Счастье для ведьмы
- -
- 100%
- +
– Но ведь рыжих и так много…
– Ошибаешься, Еля! – прервала мой растерянный лепет Измира. – Рыжих, может, и достаточно, но кроваво-красный цвет только у ведьм. Это отличительная черта, по которой другие всегда узнают нашу расу. И определяют, насколько сильно ведьма поддалась Тьме.
Я невольно перевела взгляд на ее белую макушку, еще недавно бывшую полосатой, как у зебры.
– А твои?
– Тьмы я хлебнула немало, но смогла вовремя остановиться. До тебя мои седые пряди были красными, как твои сейчас, напитанными магией Мирея. Просто на призыв ушло слишком много сил. Даже за год без нормальной подпитки или злых дел я не смогла бы вернуть присущий ведьме истинный цвет, а Тьму ничем не вытравить. Вот и была полосатая.
– Ясно, – кивнула я, оглушенная новостями и правдой жизни.
Наставница умолчала об огромном – нет, смертельном! – риске при передаче силы. А ведь я ее уже в любимые тетушки записала, настолько мы сблизились и сроднились.
– Прости меня, – шепнула Измира, словно подслушав мои мысли. Она погладила меня сухой теплой ладью по щеке и, уронив слезу, добавила: – ты была моим единственным шансом на перерождение и новую встречу с любимым. Я надеюсь, когда-нибудь ты поймешь и простишь меня за то, что я промолчала о риске.
Окружающий мир был настолько ярок и прекрасен, что я радостно призналась:
– Знаешь, сейчас мне очень легко тебя понять и простить. А вот если бы я умерла… Вот тогда очень-очень злилась бы на тебя. Буквально вечность не могла бы простить.
Медленно, пыхтя от бессилия, встала и помогла подняться Измире. Качаясь и спотыкаясь, держась друг за дружку, мы побрели к дому. Бьо, неожиданно сильно уменьшившийся и потускневший, встретил нас, душка, дал напиться и проводил отдыхать. У меня при виде этой едва заметной, но уже любимой «тучки» с глазками начинала скручиваться в груди тоскливая пружина. Совсем скоро мы расстанемся. И в этом мире я останусь совсем одна.
* * *Новый рассвет – и снова костер. Только пылает он не в котле, а пожирает уютный и незаметно ставший мне родным Измирин дом. После ритуала передачи силы она протянула лишь три дня. Я плачу, стоя на коленях, глядя на вырывающееся из окон пламя и зная, что в доме вместе с хозяйкой Бьо, немного подкормленный моей силой. Удерживает огонь внутри во избежание лесного пожара.
Вскоре дело было сделано. Дом сгорел дотла, но я успела уловить, как махонький посеревший хранитель мелькнул белой вспышкой и исчез, отправившись за грань вслед за своей хозяйкой. Земля вздрогнула и холм обвалился, окончательно спрятав ведьмину могилу. Словно она и не жила здесь много-много лет. Только пара хлипких сараюшек для домашней живности и напоминала о том, что здесь жили люди… ведьмы. Мое временное пристанище зарастет без следа.
Все три дня Измира быстро теряла силы, угасала на глазах, поэтому мы сидели в доме. Бьо тоже слабел, и мне приходилось готовить самой, недаром меня год с лишним приучали к печному быту и походной жизни, чтобы лепешки даже на костре получались пышными. Теперь я очень даже знатная хозяюшка. Наставница полумер не приемлет: либо на отлично, либо лучше не начинай.
Как-то вечером, когда Измира в кресле-качалке наслаждалась теплыми летними сумерками, у меня практически вырвалось признание: «Не хочу жить отшельницей на краю света и обязательно отправлюсь посмотреть Мирей». Тем более в путешествии смогу пополнять родовую сокровищницу знаний и получать нужные в ответ.
Я отметила, с каким облегчением наставница приняла мое решение, поведав в ответ, что дом ведьмы – это часть ее, и отдавать его другой… больно.
Тогда мы принялись составлять план на будущее. Скорую смерть Измиры мы тщательно обходили стороной, обсуждали «потом». Сам дом и его содержимое (включая тело хозяйки) мы с Бьо сожжем, чем поможем и ему с легкой душой уйти за грань, не имея привязанностей.
Попутно мы отобрали все нужные и полезные мне вещи. Под контролем наставницы я создала свой личный пространственный карман и сложила туда собранное добро. Более того, мы подготовили небольшую узкую телегу повышенной проходимости и с высокими бортами. Примерно на четырех пассажиров. На этой повозке мы несколько раз ездили в близлежащую деревеньку Чиорики на «практику» – Измира знакомила меня с жителями Мирея, обычаями и традициями.
В повозку положили не менее «волшебный» мешок с кормом для Моли, теперь уже моей маленькой лошадки. Измира несколько раз напоминала, что мешок хоть и безразмерный, но содержимое само не размножается, его необходимо регулярно пополнять. Иначе не Моль будет везти меня, а я ее. Еще мне досталась палатка из промасленной плотной ткани, в такой не страшно и в ливень, и в холод.
Когда Бьо притащил ее из недр дома, Измира с нежностью посмотрела на темную от времени ткань, вспоминая проведенные под ней жаркие, наполненные любовью ночи с Грахном.
Жутко было осознавать, что живая женщина настолько стремится умереть, чтобы гипотетически переродиться и встретиться с любимым. Да, при наличии магии и вреднючего, наглого, высокомерного гримуара, который с бесившей меня частотой плевался бумажными комками, принижая ценность любых моих сведений, я все еще с трудом верила в это.
А вчера, словно предчувствуя смерть, Измира сделала мне прощальный подарок, на что сама я была не в состоянии решиться: зарубила оставшихся кур. Бьо приготовил их для меня и помог сложить в пространственный карман, чтобы хранились в стазисе. Теперь будет чем питаться в пути.
Поужинали мы плотно, без суеты, запивая сваренным мной пивом, при свечах и под стрекот кузнечиков за окном. Бьо весь вечер норовил коснуться белых волос хозяйки, словно заранее прощался, а во мне все наливалось тяжестью грусти.
Ночью Измиры не стало.
Когда все успокоилось, осела пыль и пепел, вновь зашелестел кронами лес и запели птицы, солнце залило небосвод ярким, оранжево-желтым светом. Я буквально заставила себя подняться. Отряхнула дорожное коричневое платье. Шить меня тоже научила Измира, в жизни пригодится. Тем более благодаря магии – это легко и просто.
Я повязала на голову серый платок, чтобы спрятать волосы, опустошенно оглядела полюбившуюся полянку и решительно направилась к сараю, возле которого объедала кусты запряженная в телегу Моль. Через час я навсегда покинула это место, так же навсегда изменившее мою жизнь.
Теперь я – ведьма. Светлая, сильная, образованная, но молодая и неопытная. Мелькнула мысль, что надо почаще кормить свой персональный интернет – гримуар, а то он неохотно делится со мной знаниями.
Жадина!
Глава 5
Пламя небольшого костра уютно трещит, поедая сухой валежник, которого я набрала еще с вечера. Моль аппетитно хрумкает кормом; опустив морду в ведро и стегая себя по черно-белым лоснящимся бокам длинным серым хвостом: отгоняет мошкару. Узкая одноосевая телега, с легкостью преодолевавшая ухабы и бездорожье, тоже отдыхает неподалеку, внутри магического контура. Я создала его вчера для защиты своего лагеря. Поют птички, шелестят фиолетовой листвой деревья, все проникнуто покоем и магией. Причем магический фон меня с вечера беспокоит, слишком яркий и пьянящий, с отчетливым флером радости.
Сидя на бревне у костерка, я неторопливо жевала толстый бутерброд с вареной курицей из запасов моего пространственного кармана, уныло думая о том, что надо бы заехать в ближайший город-гварт и купить продуктов. Как показала практика, охотиться даже на кур в собственном дворе я не способна. По мнению Измиры, неспособность убивать даже ради пропитания – не от моей излишней светлости и доброты, а больше из-за чрезмерной мягкотелости и инфантильности. Обидно, конечно, но в душе я была с ней согласна. Как дитя техногенного и развитого мира, я привыкла покупать мясо в магазине и готовым к употреблению. А взять и свернуть шею питомцу, которого до этого месяцами кормишь… Невыполнимая задача.
Помимо озабоченности оскудевшими запасами, мучит душевная боль: всего неделя прошла после смерти Измиры, слишком свежи воспоминания, снова одолевают мысли о родных на Земле, и одиночество только усиливает угнетенное состояние. А ведь грустная ведьма – это слабая ведьма. Нужен какой-то положительный заряд для равновесия, а у меня даже вареная курица вот-вот закончится. Хорошо, что укромный лесной уголок, куда я вчера специально забралась, чтобы отдохнуть и спрятаться от любых случайных встреч, помогает успокоиться, найти внутренний эмоциональный баланс.
Глядя на пламя, время от времени выстреливающее искрами, я вспомнила, как радовалась Измира перед смертью. Она была непоколебимо уверена, что там, за гранью, ее ждет светлое будущее и встреча с любимым в новой жизни.
Я подумала о ней с теплом, растопившим тоску и боль. Следом в памяти всплыла информация, которую она сообщила еще в начале моего переселения на Мирей. По крови я Леснянская, но, сроднившись с силой Измиры Древесной, вступила и в ее род, объединив две ведьминские ветви. А значит, будучи наследницей и продолжательницей обоих родов, однозначно перетяну души своих родных на Мирей. В будущем они переродятся именно здесь, если я не подведу. Так что у меня появилась ответственность и дополнительный весомый стимул продолжить смешанную линию Леснянских-Древесных.
О продолжении рода я обязательно подумаю, но тогда, когда сделаю «карьеру» и буду уверена, что смогу защитить своих детей. Ох, и тяжела же ответственность! Но я постараюсь. Справлюсь. Тем более Измира обеспечила мне более чем безбедное существование на старте – в пространственном кармане у меня много золота. Хватит, чтобы лет десять прожить без заработков. Если жить скромно, конечно.
Путешествую я больше недели; кому-то может показаться, что это бессмысленное занятие, но цель у меня теперь есть: посмотреть мир, научиться чему-то новому. Как говорили на родине – людей посмотреть и себя показать. Стать сильной и опытной ведьмой, способной хорошо жить в новом мире. Мне пока и этих задач достаточно, ведь жизнь у ведьмы, при удаче и мудрости, длинная. На многое хватит! Надеюсь.
Тем временем, вопреки большей частью невеселым думам, общий магический фон беспокоил меня все сильнее. Отвлекал от размышлений о жизни. Слишком радостный, он будоражил, разжигал любопытство. Я впервые ощутила нечто подобное извне. С раннего утра, занимаясь делами, нет-нет да и крутила головой, пытаясь уловить, откуда исходит этот занимательный поток.
Пока запряженная Моль объедала ближайший куст, я набрала в дорогу воды из родника и сложила вещи в телегу. Осталось самой на нее забраться и отбыть с гостеприимной полянки. Ну и спрятать слишком яркие, приметные волосы под серым платком. Кардинальная смена имиджа из русоволосой блондинки в кроваво-рыжую ведьму еще больше подчеркнула мои природные достоинства – изумрудно-зеленые глаза и молочную кожу.
Но до платка дело не дошло – вокруг меня буквально зашкворчала чья-то магия, разбрызгивая капли радости, как жир на раскаленной сковородке. Применив ведьминское зрение, я аж зажмурилась, настолько окружающее пространство оказалось пронизанным разноцветными потоками. Каждый из них, касаясь, звал меня за собой. Терзал любопытством, зажигал кровь азартом разгадать лесную тайну.
Где наша не пропадала?! Моль с телегой в защитном контуре, через него никто не пройдет, не навредит, самые ценные вещи всегда при мне, в пространственном кармане. Поэтому я без долгих раздумий шагнула в фиолетовые заросли, ориентируясь на магические потоки. Ступала мягко и бесшумно, как учила Измира, используя ведьминскую силу, чтобы ветки, будто специально тормозящие мое продвижение, разошлись и не цеплялись за одежду и волосы.
Вскоре я выбралась на поляну. Неожиданно большую, щедро залитую светом и заросшую крупными, яркими, красно-желтыми цветами, похожими на огромные герберы. Именно от этого восхитительного места исходила не дававшая мне покоя мощная магическая волна счастья и радости. Я даже слегка задохнулась, жадно и полной грудью хлебнув этого густого аромата. Невольно расплылась в улыбке: «Какая красота!» И дальше, затаив дыхание, рассматривала жителей этой удивительной поляны. Махоньких, с детскую ладошку, человечков в ярких нарядных платьицах и костюмчиках, с прозрачными, как у стрекозы, крылышками, порхающих над цветами. Золотоволосые, с удлиненными юными личиками, длинными остренькими ушками и любопытными сияющими глазками. На миг мне показалось, что попала в сказку про Дюймовочку.
Явно благодаря щедрости гримуара в голове всплыла информация, что это лесные феи – исчезающий вид. Хорошенькие ушастенькие «Барби» и «Кены» не заметили меня на краю поляны, поэтому я с жадным любопытством, во все глаза наблюдала за ними. Малюсенькие ребятишки носились в воздухе, осыпая друг дружку золотой пыльцой, взрослые степенно летали, кто с ведерками, кто налегке, кто-то общался и весело хихикал – такие легкие и прекрасные.
– Ведьмочка! – раздался разноголосый детский писк, а следом над поляной взметнулся золотистый испуганный вихрь.
Ко мне феи подлетели вполне дружелюбно, скорее, тоже любопытствуя.
– Мира вашему дому! – Весело улыбаясь, я вежливо поклонилась дивному народцу. Абсолютно безобидному, как светлые ведьмы, практически беззащитному, поэтому и прячущемуся от всех.
Вдруг небо резко потемнело. Со зловещим шумом налетела огромная туча, следом на поляну будто обрушился черный ливень. На миг я остолбенела от ужаса: меня стремительно накрыло живой, шевелящейся массой огромных насекомых, похожих на саранчу, но еще крупнее и страшнее. Особенно ужаснули их выпуклые фасеточные глаза перед моим собственным носом.
Разведя руки и беспомощно подвывая от страха, я таращилась на стрекочущую серую массу, омерзительную и нескончаемую, не в силах ни завизжать, ни отмахнуться.
Ясность мыслям и былую решительность вернул отчаянный писк маленького народа. Ужас и боль, страдания и смерть – прожорливая саранча накидывалась не только на прекрасные цветы, жуткие насекомые нападали и на фей. Завязался кровавый бой, точнее, бойня, ведь саранчи было в сотни раз больше, чем маленьких крылатых существ. То и дело вспыхивали яркие золотые ураганчики, которые отбрасывали насекомых от очередного цветка-домика, где в ужасе жались или сражались маленькие феи. Но насекомые давили массой, под которой склонялись к земле самые стойкие цветы и падали в траву феи.
Этот кошмар заставил вспомнить, всколыхнул мою магию, даже гримуар откликнулся. За несколько мучительно длинных мгновений, глядя на погибающих фей, я создала огромный силовой купол, чтобы защитить маленьких жителей и уничтожить захватчиков. Вскоре вся саранча, оказавшаяся под магическим куполом, осыпалась пеплом на встрепенувшиеся яркие головки цветов, а оставшаяся снаружи – сгорала, стоило ей его коснуться. Извести всю стаю прожорливых насекомых я бы не смогла, ведь Мирей и боги зачем-то создали этих тварей. Поэтому погибали только те, кто стремился проникнуть под купол и убить фей.
Черная туча из насекомых еще некоторое время повисела над куполом и полетела дальше, а жители цветочного городка дружно занялись ранеными. Слава богу, никто из фей не погиб, но многие заметно пострадали. В моей помощи они не нуждались – успешно и быстро справлялись собственными силами. Тоже к счастью, ведь дальше меня хватило лишь на то, чтобы нервно и суетливо стряхнуть с головы и платья пыль… фу, оставшуюся от саранчи. Успешно я позитив в жизни ищу…
Вскоре вокруг меня порхали десятки запыленных, но по-прежнему деятельных и ярких человечков.
– Благодарим тебя за спасение, госпожа! – запищала небольшая делегация феечек под предводительством неожиданно пожилой дамы. – Ты самая добрая и красивая ведьмочка!
Не знала, что дивный народ стареет. Возможно, как и ведьмы, когда теряют любовь или смысл жизни. Эх, жаль, вреднючий гримуар молчит. Стало стыдно. Стою тут столбом, даже помощь раненым не предложила. Поэтому, неуверенно махнув феям рукой, я промямлила:
– Да не за что.
– Если оставишь нам этот замечательный купол, будет за что… – вкрадчиво предложила пожилая фея, подлетая ближе, с надеждой заглядывая мне в глаза и попутно роняя золотые искорки своей магии.
– К сожалению, я только учусь и не знаю, как превратить этот купол в постоянную защиту. Совсем скоро он растает…
Множество потрепанных и даже в запекшейся крови фей обоих полов облепили меня со всех сторон. Несколько самых отчаянных и смелых сели на мои плечи и макушку. Такие милые и очаровательные, что я даже дышала осторожно, чтобы не спугнуть. И растерянно улыбалась.
Особенно настойчивой оказалась пожилая крылатая дама в чопорном синем платьице до колен и белом передничке, явно старожил, возглавляющий цветочное поселение.
Она мягко и убедительно предложила:
– Попроси гримуар, он тебя непременно научит.
Я невольно тяжело вздохнула, но… Почему бы не попытаться уговорить его? Мне не трудно, уж если помог защититься от саранчи. Я достала гримуар из пространственного кармана, аккуратно положила его на травку между цветами и под внимательными взглядами затаивших дыхание фей попросила поделиться знаниями. Феи, с надеждой зависшие надо мной, смогли в полной мере насладиться возмущенно-презрительным гневным выражением губ «библиотечного фонда» в ответ на мою мольбу о «халяве». Заодно я достала и листики с карандашом, чтобы его подкормить, но, как назло, в голову ничего умного не шло.
– Нужно дать ему что-то взамен. Полезное, ценное, мудрое. – Кажется, я даже смущенно покраснела от собственной беспомощности – сама-то ничего из перечисленного дать не смогла.
– Ой, да это мы быстро, госпожа ведьма, это мы легко… – радостно запищали феи и дружно уточнили: – Вы его кормите знаниями, записанными на этих листиках?
Не успела я кивнуть, как бумагу стремительно разобрали. Через минуту феи начали складывать обратно листочки, уже заполненные волшебными рецептами и полезными сведениями. Только успевай скармливать гримуару фейские полезности! Наконец он, явно переев, сыто рыгнул, довольно улыбнулся и начал выдавать необходимую информацию. В первую очередь, конечно, о создании полноценного защитного контура для лесного поселения фей от любых угроз. До полудня я елозила в траве, ковыряясь в земле и рисуя руны, напитывая их магией. А потом устало, но довольно выдохнула, отряхиваясь от пыли, травы и веточек:
– Принимайте работу, хозяева!
Мало того, что помогла удивительному народцу, так еще и подкормила гримуар, чтобы поделился сведениями о мире, некоторых ритуалах и зельях. Без фей бы я долго собирала для этого гурмана-привереды еду в обмен на нужные мне знания.
– Ведьмочка, душечка-красавица, самая добрейшая из светлых! Мы благодарны тебе за спасение и защиту и от души хотим ответить тебе добром! – торжественно прощебетала пожилая дама с сияющими крылышками, порхая перед моими глазами. Остальные феечки летали рядом, одаривая меня улыбками.
Я хотела вновь сказать, что не за что, а потом вспомнила наказ Измиры: «Ведьма – это не только дар, но и характер, мы всегда берем плату за свои услуги. Посильную, если ты светлая, и неподъемную морально или физически – если темная».
Поэтому скромно поблагодарила:
– Спасибо, милые феи!
Через минуту мне торжественно вручили кусочек мыла, изумительно пахнущий луговыми травами, но такой крохотный, что я опасалась его уронить. Наверное, я выглядела слишком смешно, принюхиваясь и присматриваясь к обмылку на ладони, потому что феи сначала хихикали, глядя на меня, а потом пояснили: стоит мне хоть раз помыться этим мылом, окунув в воду и в свою магию, оно никогда не закончится, будет подпитываться капелькой моей силы. И после стирки моя одежда станет всегда пахнуть цветами.
Откровенно говоря, этого чудесного подарка мне было более чем достаточно, но глава поселения, неожиданно вновь подлетев к моему лицу, строго заявила:
– Знаешь ли ты, ведьмочка, что феи могут исполнить любое желание того, кто заслужил его? Мы пришли к единому мнению: ты точно заслужила исполнение одного, самого заветного. Поэтому подумай тщательно, чего ты хотела бы для себя? Самого-самого.
Я задумалась: ну действительно, чего мне хочется такого невероятного? Вернуться домой на Землю? Нет, меня там больше ничего не держит, никто не ждет. Тем более обещала бабушке стать настоящей ведьмой, а Измире – продолжить род. Надо держать свое слово. К тому же, дорогу обратно знает только Мирей.
Любви? Нет, Измира так запугала меня последствиями неразделенных чувств, что о любви я пока точно не мечтаю. Хочется сначала насладиться радостями жизни.
Счастья в жизни? О да, вот что мне точно не помешает! Поэтому, довольная принятым решением, я встрепенулась и попросила:
– У меня одно желание: хочу найти свое счастье.
Крылатая старушка довольно и даже поощрительно кивнула, разгладила свой передничек и махнула остальным крохотной ладошкой, привлекая к действу. Вскоре все вокруг засверкало махонькими сияющими искорками. Они вылетали из груди множества собравшихся возле меня фей и закручивались в настоящий золотой вихрь. А через минуту он словно взорвался у меня над головой, осыпав искорками, как блестками, с головы до ног.
Я сочла, что счастьем меня уже одарили, но поспешила с выводами. Блестки собрались в хоровод, закружившийся надо мной, заставив задрать голову и с улыбкой разглядывать его, а потом бац! – и все вспыхнуло. Моргнув пару раз, я увидела сияющую маленькую звездочку, одну.
– Это путеводная звезда. Следуй за ней, она приведет тебя к счастью, – облетев мой «подарок», напутствовала фея. – И не бойся, кроме тебя ее никто не видит. Она не потеряется, будет с тобой, пока ты не встретишь свое счастье, не осознаешь его.
– Спасибо огромное! – хрипло от переполнявших меня чувств воскликнула я.
– Легкой тебе дороги к счастью! – дружно попрощались со мной феи.
Ну да, загостилась, пора и честь знать. Пожелав еще раз мира их дому, я отправилась за бедняжкой Молью, оставшейся в лагере. Она, конечно, под защитой магического контура, но об этом не знает.
Звезда счастья полетела за мной, видимо, я шла в верном направлении. В том, что звезда не бракованная, я убедилась, когда выехала на тракт: она отправилась направо, уводя меня с земли Скальда, что, в принципе, пока совпадало с моими прежними планами.
Глава 6
Я уже не в первый раз отдаю должное находчивости жителей земель, по которым проезжала. Сейчас я осматривала просторную хеймимскую лавку. Даже в самом дальнем уголке примерочной было светло благодаря множеству отполированных до блеска металлических «тарелок» на стенах. Поймав солнечные лучи из окна, они передавали их дальше. Удивительно, но такой способ естественного освещения распространен во многих гвартах и даже деревнях. В этой шляпной лавке меня привлекла витрина, где помимо головных уборов и шарфиков был выставлен прекрасный светлый парик на деревянной подставке.
Это потому, что своим унылым серым платком и скромным платьем вкупе с симпатичным лицом я вызывала скорее нездоровый интерес, чем пряталась за непрезентабельным видом. А нам, ведьмам, в рассаднике жрецов Света лишнее внимание смерти подобно. Измира предупреждала как можно дальше держаться от Хеймица, где властвует орден Света. Тем более от его столицы – Хеймима. К сожалению, мой путь лежит именно через нее, а все из-за злосчастной путеводной звезды. Вот и приходится двигаться к счастью по «минному полю».
Получив звезду от фей, я сперва с опаской присматривалась к необычному подарку. Не слушалась призыва, сама выбирала направление и дорогу. Но звезда так усердно возмущалась и мельтешила перед глазами, что однажды меня чуть не приняли на тракте за припадочную – слишком активно и с руганью отмахивалась от того, что другим не было видно.
И вот, спустя пару недель мытарств, я сдалась: послушно следую за звездой. Но, елки зеленые, как же она меня бесит, зараза! И как пугает этот город! Но нужны продукты и хотя бы небольшой отдых в мягкой кровати. И мытье в горячей ванне, а не в ручье или пруду с лягушками! Ладно, хоть не со змеями и крокодилами. Мне они тут пока не попадались.
Первым делом я запаслась самым необходимым: пропитанием для себя и Моли, которую оставила в таверне утром. Ну и решилась-таки походить по торговым рядам, чтобы купить одежду получше, чем та, что досталась от Измиры и была собственноручно сшита под ее руководством.
Собственное отражение в зеркале мне понравилось. Светлый и, надо сказать, хороший парик. Мне идет. Тем более цвет похож на мой прежний, родной. Который был до того, как с принятием силы Измиры моя отросшая шевелюра окрасилась в рубиново-красный. Ведьминская сила придала мне шарма: осветлила и выровняла цвет лица, засияла в и так ярко-изумрудных глазах, благо у человеческих магов они тоже светятся. А все остальные привлекающие внимание признаки моей сущности я закамуфлировала.
Из зеркала на меня смотрела хорошенькая фигуристая блондинка среднего роста с густыми, тщательно причесанными волосами. Платье – простое, но милое. Светло-зеленое, с пышной юбкой на ладонь выше ступней и рукавами чуть ниже локтей.