- -
- 100%
- +
Глава 1. Бедный прЫнц
Закрывая калитку, рефлекторно пригнулся и вежливо пропустил вперёд старый отцовский ботинок. Пользуясь случаем, поднял с земли свою походную сумку и, взгромоздив её на непустые плечи, покорился судьбе ишака, идя прочь из родного, но давно опостылевшего дома.
– Федя! Феденька! – плаксивый голос мамы, вынудил обернуться.
Худощавая и давно выцветшая на солнце женщина бежала ко мне с пакетом в обнимку. Линялый платок поверх сутулых плеч развивался на ветру, а белые пакли сухих волос напоминали перекати-поле. Та, что подарила жизнь такому придурку, как я, беспомощно и виновато взирала на своё повзрослевшее чадо пепельными глазами сквозь сеть мелких морщин на веках.
– На, возьми. Тут сухофрукты, консервы. Баранки свежие…
– Ма, я переезжаю в город, а не на зону, – устало закатил глаза. – Оставь… Пусть твой жиртрест лупит под водяру.
– Ну перестаньте вы ссориться, – жалобно заскулила родительница. – Он как-никак тебе отец.
– Отчим, ма! – сурово посмотрел на мать. – И всегда таким останется!
Мама покачала головой, а после вздрогнула от звука пьяного голоса со стороны калитки, где выпятив голое пивное пузо, стояло неделю небритое чудо.
– Аглая? Чё вцепилась в него клешнями? Пусть катится в свою "шикарную жизнь".
Мама спешно утёрла веки, слегка сжавшись в себя.
– Я пошёл, ма. Как доберусь, позвоню, – ласково погладил родительницу по спине.
Женщина, дрожа руками, начала втихую совать мне деньги.
– Возьми, Федюша. На первое время. Мало ли.
– Оставь. Не надо! – принялся настойчиво отталкивать, но тут грубая потная ладонь выхватила из её рук купюры, а меня наградила звёздным подзатыльником.
– Пусть катится, щенок неблагодарный, – шлейф перегара ударил в нос так, что мгновенно окосел сам, правда дополнительный волшебный пендель вмиг вернул прямую походку.
– Сеня, хватит. Не трогай его, – мама героически втесалась между нами.
– Неблагодарный выблюдок, – пьяная сцена продолжала тлеть. – Вырастил на свою голову. Мать пожалел бы. Ей помощь нужна и по дому, и с мелкой, и со скотом…
– А ты протрезвей разок да помоги ей, – рявкнул я, за что снова удостоился затрещины.
– Пшёл отсюда! И чтоб ноги твоей больше не было в моём доме! – брызнул слюной отчим.
– Сеня! Фёдор! – взмолилась мама, плача уже в голос.
– Люблю тебя, – затяжно чмокнул женщину в щёку. – Выше нос, ма. Ты ещё будешь мной гордиться.
Широко улыбнулся ей напоследок и, вдыхая полной грудью новый и незнакомый запах свободы, двинулся к автобусу.
Ура! Здравствуй взрослая жизнь! Никаких пахотных работ в огороде и скотнике. Никакой учёбы до одурения. Никаких подработок в ночное время на железнодорожной станции, где до боли в спине разгружал вагоны, чтобы купить себе такие же боты, как у Гошки Виноградова или аналогичный спортивный костюм, как у Фильки Солодкина. Мне больше не нужно никому доказывать, особенно деревенской шпане, что я – мужик, и круче меня только яйца.
Я, Фёдор. Федя. Федька. Ненавижу своё имя. Про фамилию можно пока смолчу? Потом вам её здесь кто-нибудь ляпнет.
О чём я? Ах да, я – мужик. Смешанная внешность, как любят говорить, метис. С кем скрестилась моя мать – без понятия, но наградила смуглой кожей, густыми тёмно-жгучими волосами и каким-то девчачьим, на мой взгляд, фейсом. Длинные ресницы, чувственные губы и дьявольски чёрные глаза, чуть раскосые, как у кошки. И за весь этот набор прелестей всё своё детство я ненавидел себя. На кой чёрт это добро пацану?
В свои двенадцать завидовал квадратной башке Илюхи, в которой кроме таскания палок с гвоздями и видеоигр больше ничего не хранилось. Мечтал о такой же прорехе в зубах, как у Лёхи Новосёлова – с ней можно свистеть на всю округу не хуже Соловья-разбойника. А от носа картошкой Саньки Клюева просто сгорал лютой завистью. Я – мужик, мать вашу, и у меня просто обязаны быть такие же черты лица и дефекты.
"Шрамы украшают мужчин" – успокаивала воспитательница детского сада номер четыре, рисуя зелёнкой ромашку на моей разбитой коленке, когда был ещё пятилетним сопляком. Принцип тогда просёк – года два ползал на коленках, зарабатывая себе новые и такие "мужественные" шрамы. К счастью, после десяти чухнул свой просак и начал получать их менее унизительно. В тринадцать гордился рассечкой над бровью, что схлопотал за то, что школьницы предпочитали на дискотеках меня, а не местного хулигана Вована. Но в пятнадцать уже мечтал о пластической операции, чтобы избавиться от данной заслуги.
Красавчик! В мои шестнадцать каждая девчонка в школе и за её пределами текла со всех щелей, глядя на меня. Поначалу столь пристальный девчачий интерес к моей персоне смущал и слегка раздражал, но после вдруг осознал, что у всего этого есть преимущество. Если правильно попросить, улыбнуться или подмигнуть, то одноклассницы превращались в растёкшиеся лужицы – а то и в весенний паводок – заикались и соглашались на многие вещи, что я мог попросить. И просил я самое простое – дать списать домашнее задание по химии или физике. Ну, не дружил я с этими дисциплинами, хоть и шёл на медаль!
Основательно во вкус своего врождённого дара над женским полом вошёл в семнадцать, когда понял, что есть кое-что поинтересней обжиманий и поцелуйчиков за территорией школьного двора и местных дискотек. Однако, первый сексуальный опыт оказался неудачен. А нелегко знаете ли девственнику оприходовать девственницу! Она доверилась, а я промазал. Доводил дело до ума в туалете с помощью мыла, а Лидка со мной больше не разговаривала.
Теперь же я – совершеннолетний красавчик с дебильной серебрянной медалью, но абсолютно не решивший, что с этим делать, – вышел из родных пенатов во взрослую самостоятельную жизнь. Я всегда мечтал о хороших деньгах и статусе, но решительно верил, что достигну всего сам. Я же мужик!
С недомедалью взяли в ВУЗ прямо с первых рядов, но совмещать очное обучение в архитектурной академии и работу оказалось, ох, как непросто. Днём грыз гранит науки, а вечером тырил из общей кухни в студенческой общаге пельмени и сосиски, так как стипендии хватало лишь на сигареты и транспорт, а попросить денег у родителей, шкалила гордыня.
Москва – город возможностей, но каменные джунгли не для такого простачка, как я. Успел поработать и ночным сторожем в детском саду, и промоутером, и доставщиком пиццы. Денег по-прежнему не хватало на мою самостоятельную и роскошную жизнь.
Стать альфонсом? Запросто! Богатые бизнесвуман всегда ждали меня в своих квартирках и не скупились на поощрения после шикарного секса, который всё же сумел освоить – спасибо лысому из Браззерс. Только… Опять. Снова и навсегда. Я – мужик и Я САМ хочу платить деньги за кувыркания в постели с барышнями. Правда все мои попытки уже около года продолжали оставаться нищенскими.
Однажды, снял номер в гостинице для миловидной девушки. Чудный вечер, страсть в постели, но на следующий день ходил пешком в шарагу и самостоятельно зашивал дырку на носке.
Засада! Мне нужна работа! Нормальная работа!
Глава 2. Собеседование
– Свободная касса! – фальшиво улыбаясь, машу грёбаным флажочком в Макдональдс.
Твою мать!
– Яценко! – толстоза… упитанная менеджер Нина требовала моего монаршего внимания. Обслужив глупого покупателя, подошёл к ней. – Завтра встаешь на кухню. Леонов заболел.
– Фри?! – тут же представил жар кипящего масла во фритюре и вспотевшую задницу между ягодиц.
– Да. Фри! Анатольевна обещала доплатить.
Ха, да ни разу и никому! Но под хмурое "угу" продолжил свои обязанности. Народу в торговом центре в утренние будние часы обычно "кот наплакал", поэтому скучающе складывал из салфетки подобие цветка, мысленно придумывая отмазку, почему не явился сегодня на пары.
– Милая мордашка, – голос из-за прилавка заставил подскочить.
Как смела моя деревенская задница прошляпить очередного достопочтенного едака с тремя подбородками? Но на меня насмешливым взором смотрела пара синих глаз, хозяин которых отличался вполне атлетичной фигурой. Дамочки от такого кадра явно забывают с какой целью родились на свет.
– Добро пож… – включил заезженный набор слов для приветствия, но субъект жестом велел остановиться.
– Кофе. Маленький стакан. И всё.
Да, такому мачо здесь разрешён только кофе. Кивнул и огласил сумму заказа. Приняв оплату и противно "облизывая" клиента, назвал его номер очереди, которой по сути нет.
Заказ принесли мгновенно, и я с очередной лживой приветливостью побудил его вернуться к нам снова. Тошнота от отвращения к себе подступила к горлу. Хотя нет, это походу отрыжка от вчерашних спёртых у кого-то пельменей.
Покупатель, не отходя от кассы, отхлебнул напиток и, слегка усмехнувшись, протянул мне визитку.
– Если заинтересует, звони, – сиплый голос с хрипотцой, от которого невольно передёрнуло.
Тип хмыкнул и, круто развернувшись, ушёл, странно виляя задом.
– Здравствуйте, мне пожалуйста два…
Следующего клиента даже не заметил и, боря любопытство ознакомиться с визиткой подробнее, спрятал её в карман.
Выйдя из работы и затянувшись сигаретой, вновь нащупал пластиковую карточку в кармане. Изъяв, притормозил возле автобусной остановки. Опустил взор на пастельный прямоугольник, более внимательно знакомясь с содержимым. Каллиграфические закорючки бордового цвета гласили:
"Требуется привлекательный артистичный совершеннолетний мужчина с твёрдой жизненной позицией. Без вредных привычек. График индивидуален. Высокая заработная плата. Обращаться по номеру телефона…"
Привлекательный мужчина? Глянул на своё отражение в витрине ближайшего киоска. Бабы пока мои – сойдёт. За это галочку. Без вредных привычек? Сейчас потушу. Где урна? С твёрдой жизненной позицией. Твёрдой? Ну, смотря где эта самая позиция.
Потянулся к телефону. Женский сексуальный голос договорился о встрече. Глянул время – на сборы есть целых два часа. Успею. На месте появился без пяти минут – мне бы такую же пунктуальность, когда нужно на пары. В тесной приёмной советского типа сидела надутая тётка и смотрела на меня поверх очков.
– У меня назначена встреча. Я звонил сегодня. Яценко Фёдор. – Я по работе…
Дама скептически оглядел меня с ног до головы и презрительно рыкнула:
– Там сядь и заполни анкету. К тебе подойдут.
Понял, «вежливая леди»! Задавать насущные вопросы себе дороже, поэтому подчинился и плюхнулся на ветхий диван. Вынул из-за пазухи куртки ручку и принялся заполнять сомнительный документ.
Неприятно долгое и сомнительное ожидание постепенно начинало действовать на нервы, отчего дико хотелось прикурить. Без вредных привычек, Фёдор! Терпи! Ждал. Включил игрушку на смартфоне.
Прядь длинного белого локона мелькнула сбоку и плеча коснулись. Поднял голову. Увидев это чудо перед собой, готов был заорать и бежать, сверкая остатками своего мужского достоинства.
Блондинка с маской макияжа на мужском лице, в модном девичьем прикиде на мачовом теле. Я бы мог усомниться в его половой принадлежности, но наличие явного кадыка и выпуклая часть ширинки свидетельствовали об обратном. Взор синих глаз, который сегодня уже где-то видел. Да ладно! Не может быть!
– Привет, пупси-ик!
Твою…
Глава 3. Чудо чудное
Ну, нет!
– Отвали, козёл, я не по этой части! – решительно пихнул его от себя и вскочил с диванчика, как ошпаренный.
Досада и отвращение больше к самому себе, чем к этому субъекту. Дебил! Рожей вышел, но видно не мозгами. Простота провинциала – лучшая наживка для развращенных и умудрённых опытом, как это…
– Вижу, что натурал, – ломая из себя женщину, фыркнул он. – Такой и нужен, пупсик, расслабься…
– Ещё раз назовёшь "пупсиком", сровняю нос с хребтом. Поверь, силёнок хватит.
– Уф, прям ярый гомофоб, – довольно захихикал субъект. – Ну так, что, выслушаешь, раз уж тут или дальше пойдёшь мёрзнуть в дермантинке и дырявых ботах?
Может лучше начистить тебе счастливую рожу? Сжал ладони в кулаки и оглянулся на пышку за столом. Дама, как ни в чём не было занималась своими делами. Походу подобные сцены её давно не удивляют. Интересно, сколько таких как я прошло через эти двери? Твою дивизию, надо же быть таким простофилей и притащиться сюда!
– Давай уже сажай свою корму, – его голос резко перешёл на баритон и ладонь сильным мужским ухватом припечатала мою пятую точку обратно на диван.
И лишь в эту секунду понял, что это тот же самый мужик, который дал мне сегодня визитку в Макдональдсе. Раскрыл рот в изумлении, пока чудила, пользуясь случаем выкладывал основную информацию.
– "Тайны Инкуба" – стриптиз для богатых тёлочек. Ты раздеваешься, они платят. Расклад донельзя прост. Две сотни штук в месяц плюс чаевые, и это нижняя планка. Услуги эскорта неформальны и оплачиваются по отдельному тарифу. Всё сугубо по договорённости, трахать или нет – зависит лишь от твоего желания наживы.
Меня перекосило. Мужская проституция – чересчур унизительно, даже для моего и без того полуголого зада.
– Не интересует, – это понял точно. Решительно поднялся, направляясь прочь.
– Уверен? – чудо чудное снова вошло в образ женщины и окинуло меня скептическим взором. – Ноябрь на дворе, а подошва летних ботинок на носке почти отошла. Тебе лучше стыдиться своей видухи, чем красиво ублажать тётку с кошельком? Не дрейфь, дамочки обычно тюнингованные, так что гадко один раз из пяти. Учти, твой говноприкид осмеивают сейчас все, но там в клубе ты их бог даже с голой жопой.
– Я всё сказал, – прорычал в ответ, всем разумом сознавая, что этот цветастый петух в чём-то прав.
– Подумай дома на пустой желудок, пупсик! Номерок у тебя есть…
Я сердито фыркнул и решительно направился прочь, проклиная и матеря всю эту гадкую ситуацию.
Только…
На иссушенный желудок думалось значительно оперативно. Двух недель хватило. Провалил экзамен по начертательной геометрии, а для пересдачи без пузыря дорогого коньяка все шансы равны нулю. Девчонка, на которую запал ещё в первые дни учёбы, гордо и вальяжно села в машину красавчика с третьего курса. Продажная пиявка! А я наивный дурень! На черта ей мои "маде ин никто"?!
И вот теперь ещё более замерзший и одинокий вновь стою теперь уже в парке под покровом ночи и жду чудилу с белёсыми лохмами. В этот раз ряженый изображало гордость и надменность. Ни фига, бить челом в сугроб точно не собираюсь.
– Только за твои красивые глазки я решил передумать, – носом водил в воздухе знаки восклицания.
– Я ещё не принял решение, – стыдясь, промямлил я, тщетно грея руки в карманах куртки. – Я только взгляну.
Липовая красотка захохотала:
– Что ж взглянуть можно, но решать всё равно будет Ласка. Считай, что я – твой агент и устраиваю тебе пробы. Не провали, красавчик.
Дрожу и роняю слезы, в надежде скрестив пальцы. Это сарказм – кто не понял, – но в его дорогой Ровер прыгнул вперёд хозяина. Капли конденсата ручьём закропили по лбу. Офонареть, ледяная человеческая скульптура сейчас зальёт талыми водами чудиле весь салон.
– Пристегнись, пупсик. Я езжу только по правилам, – промурлыкал он ломаным голоском.
По правилам? Боюсь, ты где-то оступился или прочёл их вверх ногами. Щелчок блокировки дверей, и панически понимаю, что еду с ряженым в бабу мужиком в какой-то порнодом. Зашибись! Докатился. Путь увёл за город. Тишина и тепло в салоне убаюкивали, но, помня кто со мной рядом, жутко вылупил глаза на дорогу. Только не спать, не спать!
– У моего друга такие же глаза во время оргазма, – лучше бы он молчал. Сжал ладони в кулаки до хруста, готовый зарычать. – Во! Таким ты мне больше нравишься. Расслабься, на тебя у меня не встанет. Поверь…
Сейчас расплачусь, но полегчало. Ненадолго.
"Тайны Инкуба" – гласила неоновая надпись на двухэтажном доме, похожем на поместье английского лорда, что было больше необычно, чем странно. Каменные стены с высокими колоннами и балюстрадами, витое крыльцо, тяжёлая парадная дверь с коваными ручками и петлями гулко скрипнула, придавая значимость данному заведению.
Внутри всё более взрывное. Красные стены под имитацию кирпичной кладки, барная дубовая стойка прямо в фойе, которая выполняла как функцию ресепшн, так и алкогольного ублажателя. Диванчики из кожи и тёмного дерева расставлены вдоль стен. Широкая лестница, так же из тёмного дерева тянулась вверх. Каскадная люстра нависала с потолка и угрожала своей тяжестью.
Завёл меня горе-мужик в одну из комнат второго этажа, которую он величал, не иначе как кабинет. Только это рабочее место больше смахивало на женский будуар или гримёрку. Фиалковые стены, светлая кожаная мебель, пуфики и горы подушек. Ароматические свечи, саше, перьевые шарфики и прочие финтифлюшки больше подходящие дамским апартаментам. На полках шкафа гордо расставлены почётные грамоты, награды и фотографии, от которых, если приглядеться, хотелось сжечь собственные глаза в синем пламени стыда.
– Раздевайся! – довольно растянул улыбку ноу-натурель и плюхнулся на диванчик, подняв ввысь гору подушек.
Определенно, надо было бить, и лучше с ноги.
Глава 4. Ликан
Сверлил презрительным взглядом и инертно сжимал пряжку ремня на поясе брюк. Почему, соглашаясь, я совсем не подумал об утере своей нищенской одёжки? А это полумужское или полуженское существо нагло сверкает на меня своими накрашенными глазками. Его павлиньи липовые ресницы хлопают с ветерком, доводя до озноба.
– Стесняться тут негоже, – хихикнул снова чудило и, изъяв пилочку из внутреннего кармашка своего пиджака, принялся пилить накладные ногти, донося до моего уха жуткий скрип.
– Да кто ты такой, чтобы я тут перед тобой выписывал топлес?! – фонтан гневной слюны прыснул в его сторону, шлёпнувшись о броню безразличия и чего-то ещё.
Чудило посмотрело исподлобья, притормозив напиливание.
– Ты сам захотел сюда приехать, – ткнул в меня пилочкой, подобно дирижёру. – Либо снимай портки, либо вали бомжевать и не трать моё время. У меня хоть и маникюр на руках, но врезать могу не по-бабски. Ну?
В холод и голод больше не хотелось. Сглотнул, понимая, что румянец стыда заволакивает щеки. Не зря меня из родного дома выперли, не дай бог кому-то ещё такого сынка. А ведь я не о об этом всём мечтал, уходя с гордо поднятой головой. Дурак! Облажался, так облажался.
– Не могу я так, – понял совершенно точно и склонил голову. Стыд от всей ситуации и от самого себя, затолкал моего внутреннего самца глубоко в подпол, если не ниже.
Голубок с минуту мерил меня взглядом, а после испустил тяжелый выдох и достал телефон. Всё! Теперь точно погонят в шею поганой метлой. Смиренно начал ждать ещё более унизительных пинков под мягкое.
– Да. Я это! – небрежно бросил мужик в трубку. – Забеги-ка ко мне… Ну ко мне! Давай, я жду! Ага…
Кинул аппарат на диван и потянулся за вейпом. В носу тут же зачесалось от желания закурить. Чудило же вальяжно растянулся на диванчике, созерцая моё позорное нутро.
– Ты хоть не девственник? – спросил насмешливо.
– Пошёл ты!
– А чего тогда, как цаца себя ведёшь?! – резко гаркнул он. – Или только в моём присутствии боишься жопу оголять?! Оставь свою корму при себе. Это работа прежде всего! Не хочешь танцевать топлес перед зажравшимися бабами, вали тогда в мусорке копаться.
Увы, я не успел подойти к нему, чтобы физически прояснить ему своё финансовое положение. В будуаре появилась миниатюрная цветная особа. Цветная в плане одежды. Шатенка в удобных лодочках тридцать шестого размера, колготки в чёрную крупную сеточку, красно-алые боди и губы, блестки на скулах и руках, кружево чёрного лифа сексуально выпирало из декольте. Идеальная фигура, на мой взгляд – тонкая талия, высокая грудь и округлые бедра. Уставился на красотку, мгновенно взращивая к ней как свой интерес, так и младшего брата в штанах.
Девушка быстрыми шажочками прошла к подлокотнику дивана и, присев, оперлась хрупкой спинкой о плечо псевдодамы. В восхищении, ни грамма не пасуя, уставилась на меня, но в глазах читалось не то, чего бы мне хотелось. Для неё я товар, а не мужчина. Бля! К чему шёл, до туда не дойду теперь ни в жизнь. Молча оплакивал своё позорное существование.
– Я, кажется, ослепла?! – голосок невероятно звонок и задорен. Прекращай меня, красотка, покорять. – Откуда это божество с Олимпа?
– Угу, Зевс прям рыдает в подушку, – хмуро пробурчал ряженый.
– Да ладно тебе, Раф, – девушка слегка толкнула его в плечо. – Он, правда, классный. Где ты его нашёл?
– К счастью, там таких больше нет, – буркнул чудило и со смаком выпустил струйку сизого дыма. – Ершистый уж больно. Давай, ты сама с ним.
Она резво спрыгнула с подлокотника и мигом очутилась возле меня. Пряный яблочный аромат ударил в нос. Эта девушка, как бокал новогоднего глинтвейна – тёплый, пьянящий и отчего-то чересчур родной. Красотка приблизилась и, не глядя в глаза, восхищенно огладила мои грудь и плечи. Опустилась ниже, прошлась по талии, коснулась бёдер и задницы. Твою мать! Если она пойдёт так дальше, я за себя не ручаюсь. Вот, чёрт… Её ладошка вдруг легла на место ширинки, заставив охнуть. Ошалелый взгляд встретился с её.
– А здесь вне конкуренции, Раф! – воскликнула она как-то слишком радостно, продолжая держать свою ладонь там.
Ты только не двигай ей, может, и стерплю. Смотрел то в потолок, то на стены, стараясь хоронить эмоции и тем более желания.
– Ты не могла бы не трогать… его? – проблеял я, пуская струи пота по лицу, пока всплеск желания сдавил горло плотным кольцом.
Девушка игриво улыбнулась, но просьбу выполнила.
– Тебя как звать?
– Фёдор.
– Ну это пока. У тебя должно быть сценическое имя, – мурлыкнула красотка. – Я – Сирена, а в жизни Алёна. С Рафаэлем ты, думаю, уже познакомился. Покажешь нам, что под обёрткой? – Смотрел на неё нерешительно. – Ну давай же, тут все свои. Хочешь я тебе помогу?
А?!
И вот этого точно не ждал. Алёна спустила ручки вниз и лихо освободила мои брюки от ремня. Джинсы пали на пол. Футболка стартанула вверх. Моего обнаженного тела коснулась женская фигура. Тестостерон погнал мысли в дебри и опьяненный этой особой покорялся всему, что она вытворяла. Пара минут, и я в старых боксёрах стоял напротив неё, сверкая своими формами. Краска заливала щёки и уши. Сцука! Ну прям и правда, как девочка-целочка!
– Приподними руки и слегка повернись боком, – велел транс. Скрипя сердцем, выполнил. – Да-да. Пресс напрягай чаще и задницу. Си, подкачать его немного надо. Филейка, совсем скудо-бедная!
– Клиенткам важен, поверь, не его зад. Накачает ещё. Главное, там чтобы без сюрпризов.
Сцепил зубы до хруста и старался смотреть лишь на красотку, внушая себе, что здесь только она – моя госпожа, а я её несчастный и покорный раб. Лять!
– Оу, Си, ты явно приподняла его рабочий статус, – хихикнул Рафаэль, оценивая моё естество в женской ладони.
Бля! Младший, никогда не давал солгать – чёртова "лакмусовая бумажка"! В данном случае, пусть будет палочка.
– Раф, на него слетятся все наши клиентки, – засмеялась в ответ девушка. – Ему срочно нужен псевдоним.
– Пусть Тарзана берёт или Логана, – безразлично махнул рукой чудило.
Алёна пару секунд думала, забавно морща носик да шевеля тонкими бровками, и после с озарением подняла на меня бездонные глаза.
– Ликан! Ты будешь Ликаном, – она счастливо улыбнулась и вдруг прильнула к моей щеке, едва касаясь уголка губ.
Лёгкий, но такой пьянящий поцелуй просочился в кожу и устремился по венам прямо под грудину. Держите меня свитой! Пропал! Бесповоротно и навсегда…
Глава 5. Хозяйская семейка
Наконец было разрешено одеться, и Рафаэль с облегчённым благословением передал меня миниатюрной красотке, что повела к той самой загадочной Ласке, чьего одобрения я должен заслужить. Пока шли, девушка параллельно показывала клуб: тренажёрный зал, гримёрные, костюмерная, основной зал для гостей, VIP-комнаты, а также была и жилая зона для сотрудников.
– А это танцевальная студия, – приоткрыла она дверь в полутёмное помещение с зеркалами. – Здесь я обучаю ребят хореографии.
– Так ты не танцуешь? – вскинул вверх брови, почувствовав отчего-то облегчение. Эта девушка намного чище, чем хочет казаться.
– Танцую, но не здесь, – улыбнулась простодушно, но планка, что я о ней поднял, вновь начала падать. – Я преподаю в танцевальной школе. Латина – зумба, бачата, кизомба и немного беллиданс.
– Беллиданс? – не понял я.
– Танец живота, – с удовольствием уточнила Алёна, закрыла дверь и двинулась дальше по коридору. – А здесь я просто даю уроки мужского стрип-дэнса и стрип-пластики. Ну и живу.
– Живёшь?! – голос невольно повысился от изумления. Работать в этом вертепе ещё можно, но жить.