Альвин Дарк. Забытые боги

ТЕНИ

Альвину снилось, что он сидит на огромном черном троне, украшенном различными рунами. Трон стоял на возвышении и, казалось, был высечен из камня. В своем теле он чувствовал силу, темную и беспощадную. Рядом, справа от трона, сидел огромный пес агатового цвета с острой мордой. Была видна только его спина, хвост слегка шевелился из стороны в сторону. Самого себя юноша не видел, он смотрел на мир под непонятным углом и своего тела рассмотреть не мог. Неожиданно чуть ниже по скале стали подниматься размытые тени, их было очень много. Когда они приблизились, он смог различить людей, гномов, орков, гоблинов и представителей других рас, населявших мир. В руках они несли тускло светящиеся фонари. В сознании Альвина звучал многоголосый разноязыкий хор голосов. Он внимательно прислушивался к голосам, но различить мог лишь одно слово, которое они повторяли все громче и настойчивее:

– Спаси! Спаси! Спаси нас!

Альвин вздрогнул во сне и проснулся в поту. В ушах все еще звенел этот хор. Сон казался наваждением, значение которого он не мог растолковать.

Только оглядевшись, он понял, что они уже приехали в поместье. Стояла глубокая ночь, тучи разошлись, и звезды глянули из своей бездны острым и колючим светом.

Голова у Альвина просто раскалывалась. Шеву несколько раз зевнул во весь рот, у юноши же сна не было ни в одном глазу. Он подумало Найе, и ему захотелось пойти в лес к озеру, спокойно посидеть, всматриваясь в ровную гладь воды. Но тут он вспомнил, что Найя обещала сама его найти, когда он ей будет нужен.

Чувство одиночества стало просто невыносимым, хотелось внимания хоть с чьей-нибудь стороны. Но кругом стояла ночь, и никому не было дела до его страхов. Тяжело вздохнув, он взглянул на Шеву, который не отрывал от хозяина своих бездонных глаз. Грудь Альвина наполнилась теплом. Юноша подумал, что, кроме Шеву, ему в принципе никто не нужен. У него есть друг на долгие годы, не способный обидеть и предать, готовый прийти на помощь в нужный момент. Альвин широко улыбнулся, подхватил Шеву на руки, кружась по темному двору и не находя слов. Просто сильно прижимал пса к себе, тот лишь слегка рыкнул и попытался лизнуть его в ухо.

– Ну все, все, хватит, – запыхавшись, прошептал Альвин и опустил пса на землю, – нам пора отдыхать, пошли наверх.

Шеву с готовностью забегал вокруг него, и крадущейся походкой они направились в комнату мальчика.

Всю ночь Альвин не мог заснуть, так и провалялся в раздумьях до самого утра. Как только первые лучи солнца проникли в комнату, Шеву тут же уткнулся ему холодным носом в лицо. Альвин подергал друга за нос, посмеявшись тому, как Шеву яростно отфыркивается, и, потянувшись, встал с кровати.

На шкафчике стоял кожаный мешочек, почти под завязку заполненный монетами, его необходимо было отдать дяде Эдгару, но чуть позже, чтобы дядя не заподозрил, что он вернулся поздней ночью. Пришлось заняться уборкой комнаты, в которой царил беспорядок. Ох и влетело бы ему от дядюшки, если бы тот вошел и увидел, какой тут стоит кавардак. Прибрал все разбросанные вещи, поставил на полки книги, застелил постель, подмел пол. Спешить было некуда, так что сделал все основательно, а не на скорую руку, как это бывало обычно.

Прошло уже больше часа, он разогнул уставшую спину и вытер проступивший пот. В комнате стало светлее. В животе громко заурчало, Шеву тоже жалостливо смотрел ему в глаза.

– Согласен, пора нам уже позавтракать, – ответил Альвин на невысказанную просьбу пса.

Аккуратно спустившись во двор, они привычной дорогой направились на кухню, где их сытно накормила Марта, не задав ни одного вопроса. Набив свои животы, друзья поднялись обратно в комнату, Альвин взял кошелек и направился к дяде. Тот встретил его в своей обычной раздраженной манере.

– И когда же ты вернулся? – неприятным голосом спросил он.

– Около получаса назад, я ходил на кухню завтракать.

– Тебе нужно было сразу идти ко мне, а не разгуливать по всему двору с полным карманом денег! – дядя Эдгар повысил голос, с ненавистью глядя на воспитанника.

Альвин ничего не ответил, только положил на стол кожаный кошелек. Дядя нетерпеливо схватил его и начал пересчитывать деньги. Закончив подсчеты и удовлетворившись суммой выручки, более миролюбиво спросил:

– Ты где ночевал?

– В таверне «Толстый кот», что на ярмарочном бульваре, – Альвин произнес это с каменным лицом.

– Хм, а ты вообще мог бы там не ночевать, а направиться сразу после ярмарки назад в поместье. Это сколько ж денег выброшено на ветер! – последние слова дядя Эдгар сказал, вскинув руки над головой и закатив глаза. – Можешь идти и заняться своими обязанностями.

Альвин наклонил голову в знак согласия и вышел. Собственно, он уже давно привык к такому обращению и ни на что не обижался. Шеву ждал его возле двери, он радостно завилял хвостом, и друзья отправились выполнять неотложную рутинную работу.

Так незаметно прошло несколько дней.

Все время мальчика терзали самые разные мысли, которые лезли в голову с завидным постоянством. Казалось, что Найя уже никогда не придет за ним, чтобы снова отправиться к лесному озеру, где она продолжит учить его магии. Но он ошибался. Ночная фея не забыла о нем, как не забыла и своего обещания.

В конце августа глубокой ночью она залетела в открытое окно и, как обычно, уселась на подоконнике, беззаботно махая маленькими ножками.

– Альвин, вставай! Нас ждут великие дела, – чуть ли не на самое ухо пропела она.

Мальчик быстро вскочил, растерянно хлопая глазами. Шеву лишь резко повернул голову в сторону феи и рыкнул.

– Где ты так долго пропадала? – сонным голосом сразу спросил Альвин.

– Я же говорила, что у меня были неотложные дела. А сейчас я свободна, настало время твоего дальнейшего обучения.

– Ты бы знала, что тут со мной произошло, когда я ездил на ярмарку в Фолен!

– Знаю, знаю, какой-то мальчишка налево и направо использовал силу Тьмы? – она с усмешкой посмотрела на него.

У Альвина смешно вытянулось лицо, Найя же громко рассмеялась.

– Ну у тебя и лицо! Ладно, отвечу на твой невысказанный вопрос. Я просто следила за тобой, естественно, не физически, а на магическом уровне. Мне хорошо удается чувствовать применение темной силы даже на расстоянии, ну а когда эту силу использовал ты, то тут и говорить нечего, – сказала фея, задумчиво накручивая прядь своих черных волос на пальчик.

– Но почему раньше эта сила переполняла меня, сейчас же я почти ее не чувствую.

– Так бывает со всеми. Любому, кто выбрал тот или иной путь, темная сила дает почувствовать, на что он может быть способен, если полностью посвятит себя служению Тьме. Звучит устрашающе? – спросила Найя, увидев испуганное лицо Альвина. В ответ тот промолчал. – Возможно, у тебя это проявилось слишком ярко. Расскажи, что же случилось с бандитами, которые напали на тебя по дороге в Фолен? – неожиданно спросила Найя.

Юноша слегка смутился, ему было неприятно говорить, но под настойчивым взором феи он вздохнул и ответил:

– Да одного из них просто размазало по земле. Но я не хотел, честно! Я всего лишь хотел их припугнуть.

Она лишь улыбнулась, слушая его оправдания.

– А на обратном пути из Фолена я почти не чувствовал силы, мне пришлось собирать ее по крупицам, но я сумел сформировать два заклинания подряд, – не без гордости начал Альвин и сконфуженно закончил: – Ну, в общем, еще двоих я положил, и Шеву справился с одним.

– Ладно, не переживай так. В любом случае эти сбежавшие заключенные были обречены. Возможно, ты спас много человеческих жизней, конечно, если учитывать тот факт, что сбежавшие были законно осуждены. Правосудие сейчас оставляет желать лучшего, – последнюю фразу Найя пробормотала тихо. – Сила вернется, если ты будешь прилежно учиться. А еще я хотела сказать, что всегда позволено взять столько силы, сколько тебе потребуется, – загадочно сказала она.

Альвин задумался над ее словами, но долго размышлять ему не дали.

– Ну так что, мы идем? – нетерпеливо спросила фея.

– Да, идем.

Они спустились со второго этажа также, как и в прошлый раз. Темные нити, оплетшие Альвина, уже не казались такими чуждыми, как раньше. Знакомой дорогой двинулись в лес. Скорость передвижения была выше, чем обычно. Как только приблизились к озеру, Найя остановилась, зависнув в воздухе, и повернулась к спутнику.

– Сегодня пойдем в пещеру, там безопаснее, чем здесь.

– Хорошо, – только и смог вымолвить Альвин, все еще погруженный в свои мысли.

Они продолжили путь, но теперь ему пришлось перейти на бег. Шеву, кажется, был только рад этому. Лес, обычно спокойный, бушевал грозным шумом, деревья скрипели, трава бурно колыхалась при резких порывах ветра. Пре одолеть все расстояние им удалось довольно быстро.

Возле пещеры стояла мертвая тишина, которой не было дела до бушующей в лесу стихии, как и до трех существ, стоявших у входа.

Альвин остановился, тяжело переводя дыхание, украдкой огляделся вокруг, ожидая увидеть что-нибудь интересное, возможно, упущенное в прошлый раз. Найя словно прочла его мысли.

– Все самое интересное внутри, ты многое не заметил тогда, – сказала она с усмешкой.

Мальчик слегка стушевался, Найя часто над ним подшучивала, как будто не воспринимала его всерьез. Альвину это не нравилось, он исподлобья глянул на спутницу и сказал:

– Ну пойдем, покажешь, что же я мог там упустить.

– Э-э, успокойся, – скривила нос Найя, – я просто проверяла, не ожидает ли нас здесь еще один сюрприз. А так как сюрприза нет, то можем входить, – закончила она и уверенно влетела в проем.

Альвину не оставалось ничего другого, как проследовать за ней. Шеву пристроился возле его правой ноги и ни на шаг не отставал. Найя, по своему обыкновению, тускло светилась. Альвину даже показалось, будто она стала еще ярче, наверное, чтобы он лучше мог рассмотреть все вокруг. И действительно, присмотревшись, в тусклом свете он увидел, что все стены были расписаны причудливым орнаментом, попадались различного вида руны и надпи си на неведомых ему языках. Потом появились рисунки, изображавшие людей, преклоняющихся перед угрожающе нависшими над ними размытыми фигурами огромного размера. На лицах людей читался страх и ужас. Странно, что были изображены только люди. Дальше шли сцены с жертвоприношениями – толпы людей, погибающих под жертвенными ножами сгорбленных существ в черных мантиях.

Юному исследователю стало не по себе.

– Что, страшно? – с улыбкой спросила ночная фея.

– Нет, – без запинки соврал Альвин.

Она усмехнулась, и тут компания достигла круглого зала пещеры, своды которого терялись в темноте. Здесь Альвин получил Шеву. Казалось, все было, как и раньше. Пьедестал с круглой чашей, стоящей посередине зала, пентаграмма, высеченная в каменном полу вокруг него. Но Найя напряглась, закрыла глаза и словно принюхивалась к чему-то. Альвин замер, стараясь даже не дышать.

Ночная фея открыла глаза и сказала:

– Здесь уже побывали после нашего визита.

– Кто?

– Я не могу пока ответить, он очень хорошо закрывается и старательно заметает все следы. Могу сказать только, что здесь кто-то был, – с досадой проговорила Найя.

– Ну, если был, значит, его уже здесь нет. Может, приступим к тому, ради чего мы сюда пришли?

– Ах, ну да, конечно, – слегка рассеяно ответила Найя. Она подлетела к постаменту, элегантно уселась на нем и призадумалась.

Альвин превратился в слух, даже Шеву слегка напрягся, обнюхивая один из углов пьедестала.

– Расскажу тебе о знаках, которые необходимо использовать во время ритуалов по призванию Теней. Эти могущественный знаки во время ритуалов надлежит делать левой рукой. Первый из них – знак Вур, по природе своей это истинный символ Древних. Делай его всегда, когда будешь призывать тех, кто вечно ожидает за дверью. Второй знак – Киш. Он разрушает все преграды и открывает врата предельных сфер. На третьем месте – великий знак Коф, который запечатывает врата и охраняет пути. Четвертый – знак Старших Богов. Он защищает того, кто пробудил эти силы в ночное время, и изгоняет силы безумия и вражды. Запомни навсегда эти четыре знака: Вур, Киш, Коф и знак Старших Богов.

Альвин послушно проговорил названия знаков несколько раз, они были не сложными. Тем временем ночная фея продолжила:

– Но для непосредственного призыва теней при ритуалах необходимо сотворить благовоние Страуба. Я знаю его точный состав, а также необходимые слова.

– И что за состав? Сложный? – заторопился Альвин. – Слушай, я вообще ничего не понимаю, что за тени? Мне кажется, ты говорила, что я могу черпать силу Тьмы, а тут надо призывать тени. В чем разница?

– Так-с, – протянула Найя недовольно, – начнем по порядку. Конечно, состав сложный, это тебе не простенькая прикладная магия. Тебе доводилось слышать что-то о Великом исходе?

– Ничего конкретного, – пожал плечами Альвин. – Я только знаю, что летоисчисление начинается с этого времени.

– Скудноватые у тебя знания, – недовольно протянула ночная фея. – Так и быть, я поведаю тебе истинную историю Великого исхода, но сначала – благовоние Страуба.

– Так говори давай, может, смогу помочь, – нетерпеливо сказал Альвин, начиная злиться. Превосходство Найи он воспринимал болезненно.

– Хм, ну слушай, я расскажу тебе рецепт по памяти. В день и час Сантория, в период растущей Луны, надлежит взять равные части мирры, цибетина, стиракса, горькой полыни, асафетиды, гальбанума и мускуса, тщательно перемешать и измельчить в тончайший порошок. Затем поместить эти компоненты в сосуд из зеленого стекла и запечатать медной пробкой, на которой предварительно надо вырезать знаки Гаверна и Ворса. О словах верховной власти я расскажу тебе позже, – непринужденно проговорила ночная фея. – Ничего себе! – изумился Альвин. – Я впервые слышу эти названия. И где же прикажешь искать эти травы? Да на это может уйти уйма времени!

– У меня есть почти все травы, кроме одной, – стиракса. Цветок стиракса распускается только во время полной Луны. Обычно он растет на лесных лугах. И кстати, это тебе придется принести мне стиракс.

– Почему я?

– Тебе же надо чем-то мне помочь, – обезоруживающе сказала Найя. – Кроме этого, представь себе, сегодня полнолуние.

– И мне одному придется шататься по ночному лесу?

– Как будто ты раньше этого не делал! – она притворно всплеснула маленькими ручками. – И ты будешь не один, с тобой будет Шеву.

Альвин обреченно вздохнул и потрепал пса за ухом. Действительно, чего бояться, он ведь и раньше гулял по ночному лесу совсем один.

– Хорошо, я сделаю то, о чем ты просишь.

– На меньшее я и не рассчитывала, – ухмыльнулась ночная фея. – Я пока займусь здесь необходимыми приготовлениями, время у тебя будет, ступай.

– А в какой стороне примерно искать этот цветок? – напоследок спросил он.

– К северу от пещеры, – хитро улыбнулась Найя.

Альвину не понравилась ее хитрая ухмылка. Кажется, ему опять придется столкнуться с неприятностями, эти проверки начинали его нервировать. Словно его к чему-то подготавливают. Он был уверен, что Найе несложно было бы его предупредить, с чем именно ему придется столкнуться. А может, ненависть к людям была у нее в крови? Либо ей просто нравился элемент неожиданности. Альвину ничего не оставалось, как позвать Шеву и вместе с ним двинуться к выходу из пещеры.

Выйдя на поверхность, он первым делом огляделся и, не обнаружив ничего подозрительного, вдохнул полной грудью. Поднял взгляд к небу, и его лицо осенила полная Луна.

– Ну что же, мой друг, нас ждет небольшая прогулка, – нервно сказал Альвин, обращаясь к Шеву, который беззаботно обнюхивал ближайший куст.

Шеву, казалось, был готов к любым неприятностям. Его уверенность передалась Альвину. Он еще раз взглянул на небо, которое украшали тысячи звезд: необходимо было определить направление движения, а проще всего для этого найти самую яркую звезду на небосклоне, Утреннюю зарю. Найдя звезду, Альвин рысью двинулся прямиком на север, на таинственную поляну, где рос стиракс.

Зайдя под сень деревьев, он окунулся в темноту. Луна еле-еле просвечивала сквозь густые деревья, путеводная звезда и вовсе скрылась из поля зрения. Альвин шел просто наугад. Благо Шеву не отходил ни на минуту, и его уверенный шаг придавал смелости. В памяти всплывали странные картинки, нарисованные на стенах пещеры. Что-то в них не складывалось, что-то было не так. Великаны в балахонах, совершающие жертвоприношения, не были ему знакомы. Он знал по рассказам, что в мире существовало множества рас: гномы, орки, эльфы, редкие ночные феи. А вот о великанах он слышал впервые. Развивать свои мысли дальше было тяжело, ведь он почти ничего не знал об этих силах. Оставалось только надеяться на знания ночной феи, которыми она могла с ним поделиться. Альвина не устраивало, что Найя никогда не говорила ему больше того, чем ему следовало знать.

Погруженный в свои мысли, он продолжал упорно пробираться все дальше в лес. Идти было почти невозможно, мешал ужасный бурелом. Складывалось впечатление, что здесь недавно прошел небольшой ураган. Впереди замаячил просвет. Альвин усерднее заработал ногами, продираясь сквозь густые кусты. Отодвинув ветку в сторону, он увидел лесную поляну дивной красоты, она была залита лунным светом, и прямо посередине поляны рос одинедин ственный цветок высотой около метра с пышными бледными лепестками.

Альвин обрадовался, что так легко сумел найти стиракс, но неожиданно Шеву тихонько и глухо зарычал. «Ну вот, опять вляпаюсь в приключение», – с грустью подумалось Альвину.

Его пес вновь словно превратился в камень и уставился на противоположную сторону поляны. Юноша последовал его примеру и стал вглядываться в черноту, окутавшую противоположную сторону поляны. Через несколько минут Альвину захотелось выйти из укрытия и забрать то, зачем они сюда пришли, но глухое рычание Шеву опять повторилось. Тот словно приказывал не двигаться.

Альвин не выдержал и прошипел:

– Шеву, ну что еще?

Понятное дело, что ответить пес не мог, но его взгляд говорил красноречивее любых слов. Альвин прочитал в нем: «Жди». В воздухе повисло уже знакомое ему чувство тревоги, на другой стороне поляны едва удалось различить молниеносное движение. Казалось, там от дерева к дереву металась тень, что-то звериное чувствовалось в этих резких, неуловимых и размытых движения. Альвин оцепенел, мороз пробрал его тело, колени затряслись. Не верилось, что ночная фея не предупредила его о возможной опасности. Тень, метавшаяся среди деревьев, остановилась, словно в нерешительности. Альвин был уверен, что она тоже их чувствует и не решается первой выйти из укрытия. Вряд ли дело была в мальчике, он всего лишь хрупкий подросток, очевидно, незнакомца останавливал Шеву. Складывалось ощущение, что тень также пришла за цветком стиракса и, возможно, давно бы забрала цветок, если бы не их присутствие.

Прошло несколько мучительных минут. Альвин терпеливо ждал, не понимая, что или кто ждет его на противоположной стороне поляны. Но терпение противника лопнуло, с противоположной стороны, тихонько крадучись и принюхиваясь, на лунный свет вышло существо. У Альвина судорожно забилось сердце: это был оборотень, о которых он читал только в книжках. Оборотень, слегка согнувшись, стоял на мощных задних лапах, спина его была сгорблена, а волчья голова мерно покачивалась в такт тяжелому хриплому дыханию. Левая рука-лапа висела плетью, на небольшом участке чуть выше локтя зияла кровоточащая рана, бледно-серая шерсть казалась опаленной, на широкой груди также были видны выжженные проплешины. Он мелкими шажками продвигался к центру поляны, все время крутя головой и принюхиваясь. Мальчику нужно было срочно что-то предпринять, ведь оборотень мог забрать цветок. Каким образом в этих краях мог оказаться оборотень, он не задумывался. Альвин вообще не имел представления о том, как одолеть оборотня. Единственное, что он помнил из книг, это то, что против этого племени действенно серебро или магия. Но серебра у него точно не было, а вот магия…

Он не был уверен в своих силах по части боевого волшебства, опять же, что-то лепить из чистой силы казалось невозможным. Калечить или убивать это ужасное и величественное существо у него мыслей не было, он хотел разойтись с ним мирно, насколько это возможно. И единственное, что пришло на ум, – напугать чудовище. Только вот как это сделать? Ответ возник почти мгновенно. Альвин уставился на Шеву, а тот на него, смешно повернув голову набок, словно пытаясь понять, что задумал хозяин.

Альвин положил руку на голову Шеву, медленно закрыл глаза, потянулся к темной силе. Кругом царила Тьма, так что он почти сразу почувствовал ее присутствие. Тьма всегда была рядом. Он медленно потянулся к ней своим существом. Она мягко обволакивала, даровала спокойствие и уверенность. Эта сила не могла приносить мучения, боль и страдания, ей были чужды эти понятия, ведь она была первородной, она существовала еще до всего живого. Тьма не могла быть такой, какой она была изображена в пещере. Он тянулся не за ответами на свои вопросы, а за ее силой.

Тьма нехотя делилась с ним своим знанием, но он просил истово, указывал, что сила пойдет во благо, не на злодейство, не на убийство, а на дело. Не доброе и не злое, просто дело. Альвин начал окутывать себя тончайшими нитями Тьмы, ведь он не знал никаких заклинаний, ему помогало его воображение. Черных нитей становилось все больше и больше, постепенно он скрылся под их покровом и начал лепить то, что ему было необходимо.

В реальном времени не прошло и несколько секунд, а он уже уверенно вышел навстречу оборотню. Альвину показалось, что от увиденного у оборотня чуть глаза не выскочили из орбит. Тот резко присел на задние лапы, шерсть встала дыбом, а морда исказилась в ужасном оскале. Медленно, рыча и поскуливая, оборотень стал отступать обратно к лесу. Пытаясь охватить всю картину единым взглядом, Альвин словно вылетел за пределы сознания. Он увидел себя со стороны: огромный черный пес около трех метров в холке, с острыми ушами, горящими красными глазами и вывалившимся из пасти алым языком. Да, стало страшно самому, что уж говорить об оборотне, который ничего подобного встретить никак не ожидал.

Оборотень продолжал глухо рычать, его глаза сузились, он явственно ощущал магию и, возможно, чувствовал, что его обманывают. Но образ Альвина был настолько убедительным, что оборотень более ничего сделать не решился, продолжая пятиться к окраине леса. Мальчик дождался, пока оборотень окончательно скроется за деревьями, и мысленно развеял скрепы заклинания. Почувствовав глухую боль в груди, несколько раз резко выдохнул и быстро подбежал к цветку стиракса, сорвал под корень, сложил пополам и положил в заплечную сумку. Шеву все это время просидел в зарослях, на него перевоплощение хозяина не произвело никакого впечатления. Он, как обычно, зевнул пару раз, Альвину пришлось его слегка растолкать.

– Нет, ну ты даешь, тебя хоть чем-то можно удивить?

Равнодушный взгляд пса говорил, что это вряд ли будет возможно в ближайшее время.

Мальчик возмущенно выдохнул и сказал:

– Ну хорошо, удивлю тебя в другой раз, а сейчас нам пора возвращаться.

Они двинулись в обратный путь. Альвин поминутно оглядывался, в груди довольно сильно покалывало. Как он понимал, боль во время произнесения заклинаний станет привычной. Не давал покоя и гулявший по лесу оборотень. Мальчик хотел расспросить об этом Найю, так как оборотень явно был кем-то ранен, скорее всего, с помощью магии. Кто-то достаточно могущественный гулял по этому лесу, наткнулся на оборотня и, скорее всего, вышел победителем из схватки.