Драма моего снобизма
- -
- 100%
- +
Раньше, чем продолжить цитировать классиков марксизма-ленинизма, скажу дерзкое. «Сноб» последними эссе об искусстве, кино, живописи, литературе возрождает российскую русскоязычную элиту. Но вот вдруг сегодня обнаружилась старая наша болезнь. Самые образованные из нас кинулись друг на друга врукопашную… В детали происшедшего не вдаюсь. Суть уловить нетрудно: мы нетерпимы до крайности! Знаю, что говорю! Сам такой! Но тут слово товарищу Сталину, который однажды сказал соратникам: «Нет у меня для вас других писателей!» Чёрт с ним, давайте прислушаемся к вождю в контексте. И скажем себе: нет у нас другого «Сноба!» Потеряем эту площадку – разбежимся по своим углам. Нет такого ни в Фейсбуке, ни на какой другой интернетной площадке. Давайте побережём то, что у нас есть. Побережём «Сноб». Только ради этого сделаем усилие над собой. И если не обнимемся, то подадим друг другу руки. И продолжим.
16. Про ложь НТВ и Егора Жукова, про героя «Моцарта фехтования», ну, и про нас с вами
Начну с комментария М.: «Это, на самом деле, очень хорошо, что я смотрю НТВ лишь изредка, а то писал бы про их бредоносные эфиры каждый день, не отвлекаясь больше ни на что… Казалось бы, ну всё же понятно с этими ребятами, и всё равно каждый раз оторопь нападает: ну как так можно! Неужто это такая вот беспросветная тупость, полное незнание того, как устроена эта жизнь? Или эти люди за деньги готовы на что угодно, на любую мерзость, на любую глупость, лишь бы платили? Ну с бьющей в ладоши аудиторией понятно, аплодировать глупостям – беда небольшая, и их обычной таксы рублей в пятьсот или там в пару тысяч вполне достаточно, но вот эти, с позволения сказать, ведущие российские журналисты? Это они так дёшево себя ценят, или взаправду не знают, как работает рынок? Уму непостижимо».
Вчерашним поздним вечером как-то умудрился прочитать ваш пост (в самом деле, журналисты НТВ дёшево себя ценят или не знают, как работает рынок), послушать ещё раз последнее слово Егора Жукова (чего там постмодернистского, по уверениям Архангельского?) и даже созвониться с героем моей книги «Моцарт фехтования» (узнать, глядел ли он передачу, о которой Вы пишете и что думает о Егоре Жукове). Потому отвечаю на ваш комментарий вот этим отдельным постом.
Да, журналисты НТВ могут не знать, как работает именно российский рынок в столкновении с западным (таких журналистов подобрать для программы опытному менеджеру российского ТВ достаточно просто). И заплатить им по минимуму. Ведь тут и не пахнет журналистским расследованием – откуда прибыл товар и как на нём оказался фальшивый лейбл. Для меня пост «Нам врут! Нас обманывают!» – набат. Для меня страшно важно, что хотя бы на «Снобе» звучит правда. Ведь я жил и работал в печати в советские времена, где альтернативы не было. Потому ценю «Сноб». И горюю, когда вижу на титуле в мелькающей Ленте посты с заголовками-вопросами: «брать ли в рот, входить или не входить, жарить картошку или думать о сексе…». Вопросы эти животрепещущие, не спорю, наравне с гендерными. Но зачем с таким приходить именно на «Сноб»? Неужели в ДР не ощущают: дать зелёный свет такому – это путь загубить уникальную интернетную площадку. А может, приоткрыть специализированное приложение и сваливать всё это туда?
Вернусь к программе НТВ. Верят ли телезрители журналюгам? Есть ли у них импульс разобраться? Или им достаточно факта – я потребитель этого заграничного порошка, а он не стирает. Значит, зарубежное – такое же дерьмо, как наше и даже хуже. Значит у них ТАМ может быть также плохо как у нас. Что и есть высшая цель кремлёвской пропаганды: Россия такая же страна как другие, а во многих отношениях даже лучше. На чём и строится нынешний имперский патриотизм. Кремль может быть доволен программой НТВ. Но ведь всё происходило также, когда выстраивалась советская пропаганда. И в одночасье (в исторической перспективе, конечно) эта ложь рухнула, похоронив под собой Империю зла.
Последнее слово Егора Жукова (я без всякой меры рад, что он на этот раз отпущен из околотка с условным наказанием), показалось мне исповедальной по интонации речью, с ясным лейтмотивом, уложенным в двух словах – любовь и ответственность. Потом я посмотрел 50-ти минутное интервью с Егором на «Дожде». Потом с корреспондентом зашёл к нему домой – увидел маму, папу, бабушку.
20-летний с небольшим Егор живёт с родителями. Он показался мне чистым, искренним и, увы, инфантильным. Ему предстоит разобраться, как сочетать журнализм и политику (кстати, Черчиллю и его биографу, нынешнему премьер-министру Джонсону это удалось). Егор в условиях России выглядит замечательным исключением – он не пьёт, не курит, и похоже, трепетно относится к женщинам (английские стандарты, даже в рамках двух икон – исторической и нынешней, для начинающего политика прямо противоположны). Инфантильным, потому что он, готовый к самопожертвованию ради своей родины, вряд ли принял замечание философа Карла Поппера: «Существует возможность не только зла, но также “радикального зла “ – термин был введён Кантом. ’Радикальное зло“ есть совершение с человеком такого, что даже самые сильные, лучшие люди оказываются сломлены духом». И речь тут даже не об угрозах со стороны Режима, и не о радикальной неустойчивости человека перед соблазнами. Речь тут об «укоренённой в человеке наклонности разрешать противоречия долга и чувственной природы человека в пользу последней» (Кант).
Егору предстоит созреть и распрощаться с романтическим инфантилизмом, прежде чем кидаться в борьбу. В этом контексте полезно взглянуть на опыт вундеркинда, философа Теодора Адорно, который руководил и институтом социальных исследований, и был лидером Немецкого социологического общества. Конечно, Егор знаком с книгами Адорно и других членов Франкфуртской школы. Но как он объясняет, что Адорно не принял студенческое движение 68-69-гг.? И почему он писал о непродуктивности молодёжного протеста, «законных требованиях и сомнительных средствах студенчества». И вошёл в конфликт со студентами. И вызывал полицию в аудиторию. А когда студенты сорвали его курс (трое студенток обнажили перед ним грудь и осыпали его лепестками), он отменил лекции и уехал в Швейцарию. Да, похоже, огорчённый, там и скончался от инфаркта в свои 65? Готов ли Егор к такого рода испытаниям на сегодняшний день? Сомневаюсь. Впрочем, речь о далёкой перспективе. А на сегодняшний день в этом контексте скажу яснее: мне жаль Егора. Ведь быть бунтарём в России – это совсем не то, что на Западе.
Ну, и наконец, последнее. Замечу к слову, что дедушка жены Адорно был учителем фехтования. Звоню герою моей книги «Моцарт фехтования». Спрашиваю – глядел НТВ о том, что российского потребителя Запад обманывает с его хвалёными товарами? Нет, говорит, не смотрел. Но даже если кто-то смотрел, поверят в эту чушь не более двух процентов. Все всё знают… А что ты думаешь о Егоре Жукове? А кто это? Ни слова упрёка. Понять подтекст моего вопроса и ответа – это значит написать или прочитать книгу «Моцарт фехтования» в 300 с лишним страниц. В ней мы вместе с моим героем пробуем дать ответ на происходящее в России. И далеко не только в спорте.
Комментарии– Простите, что отвечаю отдельным постом на ваш эмоциональный комментарий, который получил нашим ранним утром. Зацепили.
– Нормально. Если есть, что сказать, то отдельный пост много лучше комментария. На «берущих в рот» не обижайтесь – народ эти темы любит, «Снобу» просмотры накручивает. Главное-то, как мне показалось, во вчерашнем эфире от НТВ было не то, что «у них там, как у нас», а то, что «они нас ненавидят, считают нас ниже себя, и впаривают нам дерьмо». Этот мотив популярен у нас давно, видимо, по причине таких вот «прямых эфиров», просто мне они раньше не попадались. Что касается Егора Жукова… С одной стороны, личные интересы человека, думаю, выше общественных, поэтому если ему покажется, что за рубежами больше перспектив, надо уезжать, и реализовываться там. С другой стороны, время сейчас такое, что молодому человеку, решившему поучаствовать в протестном движении, могут подвернуться интересные перспективы… С третьей стороны, единственная возможность что-то в России изменить, – это заниматься этими переменами и их подготовкой. Этим путём прошли все страны, куда теперь уезжают россияне. Что до потенциала Егора Жукова в сравнении с потенциалом Навального, то я бы не торопился с оценкой. Иван Голунов, Егор Жуков и другие фигуранты «московского дела» стали сейчас популярны… Но чтобы сравняться в популярности с Навальным, им нужно приложить такие силы, какие мало у кого найдутся, так что я бы Навального со счетов не списывал, со всеми его недостатками.
– Сравнение потенциала и харизмы Егора Жукова и Навального уже не в пользу последнего, как мне кажется. По поводу же популярности Навального я остаюсь скептиком. Впрочем, дело не в личности Навального, не в том, что у него нет харизмы (при известных обстоятельствах можно и без неё победить). Дело, как мне кажется в зрелости электората. Скажем, Бориса Джонсона англичане накануне выборов критиковали за всё – и что неправильно заваривает чай с молоком, и не уважает женщин, и непредсказуем… почти как Трамп. А вот победила партия, которую он возглавил. Старая демократия, основанная на доверии (голосуем без паспортов, подсчитываем вручную, в прошлые выборы было одно нарушение) сработала без сбоев и сейчас. И Джонсон прав, подытоживая эти выборы: «Спасибо всем в нашей великой стране, кто голосовал, кто был волонтером, кто выступал в качестве кандидатов. Мы живем в величайшей демократии в мире».
– А мне Жуков как раз показался удивительно взрослым для своих 20 лет. И мужественным. Его речь на суде была блистательной, и вообще он держался великолепно.
– Да, он держался великолепно на суде. Скажу более, он со своей речью и по языку, и по интонациям на порядок выше того же Навального. У него огромный потенциал, у Егора. И впечатление от того, как он держался на суде именно такое же, как у вас. Хуже, когда я потратил время на то, чтобы послушать его на «Дожде» и «зашёл» к нему домой… Здесь как-то вылез у меня именно ваш разговор о посмертном интервью, которое дал Карл Поппер раввину, если мне память не изменяет… Тут мне Егор показался (я говорю это со страхом, как отец) именно в тисках долга и чувственной природы человека. Ну, об этом вы лучше скажете.
– Да, будь я отцом Егора, я бы приложил все усилия, чтобы уговорить его уехать. Система его не оставит, будут ломать. Страшно за него, согласен с вами.
– Знаете, я совсем не хотел со своей фамилией говорить то, что вы сказали. Антисемиты заметят, что мне на Россию наплевать. Нет, не наплевать. Я очень хочу, чтобы она как-то вывернулась из этого исторического тупика со своим несчастным народом. Но я очень ценю, что произнесли это вы, а не я – (см. заголовок комментария). Вы – русский человек и с таким заявлением искренним я ещё более высоко оценил ваше присутствие здесь на «Снобе» после этого нашего разговора.
Вот, залез в историю: нашёл ваш пост пятилетней давности под заголовком «Загадочная ошибка Карла Поппера». Свыше 500 комментариев! Как бы мне хотелось подсунуть такое Егору Жукову…
Раздел II
Предисловие
Мои эссе, собранные во втором разделе, построены на событийности. Прежде всего, политической. Хорошо помню, что в «Снобе» 2010-х годов мне хотелось донести мысль – свобода на Западе формирует другое мышление, другие привычки, другую мораль, противостоящую всему тому, с чем вылупилась из империи зла Россия современная. Что и явилось предметом дискуссий, споров, темой комментариев. Позже, в попытках понять, отчего в России опять становилось всё серо и коряво, почему после 1991-го года не случилось продвижения к демократии, не выдвинулась когорта новаторов, возглавивших институты свободы, я обратил внимание вот на это объяснение одного из авторов «Сноба» из числа эмигрантов: «В душной атмосфере беспросветно тоталитарного государства, идеологического обслуживания тиранической власти и раболепия перед ней такие люди не появляются, не появляются и соответствующие институты. Античная цивилизация пала на Западе под бременем собственных проблем и натиском великого переселения народов, но сохранившая себя Церковь создала новый, более сильный, дерзновенный и духовно богатый Запад».
Комментируя цитату, я сознавал разницу: автор её – учёный, математик, бывший священнослужитель, а я – ученик, так и не освоивший школьный курс алгебры-геометрии, с грехом пополам прочитавший Библию. Не скрою, время от времени я думаю о вере. Но и только. Я не отмечаю религиозные праздники. Не хожу в синагогу. Но меня просвещает мой сын. Так случилось в праздник суккот. Вдруг получаю его письмо: «Я стою около Бимы – возвышения, куда устанавливают во время службы свиток торы для публичного чтения. Сегодня праздник Ошана Раба – отсюда русское выражение “петь осану“. Я пришлю тебе видео, в котором мы ходим вокруг бимы и поем осану, т. е. говорим ”ошана“ – “помилуй нас“. В течение недели с начала праздника суккот до сегодняшнего дня мы делаем по одному обходу вокруг бимы. А сегодня (в ошана раба, т. е. ’большая осана “) ходили семь раз и тоже пели осану. В этом ритуале ассоциация с падением стен Иерихона, когда еврейские священники обошли семь раз вокруг его стен и они рухнули… Так и мы ходим вокруг Торы семь раз и надеемся, что стены нечистот, отделяющие нас от Неба, рухнут, как когда-то стены Иерихона. В синагоге обычно несколько свитков торы. Каждый из них написан вручную на кожаном пергаменте специальным писцом. На изготовление свитка обычно уходит один год. Как правило, его дарят синагоге состоятельные евреи. Один свиток стоит 6–7 тысяч евро. В Ошана Раба достают из Шкафа все свитки, которые есть. У нас их три: два по краям в вертикальных коробах – это традиция евреев из арабских стран (сефардов). А по середине – свиток, просто покрытый материей – это традиция европейских евреев (ашкенази). А вечером начинаются последние два праздника: Шмини Ацерет и Симхат Тора, то есть “Радость Торы “. В этот день мы заканчиваем читать годовой цикл чтения Пятикнижия. Завтра вечером будет что-то невообразимое… море виски, водки, вкуснейшей еды. Все мужчины будут с этими свитками танцевать с семи вечера и до утра, и петь. Вся бима будет залита алкоголем. Короче, будет сумасшествие!!!!! Всё это закончится тем, что мы будем кувыркаться через голову – т. н. ”Куле“. А во вторник днём ведущего молитву в определённый момент свяжут, поднимут, перевёрнут и окунут головой в таз с ледяной водой, обильно полив ещё сверху Чтобы укрепить силу молитвы о дожде. Готовлюсь к празднику. Знай, что ты всегда в моих мыслях, когда я там молюсь, медитирую или делаю Бог знает что».
Мой сын влиял не только на мои религиозные воззрения, но и знакомил с повадками интернетной публики вообще, с её литературными вкусами и предпочтениями. В частности, от него я впервые услышал про «шуфутинов день 3-е сентября». Наш элитный клуб испытывал постоянное давление со стороны Фейсбука. Досужие авторы тащили оттуда в «Сноб» свои опусы про личностный рост и психотерапевтическую практику, про сущее, про любовные крахи, крохи и утехи. Зачем? Как зачем! Чтобы попытаться стать снобом, повысить свой статус в собственных глазах.
На самом деле, эта публика размывала элитную площадку. Временами Лента «Сноба» для блогеров сплошь состояла из графоманской дребедени. Ничего необычного сведущие критики, впрочем, не видели. Графоманы допекали публичные издания с… пушкинских времён. Я отыскал слова Поэта о волшебном влиянии типографии: «Мы всё думаем: как может это быть глупым или несправедливо? Ведь это напечатано!». На моих глазах в «Снобе» из недр Интернета явился двойник Омара Хаяма в лице некоего Дмитрия С. Не освоив русскую грамматику, он уложил 56 тысяч его досужих идей, пошлых баек и банальных мыслей в 240 томов и издал их в красочных обложках. Всё это добро он перевёл на 30 языков мира. И вот, купив годовую подписку «Сноба», С. ежедневно вываливал на Ленте эссе с фотографиями обложек своих книг. Беспрецедентно. Из-за нашествия подобных авторов мгновенно исчезали полноценные материалы, самобытные литературные эссе. Что было, конечно, досадно.
Но и тут всё оказалось не так просто. Именитые авторы «Сноба» издавались в ЭКСМО, издательстве Шубиной, НЛО и прочих престижных заведениях, пускавших на книжный рынок только своих. Их снобизм, впрочем, был зыбким. Ведь писатели первого эшелона (Сорокин, Пелевин, Юзефович) со своей прозой на «Снобе» не показывались. Не до того им. Погоду в интернетном клубе делали литераторы из второго эшелона. К ним тянулась сомнительная публика, оплатившая подписку на «Сноб». Полагая, что они и есть элита. Именитые же авторы клуба давали повод остальной публике относиться к ним с подозрением, когда они выступали со снобистскими комментариями типа: я прочитал «Этику» Спинозы в 17 лет, это надо знать, загляните в мою ссылку, тогда поймёте, о чём я…. Сноски вместо аргументов, упрёки, высокомерие, а то и презрение к оппонентам удручали необыкновенно. Цель – выставиться, показать свою учёность. Эссе заграничного филолога, выступившего с критикой поправок к Конституции, было набито учёными терминами про рему и тему. Оно било мимо цели, потому что демонстрировало учёность автора, а не попытку уличить в безграмотности национального лидера, представившего проект конституции. Вождь не обязан быть филологом. И златоустом тоже. Всякая внятная власть сильна своим аппаратом. Лидеры меняются, а аппарат остаётся. И если аппарат профессиональный, подобный казус с безграмотным проектом конституции случиться не может. То есть, писать романы – это одно. Скажем, аппаратчик Владислав Сурков это умел. А вот подготовить для Президента страны грамотный документ о поправках в действующей Конституции, чем и должна была заняться его Администрация – это иное. Здесь нужны не только юридические знания, но и навыки филолога, стилиста, лингвиста…
Кстати, у Сталина был вымуштрованный правительственный аппарат, особенно в МИДе. Хотя сам Сталин допускал в своей речи и тавтологию, и грубости, и говорил с акцентом. Но последствия сглаживал аппарат. Вожди, пришедшие ему на смену, и ботинком стучали на трибуне, и напивались, и глупости говорили. Но дипломаты всё умели сгладить, отрегулировать, правильным документом выправить ситуацию… Тут уместно добавить, что Сталин был криминал органический. Его же последователи – обученные в школах служб безопасности. В шпионской работе привитые им навыки годились. А вот, чтобы быть компетентным лидером нации, нужно другое. Потому у Путина не получается. Примечателен в этом смысле запомнившийся мне диалог на «Снобе»:
– У Путина вся власть построена на мафиозной основе, на дружбанах и кумовстве. А это несовместимо с профессионализмом.
– А мне понравился герменевтический ход одного профессора-историка. В юридическом и литературном языке не обнаружилось нормы для иносказания… Очевидно, решили, что во имя судьбоносной цели языком допустимо пожертвовать.
– Похоже, такое объяснение – отсутствие профессионализма – поближе к реальности, чем всякие герменевтические ходы.
Прикинусь придурковатым, чтобы больше не уличать. Вернуться к проницательным и профессиональным авторам. Из всех членов клуба, спустя десять лет, выделяю имя кинокритика Зинаиды Пронченко. Она давно ушла из «Сноба», а я остаюсь в числе её почитателей. Вот мой панегирик тех времён: «Талантливых мало, а среди критиков – единицы. Зинаида образованная, острая, хорошо видящая, когда смотрит на экран. Мыслит, когда пишет. Умеет выразить одним словом, одной фразой то, что сразу не понять, если не перечитать и раз, и два, и не начать думать. Фильм “Офицер и шпион“ Романа Полански я не видел. Но такое впечатление, что видел. На полутора печатных страничках Зинаида выложила биографии – наши, зрительские, Дрейфуса, а главное, режиссёра Полански. Рассказала об эпохах, о сломе Времён, о Франции и её великой культуре, о литературе и живописи, о морали и Том свете, “куда каждый заходит поодиночке “. Наконец, о наших плоских биографиях (это о зрителях, если что), и о биографии Полански, который видел и страдал столько за свои 87 лет…».
Зинаида Пронченко, помню, своими рассуждениями о Полански ткнула нас, читателей, носом в главное: «’Офицер и шпион“ лучшая его картина за долгие годы. Он Автор с большой буквы – ’един во множестве персонажей “. И не надо подозревать его, что он создал этот шедевр, чтобы оправдаться. И вообще, для ’вульгарных спекуляций он слишком хитёр и слишком устал… за 50 лет страха и паранойи“».
Запомнились детали трагической биографии Полански, ключевые события его Времени. Роман Полански – Раймунд Роланд Риблинг, родился в Париже в еврейской семье в 1933 году. В 1936-м, когда Роману было три года, семья перебралась на родину отца в Краков. Во время немецкой оккупации семья попадает в Краковское гетто. Мать погибает в концлагере под Люблином. При ликвидации гетто отец договаривается с польской семьёй, которая забирает сына до конца войны, а сам попадает в концлагерь Маутхаузен. Мальчик выживает (он вспоминает, что нацисты использовали его как мишень на стрельбищах), а после окончания войны ищет отца. Тот чудом остался жив. Они встречаются. Отец помогает Роману получить образование. Тот увлекается сначала сценой, а потом связывает свою жизнь с кино. Талантливому юноше протежирует Анджей Вайда: с его помощью Роман попадает в киношколу в Лодзи. Первый фильм в Народной Польше принимают прохладно. И в 1962 году Роман перебирается во Францию. На Западе его фильмы получают премии. Браки. Разводы. Франция – Англия – Америка. И вот в Голливуде в 1977 году его обвиняют в изнасиловании несовершеннолетней. Перед судом он бежит из Америки, когда судья нарушает обещание дать условный срок в обмен на признание вины. Сначала Великобритания. Потом из-за угрозы экстрадиции перебирается во Францию. Его преследуют повсюду. В Швейцарии Полански арестовывают. За него вступается Франция, и его выпускают из страны. Польша обращается к президенту США Бараку Обаме с просьбой помиловать Полански. Безуспешно. Судебные преследования продолжаются десятилетиями. Пересказывая эту биографию, Зинаида с возмущением писала о последней новости: Полански в Париже и не может прибыть на церемонию получения самой престижной французской премии «Сезар» за фильм «Офицер и шпион». Феминистки угрожают линчевать его…
События этой биографии всё-таки следует спроецировать на Время. Оно меняет рамки разрешённого и табуированного. Потерпевшая, став взрослой, давно простила Полански. И это понятно, если принять во внимание, что в 13 лет она была фотомодель – и то, что полвека назад выглядело нормой в Голливуде, теперь представляется иначе. Вешки морали, границы запретов поменялись. Вероятно, потому бывшая фотомодель просила за Полански. Ничего удивительного. Почитайте нашего Пушкина – в 13 лет в России разрешалось выдавать замуж. Есть страны, где это норма и сегодня. Разумеется, глупо искать оправдания Полански. Но нельзя преследовать человека в течение 50 лет. Речь только об этом.
Время меняет наши взгляды не только на мораль, этику, но и на искусство. Саксофонист Алексей Козлов рассказал о драматической истории «Случайного вальса», который запретил Сталин. Слова и музыка сочинены во время Сталинградской битвы. По ссылке в посте Козлова на «Снобе» слушаю вальс в исполнении Утёсова. А затем вдруг попадаю на ужасное исполнение: гламур, слащавая, бездумная, просто вульгарная версия трагического вальса. Снобизму моему нет предела. Читаю подпись: «Праздничный концерт ко Дню защитника Родины. Ансамбль имени Александрова. Кремль». Певец в форме офицера-гвардейца исполняет этот вальс, а в первом ряду сидит Путин. Солист старается, и оттого всё ещё хуже. Вокруг него вьются в вальсе куклы. Но, если знать, что ансамбль в полном составе очень скоро погибнет в авиационной катастрофе по пути в Сирию, на фоне этой трагедии исполнение Евгения Б. звучит иначе.
Ещё о снобизме, но уже без скидок на Время. Один из новоявленных участников клуба в составленной им личке сообщил, что разработал один из вариантов психосоматического подхода, осознал и обнародовал концепцию развития личностного роста, ну, и развенчал миф о существовании болезней. Вообще. Всех. Можно было бы забыть этого фанфарона, если бы не его же изобличающее: «В течение полумесяца я проводил небольшой социальный эксперимент: публиковал свои тексты на ”Снобе“. И одновременно размещал их на Фейсбуке, где прежде я открыл платную группу. Итоги? Мои тексты на ”Снобе “ не нашли особой поддержки. То есть, на ФБ у меня группа платных подписчиков. Люди регистрировались на портале, чтобы читать мои тексты и платили вполне приличные деньги за полугодовую подписку. С текстами ”Сноба“ этого не произошло. Вывод? На ”Снобе“ со мной пытаются вести дискуссию люди, которые гордятся своим невежеством и утверждают, что знаний из Википедии достаточно для того, чтобы разбираться в буддизме, вирусологии, квантовой физике или психосоматической медицине. Простите меня, но ведь это профанация. Потому ухожу».