- -
- 100%
- +
Я вышла из комнаты и на секунду остановилась в коридоре, где свет из высоких окон падал на пол длинными полосами.
Джон стоял в небольшом отдалении, рассматривая одну из картин, которую видел здесь десятки раз.
Руки спокойно сложены, в одной - алая роза.
Я медленно подошла, разглядывая его, как будто не видела много лет.
С годами он стал другим.
В молодости он был симпатичен и мил. Иногда не вполне уверен в себе. Глаза лучистые, открытый, чуть наивный взгляд. Во всяком случае, я видела и любила его таким. Иногда мне казалось, что он стал даже красивее, чем тогда, когда я впервые его увидела. Как хорошее вино, которое с годами становится дороже.
И мне было странно. Потому что я так и не решила, радует меня это или нет. Но ведь и я изменилась в его глазах, верно ведь?
Мой муж стал человеком, на которого смотрели. К которому тянулись взгляды. Везде и всюду он неизменно становился центром внимания.
Настоящий суккуб.
Джон почувствовал моё присутствие, повернулся и улыбнулся ласково. Как будто и не было всех этих десяти лет, пронесшихся как десять дней.
Но я видела - глаза его остались такими же спокойными, почти непроницаемыми.
Муж сделал шаг ко мне и коснулся губами моей щеки - коротко, привычно, почти формально в своей нежности.
- Здравствуй, Мэри. Мне уже сообщили, - сказал он спокойно, - что невеста едва не устроила отмену церемонии. Пришлось появиться в последний момент, как джинну из бутылки.
Я чуть усмехнулась.
- Ты знал, что успеешь. А что касается Фредерики Невесты вообще редко бывают рациональны в день собственной свадьбы.
- Ты была вполне рациональна, по-моему я волновался сильнее, - усмехнулся он.
Я посмотрела на него внимательнее.
- Все люди разные, Джон. Мне приятно, что ты вспомнил день нашей свадьбы.
Однако не стала уточнять, что меня кольнул контекст в котором муж его вспомнил.
Из комнаты выбежала горничная Фредерики.
- Мистер и миссис Блант, мисс Фредерика снова начинает нервничать.
Я кивнула ей.
- У нас ещё есть несколько минут, ничего. Сейчас я спущусь к гостям и Джон пригласит Фредерику на выход. У нас всё под контролем.
- Спускайся, дорогая. Не нужно заставлять ждать невесту. - Джон снова коснулся губами моей щеки, - Ты восхитительно выглядишь.
Я пошла вниз по лестнице.
Снизу доносился шум - голоса, движение, смех, стук каблучков, ненавязчивая музыка.
Грета стояла рядом с Фредом. Она, как всегда собранная, сдержанная, внимательная ко всему. Однако, лицо её сегодня было мягче, чем обычно. Фред изучал всё вокруг с этой своей ленивой манерой взирать на происходящее так, будто оно слегка его забавляет. Но тоже был добродушен и в хорошем настроении.
- Уверена, что Фредерика будет сегодня невероятна, - произнесла одна из гостей, проходя мимо и салютуя бокалом с шампанским.
- Разумеется, - лениво отозвался Фред. - Семье Лонгширов это стоило всего ничего.
Грета бросила на него короткий взгляд.
- Фред, не будь вульгарным хотя бы сегодня.
- Не умею быть благостным, знаешь ли
Я не стала слушать дальше, потому что в этот момент объявили, чтобы гости аплодисментами встречали невесту. И началось движение - каждому хотелось подойти поближе.
Когда Фредерика появилась на лестнице, все захлопали.
Рядом с ней шёл Джон, держа её под руку.
И я поймала себя на мысли, от которой тут же захотелось отмахнуться: они смотрелись вместе слишком хорошо.
Я тут же оборвала себя. Нелепая идея. Совершенно чуждая и мне несвойственная.
Конечно, это усталость. Просто слишком много дел одновременно. Просто один из дней, когда я чувствовала себя на свой истинный возраст.
Я заставила себя улыбнуться и смотреть дальше - на движение гостей, на улыбки, на поздравления, на то, как свадебная процессия постепенно формируется у входа.
Белые ленты на дверцах, блеск лакированных колёс, шум голосов, перекликающиеся команды кучеров и автомобили с открытым верхом.
Кто-то смеялся, кто-то махал цветами, кто-то уже обсуждал, как пройдёт вечерний приём.
Грета и Фред шли следом, всё ещё споря тихо и остро.
Фрэнсис Грей что-то весело говорил Бернсу, который терпеливо принимал этот поток жизни рядом с собой, слушая без улыбки, уважительно.
В церкви мы проводили Фредерику в небольшую комнату рядом с залом, где её уже ожидали подружки.
Первая - мисс Оливия Хартвелл - была из тех девушек, которые, кажется, рождаются уже готовыми восхищаться жизнью. Она то поправляла букет Фредерики, то восторгалась её платьем, без конца повторяя, что никогда ещё не видела такой красивой невесты.
Вторая, Элеонора Мангус, напротив, держалась спокойно и собранно. Она напоминала мне Грету своей собранностью.
- Всё будет прекрасно, - сказала я, поцеловав Фредерику в щёку. - Я пройду в зал, дорогая.
Она неожиданно поймала меня за руку.
- Подожди. В первую очередь подойди к леди Ашборн. Слышишь, Мэри? К ней первой!
Я мысленно вздохнула: «Уж придётся».
- Разумеется, милая. Ни о чём не волнуйся. Я тебя люблю.
А сама подумала, что мне хочется сейчас находиться где-нибудь далеко-далеко отсюда. На винограднике Френсиса, например. С бокальчиком вина. Или даже лучше с графинчиком.
Семейство наших почти уже будущих родственников - Ашборнов, не обладало состоянием, сопоставимым с капиталами Лонгширов. Зато оно могло похвастаться тем, чем многие старые английские семьи дорожили куда сильнее денег - происхождением. Своими корнями они, кажется, гордились почти с религиозным фанатизмом.
Именно поэтому леди Ашборн с самого начала была категорически против брака своего единственного сына с Фредерикой.
Слухи вокруг семьи Лонгширов, старая история с Реджинальдом и Каролиной, пересуды о наследстве, а потом ещё и моя собственная слишком самостоятельная роль в управлении всем состоянием - всё это вызывало у неё плохо скрываемое раздражение.
Но Уильям оказался упрям. Да и Фредерика, при всей своей внешней лёгкости, умела добиваться желаемого.
Так что последние четыре года превратились в тихое, изматывающее противостояние между будущей невесткой и потенциальной свекровью.
И вот сегодня оно наконец должно было закончиться.
Я вышла из комнаты и направилась в главный зал церкви.
Он был украшен именно так, как любила Фредерика: дорого, элегантно и без малейшего намёка на тяжеловесность. Цветочные композиции тянулись вдоль прохода, среди тёмной зелени поблёскивали ещё не раскрывшиеся кремовые бутоны роз, а высокие свечи в серебряных подсвечниках делали пространство мягче и теплее.
Гости уже занимали места, негромко переговариваясь.
Я машинально поискала взглядом леди Ашборн. Та стояла с мужем и вид у неё был обманчиво-ангельский. Хрупкая изящная блондинка, возраст которой был заметен только вблизи. Отец Уильяма был крупным мужчиной с внушительным породистым носом.
Я направилась к ним и увидела Уильяма. Он уже стоял у алтаря и, несмотря на все попытки сохранить серьёзный вид в этот торжественный момент, едва был способен скрывать собственное счастье - сиял, как новенькая монетка на солнце.
«По-крайней мере, Уильям искренне любит Фредди» - подумала я, успокаивая себя.
Воцарилась тишина.
Потом раздались первые, едва слышные звуки, которые медленно разливались по залу, словно растягивая время. Аккорды органа были плавными, воздушными - лёгкая завеса музыки окутывала гостей. Затем вступили струны. Это были мягкие переливы «Канона в D» Пахельбеля, где каждая нота точно попадала в пространство, создавая ощущение торжественной гармонии. Всё вокруг будто замерло, и каждый взгляд устремился к двери, через которую вот-вот должна была появиться Фредерика в сопровождении Джона и подружек невесты.
Глава 4
Дом выглядел после шумного праздника уставшим, растрёпанным и тихим.
Ещё вчера здесь гремела музыка, смеялись гости, Фредерика сияла так, будто солнце решили спустить прямо в гостиную Лонгширов, а сегодня слуги уже снимали увядшие цветочные гирлянды, осторожно уносили бокалы и пересчитывали забытые кем-то перчатки, веера и шляпные булавки.
Молодожёны после приёма отправились в “Клариджес” - там у них были запланированы ещё несколько вечеринок для друзей на четыре дня, а после отправлялись в свадебное путешествие в Египет. Уильям мечтал увидеть древние храмы вдоль Нила, а Фредерика посетить Каир - модный в то время среди английской аристократии.
Я сидела в малой столовой с чашкой остывшего кофе и просматривала счета и письма, когда Грета вошла внутрь с пачкой бумаг под мышкой.
- Я проверила расходы, - сообщила онаделовым тоном. - Нас безбожно обсчитали на доставке цветов. Сто пятнадцать процентов от стоимости заказа - недурненько. Позвоню им сегодня и любезно укажу на ошибку
- Конечно обсчитали, - устало ответила я. - Это же свадьба. На свадьбах людей грабят особенно вдохновенно. Ведь заказчики счастливы и щедры.
Грета чуть усмехнулась и уселась напротив.
За последние годы она стала ещё больше похожа на меня - не внешне даже, а этим своим внимательным взглядом, привычкой мгновенно подмечать слабые места и говорить о них без сантиментов. Иногда это тревожило - разве юная девушка должна быть такой прагматичной? Иногда - наоборот успокаивало. В том, что Грета не пропадёт, я была уверена.
Фред к завтраку так и не спустился.
- Наш брат жив? - спросила я.
- Более или менее, - невозмутимо ответила Грета. - Последний раз его видели около трёх часов ночи в компании двух молодых леди и нескольких ведёрок шампанского.
- Звучит прекрасно - хоть кто-то из нас умеет развлекаться. Стало быть, наследник семейства по-прежнему бесполезен.
- Зато стабилен, - заметила Грета.
Я невольно усмехнулась.
И именно в этот момент дворецкий Моррис, который сменил Бернса на посту пару лет назад, появился в дверях с видом человека, который уже заранее не одобряет всё происходящее вокруг.
- Рано утром был звонок от леди Шарлотты, мадам.
Я подняла голову.
- Ничего нового не произошло? Она в порядке?
- Нет, мадам. Только вопрос, как прошёл приём - ей интересны подробности. Но её врач от просил передать, что физически леди Шарлотта чувствует себя прекрасно. Морально страдают только окружающие.
Я кивнула.
- Ясно. Вы передали, что я собираюсь туда сегодня?
- Как вы и просили.
- Спасибо, Моррис. Я поеду примерно через час. Попросите горничную проверить вещи.
Несколько лет назад Шарлотта окончательно перебралась в старую усадьбу и, кажется, впервые в жизни стала по-настоящему счастлива. Завела пятерых котов, бесконечно спорила с садовником, лично варила варенье, выращивала розы и с таким воодушевлением обсуждала сорта яблок и груш, будто речь шла как минимум о международной политике.
А недавно полезла самостоятельно обрезать дерево - садовник, по её мнению, делал это непрофессионально.
Как и следовало ожидать, со стремянки она упала. И сломала ногу аж в трёх местах. И теперь терроризировала врача, сиделку и весь дом, изнывая со скуки от безделья.
- Возьми с собой бутылочку виски и терпение, - посоветовала Грета. - Пригодится и первое и второе.
- Лучше не бутылочку, а несколько, - зевая посоветовал появившийся в дверях Фред. Судя по его виду, ночка выдалась бурной.
Ехать в поместье я планировала одна. Мысль о нескольких днях в компании Шарлотты, её котов и яблочного варенья казалась весьма привлекательной.
Поэтому, когда Джон на приёме сообщил мне между делом, что едет со мной, я слегка опешила.
- Серьёзно? - переспросила я. - В деревню?
- А ты против?
- Да нет конечно, я буду рада. А Шарлотта так вообще счастлива. Но как же американские инвесторы?
Он чуть усмехнулся.
- Их развлекают по моей просьбе на всю катушку. Не буду рассказывать тебе всех подробностей, но они точно не вспомнят обо мне в ближайшие пару дней.
Это было так непохоже на него - отложить дела. Я внимательно посмотрела на него. Значит, какое-то дело здесь было для него важнее.
Автомобиль мягко покачивался на поворотах, за окнами тянулись поля, редкие деревни и мокрые после ночного дождя изгороди.
Некоторое время мы ехали молча. Потом Джон неожиданно сказал:
- Американцы снова подняли предложение.
Я повернула голову.
- По верфи?
- Да.
Он произнёс это спокойно, как будто речь шла о продаже лишнего автомобиля.
- И?
- Сейчас идеальный момент для продажи части активов. Рынок перегрет. Через несколько лет ситуация изменится.
Я молчала.
Он продолжил уже тем деловым тоном, который за последние годы стал почти частью его самого:
- Да ты и сама всё это знаешь - судостроение дорожает. Конкуренция растёт. Американцы готовы вложить огромные деньги в расширение сети. Если всё сделать правильно, через пять лет Бланты выйдут на их рынок полноценно.
- Ты говоришь так, будто эта верфь - просто строчка в бухгалтерской книге.
- А что это ещё?
Я резко посмотрела на него, а он даже не повысил голос, объясняя мне что-то для него очевидное.
- Бизнес либо растёт, либо умирает, Мэри. Сейчас этот бизнес достиг своего пика. Пора обновляться, чтобы получить больше.
Несколько секунд я смотрела в окно. Когда-то именно я была человеком, который мыслил только рационально. Цифрами. Выгодой. Перспективами.
Но теперь Джон переплюнул даже меня. И это пугало.
Не потому что он был неправ. А потому что иногда мне начинало казаться: он уже просто не умеет останавливаться.
- Когда-то ты был сентиментальнее, - тихо сказала я.
- Когда-то я был беднее и мог себе это позволить.
- А сейчас не можешь?
Он усмехнулся.
- Сейчас я наконец становлюсь тем человеком, которым обещал стать.
Я хотела ответить, что давно уже готова послать этого долгожданного человека ко всем чертям, но в этот момент автомобиль резко дёрнулся и остановился.
- Прекрасно, - спокойно сообщил Джон. - Мы застряли.
И стал стягивать дорогие туфли и носки.
Через минуту он уже стоял по щиколотку в грязи, пытаясь вытолкнуть автомобиль, ругаясь совершенно не по-джентльменски. Он поднял на меня глаза, рассерженный и выглядел при этом так смешно и молодо, что я расхохоталась до слёз.
Он поднял голову, посмотрел на меня - и тоже рассмеялся.
На короткое мгновение мне показалось, что мы снова стали теми людьми, которыми были когда-то.
Я тоже разулась и стала помогать ему подкладывать камни под увязшее колесо. Мы оба были перемазаны, как дети в песочнице. Тему разговора о верфи Джон благоразумно сменил на обсуждение свадьбы. Но я знала, что разговор этот не окончен.
Когда мы подъехали к усадьбе, уже стемнело. В окнах первого этажа горел свет, а у самого крыльца нас встретили два кота - рыжий и чёрный. Рыжий тут же начал тереться о ноги Джона, чёрный смотрел с таким видом, будто именно он здесь хозяин, а мы непрошенные гости.
Дверь открыла горничная.
- Леди Шарлотта ждёт вас в гостиной ещё с обеда. С приездом, миссис Блант, мистер Блант!
Шарлотта действительно ждала нас там. Она сидела в инвалидном кресле, вытянув вперёд загипсованную ногу, и выглядела как капитан Флинт. С кошкой вместо попугая.
За эти годы она заметно постарела. Волосы почти совсем поседели, лицо стало тоньше, но глаза остались такими же живыми и насмешливыми.
- Господи, ну и вид у вас, - заявила она вместо приветствия. - Вы что, пешком сюда шли? Или даже ползли? Тогда понятно, почему вы так задержались, между прочим
Я рассмеялась и перебила её
- Прости, что заставила тебя ждать. Мы застряли по дороге. Джону пришлось толкать автомобиль.
- Хорошо, что тепло, - прокомментировал Джон. - Милая Шарлотта, позвольте я вас поцелую.
Тётя довольно улыбнулась и протянула ему руку.
- Ах, Джон, как я рада вас видеть. Мэри, дорогая, тебя, конечно, тоже.
Я кивнула. Конечно же, тоже. Джон был вне конкуренции. Впрочем, я была довольна, что тётино внимание будет распределено между нами.
Она тут же начала командовать прислугой:
- Несите чай. Нет, сначала горячее. И пирог тоже несите. Все же голодные. Где Томас? Почему гости стоят? Боже мой, да кто-нибудь снимет наконец с Джона пальто? Его надо почистить. Не Джона, а пальто.
Вокруг нас возникла бестолковая суета. Коты крутились под ногами, прислуга толкалась, мешая друг другу.
Джон подошёл к окну и посмотрел в сторону сада.
- Розарий выглядит прекрасно. Даже в темноте видно, как он разросся.
Шарлотта буквально просияла.
- Ах, Джон, ты заметил! Я сама занималась новыми кустами у южной дорожки. Теперь вот катаюсь мимо них на этом вот тарантасе.
- Врач сказал, что физически вы чувствуете себя прекрасно, - заметил Джон.
- И конечно же добавил, что морально страдают только окружающие, - тут же перебила Шарлотта. - Эта шутка уже не смешная и старая, она мне надоела.
Через несколько минут она буквально выгнала нас переодеваться.
- Мэри, поднимайся в вашу спальню. Джон, а ты иди в гостевую ванную, иначе до ужина вы будете отмываться до ночи.
Когда мы спустились вниз, стол уже был накрыт.
- Ну? - потребовала она. - Рассказывайте про свадьбу.
- Всё прошло спокойно, - сказала я. - Было очень красиво и трогательно.
Шарлотта подняла брови.
- Неужели? Значит, эта Ашборн не испортила нашей девочке праздник? Если что - я всё равно узнаю, и такое ей напишу! - Шарлотта воинственно задрала подбородок.
- Нет-нет, тётя, всё было великолепно.
- Фредерика счастлива, - сказал Джон. - Это главное.
- А где молодожёны сейчас?
- В «Клариджесе», - ответила я. - С друзьями. А в субботу они отплывают в Египет.
- Египет! - Шарлотта довольно откинулась на спинку кресла. - Ну хоть кто-то в этой семье умеет отдыхать со вкусом. Если бы не мои котики, я тоже махнула бы в Египет. Это так модно сейчас. Но разве я могу их оставить? А почему бы вам не поехать, Мэри?
Она ещё долго расспрашивала нас о церемонии, платье Фредерики и гостях, а потом вдруг махнула рукой:
- Всё. Хватит. Вы оба выглядите так, будто сейчас уснёте прямо за столом. Идите отдыхать. Завтра будем пить кофе в саду.
Мы с Джоном поднялись наверх.
И только подойдя к двери спальни, я вдруг поняла, что в одной постели мы не спали уже несколько месяцев.
Г
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.