Последний воин Империи

Глава 7

Трудное решение

– Ну, и что нам с ней делать?

Инги открыла глаза – и тут же закрыла их снова. В окно лились солнечные лучи, наполняя комнату нестерпимо ярким светом. На пол падала узорчатая тень кованой оконной решетки. Откуда решетка в ее спальне? Раньше ее здесь не было. А что это там возле двери? Еще один быстрый взгляд из-под ресниц обнаружил новые перемены. В комнате тесно от людей: один, два, три… и еще стражник у двери. В броне, вооруженный до зубов.

Почему ее спальня превратилась в тюрьму?

«Ах, да – Линн… Сиргибр…»

Инги болезненно поморщилась, прислушиваясь к ощущениям. Слабость, ноющая головная боль, резь в глазах… Но, в общем, ничего страшного. Особенно по сравнению с тем, что было раньше…

Последние недели слились для Инги в один горячечный сон. Болезнь была так тяжела, что в первое время девочка не могла отличить свои видения от яви. Не понимала, что с ней делают, куда несут и что всем этим людям от нее надо…

– Не рано ли, почтенный Дунгал, вы завели этот разговор? – раздался голос Адальберты.

– Самое время, – ответил ей кто-то незнакомый. – Горячка прошла, девочка вот-вот поправится…

Чей это голос – лекаря? Инги чуть приоткрыла глаза и покосилась вправо.

Ого! Возле ее кровати собралась целая толпа. Сеньор Робур с Адальбертой, оба какие-то пришибленные. И Торд здесь – Инги сразу почувствовала себя увереннее. И двое незнакомцев. Еще один вагар, странного вида – очень смуглый, почти черный. И плотный блондин не пойми какого возраста, длинноволосый, в просторной мантии – должно быть, лекарь.

– Давайте, друзья мои, приступим к делу. Сколько можно оттягивать решение? – произнес лекарь.

Инги была поражена его властным голосом и развязностью в присутствии двух Асенаров.

– Мы ожидали узнать это решение от вас, – угрюмо сказал Робур. – Откровенно говоря, я думал, что ты, почтенный Дунгал, затем и прибыл, чтобы забрать ее в Руну.

– Ни в коем случае! – качнул головой длинноволосый. – Это твоя воспитанница, Светлейший, – тебе и принимать решение. Мы можем только посоветовать.

– Но именно вы, маги из Руны, подсунули ее мне!

– Что значит «подсунули», любезный Робур? Тебе никто ничего не навязывал! Тебя попросили об одолжении, ты согласился. Как ты сказал – «самому любопытно, что из нее вырастет», верно? Кроме того, тебе были даны подробнейшие разъяснения, множество ценных советов, и, если бы вы им следовали, всё шло бы своим чередом. Но выясняется, что девочку провоцировали…

– Провоцировали? – воскликнула Адальберта, выступая вперед. – Ее не надо провоцировать! Натуру хищницы не изменишь! Если бы она не лежала в беспамятстве, я бы доказала тебе, почтенный Дунгал…

– Простите, госпожа, но в том, что случилось, есть и ваша вина. Я расспрашивал ваших людей…

– Ах, расспрашивал… Точнее сказать – разнюхивал!

Губы мага скривились в холодной усмешке.

– Вы меня в чем-то обвиняете?

– Матушка, спокойнее, – предостерегающе произнес Робур.

Адальберта приготовилась было сказать нечто ядовитое, но ее перебил смуглый вагар:

– Бессмысленный спор! Допустим, виноватым буду я – ведь это была моя идея привезти ее в Аркис. И хватит об этом. Мы собрались сейчас не для того, чтобы сводить счеты, а чтобы решить, что делать с ней.

Все повернулись к Инги. Она на всякий случай затаила дыхание и прикинулась спящей.

– Она появилась в этом замке пятимесячным младенцем, а теперь я вижу почти взрослую девушку. И прости, Робур, но, если бы ее воспитывали ее собственные родичи, разницы бы я не заметил. Надо признать, вы не смогли с ней справиться.

– В таком случае, зачем тебе понадобилось вытягивать ее с того света? – желчно спросил Робур. – Если бы девчонка умерла, все бы решилось само собой…

– Между прочим, девчонка не спит и слушает тебя. С добрым утром, Инги.

Инги перестала прикидываться спящей и взглянула на говорящего. Смуглый вагар тоже смотрел на нее и улыбался. Всё его открытое лицо выражало приязнь. Но взгляд был, как у охотника. Без злобы, без гнева – чуткое, напряженное ожидание.

«Почему этот симпатичный вагар так на меня смотрит?» – невольно удивилась Инги.

А тому вспомнилось не столь уж далекое, особенно по меркам вагаров, прошлое – конгская война. И раненая соххоггоя в лазарете, которая подманивала к себе воина, притворяясь спящей, – чтобы голыми руками убить его…

– Ты кто? – спросила Инги, высовываясь из-под одеяла.

– Меня зовут Биорк.

– Ты вагар?

Его улыбка стала насмешливой.

– Ты в этом сомневаешься?

– А почему ты черный?

– В тех краях, откуда я прилетел, все белое сначала краснеет, а потом чернеет. Они так и зовутся – Черная Твердь…

Тут его перебила Адальберта, давно уже порывавшаяся вставить слово:

– Ах, так ты не спишь? Сейчас вы увидите своими глазами, почтенный Дунгал… Инги, ты раскаиваешься в том, что сделала с Линн?

– Нет, – ответила Инги. – А я должна?

– Вот видите?!

Инги неожиданно обиделась.

– В чем я не права? – запальчиво спросила она, приподнимаясь на локте в постели. – Госпожа бабушка наказывает меня, когда я веду себя неправильно. Вот и я так же наказала Линн! Она заслужила кару, уж поверьте! Вы знаете, что она мне сказала?!

– Замолчи, мерзавка! Нельзя калечить людей из прихоти! Разве ты не понимаешь, что из-за вашей детской пустой ссоры она теперь изуродована на всю жизнь, и ее никто не возьмет замуж?

Инги расплылась в счастливой улыбке:

– Прекрасно!

Маг хмыкнул. Торд, тихо стоявший в сторонке, насупился и вдруг рявкнул:

– Сожри вас демоны! Ладно уж, я согласен!

Инги показалось, что по спальне пролетел легкий ветерок – или это был вздох облегчения?

– Прости, Торд, – сказал Дунгал, – мы в самом деле тебе благодарны. И виноваты перед тобой – не посвятили тебя в тайну сразу, как только девочка появилась в замке… На самом деле у нас ведь нет другого выхода. Ее нельзя оставлять в замке, и для нее нет места в Руне. Или ты увезешь ее в Хольд, или ее придется запереть на всю жизнь, как того ящера.

– Посмотрим, – проворчал Торд. – Честно сказать, я не очень-то верю в успех.

– Но когда нет другого выхода, – заметил Биорк, – может, оставшийся единственный – правилен?

В комнату снова заглянуло солнце. Лица тоже словно осветились. Робур выпрямился, как будто с его плеч свалилась огромная тяжесть. У мага вид был откровенно довольный. А у Торда – и вовсе счастливый. Только Инги смотрела по сторонам с подозрением. Она чувствовала: что-то переменится.

– Когда вы сможете отправиться? – спросил маг.

– Да хоть сегодня, – ответил Торд. – Правда, Инги еще нездорова, но в горах я поставлю ее на ноги быстрее, чем здесь, где вместо воздуха дым и чад, а вместо настоящей зимы – эта гнилая слякоть… Как же я соскучился по морозу и солнцу!

– Я вас подкину до Гарда, если хотите, – предложил маг.

– И я вас провожу, – добавил Биорк. – Ты так заразительно скучаешь по морозу! Давно я не бывал на родине… Да и сына повидать хочется. Как он там, мой малыш, без родительской опеки?

По спальне пробежали смешки. Инги не знала – сыном этого вагара был знаменитый получеловек-полувагар, великан Нил, Страж Севера.

Девушка покосилась на Торда, вопросительно поднимая брови. Тот улыбнулся ей.

– Мы улетаем отсюда, Инги. Отправляемся в Хольд. Теперь я буду учить тебя.

– Улетаем? – не поняла она.

– Посмотри, – Торд показал в окно.

Инги пригляделась – и невольно вздрогнула. На миг ей почудилось, что за окном – сиргибр! Вынырнул из мерзлой трясины, каким-то чудом взобрался на башню и глядит в окно. Но нет – на зубцах главной башни сидел роскошный красно-зеленый дракон.

Тем же вечером они вылетели в Вагаровы горы.

Глава 8

Два мага

Совсем в другой части света вечерний туман окутал невысокие горы, носящие поэтическое название Кольцо Фъёльнов. Облака обволокли зеленые вершины и потекли вниз, в долины, словно повинуясь чьей-то воле.

В одном случае так оно и было. Казалось, в этой долине царят вечные сумерки. То ли раннее весеннее утро, то ли прохладный летний вечер. Это было дивное и странное место, полное плеска, журчания и мягкого стука падающих капель. Скалы поросли зеленым мхом, такой же мох зеленой бородой свешивался с каждого древесного ствола. Между камнями струились ручьи, почти невидимые среди осоки. Водяных цветов здесь было видимо-невидимо. Часто не разобрать, то ли это цветущий луг, то ли заросший пруд. Над цветами порхали ящерки – аллоры и медовницы, по воде бегали длинноногие пауки. Всё здесь выглядело хрупким, призрачным. Этого и добивалась хозяйка долины, успешно воплотившая в жизнь принцип «нет в мире ничего более постоянного, чем временное». Сама она тоже казалась нежным цветком, что расцвел поутру и увянет с закатом. Она так выглядела уже несколько десятилетий. А может, и веков.

Майо Источник Скорби сидела на полированном полу, изящно раскинув подол, и перелистывала страницы старинной книги. Из-под тяжелой парчовой накидки виднелись только ее ступни – розовые и мягкие, как у ребенка, – и кончики пальцев. Прямые черные волосы почти закрывали ее склоненное лицо.

– Никакой магии, одни исторические источники – и мы во много раз ближе к цели, чем твой бывший учитель. Понимаешь, о чем я?

– Нет, – буркнул Джинган.

Молодой маг в дорожной одежде устроился напротив нее, но ближе к двери и хмуро смотрел на ажурную каменную курильницу, из которой постоянно струился сероватый дымок. С Майо он старался не встречаться глазами, чтобы не выдать беспокойства. Почему она молчит, зачем тянет время? Сама вызвала его и теперь говорит о каких-то «источниках», а к делу никак не перейдет. Джинган надеялся, что время испытаний прошло, и теперь-то она расскажет ему, в чем смысл того, чем он занимается уже почти полгода.

Майо, не торопясь, перелистывала страницы, наслаждаясь прикосновениями к старинному пергаменту. Она выглядела очень изящной и очень молоденькой. Ее бледная кожа казалась еще белее, оттененная блестящими текучими черными волосами. Ну просто сама эфемерность. Учитывая ее истинный возраст (которого, впрочем, точно никто не знал), одно это говорило о высочайшем уровне ее магии. Но Джинган в свое время был обманут ее невероятно юной внешностью. Как и многие до него.

Джинган Глаз Демона служил ей уже несколько месяцев. До знакомства с Майо он был учеником и помощником Унгата, главы дансайского круга Алчущих Силы, одного из самых могущественных магов Тайдуана. Среди магов было очень мало женщин, и Майо этим ловко пользовалась. Сначала, обманутый ее обликом и поведением, Джинган собирался ее соблазнить и использовать в своих интересах, но вскоре обнаружил, что все произошло в точности наоборот. Чем дальше, тем явственнее он понимал, как сильно ее недооценил. Майо была опаснее ядовитой паучихи из Гибельного леса – от той и то больше шансов уйти живым.

– Зачем рыть вглубь, если всё лежит прямо на поверхности? – произнесла Майо, перестав листать книгу.

Книга была старинная и роскошная, в слегка потертой кожаной обложке с золотыми углами. На обложке сплетались гурамские крючковатые буквы, похожие на сложный орнамент. Впрочем, Джинган достаточно разбирался в фолиантах и видел, что книга не особенно древняя и, скорее всего, не очень редкая. Чем же она заинтересовала привередливую чародейку?

– Что это? – спросил он небрежно.

– Фахри Праведный, «Происхождение магов».

Джинган скривился.

– Нет, ты послушай.

Майо с выражением зачитала:

– «Некий маг нашел древний, времен Махд-Шагош, талисман. Правило возничего окрыленной Колесницы. Но Колесницы у него не было, поскольку в нынешнее время никто из нас даже не знает, как они выглядели. Зато по ночам сиял талисман необычайно, а в холодное время, если сунуть за пазуху, то тепло. И был маг весьма доволен…»

Майо замолчала. Где-то в тумане журчал ручеек.

Джинган посмотрел на нее с удивлением.

– Ну и что?

– Если есть Правило, – педантским тоном произнесла Майо, – должна быть и Колесница.

«Она меня проверяет», – подумал маг.

– Предания гласят, что окрыленных Колесниц были сотни и тысячи, – ответил он, – вот только они сгинули вместе с Махд-Шагош и теперь на дне морском… А скорее всего, учитывая их природу, – на них раскатывают демоны в Нижнем мире. Эка важность, Правило. Оно только и годится, чтобы об него греться.

– О нет! Ты так же глуп, как тот маг из байки. Хлыст неразрывно связан с Колесницей, они – одно целое. Притом старик Фахри сохранил для нас важные детали. Хлыст по ночам сиял, а в холода нагревался. Что это значит? Он был живым, как и его Колесница! Уцелевшая Колесница существует. Остается только найти ее.

Джинган нервно рассмеялся.

– Всего лишь найти? В самом деле, какая мелочь! Может быть, обшарить все Проклятые земли? И северные, и южные? Ха, всего и делов-то! С такими «четкими» указаниями…

На окно спорхнула ящерка – аллора и тонко засвистела, расправив радужные крылышки. Поперек лба Майо пролегла морщинка. Вдруг свист оборвался, раздался треск и хлопок. В лицо Джингану брызнуло что-то зеленое.

– Продолжай, – спокойно сказала Майо.

Джинган сглотнул и отер лицо рукавом. Будь здесь Унгат, можно было бы подумать, что это прозрачный намек. Но Джинган уже знал, что Майо попросту терпеть не может ящериц, а также других милых зверюшек, как летающих, так и ползающих – жужжащих, стрекочущих, хлопающих крыльями, оставляющих следы, нарушающих тишину и сеющих вокруг себя хаос. Детишек, к слову, тоже.

– Короче говоря, это несерьезно, – закончил он. – Фахри Праведный жил триста лет назад. И то, что он вскользь упомянул какого-то мага, который где-то добыл хлыст, а потом куда-то его дел…

Майо закрыла книгу и завернула ее в кусок надушенного паутинного шелка. Она оборачивала фолиант долго и тщательно, ласкающими движениями прикасаясь к блестящей ткани. У нее была целая коллекция древних шелков. Стоимость этого отреза во много раз превышала цену книги, которая была в него завернута. Затем чародейка убрала сверток в плоский полированный сундук из драгоценного изумрудного дерева. Джинган терпеливо ждал. Он знал, что ее дом – этот шаткий сарай под тростниковой крышей – набит величайшими сокровищами. Попробуй только до них доберись…

– Кто сказал «Проклятые земли»? – заговорила Майо, поставив сундук к стенке. – Наша задача гораздо сложнее. Как найти то, что не имеет ни формы, ни цвета, ни запаха; что находится вне нашего пространства и времени? Никто в нынешнем мире не знает толком, что это такое – окрыленная Колесница. Точно известно только одно. То, что мы ищем, – самый мощный инструмент власти в нашем мире. А может, и не только в нашем. Однако же этим можно повелевать.

«У нее есть еще что-то, кроме книги», – понял Джинган.

– Я слышал о тех, кто пытался, – сказал он вслух. – Они ничего не нашли. Или просто исчезли.

– Они – не я, – презрительно сказала Майо. – Какое мне дело до неудачников? Повелевать может не всякий. А только тот, у кого есть ключ.

Она повернулась к стенке, взяла другой сундучок и медленно подняла крышку. Снова последовал долгий и торжественный ритуал, на этот раз – разворачивания. Ритуал закончился появлением на свет жезла.

Это был небольшой увесистый жезл длиной с локоть, из черного камня, похожего на базальт, сплошь покрытый резьбой. На верхушке блеснул плоский полированный рубин.

Джинган даже привстал. Точнее сказать, подскочил, как ужаленный.

– Это то, что я думаю?!

– Куда потянул лапы! – засмеялась Майо. – Сядь! Да – это то самое Правило, упомянутое в книге Фахри. Не спрашивай как, но я нашла того мага, который упоминался в книге, и… ну, в общем, теперь этот жезл у меня.

– Госпожа, я преклоняюсь перед тобой!

Майо Источник Скорби милостиво кивнула.

– Таких предметов в мире сохранилось всего два. Первый раньше был у сирхара Урнгура, где невежи пользовались им как жезлом власти. А второй – вот он. Это и есть наш ключ, Джинган. А твоя задача – найти дверь, к которой он подойдет.

– Моя?!

Джинган хотел было сразу отказаться, но потом ему вспомнилось то, что он слышал об этом предмете от своего прежнего учителя. Джинган знал об окрыленных Колесницах несколько больше, чем изображал перед Майо. Иначе он не был бы Алчущим Силы, пусть и молодым.

Если Майо владеет жезлом – почему она не может просто взять и призвать Колесницу? Ведь он для того и предназначен! Может, Колесница повреждена? Но как можно повредить то, сильнее чего нет ничего в нашем мире? Нет, дело в другом, и Джинган знал, в чем. Надо, чтобы жезл тебя принял. Признал как хозяина.

И если Майо до сих пор не овладела им – значит, он ее отверг.

Можно ли подчинить окрыленную Колесницу силой? Видимо, у Майо не вышло – если она собирается послать своего помощника на поиски.

«Эх, мне бы этот жезл!» – подумал Джинган. И сразу же погасил свою мысль. В присутствии Майо лучше даже не думать на такие темы. Как бы его не постигла судьба ящерицы.

– Конечно, я сделаю то, что ты скажешь, – проговорил он вслух, тщательно выбирая слова. – Но пойми, Майо, – ты ставишь передо мной задачу не по силам. Разве ты сама не ищешь Колесницу вот уже несколько лет, безуспешно…

– Несколько? – Майо улыбнулась холодной улыбкой. – Ты даже не представляешь, сколько.

– Вот именно. И все ее ищут, – упрямо продолжал Джинган. – Все Алчущие. Постоянно. И мой бывший учитель Унгат занимается тем же самым…

– Откуда ты знаешь? – оживившись, спросила Майо. – И как, он преуспел?

Джинган мгновенно пожалел о своих словах. Теперь Майо от него не отцепится. Маг хотел закрыть мысли, но понял, что опоздал.

– Та-ак, – протянула она, прикрыв глаза. – О-очень интересно. И что нашел старый хрыч в Конге?

– Он мне ничего не рассказывал! Да, может, это и не связано с Колесницей!

– Ну конечно. Но ты все равно разнюхал. Рассказывай. Мне сейчас лень копаться у тебя в мыслях.

Майо оглянулась, бросила взгляд на раздвижную дверь. Та отодвинулась, словно повинуясь ее неслышному приказу. За дверью, низко склонившись, стояла служанка с сервированным подносом в руках. Девушка бесшумно вошла, поставила поднос на низкий столик и пятясь вышла.

Майо сама разлила по пиалам чай из горных трав. Втянула запах пара, зажмурилась.

– Говори, говори!

Джинган понял, что ему никуда не деться, вздохнул и начал рассказывать, как около года назад они с учителем побывали в Конге. Долгие недели прошли в утомительных и бессмысленных – на первый взгляд – метаниях по джунглям, пока в окрестностях бывшего владения какого-то соххоггоя Унгат не отыскал подземный ход.

– Глубокий овраг, весь заросший большими розовыми грибами. Одна из стенок, видимо, осыпалась – и открылся проход внутрь. Учитель приказал мне остаться снаружи и караулить, а сам ушел внутрь и не появлялся до самого утра, – рассказывал маг. – Когда он оттуда наконец вылез, у него был такой вид, будто он спятил от радости…

Майо нахмурилась.

– Если бы он нашел Колесницу, ты бы его больше не увидел!

– Он искал ее, – возразил Джинган. – И вышел страшно довольный.

– Но с пустыми руками.

– Да, – Джинган помедлил. – И сказал, что сдерет с меня кожу живьем, если я кому-нибудь проболтаюсь.

Майо задумчиво кивнула.

– Что же он там нашел? – пробормотала она. – Пусть даже не Колесницу, но… Надо это непременно выяснить. Я сама этим займусь. А ты… А тебе пока будет другое задание. Отправляйся на север, в Проклятые земли.

– Почему именно на север? – насторожился маг. – Ты что-то там нащупала?

– Может быть. Впрочем, не думаю, что там то, что мы ищем. Просто давно уже наблюдаю в тех краях небольшой всплеск магической активности. Скорее всего, проснулся какой-нибудь древний артефакт. Проверь это, не привлекая к себе внимания. Всё, что найдешь, естественно, тащи ко мне.

– Северные Проклятые земли… – Джинган был недоволен и не скрывал этого. Он был уверен, что Майо просто хочет временно убрать его подальше. – Они исхожены вдоль и поперек! Да там нет куста, под которым не порылся бы какой-нибудь Алчущий!

Ласковый голос Майо не оставлял места возражениям.

– А ты все же слетай и проверь…

Глава 9

Вагаровы горы

Дейр, Оль и Гили гуськом поднимались по извилистой тропинке. Внизу осталось синее озеро, окаймленное остроконечной горной цепью. Дальние северные склоны были скалистыми, сложенными из вулканических пород мрачного темно-серого цвета, иссеченными глубокими трещинами и следами оползней. На западе в озеро сползал ледник, словно гора окунула в воду синий язык. Южная сторона горы, по которой поднимались мальчики, поросла лесом. По сторонам тропинки росла высокая кустистая трава, тянулись к небу сосны и корявые северные березы. Тропинка вилась среди них, огибая валуны, когда-то скатившиеся с вершины. Иные камни покрывал мох, на некоторых даже поднимались молодые деревца. Другие явно упали недавно. Гили, шагавший последним, поглядывал наверх с опаской. Вагаровы горы, конечно, дивный край, но ведь совсем недалеко отсюда Проклятые земли! Проберется магхар да скинет на голову такой валун – мокрого места не останется.

Как нарочно, позади раздался громкий шорох. Гили подпрыгнул и развернулся.

– Торд! – заорал он радостно, узнав преследователя. – А мы тебя ищем!