Няня для дочки Борзого

- Проверим, — жму на кнопку микроволновки, а в голове только чертовы танцы.

Не проходит и десяти минут, как Лина вовсю уплетает кашу, а я хлебаю горячий кофе и с гордостью за всем этим наблюдаю. Справился же? Вон, как ложкой стучит.

Потом мы дружно ищем, во что переодеться, не разгуливать же по саду в пижаме, яблоки собираем, листья всякие, дрессируем прифигевшего от такой наглости Беса, кормим его, а потом...

А потом наступает пятница, и, как бы все мое нутро ни противилось, я все-таки везу Лину на танцы.

Что что-то не так, я замечаю, как только поворачиваю на улицу. Возле здания, где находится студия, толпятся люди и стоит полицейская машина.

- Ёжкин кот, — ругаюсь вполголоса, но дочка все слышит и нервно ерзает в детском кресле.

- Что там, пап? А? — тянется она.

- Ничего, сиди спокойно, — командую, а у самого в голове бешено крутятся шестеренки.

Предусмотрительно припарковавшись на другой стороне улицы, я осматриваю себя, и, мысленно благодарю высшие силы, за то, что надоумили меня одеться посолиднее. Белая рубашка, классические брюки и пальто — весомые аргументы в беседе с полицейскими.

- Сиди тихо, — повторяю дочке и выхожу из авто.

На этот раз, испорченными жалюзи дело не обошлось, хулиганы, действовали смелее. Логично, конечно, отсутствие ответки за первый раз развязывает руки. Результат: искореженный метал, битые стекла и краска, снова она родимая.

- Здравствуйте, — нарочито громко приветствую толпу у входа и по тому, как мне вяло кивают и бурчат что-то похожее на «день добрый», понимаю, что отвечать за это безобразие снова никто не будет.

Проскользнув мимо лениво опрашивающих свидетелей полицейских, захожу в салон и сразу натыкаюсь на хозяйку.

- Сегодня занятий не будет, — мазнув по мне взглядом, отвечает танцорша и, взяв веник и совок, принимается за уборку. А для уборки здесь поле непаханое: стекла, мусор, камни какие-то.

- Ты же понимаешь, что это не шпана чудит? — спрашиваю и подпираю спиной дверной косяк.

Молчит, шмыгает носом и упорно скребет пол метелкой.

- Тогда второй вопрос, на тебя уже выходили, что-то предлагали?

В ответ, к монотонному «вжих-вжих» добавляется кивок. Тоже хорошо, наши хулиганы имеют лицо, а значит, у них есть цели.

- Что предлагали? Требовали, пугали? Что?

- Продать просили,— не поднимая головы и, не прекращая уборки, отвечает танцорша, а потом, бросив, и совок, и веник, срывается на меня — А вам то с этого что?! Вам это место не подходило, не хотели дочку водить, так считайте, ваши молитвы были услышаны!

- Мне по барабану, права, — отталкиваюсь от косяка и, спрятав руки в карманы, подхожу поближе к психованной. - И танцульки ваши не одобряю, так, развлечение для скучающих девочек, но несправедливость не люблю до изжоги, а еще, когда взрослые дяди против слабаков и баб воюют.

Прохожусь по студии, прикидываю масштаб бедствия и цену этой забегаловки. Кому это могло приглянуться?

- Сколько обещали за твою каморку? — интересуюсь и наблюдаю через стекло, как стражи порядка пакуются в машину и собираются уезжать.

- Пятьсот, — танцорша устало выдыхает и бросает на пол веник с совком. - Пятьсот за это все! У меня на ремонт больше ушло, а разрешений всяких столько...

На секунду мне даже становится жаль ее. Смотрю, как она садится на стул, как обхватывает руками голову. Вика, вроде? Могу ли я ей помочь? Да. Хочу ли? А вот это интереснее, потому что не знаю, за что и перед кем вписываться, и лишние проблемы мне сейчас не нужны. У меня вон, дочь в машине сидит и опека, как к себе домой ходит.

- Я на эту студию пять лет как проклятая работала, — выкладывает правду-матку Вика. - Все вложила, кредит взяла, думала, по-человечески работать буду...

- Закрывайся и отменяй занятия. — командую я. Чувствую, что потом обязательно об этом пожалею, но... - Документы на помещение с собой?

- Дома, здесь копии, — поднимает голову и смотрит на меня своими щенячьими карими глазками.

- Жду в машине, мне нужны оригиналы.

- Зачем?

- Затем, Вика, что я единственный, кто может тебе помочь, но пока не вижу веских причин для этого.

Глава 12

Вика Сомова

- Верейская пятьдесят четыре, — называю адрес, как только застегиваю ремень безопасности, и мы трогаемся с места.

Я еду на машине того самого мужика, что несколько дней назад брезгливо осматривал мою студию и категорически отказывался водить дочь на танцы. Похоже, дожала его дочурка. Украдкой бросаю взгляд на мужчину. Он ведь даже не представился или...

Вроде как что-то... Наглый? Резкий?

«Борзый!» — проносится в голове и я и тут же начинаю сомневаться. Это ведь не имя, и не фамилия. Прозвище? Или, как говорят такие как он, — погоняла?

Да, какая разница уже. Плевать, вот честно, я и так всю неделю чувствую себя героиней какого-то фильма о 90-х. Передел бизнеса, погромы, рейдерские захваты. Стрельбы не хватает, и слава богу, зато всего остального хоть продавай.

Моя студия разгромлена, полиция для галочки отработала вызов, а я впервые в жизни стояла посреди зала и не знала, за что хвататься. Отправила домой тех немногих учеников, что удалось сохранить, взяла в руки веник и...

Пришел он.

Поправляю ворот куртки, отряхиваю пыль с джинсов, видимо, приложилась где-то, пока металась по залу, и смотрю в окно. Мимо мелькают знакомые улицы, здания.

Доверять ли этому Борзому? Не знаю.

Едем вроде правильно, значит, бояться нечего. Разве что тех людей, которые хотят выкупить у меня помещение. Они уже не остановятся, и, в конце концов, либо разгромят все до основания, либо... какая разница, если итог один — студии у меня больше не будет, а с этим, Борзым, есть хоть какой-то шанс. Я надеюсь что есть.

- Пап, а мы куда едем? В гости? — слышу детский голос с заднего сиденья.

- Ага, в гости, — отвечает мужчина, не отвлекаясь от дороги, и тут же спрашивает — Они тебе звонили?

Не сразу понимаю, что обращаются именно ко мне. Эмоций столько, что не переварить и, видя мою отрешенность, Борзый повторяет вопрос: «Тебе кто-то звонил? Что-то говорили, требовали?»

- А? Да, звонили, просили продать и все. — пожимаю плечами и первый раз решаюсь открыто взглянуть на мужчину.

Он сегодня выглядит солидно, пальто, костюм, но пахнет все так же, как при первой встрече. Тонкие нотки кофейных зерен приятно щекочут нос, я морщусь и тру его ладонью, чтобы не чихнуть.

- Вот еще! - Хлопаю руками по коленкам, — они говорили про какой-то «Бьюти Сезон» расширяется, и мое помещение нужно именно для этого.

- Уже что-то, — не поворачивая головы отвечает Борзый и замолкает. Я успеваю рассмотреть всю приборную панель его шикарной машины, а он молчит...

Молчит, пока едем по трассе, когда заезжаем в нужный район, и только когда останавливаемся возле моего дома, я слышу скупое — жду. Выскакиваю из машины, на ходу заправляя растрепавшиеся волосы за ухо, и бегу за документами. Сможет помочь — отблагодарю, не сможет, — продам студию, закрою ипотеку и...

«В клуб на подтанцовки, Сомова» — внутренний голос озвучивает то, в чем я сама себе боялась признаться.

Дмитрий Борзов (Борзый)

- Закрой ушки, Лин, — командую дочери, как только точеная фигурка танцорши скрывается за обшарпанной подъездной дверью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.