Альвин Дарк. Забытые боги

С такими мыслями они достигли пещеры и спустились к пьедесталу. Ночная фея уже вовсю готовилась к ритуалу, пентаграмма была вычищена, кругом горели свечи. Откуда Найя достала свечи, Альвин толком понять не мог.

– О, ты уже вернулся, – ночная фея даже не повернула головы. – Принес?

– Да, принес. Только в следующий раз предупреждай меня, хорошо? – Альвин сказал это спокойным голосом, скрывая скопившуюся злость.

Маленькая волшебница изумленно подняла глаза и спросила:

– А что, собственно, произошло?

– Может, хватит прикидываться? – юноша начинал закипать.

– Что случилось? – в ее глазах читалось искреннее изум ление.

Альвина это сбило с толку и слегка успокоило. Пришлось прокашляться и спокойно сказать:

– Я встретил в лесу оборотня.

– Не может быть! Оборотни здесь не водятся, они встречаются только возле Ледяных гор, – она смотрела на мальчика недоверчиво.

– Да я клянусь тебе! Ты что не почувствовала, что я использовал силу Тьмы? Я же был совсем недалеко! – Альвин повысил голос, активно жестикулируя.

– Хм, ну да, я действительно что-то почувствовала, но не придала этому значения! Мне не до этого, я была занята приготовлениями. Так, говоришь, оборотень… Интересно, – она задумчиво уставилась в темноту.

– И еще, он был ранен, явно не без помощи магии, его рука вся была в крови, – тихо сказал Альвин..

– Ну теперь я совсем ничего не понимаю! Хотя… он появился здесь ради стиракса. Мне попадались древние трактаты, в которых было написано, что сок стебля стиракса может заживить раны, нанесенные магией. Так вот зачем он объявился здесь! Он проделал немалый путь, – ее взгляд все еще бесцельно блуждал по пещере и наконец остановился на Альвине. – Но об этом я подумаю позже, а сейчас возьми цветок и перемешай его с остальными ингредиентами в ступке, – взглядом указала мальчику ночная фея.

Альвин пожал плечами, вынул цветок из-за пазухи, убрал лишний стебель и опустил в ступку, где уже лежали все необходимые ингредиенты, затем начал методично перемалывать все содержимое металлическим пестиком. Аромат поднялся просто умопомрачительный, у него закружилась голова. Найя тоже принюхалась и удовлетворенно кивнула головой.

– Продолжай в том же духе, – меланхолично протянула она.

Не отрываясь от работы, краем глаза мальчик заметил, что ее губы методично шевелятся, словно она несколько раз повторяет одну и ту же фразу. Он продолжал перемалывать травы, от запаха которых уже начала болеть голова. Неожиданно Найя подлетела к нему, взяла из рук ступку и принюхалась к содержимому:

– Достаточно, – она вернула ступку и подлетела к пьедесталу, на котором стояла зеленая бутылка с медной пробкой, поманила Альвина рукой и сказала: – Засыпай все внутрь.

Юноша аккуратно наклонил ступку к подставленной бутыли, и мелкий серебристый порошок с мелодичным звуком посыпался внутрь. Когда бутылка была заполнена, Найя запечатала ее словом силы и, повернувшись, поставила в центр пентаграммы.

– А теперь отойди подальше, мне нужно будет прочесть заклинание.

Альвин послушно отошел подальше и встал возле выхода из пещеры. К нему присоединился Шеву, усевшись возле правой ноги. Найя встала лицом к северу и начала читать заклинание, вначале ее голос был тоненьким и хрупким, но с каждым словом он начинал набирать силу, уже через несколько секунд звучал подобно раскатам грома. Она повернулась на восток, и все началось сначала. Так продолжалось, пока она не постояла лицом ко всем частям света. Слова, которые она произносила, казались юноше полной белибердой, их смысла он не понимал. Но как только слова прогремели, со всех сторон прямо к пьедесталу стала стягиваться сила – не темная, не светлая, а просто сила, которая составляла суть этого мира.

Найя взывала к элементалям, изначальной магии мира. В этих неистовых потоках чувствовалась сила солнечного света, морских волн, ураганов и песков. Как только потоки иссякли, Найю начало трясти, ее кожа побелела, затем ученик услышал слабый голос:

– Накрой сосуд лоскутом черного бархата и спрячь.

Альвин недоуменно уставился на ночную фею, а затем спохватился, увидев лоскут черной ткани сбоку на пьедестале. Взял зеленую бутылку с пентаграммы и увидел, что порошка там больше не было, там колыхалась густая жидкость черного цвета. Накрыв бутылку бархатом, он пристально посмотрел на ночную фею.

– На протяжении семи дней подряд надлежит омывать этот сосуд в свете Луны в течение одного часа и хранить под черной тканью от рассвета до заката. Если все сделаешь правильно, знай, что благовоние готово к употреблению и обладает такой силой, что если мудро использовать его, то ты получишь власть призывать теней и повелевать ими. Используй это зелье Страуба во всех церемониях древнего знания, и, когда духи приблизятся к тебе, сила зелья околдует и очарует их, заставив склониться перед твоей волей, – сказала ночная фея сухим голосом, лишенным былого задора. – И сколько нужно принять этого зелье? – осторожно спросил Альвин.

– Один маленький глоток, больше не понадобится. Если выпьешь больше, то можешь умереть. А теперь нам пора прощаться, завтра встречаемся здесь же. Прощай.

– До встречи, – сказал Альвин, он уже привык к манере Найи прощаться, и, подхватив сосуд, вместе с Шеву двинулся знакомой дорогой к поместью.

Хотелось спросить у Найи, для чего именно ему призывать Тень, кроме этого, она не рассказала историю о Великом исходе.

Утром Альвин проснулся довольно бодрым, бутылку из зеленого стекла спрятал в тумбочку, но постоянно думал о том, что Найя не спешит обучать его конкретной магии, той магии, к которой он привык, читая книги местного алхимика. Она обучала его чему-то древнему, что было давным-давно забыто, почти стерлось из памяти этого мира. Альвин решил еще подождать, ведь то, чему она могла его обучить, было мало известно в широких кругах и могло помочь ему.

День шел своим чередом, ничем не пытаясь удивить, когда неожиданно сам дядюшка спустился во двор, в котором мальчик вместе с Шеву перебирал лук, и обратился к нему:

– Альвин, пойдем ко мне в кабинет, у меня к тебе есть разговор.

Альвин был удивлен голосом дяди Эдгара, не резким и издевательским, как обычно, а мягким и спокойным. Он даже улыбался так, словно сбылась его давняя заветная мечта. Мальчику пришлось подняться, подозвать к себе Шеву и двинуться за дядей, который тут же проворчал:

– Тебе обязательно тащить с собой этого пса?

– Да, обязательно, – спокойным, но непреклонным голосом сказал воспитанник.

Дядя Эдгар только фыркнул. Они поднялись к его кабинету, дядя открыл дверь ключом, висящим у него на шее. Войдя первым, он уселся в свое любимое кресло, затем отодвинул один из ящичков и швырнул на стол конверт.

– Это тебе. Прочитай, – дядя сказал это своим излюбленным небрежным тоном, наверное, никак не мог удержать себя от удовольствия поиздеваться над при емышем.

Альвин подошел к столу и взял конверт. Он был шершавым на ощупь, и от него распространялся странный терпкий аромат. Никаких отличительных знаков на конверте не было. Перевернул и с обратной стороны увидел восковую печать, на которой было изображено солнце. У него перехватило дыхание. Он видел этот знак раньше, это был знак Академии магии Света, которая находилась в Галене, столице королевства.

– А почему вы считаете, что это письмо пришло мне? – спокойно спросил Альвин, стараясь не показать своего волнения.

– Тебе, тебе, можешь не сомневаться. Я сам отправлял запрос на твое имя в эту академию, и вот пришел ответ. Наверное, они тобой заинтересовались, – слегка презрительно сказал дядя.