору некую странность, отчётливо бросавшуюся в глаза.

– Му-у! – сказал в сарае движимый отчаянием маг, и поймал на себе изумлённый взгляд своих товарок.

Патрульные с сомнением во взгляде начали переглядываться.

– Вспомнил! – сказал сержант, и все вздрогнули. – Вы ведь глава Селгинского аймака!

– Что? – слабым голосом спросил Эрдэ Гор. Теперь ему отчего-то казалось, что очень важно остаться неузнанным.

– Я вас сразу узнал, – добродушно сказал сержант. – У меня у самого жена южанка. Вы тут, кстати, иностранцев не видели? Гости Императора, между прочим. Ушли гулять и потерялись, бестолковые. А ты бегай, ищи.

– Нет, – быстро ответил Эрдэ Гор. – Не видели.

– Ладно, – сказал сержант. – Тогда простите за беспокойство.

Спустя пару минут.

– Что они искали? – спросил Хромой Сом.

Некоторое время Эрдэ Гор смотрел на мага.

– Вас, – сказал он наконец. – Чтобы арестовать и подвергнуть пыткам. Так что лучше вам пойти с нами.

– И всё-таки, – сказала Аманда, глядя снизу вверх прямо в глаза Бухэ Барилдану, – что ты имел в виду?

Так что нет ничего удивительного в том, что когда спустя полчаса Микки с’Пелейн, Дам Баа и тучный мужчина появились в «Угрюмом слоне», ни Аманды, ни Белинды, ни Хромой Сома они там не обнаружили.

Кому-то может показаться странным столь внезапный и дружный интерес алхиндцев к дракону. На самом деле ничего странного здесь не было. Просто имело место необычное совпадение обычных обстоятельств. В этом случае к таковым относились: семейный скандал в семье Эрдэ Гора, история, которую составителям, как людям семейным, смаковать бы в этих хрониках не хотелось бы; некомпетентность Нухыра Императора с торбой по образованию в военно-экспедиционных делах; появление чужестранцев – как фактор, способный изменить рутинную расстановку сил в Алхиндэ Бэхаа; многое другое.

В общем, что-то вроде массового помешательства.

Каждый сходит с ума по своему, а результат, в общем-то, одинаков.

И последнее в этой главе.

Императорский поставщик тканей купец Дор Жиа был мокр и напуган. Мокр оттого, что его окунали головой в бочку, напуган оттого, что не был привычен к тому, чтобы его окунали головой в бочку. Хуже всего было то, что экзекуцией руководила женщина. То, что она была рыжая и красивая, радости не добавляло. Скорее наоборот. Да и остальные мучители тоже выглядели необычно. Широкоглазые, бледнолицые, одетые во все чёрное.

Как видите, нет ничего удивительного в том, что Дор Жиа охотно отвечал на все вопросы, что ему задавали.

– Были, – говорил он торопливо, – говорят, были у Императора какие-то гости. Такие же урод… необычные, как вы. Где сейчас они, не знаю, но говорят, все пошли на север. Не знаю зачем! – успел выкрикнуть Дор Жиа, прежде чем его снова макнули в бочку.