Диплом для мымры, или Как продать бывшего

— Вы кого-то конкретного имеете в виду?

— Магистра Орвина. Он преподаёт на вашей же кафедре. Считает себя главным специалистом по структурной магии. Появление конкурента — тем более конкурента, которого протежирует руководство, — ему не понравится.

— Орвин, — Ника запомнила имя. — Принято. Буду осторожна.

— Будьте, — Рейнар встал. — А теперь идите. Уже поздно. Слуги начнут сплетничать, если увидят, что магистр Верон выходит из моего кабинета в полночь.

Ника тоже поднялась.

— Спасибо за ужин. И за информацию.

— Не благодарите. Я защищаю свои инвестиции.

— Я для вас инвестиция?

— Вы для меня — самый странный проект за последние десять лет, — Рейнар проводил её до двери. — А я, знаете ли, люблю странные проекты. Они редко бывают скучными.

У двери Ника остановилась.

— Лорд Торнвуд, можно вопрос?

— Задавайте.

— Почему вы мне помогаете? Серьёзно. Я — служанка. Поддельный преподаватель. Потенциальная угроза вашей репутации. Зачем вам это?

Рейнар помолчал. Потом ответил — негромко, без обычной иронии:

— Потому что вы первая за много лет, кто смотрит на меня и не видит лорда. Не видит Главу Безопасности. Не видит кошелёк или угрозу. Вы смотрите — и видите человека. Это... редкость.

Ника не нашлась, что ответить.

— Идите, магистр Верон, — Рейнар открыл дверь. — У вас завтра много дел. А мне ещё нужно проверить, не превратил ли кто-нибудь ректора в хомяка. Опять.

***

Ночь Ника провела без сна.

Она лежала на тюфяке и смотрела в потолок, а перед глазами стояло лицо Рейнара. Его голос. Его слова: «Вы первая за много лет, кто смотрит на меня и не видит лорда».

Что это было? Признание? Комплимент? Или просто способ манипуляции — заставить её чувствовать себя особенной, чтобы она больше ему доверяла?

«Не расслабляйся, — сказала она себе. — Ты уже велась на красивые слова. В прошлой жизни. Помнишь, чем это кончилось?»

Помнила. Слишком хорошо помнила.

Но Рейнар... он был другим. Не таким, как Стас. Совсем не таким. Стас был сладким снаружи и гнилым внутри — типичный абьюзер, который сначала осыпает комплиментами, а потом бьёт. Рейнар был жёстким снаружи и... каким внутри? Она пока не знала.

И это незнание бесило её больше всего.

Утро понедельника встретило Нику мелким дождём и скверным настроением.

Сегодня был её первый день в Академии в качестве преподавателя. Не абитуриента, не наблюдателя — преподавателя. С настоящими студентами. С настоящими лекциями. С настоящей опасностью быть раскрытой.

Она стояла перед мутным куском металла, который здесь называли зеркалом, и в последний раз проверяла амулет.

Магистр Верон выглядел... ну, сносно. Мантия сидела прилично. Камзол, утянутый корсетом, не топорщился. Иллюзия работала — из отражения смотрел молодой мужчина с тёмными глазами и аккуратной бородкой.

— Ты справишься, — сказала она себе. — Ты инженер. Ты решала проблемы посложнее. Студенты — это всего лишь люди. Люди, которые могут превратить тебя в хомяка, но всё-таки люди.

Кора, зашедшая пожелать удачи, нервно хихикнула.

— Ты так себя подбадриваешь? Мне страшно.

— Мне тоже. Но я не подаю виду. В этом секрет.

Она взяла саквояж с учебными материалами (спасибо Кроу — выдал авансом) и вышла из каморки.

Путь до Академии она проделала пешком. Дождь кончился, выглянуло солнце, и лужи на мостовой заблестели, как разлитая ртуть. Ника шагала широким мужским шагом и старалась не думать о том, что где-то в особняке Рейнар, возможно, сейчас смотрит в окно и видит, как она уходит.

Аудитория, которую ей выделили, находилась в левом крыле, на втором этаже. Небольшая — человек на тридцать. Но когда Ника вошла, она насчитала всего двенадцать студентов. Двенадцать хмурых, развалившихся на скамьях молодых людей, которые смотрели на нового преподавателя с откровенным скепсисом.

— Доброе утро, — сказала она мужским голосом, кладя саквояж на кафедру. — Я магистр Верон, ваш новый преподаватель структурной магии. Для тех, кто ошибся аудиторией, — это кафедра структурной, а не боевой магии, так что убивать меня не обязательно.

По аудитории пробежал смешок. Но не все оценили шутку. Один из студентов — здоровенный детина с бычьей шеей и коротким ёжиком светлых волос — продолжал смотреть исподлобья.

— А где магистр Орвин? — спросил он. — У нас раньше Орвин вёл.

— Магистр Орвин ведёт старшие курсы. Вам достался я. Сочувствую.

Снова смешок. На этот раз чуть громче.

Детина не смеялся.

— А чему вы нас можете научить? Вы вообще кто? Про вас никто не слышал.

Ника отложила бумаги и посмотрела на него. Взглядом, от которого когда-то дрожали практиканты.

— Ваше имя? — спросила она ледяным тоном.

— Грегор.

— Так вот, Грегор. Вы правы — обо мне никто не слышал. Я из восточных земель. У меня домашнее обучение. У меня нет знаменитых наставников и публикаций в «Вестнике Академии». Но у меня есть кое-что другое. Я знаю, как работают заклинания. Не как их заучить — как их понять. И если вы перестанете меряться со мной магическими... э-э-э... достижениями и послушаете хотя бы десять минут, возможно, вы узнаете что-то новое.

Грегор хмыкнул, но замолчал.

— Итак, — Ника повернулась к доске, — структурная магия. Кто мне скажет, что это такое? Простое определение. Без пафоса.

Тишина.

— Никто? Отлично. Значит, начнём с основ. Структурная магия — это скелет заклинания. Каркас. Схема. Без неё любое заклинание — просто хаотичный выброс энергии. С ней — инструмент. Вопрос: чем структурная магия похожа на архитектуру?

Снова тишина. Но теперь — заинтересованная.

— Тем, что и там, и там нужен проект, — подал голос худой парень с задней парты.

— Именно! — Ника ткнула в него пальцем. — Ваше имя?

— Томас.

— Томас, вы сегодня получаете первый балл. Да, проект. Прежде чем строить дом, архитектор рисует чертёж. Прежде чем колдовать заклинание, маг выстраивает структуру. Разница в том, что архитектор работает с камнем и деревом, а маг — с магической энергией. Но принцип — тот же. Сопромат никто не отменял, даже в магии.

— Сопромат? — переспросил кто-то.

— Сопротивление материалов. Наука о том, как не дать конструкции развалиться. В магии то же самое: если вы неправильно распределите нагрузку, заклинание схлопнется. Или взорвётся. Или превратит вашего декана в хомяка. Я слышала... слышал, такое уже бывало.

По аудитории прокатился уже не смешок — хохот. Даже Грегор ухмыльнулся.

— Так вот, — Ника взяла мел, — сегодня мы будем говорить о том, почему заклинания разваливаются. И как сделать так, чтобы они не разваливались. Открывайте конспекты. Записывайте тему: «Основные принципы структурной устойчивости магических плетений». И да, я буду спрашивать. И да, я буду ставить оценки. И да, домашние задания будут. Много.

Студенты застонали. Но это был хороший стон — стон людей, которые поняли, что скучно не будет.

Лекция пролетела незаметно.

Ника рассказывала о базовых принципах структурной устойчивости, и с каждым словом чувствовала, как внутри разгорается знакомый огонь. Огонь человека, который нашёл своё призвание. Она говорила о магии так, как когда-то говорила о мостовых конструкциях и несущих балках. С азартом. С точными цифрами. С шутками, которые не всегда понимали, но всегда чувствовали.

Студенты слушали. Сначала — с недоверием. Потом — с интересом. К концу лекции даже Грегор что-то записывал.

Когда прозвенел магический колокол (да, здесь и колокол был магическим — никаких верёвок, просто звук из воздуха), Ника отпустила группу и села за кафедру. Руки дрожали. Но это была хорошая дрожь. Так дрожат руки после хорошо сделанной работы.

— Неплохо для первого раза, — раздался голос от двери.

Ника обернулась. В аудиторию входил невысокий мужчина в мантии с серебряной отделкой. Лет сорока пяти. Тёмные волосы с проседью. Узкое лицо. Холодные серые глаза. Тонкие губы, сложенные в подобие улыбки — такой, от которой хочется проверить карманы на предмет пропажи кошелька.

— Магистр Орвин, — догадалась Ника.

— Он самый, — Орвин прошёл к кафедре. — Решил посмотреть на нового коллегу. Любопытно было. Особенно после того, как магистр Кроу расхваливал вас на учёном совете. «Уникум», «редкий талант», «будущее кафедры»... — он скривился. — Прямо не преподаватель, а подарок Триединого.

— Надеюсь, я не разочаровал, — ровно ответила Ника.

— О, нет. Напротив. — Орвин обошёл кафедру. — Вы очень... убедительны. Особенно для человека без диплома. Для провинциала. Для того, о ком никто никогда не слышал, а теперь вдруг — сразу должность, кафедра, покровительство лорда Торнвуда. Это впечатляет.

Ника молчала.

— Я, знаете ли, четырнадцать лет шёл к этой должности, — продолжал Орвин. — Четырнадцать лет публикаций, интриг, унижений, ожиданий. А вы — раз, и уже здесь. Невероятная удача, правда?

— Я бы сказал — не удача, а квалификация.

— Квалификация, — Орвин кивнул. — Ну да. Конечно. Что ж, магистр Верон, желаю вам удачи. Особенно на ближайшем заседании кафедры. Там будет обсуждаться распределение студентов по группам. И знаете... ходят слухи, что ваша группа — самая слабая. Почти безнадёжная. Так что если они не сдадут экзамены — вина ляжет на вас. А испытательный срок, сами понимаете...

Он улыбнулся. И вышел.

Ника осталась в пустой аудитории. В ушах звенело.

Так. Значит, Орвин — враг. Это было ясно с первой минуты. И он уже начал свою игру: слабая группа, испытательный срок, давление на кафедре.

— Ну что ж, — сказала она пустому залу. — В прошлой жизни у меня был враг-муж. В этой будет враг-коллега. Хоть какое-то разнообразие.

Она собрала бумаги и вышла в коридор.

Навстречу шёл Рейнар.

— Магистр Верон, — кивнул он официально. — Как прошла первая лекция?

— Сносно. Один студент пытался меня запугать. Один коллега пытался меня запугать. В целом — обычный рабочий день.

Рейнар усмехнулся.

— Орвин?

— Он самый.

— Не обращайте внимания. Он всем новеньким устраивает «тёплый приём». Это у него вместо хобби. В свободное от интриг время.

— А интриги у него вместо основной работы?

— В точку, — Рейнар понизил голос. — Будьте осторожны. Орвин — мелочный завистник, но связи у него есть. И он очень не любит, когда кто-то угрожает его положению главного специалиста кафедры.

— Я не угрожаю. Я просто работаю.

— Вот это его и бесит. Вы работаете слишком хорошо для новичка.

Они пошли по коридору вместе. Вокруг сновали студенты, кто-то кланялся лорду, кто-то с любопытством разглядывал нового преподавателя.

— У меня к вам предложение, — сказал Рейнар негромко. — Послезавтра в Академии малый учёный совет. Будут обсуждать новые правила приёма. Я хочу, чтобы вы там присутствовали. Как наблюдатель.

— Зачем? Я же никто. Испытательный срок, помните?

— Вы — мои глаза и уши, — Рейнар покосился на неё. — Со структурным зрением. На совете будут использовать магические артефакты для голосования. Я хочу знать, не подтасованы ли результаты.

Ника остановилась.

— Вы хотите, чтобы я шпионила для вас?

— Я хочу, чтобы вы помогли мне обеспечить честность голосования, — поправил Рейнар. — Это в ваших интересах. Если правила приёма изменят, у вас, возможно, появится шанс легализоваться раньше.

— Или наоборот — ужесточат, и меня вообще выгонят.

— Вот именно. Так что давайте сделаем так, чтобы результаты были честными.

Ника вздохнула.

— Вы невыносимы, лорд Торнвуд.

— Я знаю, — он улыбнулся. — Это часть моего обаяния.

— У вас нет обаяния. У вас есть способность убеждать людей делать то, что вам нужно. Это другое.

— Называйте как хотите. Главное — результат.

Они дошли до выхода.

— Так вы согласны? — спросил Рейнар.

— Согласна...сен. Согласен. Тьфу! — Ника поморщилась. — Я согласна. Да. Буду вашими глазами и ушами. Только дайте мне список того, за чем конкретно следить.

— Получите завтра утром. С посыльным.

— Опять посыльный? Почему не лично?

Рейнар наклонился чуть ближе.

— Потому что, магистр Верон, если нас будут слишком часто видеть вместе, пойдут слухи. А слухи — это последнее, что нам сейчас нужно. Особенно вам.

— Понимаю, — Ника кивнула. — Конспирация.

— Именно.

Они разошлись. Рейнар — к главному входу, где его ждал экипаж. Ника — к служебному, чтобы срезать путь через задний двор.

И всю дорогу до дома она думала о том, что её жизнь превратилась в шпионский роман. С магией. С переодеваниями. С интригами на учёном совете. И с лордом, который смотрит на неё так, что хочется одновременно убежать и остаться.

«В прошлой жизни я боялась, что не смогу оплатить коммуналку, — подумала Ника, шагая по лужам. — В этой — шпионю за магическими артефактами в мужском костюме. Карьерный рост, Ника. Определённо карьерный рост».