30 лет в ладонях

Эту куклу мне подарила Валерия. Куклу зовут Демид.

Он мой помощник в этой книге.

Содержание:

От автора 3

Глава 1. Анатомия доверия 3

Глава 2. Путь домой 5

Глава 3. Егор выше гор 6

Глава 4. Шея, Речь и Сосуды 8

Глава 5. Массаж и ЛФК? Разделение труда. 12

Глава 6. Жизнь без вреда 13

Глава 7. Недоношенность - имеет значение 25

Глава 8. Дыхание Надежды 27

Глава 9. Классика первого года: Визуальный

Справочник 29

Глава 10. Кривошея 61

Глава 11. Косолапость 67

Глава 12. Дисплазия: Крышечка над головкой 69

Глава 13. Пупочная грыжа 72

Глава 14. Вальгус или Варус 74

Глава 15. Красные линии: Когда массаж запрещен 77

Эпилог. Руки, которые помнят добро 80

Послесловие. Низкий поклон моим Наставникам 83

Тридцать лет в ладонях Книга-пособие для специалистов по детскому массажу и родителей особенных детей

От автора: Здравствуйте. Меня зовут Гульнара Фартыгина, и эта книга родилась не из желания научить вас правильно ставить пальцы при массаже. Она родилась из вопроса, который мучил меня тридцать лет: почему дети, только-только появившиеся на свет, уже приходят в этот мир со спазмами? Я прошла путь от мытья инструментов в роддоме, до работы с самыми тяжелыми диагнозами в реабилитационном центре «Росинка». Эта книга — мой способ передать вам то, что я знаю руками.

Глава 1. Анатомия доверия

Еду в лифте, со мной зашли мальчик лет шести с мамой. В руках у мальчика собачка породы шпиц. Забавный пёсик. Я начинаю разговор с мальчиком о собаке. Он мне охотно отвечает. Только из ответа я ничего не поняла. Произношение звуков неправильное. Мама мне начала переводить то, что сказал ребёнок. Я попрощалась и вышла на своём этаже. Они поехали дальше.

Родители очень любят своих детей и порой не замечают искривления позвоночника, плечи на разном уровне, косолапость и многое другое в ребёнке. Понятно, что родители заняты, они настолько привыкают к неправильному произношению, что им кажется, что их ребёнок говорит нормально, всё понятно.

Давайте разбираться, на что надо обратить внимание, чтобы ребёнок правильно развивался физически и вовремя начал говорить. В первую очередь, как родился малыш, все проходят специалистов. Важную роль в осмотре детей играет невролог. Грамотный невролог не пропустит кривошею. Не игнорируйте, спрашивайте: «Как наши ручки? Как наши ножки? Как наша спинка и как наша шейка?» Шея в развитии малыша — это самое основное, на что надо обратить внимание. Кривошея как раз и приводит к задержке речевого развития. Слышу от родителей, как интересно спит наш ребёнок. Голову задирает назад так, как будто буквой Г. Теперь я перевожу тебе, что это значит? А значит это, что мышцы шеи по задней поверхности напряжены, а передние расслаблены. В голове у ребёнка как в компьютере, все центры, которые начинают формироваться с первых дней жизни. Для формирования нужен кислород. Обогащённая кислородом кровь попадает в голову по внутренним боковым сосудам артериям, возвращается, отдав кислород клеткам мозга по сосудам, расположенным по задней поверхности шеи, венам. А выход затруднён, там мышечное напряжение, оно сдавливает сосуды, идущие из головы. В итоге углекислый газ и лимфа, большая их часть остаются в голове, оказывая давление на клетки мозга. Дети начинают вести себя беспокойно, плакать. Ребенок по природе делает голову так, «Буквой Г» чтобы минимально облегчить выход крови из головы. И эти состояния тормозят развитие всех центров в голове. Отсюда и задержка в развитии речи и физической активности. Нужно помочь ребёнку расслабить напряжённые мышцы, массажем и лечебной физкультурой. В общем, говорю тебе, чем раньше осознанно подойти к проблемам шеи, тем больше вероятность правильного формирования речевых и двигательных центров.

В своей практике я сделала вывод, что дети общаются по биополю. Если биополе волнуется — а это бывает, когда неприятности у массажиста, когда голова занята счетами или ссорами — тогда массаж не получится. Хоть как улыбайся ребёнку, он всё равно будет плакать. Его нервная система перевозбуждается, и эффект от массажа будет отрицательный. Поэтому я научилась оставлять все проблемы дома. На работе я полностью ухожу в работу. И это чувствуют мои маленькие пациенты. Пиком практики для меня стало понимание: если плачет ребёнок во время массажа, его нервная система перевозбуждается, и эффект будет отрицательным...

Глава 2. Путь домой

В 1983 году мне было девять лет, когда отец получил работу в «Сургутнефтегазе». Наша семья переехала из тёплого Нефтекамска в суровый, строящийся Сургут. Этот город встретил нас морозом, бесконечными балками и запахом тайги. Здесь я стала ученицей 9 класса в школе №15.

После школы, в 1986 году, был медицинский институт в Тюмени. Я поступала туда с мечтой спасать людей, но жизнь распорядилась иначе — я не поступила, и учёбу пришлось оставить. Однако тяга к медицине и помощи уже жила во мне. Мечта поступить в медицинский институт не покидала меня, и я устроилась работать и зарабатывать стаж. Устроилась санитаркой в детское противотуберкулезное отделение. Я окончила медицинское училище в 1989 году, и впервые надела белый халат как медицинская сестра в том же детском отделении.

В 1990 году я выхожу замуж и уезжаю в город Курган. В Кургане у нас родился первенец.

В 1992 году мы возвращаемся в город Сургут уже маленькой семьей. Первым местом работы у меня был детский сад «Радуга». Именно там, среди маленьких сургутян, я поняла: моё место не в больничной палате, а на кушетке для массажа. Сад был для часто болеющих детей. В саду я массажировала часто болеющих детей 2 раза в год, для поднятия иммунитета. Занималась с ними ЛФК. Кстати очень удобно, массаж при плоскостопии и при Варусе (О-образные ноги) или Вальгусе (Х-образные ноги), а также при нарушении осанки (об этом я буду подробно писать дальше), у меня, одного специалиста. Результаты были шикарные. Много было детей с задержкой речевого развития, и с заиканиями. Я знала, как надо мне проводить массаж и с удовольствием этим занималась. В саду я была человеком «за кадром». Родители меня не знали в основном. Приведут ребенка в садик, а я их брала в удобное для них время. Результаты всегда радовали меня. Выступала на общих родительских собраниях на тему «Правильного поведения родителей с детьми».

В 2004 году я перехожу в реабилитационный центр «Росинка» — это была настоящая школа жизни и мастерства. Мы поднимали самых тяжёлых детей. Там, плечом к плечу с врачами, медсестрами и инструкторами ЛФК, рождалась моя методика. Тридцать лет назад мои руки впервые коснулись детской спинки здесь, на севере. И эти руки до сих пор помнят тепло каждого малыша. Я люблю этот город. Он научил меня главному: за внешней суровостью всегда скрывается огромное сердце. Как у тех родителей, которые везут своих детей через весь город на массаж в минус сорок, потому что знают — это их шанс.

.

Глава 3. Егор выше гор

Помню Егора. Его принесли в мой кабинет, в «Росинке», когда ему было год. Диагноз звучал как приговор: тяжелая форма ДЦП, тотальный гипертонус. Ребенок был зажат так сильно, что напоминал натянутую струну: ручки-ножки, натянуты, кулачки намертво сомкнуты, ноги перекрещены. Он не сидел, не переворачивался, а взгляд его был направлен куда-то внутрь себя. Родители были измучены. Они перепробовали всё: клиники, лекарства, бабок. Мама плакала, рассказывая, что мальчик кричит сутками, а она ничем не может ему помочь. Я села рядом с кушеткой. Мне не нужно было смотреть карту невролога, чтобы понять масштаб проблемы. Я положила руку на его спинку — под моей ладонью мышцы ходили ходуном — это была судорога покоя. Но именно здесь массаж работает как тепло души. У меня не бывает паники, как у родителей. (паника и хронический стресс способствует выработке гормона кортизола, а это чувствуют все дети). Взгляд был плавающим, без фокуса внимания. Вот, я начинаю массаж, как обычно, с ног. Глажу стопу и перебираю пальчики, вдруг под моими пальцами произошло чудо. Мышца, которую я массировала, на секунду расслабилась. Всего на долю секунды. Но мозг Егора получил сигнал: «Боли нет. Прикосновение безопасно». Я перешла на икры. Потом на бедра. Я не делала силовых движений, я просто «уговаривала» каждую мышцу отпустить напряжение, медленно двигаясь по длине мышцы. Через тридцать минут работы тело мальчика обмякло. Не полностью, но плечи опустились, пальцы на руках приоткрылись. Мама затаила дыхание. Она впервые увидела сына таким — мягким, доступным для объятий. На третий день, Егор сфокусировал взгляд на мне. Глаза его смотрели прямо на меня с изучением, для меня это была победа. К концу курса он начал держать голову. Это была победа над мышечным тонусом. Родители купили ему специальный стул, сидеть сам он еще не мог, но он уже мог удерживать голову, а это много значит для дальнейшего развития ребенка. Он очень хотел быть с ними за одним столом. Егор научил меня главному: наше тело помнит всё. И если найти правильный ключ — даже самую тугую дверь можно открыть без скрипа. Сейчас ему уже за двадцать. Я иногда встречаю его маму в городе. Мы здороваемся, спрашиваем про дела. О массаже ни слова. Потому что мы обе знаем: Егор давно живёт своей жизнью, высоко над горами своих диагнозов.

Глава 4. Шея, речь и сосуды

Мы привыкли думать, что за речь отвечает язык или губы. Но я смотрю глубже — в корень. А корень речи уходит глубоко в шею. Представь голову ребенка как сложный компьютер. В нем находятся центры Брока ( Зона Брока – это моторный двигательный центр речи в головном мозге, который отвечает за воспроизведение речи и управляет мышцами языка, лица, глотки и челюсти), и зона Вернике (это сенсорный центр речи в головном мозге, который отвечает за понимание устной и письменной речи) — те самые «процессоры», которые отвечают за то, чтобы складывать звуки в слова, а слова — в предложения и обратно. Чтобы этот компьютер работал быстро и без ошибок, ему нужно бесперебойное питание: обогащённая кислородом кровь должна вовремя заходить в процессор, а продукты обмена (углекислый газ и лимфа) — так же вовремя выходить, это первое. Второе- нужны занятия, для создания нейронных связей, которые соединит эти зоны.

Мы обратно возвращаемся к проблемам шеи!

Как идет трафик? Кровь поступает по внутренним сонным артериям, но самый важный момент — это отток. Он происходит по венам, которые проходят прямо сквозь мышцы задней поверхности шеи. Что такое кривошея, о которой мы говорили в истории со шпицем? Это спазм. Мышцы сзади становятся жесткими, как камень. Когда ребенок наклоняет голову буквой «Г» во сне, он буквально освобождает себе канализацию.

Это состояние для того чтобы совсем не закрылся проход и для минимального поддержания работы головного мозга. Выход затруднен. Сосуд сдавлен напряженной мышцей. В итоге углекислый газ и лимфа не могут покинуть черепную коробку. Они остаются внутри, оказывая давление на клетки мозга.

П

редлагаю после ванной, когда ребенок согрет, сделать вот такое упражнение: Мои р

уки идут

над грудной частью, прижимая плечи к поверхности стола. В свои ладони беру голову малыша и начинаю приподнимать голову от поверхности. Высота подъема зависит от степени зажимы задней поверхности шеи. Я начинаю с толщины моих пальчиков. Если малыш чувствует себя нормально, можно добавить толщину моих пальцев второй руки. Смотрим за состоянием малыша. В этот момент, разговариваем с ребенком. Если все нормально, то малыш начинает в ответ Вам гулить, да так серьезно и красиво, что хочется подольше его подержать в этом положении. Если ему больно, Вы увидите гримасу недовольства. Значит надо согреть этот участок, как я рассказываю дальше, и продолжить упражнения. Делаем их каждый день! Не опускаем руки, если что-то не нравиться малышу, просто уменьшаем высоту подъёма и начинаем сначала. Это упражнение растягивает всю трапециевидную мышцу. Применяю при синдроме Моро –обязательно.

Это было отступление.

Представь пробку на дороге: машины стоят, двигатель перегревается. Так и здесь. Из-за давления мозг начинает работать в режиме энергосбережения. Ему уже не до того, чтобы учить новые слоги «ма-ма» или «ба-ба». Все ресурсы уходят на то, чтобы просто терпеть головную боль и дискомфорт. Отсюда задержка речевого развития, в будущем, отсюда гиперреактивность или, наоборот, апатия.

Это можно увидеть глазами. Посмотрите на родничок младенца. В норме он пульсирует ровно, в такт сердцу. Если он набухает, становится тугим, как барабанная поверхность — это крик организма о том, что оттоку мешает мышечный воротник на шее.

Если западает — организм обезвожен, но это тоже часто связано с общим тонусом. Простой тест для мамы: Я научу тебя проверять шейный тонус прямо сейчас, пока ты читаешь. Положи своего малыша перед собой. Аккуратно вложи свои большие пальцы в его ладошки. Теперь тихонько, без рывков, потяни его на себя к своей груди. Если голова отрывается от поверхности вслед за руками — поздравляю, задняя поверхность шеи свободна.

Если ручки тянете, а голова прилипла к поверхности, на которой лежит ребенок, словно приклеенная — мышцы, которые глубокие под черепом и верхние порции трапеции держат ее мертвой хваткой. Там блок.

Я применяю, в таких случаях, упражнение

, о котором писала

выше на растягивание шейного отдела. Но и добавляю тонизацию больших грудных мышц. Акцент делаю на ножки Грудино-

Ключично-Сосцевидных мышц.

Она

крепится к ключице у Яремной впадины.

Смотри также на складочки на шее. Симметричны ли они? Одинаково ли легко поворачивается подбородок на правое и левое плечо? Любой перекос — это сигнал SOS. Не ждите трех лет, чтобы пойти к логопеду. Логопед будет ставить звуки через бетонную стену спазма. Сначала нужно убрать стену — расслабить шею массажем и лечебной физкультурой. И тогда речь польется сама.

Глава 5. Массаж или ЛФК? Разделение труда

В моей практике часто возникает путаница: родители говорят — «Сделайте нам массаж, чтобы он пополз». Или: «Помассируйте ребенка, чтобы он сел». И мне приходится объяснять одну важную вещь: я могу расслабить мышцу, снять боль, или усилить мышцу, и открыть суставу диапазон движения. Но двигаться ребёнок должен сам. Массаж — это моя работа. Я работаю с пассивной системой. Когда малыш лежит на животе, а я глажу его спинку от попочки к шее, ( ты будешь, читать в протоколах дальше), я воздействую на рецепторы кожи. Кровь приливает к коже, мышцы теплеют, спазм уходит. Это фундамент. Без него здание не построить. А вот ЛФК — лечебная физкультура — это уже работа ребенка. Моя задача как специалиста — создать условия и показать дорогу. Частая ошибка родителей, о которой я писала в истории про запах молока после сеанса, — они слишком сильно помогают. Мама видит, что инструктор легко делает гимнастику ребенку. Дома мама берёт и делает гимнастику. Но если маму не предупредить, что к гимнастике нужно подходить осознанно, то она может часами делать эту гимнастику, - толку не будет. Своими действиями за малыша, она оказывает ему «медвежью услугу». Малыш привыкает, что за него всё делают. Его мышцы не учатся сокращаться. В конце массажа я провожу гимнастику по возрасту и подсказываю телу направление. Но я замру, и буду держать паузу до тех пор, пока не увижу, как у ребенка появилось сокращение мышечное, напрягся животик или прямые мышцы живота. Как только я ловлю этот импульс — его собственное сокращение — я лишь чуть-чуть помогаю довести движение до конца. Вот тогда формируется нейронная связь. Тогда появляется навык. Поэтому, когда вы приходите на курс, ваша задача — не просто отдать ребенка тете в белом халате. Ваша задача — смотреть, дышать вместе с ним и учиться чувствовать его микродвижения. Потому что после моего ухода именно вам предстоит быть его тренером каждый день.

Глава 6. Жизнь без вреда