Будь для меня стеной

Глава 1 Вот он — моя мечта!

Лия Коргут

Вистринская академия магии, Анания

В центре академической столовой послышались восторженные возгласы, а затем до меня долетели тихие шепотки:

— Сам наследник клана чёрных волков!.. Он здесь!.. Боже, какой красавчик!

Я завертела головой в попытках рассмотреть этого самого красавчика за многочисленными спинами, но та сторона столовой оказалась намертво оцеплена восхищёнными фанатами. Мне повезло, буквально на несколько секунд отошла в сторону стройная, эффектная эльфийка, а один из самых знаменитых в академии вампиров чуть подвинулся, и моему взору предстало… СОВЕРШЕНСТВО!

Блестящие, чёрные, будто посеребрённые на концах волосы обрамляли идеальное, словно вырезанное из мрамора лицо… И самое главное — ослепительная, хоть и чуть высокомерная улыбка, которая как дождь в знойный день вселяла свежесть в любого, к кому бы она не обращалась!

На короткий миг наши глаза встретились, и у меня перехватило дыхание. Взор бархатных, цвета молочного шоколада глаз за одну короткую секунду словно заглянул в самую душу, перевернул всё сознание и натянул между нами тонкую серебряную нить…

Миг… И чья-то широкая спина заслонила обзор, обрывая нахлынувшее наваждение.

Я судорожно сглотнула.

— Кто это? — еле слышно прошептала вмиг пересохшими губами, рыская глазами по той части столовой, где только что видела СОВЕРШЕНСТВО, и надеясь, что растущие вдоль стены розы уж точно в курсе последних новостей.

— О ком ты, Лия? — прошелестело в ответ.

— О нём… Он смотрел сейчас на меня…

— Этот? Твой однокурсник Бром, ты же его знаешь… — отозвалось где-то на задворках сознания.

Я пару раз глупо хлопнула ресницами и недоуменно уставилась на растение, будто оно сейчас вытащит из листьев зелёную руку и укажет, в какую сторону смотреть. Но, к сожалению или к счастью, рук у розы не выросло, так что мне пришлось самой повертеть головой и обнаружить прямо напротив себя усмехающееся лицо одного из собственных однокурсников.

Оборотень-медведь или, как его ещё называли, Громила Бром, не скрывая ехидства, отсалютовал мне стаканом с малиновым компотом.

Лицо вмиг окатило жаром! Он видел! Видел, как я смотрела на приезжего гостя, и теперь явно не упустит случая поиздеваться надо мной. Не зная, куда девать глаза и пылающие уши, я вскочила из-за стола, схватила поднос с нетронутым завтраком и рванула к выходу.

Но судьба-злодейка решила, что на сегодня мои испытания ещё не закончены, поэтому, не добравшись до своей цели, то есть до двери, ведущией из столовой, я со всего размаха влетела в чьё-то некстати подвернувшееся тело. И если это тело довольно ловко смогло от меня отскочить, то мне так не повезло, и я рыбкой полетела лицом в пол, прямо туда, куда на секунду раньше упал мой поднос и тарелка, полная каши…

Миг, и мои руки ощутили противную жижу. А вот лицо не успело последовать их примеру — ворот на шее натянулся, и я зависла над полом буквально за мгновение до позорного падения…

Звон упавшего подноса и разбитой посуды очевидно привлёк всеобщее внимание, потому что в столовой повисла просто оглушительная тишина.

Я неловко пошевелила руками, размазывая по полу остатки завтрака, и как только достаточно уверенно упёрлась руками в пол, почувствовала, что мой ворот отпустили.

В первый момент захотелось моментально провалиться сквозь землю — мне даже не требовалось оглядываться по сторонам, чтобы убедиться, как мой позор наблюдают абсолютно все присутствующие. Жаль что провалиться не получилось и я неловко встала сначала на четвереньки, а потом выпрямилась во весь рост. Скорее инстинктивно встряхнула ладонями, но когда с них во все стороны полетели густые капли, поняла, что сделала только хуже.

Со спины послышалось отчётливое хмыкание.

Я резко развернулась и наткнулась на безразличный взгляд ещё одного брюнета. Только в отличие от… СОВЕРШЕНСТВА… этот выглядел не брюнетом, а скорее чёрным.

Чёрным, как ночь.

Чёрные волосы, чёрные брови, чёрные глаза, чёрная одежда и чёрные ботинки. Если бы я могла, я бы и выражение его лица назвала... чёрным. Безразличное, ничего не выражающее, но при этом довольно хмурое и… опасное.

Не найдя ничего лучше, я решила хоть немного выместить свою злость и унижение, как-то неожиданно позабыв о том, что обычно стараюсь оставаться незаметной.

— По-твоему, это весело? — мой голос дрожал от страха, но я всё равно вскинула подбородок вверх.

Ответом послужило лишь еле заметное движение брови на волевом лице, означавшее, что меня услышали, но явно не поняли.

— Скорее забавно, — практически не разжимая губ, проговорил парень, отступая на шаг и явно намереваясь уйти. Он точно принадлежал к оборотням — слишком цепкий взгляд, слишком опасная, обманчиво ленивая грация.

— Ты меня толкнул! — я обвинительно ткнула в его сторону грязным пальцем.

Брюнет пожал плечами и, развернувшись ко мне спиной, бросил не глядя:

— Ты сама упала.

Закипая от праведного негодования и засовывая подальше мысли о том, что он, вообще-то, прав и это я налетела на него, всё же громко выпалила вдогонку уходящей фигуре:

— Хам!

И когда я уже думала, что ответа на свой выпад так и не получу, лёгкий ветер с открытых окон принёс еле слышный вздох:

— Дурочка…

Вокруг послышались первые смешки. Запал, с которым я нападала на парня, исчез как и не бывало, а на его место вернулись растерянность и стыд.

Не дожидаясь того, когда редкие насмешки перерастут во всеобщее веселье над моим позором, я быстро перепрыгнула через разбитую посуду и на полной скорости вылетела из столовой, а ещё через пару секунд влетела в женский туалет и закрыла за собой дверь в кабинку, где, включив воду в раковине, наконец-то смогла дать волю слезам.

Глава 2 Неудачница

Буквально часом ранее….

Здравствуйте, я — Лия, и я — неудачница.

В принципе, это всё, что обо мне нужно знать. А, ну да, а ещё я — человек. Вот, теперь точно всё.

В том мире, где я живу, быть человеком — это значит, априори, быть вторым сортом. Люди не так быстры, как вампиры, не так сильны, как оборотни, не так утонченны, как эльфы, и так далее. Но самое главное — они живут намного меньше, по сравнению с другими расами, и не так щедро одарены магией и силой. И плевать, что людей в Анании большинство; нет силы — нет прав, вот и вся политика страны.

А если, к тому же, вы не ютитесь в глухой деревне, а поступаете в столичную академию магии —пусть не самую престижную, но магическую же! — то всё, считайте, что клеймо «изгой» и «раздражающая человечка» приклеилось к вам навечно.

Вот и ко мне оно приклеилось. Сразу, буквально с момента, как только стала студенткой Вистри́нской академии магии на факультете травоведения и зельеварения. А вот с даром вышла небольшая загвоздочка — я разговариваю с цветами.

Круто, да? Нет, не помогаю им расти, не заставляю подчиняться мне, не использую как оружие… Я просто… понимаю их речь и разговариваю с ними в ответ. А всё остальное — ручками, ручками.

Так что, если бы не мои безукоризненные знания теории — вылетела бы я с таким «замечательным» даром из академии, как пробка из бутылки. А пока — ничего, держат. Вот уже три года как…

То утро началось, как обычно: я встала с рассветом, пытаясь не потревожить соседку драконницу, и уже через десять минут заходила в прохладную воду академического озера. Плавающие по всей поверхности воды кувшинки встретили приветственным мелодичным перезвоном. Они радовались, что я снова пришла их навестить. Понимать язык цветов несложно, и любой, вполне способный маг земли мог бы это делать, если бы очень захотел, только… Зачем ему это? Из всех растений, цветы самые миролюбивые и самые неспособные к агрессии. Они могут рассказать тебе, какое сегодня небо, как выглядит солнце, играющее на их лепестках, помогут снять усталость после тяжёлого дня или споют колыбельную на ночь… Но они не годятся для войны.

— Лия, Лия, Лия… — прошелестело со всех сторон. Каждый, даже самый маленький цветочек пустил небольшую вибрацию по воде, приветствуя меня. Я перевернулась на спину, неспешно перебирая руками и ногами. Воздух наполнился утренним благоуханием цветов, на лепестках которых застыли капельки росы. Мои тревоги прошедшего дня потихоньку отступали, а в мыслях воцарился покой.

— Лия, нежная Лия… Мы любим Лию… — шелестело со всех сторон.

Я не выдержала и вздохнула. Хоть кто-то в этой академии меня любит.

— Как вы пережили вчерашнее нашествие водников? — поинтересовалась я у кувшинок. — Им же часто в виде тренировочного задания дают наказ упражняться в поднятии волн с вами, цветами по центру, проверяя, как они могут удерживать предметы на воде.

— Противные детки, — зашелестели цветы, — потопили половину сестёр — еле выловили на поверхность.

Я сочувствующе улыбнулась, а потом собрала крупицы магии и пустила по озеру. Даже преподаватели не знали, что я начала тренироваться возвращать силы цветам их же восстанавливающей магией.

Всем известно, что цветы могут выделять целительскую магию, но на них самих она не действует. Но недавно мне пришла в голову мысль о том, что можно принимать эту магию, соединять со своей и отправлять им обратно, как я отправляю свои мысли и чувства. И это начало работать! Да, совсем немного, почти незаметно, но каждый лепесток на кувшинках задрожал и будто засветился внутренним светом. Цветы ответили мне благодарственным перезвоном. Им и так нелегко пришлось, бедняжкам, — на восстановление после экспериментов адептов ушли все силы.

— Коргут! — громыхнуло неподалёку.

От страха и неожиданности я резко ушла под воду с головой, но уже в следующую секунду вынырнула, чтобы встретиться глазами с грозным преподавателем.

— Коргут, сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не купалась в одиночестве? Если ты совершенно случайно утонешь, то отвечать придётся академии! И в частности мне за то, что пустил плавать слабую человечку без пригляда! Вылезай немедленно!

— Простите, магистр Тетрони, — покаялась я, вылезая из воды. А про себя вздохнула. Придётся ещё на час раньше вставать, чтобы приходить к озеру незамеченной. Как бы не стращал меня магистр, но без этой маленькой отдушины по утрам, я просто задохнусь в серых стенах Вистринской академии, где никому не нужна и всеми презираема.

— Немедленно иди к себе в комнату и приведи себя в приличный вид, — хмуро осматривая меня, велел преподаватель физической подготовки. На его уроках я служила живым напоминанием о том, что не всё в этой жизни проходит гладко, даже у таких прославленных педагогов. — Неужели среди людей ты самая хлипкая, адептка Коргут? Каждый раз, как вижу тебя посреди озера, мне кажется, что стоит ветру чуть дунуть, как тут же уйдёшь под воду. И только ленточки от твоих косичек останутся плавать на поверхности. Исчезни с глаз моих, пока у меня нервный тик не начался!

Я чуть вслух не фыркнула! Нервный тик?! У вампира?! Не смешите мои тапочки!

Но деваться некуда, и я потопала в общежитие травников, на ходу расплетая пресловутые косички, которые завязываю исключительно на ночь, чтобы утром не проснуться с одуванчиком кудряшек на голове.

— Ты где опять ходила? — недовольно поинтересовалась Крина, натягивая академическую форму. У неё, как всегда, с утра было отвратительное настроение. — Если однажды меня отчислят за то, что не уследила за сумасшедшей соседкой, которая бродит по пустынным коридорам школы и из-за этого свернула себе шею где-нибудь в сыром подвале, то так и знай, я тебя вытащу из могилы и убью ещё раз!

— И тебе доброго утра, Крина, — усмехнулась я. — Не знала, что ты ещё и некромант!

Меня одарили презрительным взглядом, и, ни слова не сказав, девушка вылетела из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.

Глубоко вздохнув и приказав себе не унывать, я по-быстрому собрала сумку и устремилась в святая святых — на завтрак, стараясь держаться поближе к стенам и выглядеть максимально незаметной… Ну… мало ли что…

Сегодня в столовой было очень шумно. Адепты громко переговаривались и поглядывали в правый угол, где происходило очередное столпотворение. Оставаясь невидимой для абсолютного большинства, я проскользнула к раздаче, а оттуда к своему месту у окна. Обычно все столики у окон заняты, но только не этот.

Это место расположилось рядом с деревянной перегородкой, на которой буйствовало цветение роз. И всё бы ничего, но какой-то маг-недоучка однажды ради смеха пролил на них экспериментальное зелье, меняющее запах, и теперь благородные цветы пахли как лежалые овощи. Сколько преподаватели ни бились, а обратно запах красным розам вернуть не удавалось. Их предлагали срезать, выкопать и посадить новые, но… Но что-то помешало так сделать, и, в итоге, розы уже который год отпугивали мерзким запахом всех адептов от одинокого столика с одним-единственным стулом.

Всех, кроме меня. Когда я первый раз прошла мимо этих цветов, я услышала их грустную песню. Розы страдали, потому что их презирали и обходили стороной. От этого они чахли и ещё сильнее выделяли неприятный запах.

В тот момент я подумала, что они такие же, как я. Я тоже никому не нужна, и меня сторонятся. С тех пор всегда сидела здесь. Это место стало моим. Неприятный запах поначалу тревожил, но потом я научилась его не замечать, концентрируя внимание на красоте растений и их душе. Эти всеми забытые цветы пели самые пронзительные песни, а ту любовь, что годами была похоронена в их душе, они отдавали без остатка единственному в их окружении существу. То есть, мне.

Тогда-то в самом центре столовой я и услышала злополучные шепотки, изменившие мою жизнь…

Глава 3 Опять ты?!

— Адептка Коргут? Лия! — врезался в моё сознание требовательный и почему-то с нотками паники голос преподавательницы по зельеварению. — Ты что, уснула?! Немедленно убавь огонь!

Я растерянно моргнула и перевела взгляд на недоваренное зелье. Твою ж, поросятинку! Бурлящая грязно-коричневая жидкость кое-где уже начала застывать и, похоже, намертво прикипела к дну котла.

Я, конечно, взмахнула рукой над огнивом — маленьким компактным артефактом, стоящим под котлом, который применяли только такие обделённые силой, как я. Правда, пользы моё действие не принесло — пахнущую горелым мясом, омерзительную субстанцию спасти уже не получилось. А ведь я пыталась сварить омолаживающее зелье с лепестками роз и тычинками редчайшего в нашей стране огнецвета!

До экспериментов такого уровня допускали только самых способных и толковых адептов, так как ингредиенты для зелья отличались не столько высокой ценой, как редкостью. И я сейчас своими руками угробила и свою репутацию, и маломальский шанс на получение повышенной стипендии.

Преподавательница подошла к столу и со священным ужасом осмотрела моё творение.

Магистр Линэль выглядела невысокой, аккуратной и практически полностью седой дамой средних лет, всегда одетой в идеально выглаженный синий строгий костюм. Серебряные пряди стягивались в аккуратный пучок на затылке, а на носу возмущённо поблёскивали стекла огромных очков.

— Ты что творишь?! — прошипела она, буравя меня злым взглядом. — Ты представляешь, какого труда мне стоило протащить тебя на этот практикум?

Я?! Ещё бы! Допустить человечку до подобного экзамена, который принимали сплошь одни эльфы, — это просто подвиг, на который ради меня пошла магистр. Может потому что она сама являлась человеком и практически единственным, кто смог подняться до магистра, пусть и с небольшой примесью эльфийской крови. К её словам не могли не прислушаться, тем более, когда магистр так красочно восхваляла способности своей ученицы... То есть, меня.

Катастрофа. Это действительно катастрофа, потому что я стою с пунцовыми щеками, а моё «творение» на всю аудиторию воняет тухлыми яйцами. Эльфы из комиссии с их архичувствительным обонянием в ужасе морщат носы и не понимают, как вообще могли согласиться на подобное издевательство.

Через пять минут мы, с моей непосредственной наставницей, оказались по ту сторону двери в аудиторию. Поверженные и облитые ледяным презрением. Так умеют делать только эльфы. Они, не говоря ни одного грубого слова, вежливо окунут и вымажут тебя в такой порции грязи, что потом ещё несколько месяцев придётся отмывать свою пострадавшую гордость.

Я сосредоточенно ковыряла носком туфли сверкающую плитку на полу, понимая, что сейчас не самое лучшее время оправдываться.

— Лия, как же так?! — чуть ли не плакала всегда собранная лэра* (прим.автора:*обращение в Анании к замужней даме или вдове. Молодую девушку называют лэри). — У тебя же всегда получалось это зелье! Просто играючи! Я даже подумать не могла, что ты можешь так сильно испортить результат! Ты понимаешь, что второго шанса не дадут?

— Простите, магистр. Это моя вина. Не стоило вам ходатайствовать за меня, всё равно бы ничего не вышло.

— Только не говори, что ты сделала это специально!

— Нет! — испуганно замахала я руками, наконец, подняв голову. — Конечно нет! Я просто задумалась...

От моего ответа женщина аж задохнулась негодованием и пошла красными пятнами.

— Ты... Задумалась?! — прошипела она. — О чём же, позволь тебя спросить?!

О чём? Нет, правильней будет, о ком...

Я глубоко вздохнула и, ещё раз пятнадцать рассыпавшись в извинениях, поплелась к себе.

О ком я задумалась? Да всё о том, о ком думала уже больше недели! О СОВЕРШЕНСТВЕ... О его блестящих волосах, обаятельной улыбке и мягком, доброжелательном голосе.

На следующий день после того, как делегация чёрных волков зачем-то приехала в нашу академию, я случайно наткнулась на него в коридоре.

Точнее, упала, запнувшись о последнюю ступеньку лестницы и оказавшись прямиком в объятиях неземного красавца. Тогда он нежно улыбнулся мне, не смотря на то, что его сородичи, среди которых с безразличным видом стоял и хамоватый брюнет, повстречавшийся мне в столовой, лишь сморщили носы, выражая своё презрение. А ОН поставил меня на ноги и мягко попросил внимательнее смотреть под ноги на лестницах. А потом ещё раз улыбнулся. Мне и только мне!

И от этой улыбки у меня всё внутри перевернулось.

С тех пор я только и делала, что искала встречи с ним, хоть мельком, хоть на одну секундочку. Главное — увидеть. И, естественно, всё свободное время думала о нём же. Он отличался от других, и это видела не только я, но и все вокруг. Но именно для меня ощущение чего-то другого имело решающее значение.

Его звали Мракаданом, но большинство тех, с кем он общался, называли его просто Мраком. Я бы поспорила с этим утверждением, потому что, как по мне, несмотря на блестящие чёрные волосы, он казался настоящим солнышком! Его родители, наверняка, совсем не смотрели на того, кого родили, потому что ему такое имя совершенно не подходило. Про себя я продолжала называть его Совершенством. Моим Совершенством...

И вот теперь я своими руками закопала и поставила надгробный памятник единственному шансу на повышенную стипендию, которая мне ой как нужна. И всё из-за того, что уловив в котле запах роз, я вспомнила, что именно так пахло от моего СОВЕРШЕНСТВА...

В самом мрачном расположении духа, я вышагивала в сторону общежития и, естественно, не глядела ни под ноги, ни по сторонам. Как следствие, со всего размаху врезалась в чьё-то некстати подвернувшееся тело.

— Смотри, куда идёшь, адептка, — услышала ленивый негромкий голос.

Я подняла глаза и вздрогнула. Причиной столкновения оказался хам из свиты Совершенства.

— Сам смотри, — огрызнулась, обходя препятствие. Что он вообще здесь делает? На вид явно уже не студент — лет на пять меня старше точно. Таким стареньким в академии делать нечего.

В ответ Чернявый что-то неразборчиво буркнул себе под нос, и направился по своим делам.

Я только фыркнула. Вот кого следовало назвать Мракаданом. А лучше — МракоХамом!

Столкновение на лестнице даже как-то подняло боевой дух, о существовании которого я практически никогда не вспоминала. Дальше я шла, не столько думая о своём грандиозном провале, сколько мысленно прикидывая, не подвернётся ли мне ещё какая-нибудь возможность заработать денег? Если повышенная стипендия отпадает, то может, пойти работать? Например, подавальщицей в небольшой трактир недалеко от академии?

С этим возникала только одна проблема, точнее, две... Первая: останется существенно меньше времени на учёбу, точнее, на сон, так как не учиться я точно не смогу. И вторая: завсегдатаи этого трактира в большинстве своём адепты академии, а значит, я окажусь не просто у всех на виду, но и стопроцентно попаду под град насмешек и презрения, а этого, с учётом желания оставаться незаметной, делать ой как не хотелось.

— Ой, Крина! Какая ты красивая! — вырвалось у меня, стоило только зайти в комнату и увидеть соседку.

Драконница в этот момент, стоя перед зеркалом и высунув от усердия кончик языка, пыталась заколоть свои непослушные густые каштановые волосы. Её длинное изящное перламутровое платье, переливалось всеми оттенками серебряного при малейшем движении.

Услышав мой голос, она испуганно ахнула, покачнулась и, подхватив со стула сменную одежду, пулей влетела в ванную, где сразу же закрыла за собой дверь и включила воду в раковине.

Я досадливо поморщилась. Ну вот, кто меня за язык тянул?! Теперь опять будет волком на меня смотреть, а ведь у нас только-только установилось нечто вроде нейтралитета.

Через десять минут гордая драконница вышла из ванной в классическом охотничьем костюме с узкими брюками, с которым она практически не расставалась. Застёгнутая на все пуговицы, тщательно причёсанная, с привычным кинжалом за поясом. Ну вылитая воительница! И что такая, как она, забыла у травников? О недавнем происшествии напоминала только ярко-пурпурная краска, так и не схлынувшая с лица.

Не говоря ни слова, соседка достала из шкафа лук и полный колчан стрел, а затем так же молча развернулась и буквально вылетела из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.

Всё-таки обиделась! Хотя, если точнее, оскорбилась. Немудрено! Её, сильную и независимую, застали за красованием у зеркала. Да ещё в платье! Немыслимо!

Это мне подобное прощается, ведь, по словам Крины, я — неженка и слабачка, что неудивительно для человечки. Но для неё подобная слабость неприемлема. Ни на одном академическом балу за все четыре года обучения я никогда не видела, чтобы она появилась не в брюках и без выражения брезгливости на лице.

А всё же она мне нравилась, несмотря на грубость и замкнутость. От неё я хотя бы не ожидала гадостей и насмешек. Да, она не приходила от меня в восторг и никогда этого не скрывала, но считала ниже своего достоинства развлекаться за мой счёт.

С этими мыслями, я уселась за стол и привычно погрузилась в мир знаний. Завтра сложный день, и если я не хочу ударить в грязь лицом, то должна как всегда идеально подготовиться и предельно собраться. Впрочем, как и каждый день...

Глава 4 А можно куратора поменять?

В аудитории опять привычно шумели.

Я сидела за второй партой у самого окна и меланхолично в него пялилась.

— Вы слышали новость?! — влетела в помещение Лизянка, маленькая юркая лисичка-оборотница — первая собирательница сплетен на курсе. Её ярко-рыжие волосы стояли дыбом, а острый носик водил по воздуху, явно унюхав сногсшибательную сенсацию.

— Ты кричишь так, будто в академию сейчас зайдёт сам король! — фыркнула Верена — первая красавица потока, богачка и общепризнанный лидер среди девушек. Огромные глаза стального оттенка под пушистыми ресницами можно было бы вполне считать красивыми, если бы они не находились вечно в презрительно-полузакатанном состоянии. Хотя... Я другого выражения лица у вампиров никогда и не видела, так что, скорее всего, это норма.

— Лучше, Вереночка! — не скрывая торжества, подлетела к ней Лизянка. С размаху уселась на соседний стул и преданно уставилась на свою предводительницу. Разве что лапки перед собой не сложила, подумала я, мельком оглядывая умильную картину. А... Нет, всё же сложила! Не показательно, но как-то доверчиво и трогательно.

Не удержавшись, я фыркнула себе под нос. На меня рефлекторно обернулись пара студентов, но я привычно уткнулась носом в учебник, так что никто на меня и не подумал. Сидит себе заучка, не отсвечивает, и хорошо. Может, чихнула нечаянно, кто знает? Не может же она, в самом деле, иметь своё мнение?!

— Я уже говорила вчера, что Лирена с целительского общалась с кем-то из верхушки, и те сказали, что из Албании приехала делегация чёрных волков по обмену молодыми сотрудниками для того, чтобы на практике курировать в нашей академии несколько старших курсов. Для них это — опыт, необходимый всем боевикам, а для академии — временное латание дыр в недостатке персонала.