- -
- 100%
- +
Глава 1.
– Ну, а что ты хотела? Я ведь предупреждала тебя, что это не навсегда, – свекровь смотрит на меня холодными, змеиными глазами.
Жестокие слова острыми стеклами впиваются в сердце, но я все еще не верю. Нет! Костя не мог так со мной поступить…
– Я сразу говорила, что ты не пара моему мальчику, и ваш брак – ошибка, но кто же слушает старую, больную женщину?
Здесь она лукавит. Как обычно, ждет комплиментов в свой адрес. Но ситуация сейчас не та…
Мой муж – главный врач крупной сети медицинских клиник, доставшихся ему по наследству. Красавчик-миллиардер, доктор в четвертом поколении. Сердечно-сосудистый хирург, очередь к которому расписана на месяцы вперед.
Его мать формально всего лишь заместитель. Но все прекрасно знают кто здесь серый кардинал.
А я… Так, недоразумение. Глупая выскочка, на которую великолепный Константин Аксенов запал по какой-то нелепой случайности. Простая студентка ординатуры медицинского университета, выигравшая джекпот.
Я им не ровня. И никогда не стану. Тем более, после того, что увидела…
– Молодой, горячий, – ухмыляясь, продолжает свекровь, – Перепутал настоящие чувства с похотью, вот и женился на тебе в угаре. Вообще не понимаю что в тебе нашел. Ни кожи, ни рожи, да еще дура дурой! А теперь – все. Протрезвел, слава Богу.
Эльвира Леонидовна цинично улыбается и демонстративно выключает экран мобильника. А я все еще стою, как истукан. Меня, как будто по голове ударили.
Смотрю на погасший дисплей, разделивший жизнь на “до” и “после”, и не могу вымолвить ни слова.
В горле ком, в голове сумбур. Это просто не может быть правдой!
В памяти, будто на киноэкране, проплывают картины вчерашней ночи.
Горячо обожаемый муж целует меня, как только он умеет. Нежно ласкает, заглядывает прямо в душу и клянется в любви до гроба…
А еще просит родить ему ребенка. Маленькую девочку. Обязательно похожую на меня.
И я таю от переполняющих чувств. До слез, до дрожи. Улетаю куда-то вверх, на ванильные облака. Вместе с ним. Родным и единственным.
Так было всего несколько часов назад. А сейчас…
– Лучшее, что ты можешь сделать – это исчезнуть из его жизни, – хорошо поставленным голосом произносит свекровь. Каждое слово – словно пощечина, – Навсегда. Не мучая ни себя, ни его. Все. Твоя сказка про Золушку закончилась сегодня.
С вызовом смотрю в эти жестокие, янтарные глаза. Глаза бездушной рептилии. Отрицательно качаю головой.
– Я вам не верю! – бросаю в отчаяньи, – И не поверю, пока он сам не скажет мне это!
– Что-ж, если хочешь скандал – будет скандал, – спокойно произносит Эльвира Леонидовна, – Но, если в твоей тупой голове осталась хоть капля ума и жив инстинкт самосохранения, ты послушаешь меня, соберешь вещи и уедешь в свой Мухосранск!
С дипломом врача и небольшим опытом работы тебя с радостью возьмут в какую-нибудь районную больничку в Рязанской или Тульской области.
Найдешь себе какого-нибудь колхозника и заживешь с ним душа в душу.
Я помогу тебе с работой. Даже денег на первое время дам. Только прошу – исчезни!
Женщина поворачивается в кресле и открывает сейф. Вытаскивает несколько пачек с оранжевыми купюрами. Раскладывает стопками.
– Этого достаточно? – спрашивает сквозь зубы, – Не поняла. Ты что, не рада? Кто еще предложит тебе такие деньжищи за небольшую услугу? Тварь неблагодарная!
Смотрю на нее, как на умалишенную. Гордо выпрямляю спину. Внутри все клокочет от обиды и несправедливости. Не все в этой жизни покупается и продается!
– Мне не нужны ваши деньги! Я просто хочу понять что произошло!
Зрачки янтарных глаз не выражают эмоций. Ничего личного, просто холодный расчет. Все продумано на сто ходов вперед.
– А что тут понимать? Все закономерно. Ты – всего лишь девочка для развлечений, Влада. Обычная шлюшка, которая кроме как раздвигать ноги ничего не умеет.
Безродная дворняжка, которую непонятно почему мой сын захотел. И женился лишь потому, что привык всегда получать желаемое. Мимолетный каприз золотого мальчика.
Он забудет тебя, как только ты выйдешь за порог!
– Это не так! – кричу ей в лицо, – Костя любит меня! А я его, и вы это прекрасно знаете!
– Правда? – Эльвира Леонидовна растягивает накрашенные алой помадой губы в улыбке кобры, – А как же то видео, которое я тебе только что показала?
Набираю побольше воздуха, чтобы что-то сказать, но крыть действительно нечем. В груди вместо сердца раскаленный камень. Даже дышать больно.
На тех кадрах мой любимый муж с упоением занимается любовью с другой женщиной. Эффектной, длинноногой брюнеткой…
Целует ее пухлый рот, ласкает высокую грудь, шепчет что-то на ухо. Так же, как мне вчерашней ночью… Те же слова, теми же губами…
Под ребрами печет огнем, по венам циркулирует раскаленная лава, но, в голове до сих пор не укладывается. Мозг отказывается воспринимать очевидное.
– Это… ошибка! Монтаж! – из последних сил стараясь не разреветься, произношу я, – Все равно не верю! Вы заказали это видео, чтобы от меня избавиться!
– Я скину тебе его, – пожав плечами под белым халатом, уверенно говорит свекровь, – Можешь отдать на экспертизу.
– Но…
– Знаешь с кем он там? – со змеиной ухмылкой спрашивает мать моего мужа. Золотой бейджик на ее груди хищно сверкает, – С Оксаной Шаховой. Своей первой любовью. Такое, как известно, не забывается.
В отличии от тебя, она – девочка из прекрасной семьи. Папа – замминистра здравоохранения, мама – проректор в Первом меде.
Они встречались с университета. Собирались пожениться. Но расстались из-за глупой случайности! Костя тяжело переживал разрыв.
Неделю назад Оксана вернулась из-за границы. Сегодня они встретились и… Случилось то, что случилось.
Посмотри на себя, Влада! Где она, и где ты? У тебя против нее – ни единого шанса. Бери деньги и уезжай! В Тулу, в Рязань, в Тьмутаракань, куда угодно! Туда, где тебе самое место.
Потеряйся, исчезни! Купи квартиру и начни новую жизнь.
А Константина просто забудь. Он сам подаст на развод.
Наманикюренные пальцы с кроваво-красным лаком двигают пачки купюр ближе ко мне. Шорох бумаги по столу похож на шипение пресмыкающегося.
– Ну же… – шепчет хорошо поставленный голос.
Поднимаю голову. Ловлю ядовитый янтарный взгляд. Как у змеи-искусительницы.
Поворачиваюсь и делаю шаг к выходу. В висках стучит пульс, сердце сейчас пробьет грудную клетку.
– Не верю, – упрямо произношу спазмированным горлом, – Если Костя меня разлюбил, то пусть сам скажет об этом. Глядя в глаза…
– Что-ж, я пыталась уладить все без скандала, – встает из-за стола свекровь, – По-моему, пять миллионов – хорошие отступные. Или при разводе ты намерена высудить больше? Напомню – у вас брачный контракт. Так что, милая, тебе ничего не светит. И второй раз я предлагать не буду.
– Повторяю: мне не нужны ваши деньги. Я хочу поговорить с мужем.
– Что-ж, дерзай. Но, не говори потом, что я тебя не предупреждала…
Глава 2.
По коридору иду, словно на эшафот. Гулкие шаги отдаются в ушах. Каждый удар сердца причиняет острую боль. Выдержать бы.
В висках стучит всего одна фраза: “Не может быть!”
Ведь это же Костя! Мой Костя! Тот самый, который еще вчера шептал слова любви и говорил, что умрет без меня! Задаривал цветами, предвосхищал желания и хотел от меня ребенка!
Разве могли его чувства ко мне за несколько часов так кардинально измениться?
Все вокруг кажется чужим и враждебным – стены, люди, воздух. Следом бежит моя медсестра, задает какие-то вопросы, сует на подпись амбулаторные карты.
Отвечаю на автомате. Не глядя, расписываюсь. Не могу думать ни о чем, кроме тех ужасных кадров.
Подхожу к кабинету мужа. Останавливаюсь. Рассматриваю разводы на красном дереве, набираюсь смелости.
Хоть бы это оказалось неправдой! Монтажом или старой записью… Я поверю любым, даже самым нелепым оправданиям, пусть только скажет, что ничего не было.
Пускай даже обманет. Или честно признается что оступился и теперь сожалеет…
Проглочу. Приму все. Потому, что люблю до умопомрачения. И не готова его потерять…
Трясущейся рукой поворачиваю дверную ручку. Переступаю порог приемной.
– Владислава Михайловна? – вскакивает со своего места испуганная секретарша, – А к Константину Андреевичу нельзя! У него… важное совещание!
Девушка отводит взгляд, загораживая мне дорогу. Пальцы мелко дрожат, глазенки бегают.
– Отойди в сторону, Настя. Дай мне пройти.
– Если я пущу вас туда – меня уволят, – с истеричными нотками пищит помощница и преграждает путь, прижимаясь спиной к двери.
– Откуда ты знаешь? – кривлю губы в вымученной улыбке, – Может дадут премию?
– Пропусти ее, Настя, – у входа вырастает Эльвира Леонидовна со своим змеиным взглядом и твердым голосом, – Пусть увидит все собственными глазами.
Возразить серому кардиналу секретарша не смеет. Опускает глаза и уходит в сторону.
А я смотрю и понимаю – все. Это конец. Мать моего мужа абсолютно точно знает что происходит там, за дверью.
– Ну? Что стоишь? Иди, – издевательским тоном произносит свекровь, – Ты же этого хотела?
В порыве мазохизма поворачиваю бронзовую ручку. Камень в груди прожигает окружающие ткани. Физически ощущаю, как корчится в пламени моя глупая душа.
Шагаю вперед и замираю на пороге. На несколько секунд зажмуриваю глаза от ужаса. Подсознательно я ждала этого, но все равно оказалась не готова.
Ноги прирастают к паркету. Голова качается туда-сюда в отрицающем жесте. Как у китайского болванчика.
Я и есть никчемный китайский болванчик с потоками раскаленной лавы внутри. И этот адский огонь меня сейчас уничтожит…
Мой любимый и единственный с голым торсом и расстегнутым ремнем на брюках сидит на огромном кожаном диване. Том самом, на котором не один раз занимался со мной любовью.
На коленях у него – роскошная обнаженная брюнетка. Та самая, с видео. Зеркало волос цвета воронова крыла, длинные ноги… И налитая грудь третьего размера, которую мой неверный как раз пробует на вкус.
Я в шоке, стою посреди кабинета. Смотрю на весь этот ужас и не могу произнести ни слова. Как рыба, выброшенная на берег, безмолвно хватаю ртом воздух.
Костя видит меня. Не может не видеть. Вот же я, в трех метрах от него, пытаюсь вытерпеть эту пытку…
Жду испуг в глазах. Сейчас он остановится, прогонит чужую женщину, и произнесет что-то типа “Милая, ты все не так поняла”. Начнет оправдываться, умолять о прощении…
Но вместо этого любимый, как ни в чем не бывало, продолжает целовать девушку на коленях. Целенаправленно, не торопясь, со вкусом.
Четко понимая, что я смотрю на все это. Цинично, глядя мне в глаза. Как будто стараясь сделать как можно больнее…
Одной рукой гладит великолепную скульптурную спину, другой ныряет красавице между ног.
Девушка от наслаждения протяжно стонет и выгибается дугой. А мой законный муж растягивает губы в холодной улыбке. Янтарные, как у матери, глаза с интересом наблюдают за моей реакцией.
Может быть, я сошла с ума? Или мне приснился кошмар? Ну, конечно, это всего лишь сон! Нормальные люди так себя не ведут! Сейчас я проснусь, и все будет как прежде…
В реальность меня возвращает мелодичный женский голос.
– Костик, а это кто?
Брюнетка повернулась и рассматривает меня бездонными голубыми глазами. Сочные губы изогнуты в гримасе презрения.
– Никто, Оксан. Уже никто, – словно удар хлыста, звучит глубокий баритон моего мужа.
Удобный воротничок белого халата становится похож на удавку. Поле зрения постепенно заволакивает серый туман.
“Никто” – осколками разбитой любви отпечатывается в моем сознании.
“Никто” – каленым железом выжигается на моем сердце.
Для человека, который заменил мне целый мир, я теперь никто…
В этой комнате больше не могу находиться ни секунды. Катастрофически не хватает воздуха. Пространство вокруг становится нечетким.
Пытаясь хоть что-то рассмотреть сквозь хлынувшие слезы, пулей вылетаю из кабинета. Эльвира Леонидовна что-то кричит мне вслед, но я уже не слышу.
Выбегаю в коридор, запираюсь в туалете. Рыдаю в голос, рву волосы на голове, лезу на стены.
Никто. Девочка для утех. Ничего не значащий эпизод. Каприз золотого мальчика…
Человек, которого я любила больше жизни, поигрался мною и выбросил, словно сломанную куклу.
Как товар, отслуживший свой срок. Обычные бытовые отходы. Попросту говоря, мусор.
Господи, как же печет за грудиной!
Все его слова – ложь, а клятвы ничего не стоят. Оказывается, я просто грела постель для той, другой, породистой…
Я просто расходный материал.
Таким, как я, нет места в их мире. Им все равно, каково мне сейчас и что я чувствую. Не может быть у мусора никаких чувств…
Тогда, почему же так больно?
К горлу подкатывает тошнота и меня выворачивает. Корчусь в судорогах над унитазом. Это все от стресса. Ничего, бывает.
Поднимаюсь с колен. Наскоро умываюсь, выхожу в коридор.
Стены давят. Нужно срочно бежать из этого жуткого места.
Соображаю с трудом, но под дверью уже караулит медсестра. Вешает на плечо мою сумку, смотрит сочувственно, провожает до такси.
– Куда едем? – спрашивает немолодой водитель, а я не знаю что ответить.
Ни мужа, ни дома у меня больше нет…
Да и меня нет тоже. Лишь видимость. Пустая оболочка. Душа мертва. Уничтожена тем, кого боготворила.
Называю мамин адрес. Маленький городок в дальнем Подмосковье. Там я точно нужна любая. Вот только хватит ли денег расплатиться с водителем?
Лезу за телефоном, чтобы проверить остаток на карте и, ошарашенная, замираю. В сумке аккуратно лежат десять пачек с пятитысячными купюрами.
Глава 3.
Озадаченно перебираю банковские упаковки. Злые слезы вновь подступают к горлу.
Все-таки свекровь опять сделала по-своему. Решила откупиться. Вот только не нужно мне ничего. Ни от нее, ни от ее обманщика-сына!
Мужа у меня больше нет, но еще осталась гордость! И я ничем не заслужила к себе такого отношения!
Рыдания вновь сковывают гортань. Пытаюсь дышать ровно, но получается плохо. Как же это больно и несправедливо! Зажимаю рот, чтобы заглушить всхлипы и отворачиваюсь к окну.
Мимо чинно проплывают офисные здания. Краем глаза замечаю на одном из них вывеску благотворительного фонда, занимающегося лечением детей. Лично видела маленьких пациентов, проходивших за их средства курс дорогостоящей терапии в нашей клинике.
Хотя, почему нашей? Больше к семье Аксеновых я не принадлежу… И штамп в паспорте лишь временное явление.
Прошу водителя остановиться. Захожу внутрь.
Никогда не причисляла себя к правильным, но сегодня душа просит. Открываю первую попавшуюся дверь. Со мной здоровается приветливая пожилая женщина с абсолютно белыми волосами и уютными ямочками на щеках. Типичная добрая старушка из старых сказок.
Киваю ей и твердо произношу:
– Я хотела бы пожертвовать средства на благотворительность. Наличными.
Одну за другой вынимаю из сумки пачки купюр и выкладываю на стол. Все десять. Дама внимательно смотрит на них, потом на меня. Как будто просвечивает рентгеном.
– Вы не похожи на человека, у которого есть лишние деньги. Уверены, что хотите отдать все? – осторожно спрашивает она, – Может, оставите хотя бы немного? Скоро они вам понадобятся…
Не обращаю внимание на утвердительный тон и решительно качаю головой.
– Нет. Это плохие деньги. Мне счастья они точно не принесут. Лучше используйте их на доброе дело.
– Что ж, спасибо, – кивает женщина и просит мой паспорт.
Предъявляю документы. Заполняю какие-то расписки. Оказывается, помогать людям – это длинная бюрократическая процедура.
Наконец, все оформлено. Встаю из-за стола и медленно иду к выходу.
Уверена что поступила правильно. И на душе вроде как немного легче…
– Прости его, деточка, – слышу за спиной убаюкивающий голос.
Замираю на месте от неожиданности.
– Откуда вы знаете? – шепчу удивленно.
– Я много чего видела в этой жизни, – ласково говорит она, – И скажу так: правду от лжи отличить бывает трудно. Казалось бы, очевидные вещи, порой, не такие, как кажутся.
Не давай ненависти проникнуть в твою душу. В первую очередь она уничтожит тебя саму. Твое все равно рано или поздно к тебе вернется, а зло будет наказано. Нужно просто верить.
Молча киваю и стираю со щеки некстати выкатившуюся слезу.
– Вы, наверное, психолог?
– Можно и так сказать, – загадочно улыбается женщина, – А еще, знай – ты не одна. И одна больше никогда не будешь.
Растягиваю губы в вымученной улыбке, прощаюсь и выхожу из здания. Вновь сажусь в такси.
Роюсь в сумке в поисках салфетки, стереть размазанную тушь. Размышляю над услышанным. Не то, чтобы верю, просто пытаюсь отвлечься.
В боковом кармане случайно натыкаюсь на прокладку. И вдруг, понимаю, что лежит она здесь уже пару месяцев.
Когда там у меня последний раз были критические дни? И эта сегодняшняя тошнота, которую я списала на стресс…
Внезапно до меня доходит что означает “не одна”…
Вновь прошу водителя остановиться и, сломя голову, бегу в аптеку. Скупаю все виды тестов на беременность, которые есть в наличии. Просто умираю от нетерпения.
Первое, что делаю в родительском доме – бегу в туалет. Трясущимися руками распаковаю цветные коробочки. Замерев на месте, наблюдаю, как на каждом из купленных тестов появляется вторая полоска. Боюсь пошевелиться, чтобы не спугнуть зарождающееся перед глазами чудо.
Сердце ухает, а потом наполняется радостью. Беременна!
У меня будет ребенок! От любимого человека! Мы ведь так об этом мечтали – и вот!
Забываю буквально обо всем. Охватившая меня эйфория на мгновение стирает из памяти потрясения сегодняшнего дня.
Он вернется, сразу же, как только узнает! Точно вернется!
Хватаю телефон, чтобы сообщить Косте, но предательская мысль сбрасывает меня с облаков на землю. Настроение мгновенно портится.
А нужен ли ему этот ребенок? Сын или дочь от безродной плебейки… Дворняжки, как выразилась моя великолепная свекровь. Зачем семье патрициев дитя мезальянса?
Ведь у него теперь есть другая… Правильная, породистая, с прекрасной родословной. Дети от которой точно оправдают ожидания… И Костины, и его стервозной мамашки…
Или все-таки я ошибаюсь?
Кладу телефон под подушку и загадываю для себя: если позвонит сам – расскажу. Если нет, значит ни я, ни ребенок ему не нужны. И знать о том, что бракованная жена беременна, Константину Аксенову тоже не надо.
Сейчас мой малыш совсем крошечный. Но, тем не менее, он есть. Живой, теплый и такой любимый. И я его ни за что никому не отдам.
Этот ребенок будет только мой. Сделаю все, чтобы он никогда ни в чем не нуждался. Без посторонней помощи.
И все же я ждала. Два месяца провела, как на иголках. Вслушивалась в рев двигателей проезжающих мимо машин. Каждую минуту выглядывала в окно. Вздрагивала от звука входящих сообщений. Спотыкаясь, бежала на звонок телефона. Жила надеждой, а ночами ревела в подушку.
Только, все напрасно. Костя не позвонил. Ни через день, ни через неделю, ни даже через месяц.
Не захотел объясниться. Не написал даже пары слов в сообщении… Просто вычеркнул из жизни, как будто меня никогда не было…
Если бы не мама и не мой малыш, я бы наверное не выжила. Просто умерла бы с тоски. Днем изводила себя, метаясь от телефона к окнам, а ночами поливала слезами подушку.
Лишь ради ребенка засовывала в себя какую-нибудь еду и, давясь, глотала витамины. И все время ждала…
Но, однажды, прекрасным осенним утром обнаружила в почтовом ящике уведомление о разводе. Страшные черные буквы на белой бумаге, скрепленные синей печатью.
Я проревела целые сутки. Забылась тревожным сном, а утром проснулась другим человеком.
Последняя надежда умерла. Ждать больше нечего.
С этого дня рассчитывать я могу только на себя.
Собрала волю в кулак и открыла сайт вакансий.
Глава 4.
Шесть лет спустя
– Эй, Красавина, слышала последние новости? – Валька, теряя тапки, бежит за мной по коридору, – Наш санаторий продали!
– Серьезно? – удивленно поднимаю бровь, – Это кто же на такое сокровище позарился? С неработающим бассейном и осыпающейся штукатуркой на стенах…
– Говорят, какие-то два олигарха!
– Может, олигофрена? – саркастически фыркаю, – Что они забыли в нашей глуши?
– Говорят, хотят отгрохать фешенебельный СПА-курорт! – с придыханием произносит подруга, но я быстро спускаю ее на грешную землю.
– А бизнес-план им, видимо, составляли конкуренты… Чтобы наверняка пустить по миру.
– Вечно ты, Славка, все раскритикуешь! Ну, есть у людей деньги, хотят они вложиться, что здесь такого?
– Валя, о чем ты?! Кому нужно наше убожище?
Здесь! В пустынной глуши, где летом царит сорокаградусная жара, а зимой такие же сорокоградусные морозы! Где на сотни километров вокруг кроме тушканчиков и полудохлых ящериц никто не живет! Где останки убитой асфальтовой дороги считаются венцом цивилизации!
Да чтобы привести все это в божеский вид нужны абсолютно бешеные деньги и такой же дикий энтузиазм. Стопроцентно осмотрятся, ужаснутся и бросят.
– Ну, Слав, чего ты такая злая? Надо искать во всем позитив. Может хоть народ приличный в наш санаторий потянется. А то все пенсионеры да инвалиды. По мужику нормальному себе отхватим…
– А вот это без меня, – отмахиваюсь от назойливой подруги, – Замужем я уже была. Не понравилось.
– А кто говорит про замуж? Просто так, для здоровья…
– Да ну тебя!
На самом деле Валька лукавит. У нее идея-фикс окольцевать какого-нибудь миллионера, а лучше миллиардера, поэтому грядущим переменам она рада.
А вот мне почему-то тревожно.
Наш захудалый санаторий – попа мира, конечно. Но это место я очень люблю.
Сюда, на берег красивейшего соленого озера, минеральным составом напоминающим Мертвое море, я переехала шесть лет назад, еще беременная.
Устроилась врачом-терапевтом.
Обжилась, привыкла. Как в той поговорке, и обои поклеила, и интернет провела. Взяла в ипотеку маленький домик.
В нем родилась и растет Василиса. Моя ясноглазая Пуговка, в которой я души не чаю. Ей уже целых пять с половиной лет.
Маме местный колорит тоже пришелся по вкусу. А целебная грязь из окрестных источников очень помогает ее больным суставам.
Старенькая она уже, здоровье подводит. Переживает, что у ее непутевой дочери с мужчинами не ладится. Но меня это волнует меньше всего. Нет и не надо.
Своего бывшего мужа вспоминать я почти перестала. Хотя дочка по иронии судьбы растет его точной копией. Те же янтарные глаза с коричневыми крапинками, та же привычка хмурить лоб…
Даже манера говорить точь в точь Костина. Все-таки у Аксеновых очень сильные гены.
В целом такая спокойная и размеренная жизнь меня устраивает от и до. Мне хорошо в этом маленьком мирке.
Надеюсь, смена руководства – просто слухи. Потому что неизвестно что на уме у нового начальства, а потерять работу я не хочу.
С невеселыми мыслями поворачиваю к двери в свой кабинет, достаю ключ из кармана.
– Девушка, извините! Не подскажете как пройти в ресторан? – слышится за спиной приятный мужской голос.
Оборачиваюсь. С интересом рассматриваю окликнувшего меня мужчину. Интересно, что он здесь забыл?
Джентльмен явно не из тех, кто приезжает в наш санаторий по полису ОМС. Одни ботинки стоят как половина местного оборудования. Идеально сидящие джинсы и джемпер покрывают стоимость второй половины. А если сдать в ломбард поблескивающие на руке часы, наверное, можно выкупить весь поселок.
Светлые волосы зачесаны назад. Внешне он напоминает английского аристократа. Образ ассоциируется с древними родовыми замками и ухоженными газонами.
Заглядываю в ясные глаза зеленого цвета на мужественном лице. Потрясающе!
Где там моя Валька? Или уже валяется бездыханная, так как встретила его по дороге?
Но, тут ее ждет крупный облом. На безымянном пальце правой руки матово поблескивает обручальное кольцо.
И все равно, хорош, гад. Даже я, полностью равнодушная к мужским прелестям, не могу это не заметить.
Кстати, что он там спросил? Ни фига не помню…
Похоже, парень привык, что женщины на него так реагируют. Зеленый взгляд скользит по моему бейджику. Губы растягиваются в снисходительной улыбке.
– Так как пройти в ресторан, Владислава Михайловна? – повторяет он свой вопрос.
Я уже пришла в себя, поэтому способна шутить.