Коварство заброшенного замка

Пролог

Гибель наследника

Шум и лязг цепей нарушил хрупкую тишину. Лицо молодого человека, закованного в кандалы, исказилось от невыносимой боли. Он больше не мог терпеть, и с его окровавленных уст слетел слабый стон. Мрачные тени мучителей скользили по стенам, напоминая о том, что смерть юноши близка. Злодеи готовились к финальной пытке. Раскалённое железо с шипением поразило плоть парня, и достигло пульсирующего сгустка энергии – его сердца. Зрачки молодого человека расширились, мозг на миг вспыхнул осознанием кончины, и предсмертный крик огласил призрачные своды темницы. Последнее дыхание вырвалось из его груди.

Один из мучителей – коренастый плотный мужчина с грубоватыми чертами лица, будто вырезанными из мрамора, злобно осклабился и бросил на пол металлический прут. Потом довольно потёр руки и плюнул под ноги пленнику, у которого только что забрал жизнь.

Другой участник преступления надменно ухмыльнулся. Это был высокий смуглый человек лет сорока со сталью во взгляде. Его осанка и горделивые манеры выдавали знатное происхождение.

– Эрик, твоё хладнокровие заслуживает похвалы, – произнёс он. При этом голос окрасился презрением. Видимо, подручный не вызывал уважения.

– Я счастлив служить Вам, герцог Роксолиус, – голос Эрика звучал слабо: сказывался страх перед собеседником.

– Счастлив, говоришь? – прищурившись, хмыкнул злобный мужчина, отчего его красивое лицо подёрнулось оттенком хищности. – А будешь ли ты столь же счастлив, если я убью заодно и тебя?

– Убьёте? – губы Эрика искривила гримаса страха, а глаза испуганно забегали. – Но за что? Я же выполнил все ваши приказы. Прошу вас, герцог Роксолиус, не убивайте меня! Вы же знаете, что более верного и преданного слуги Вам не найти!

– Думаю, ты прав, – нехотя согласился с ним герцог. – Но ты слишком много знаешь. Именно это и тревожит меня. Ты всего лишь пешка в моей игре, просто исполнитель моей воли!

– Господин мой, я никогда не предам вас!

В его голосе безошибочно можно было услышать безграничную верность герцогу. Но страх переполнял душу несчастного, и это мешало ему произнести хоть слово в свою защиту. Однако это было и не нужно. Роксолиус пристальным взглядом проник в сущность своего приспешника, и довольная ухмылка озарила мрачное лицо герцога.

– Да, пожалуй, тебе можно верить, – неторопливо произнёс он, смакуя каждое своё слово. – Это хорошо. Мне понадобятся преданные слуги, особенно теперь, когда Дэйвид мёртв, и я остался единственным Первородным Повелителем Тьмы. Он, как и его отец, был неспособен на поступки настоящего Правителя. Тьме нужен сильный лидер, а мой племянник Дэйвид не был способен удержать Тьму в своей власти. У него было слишком доброе сердце.

Злобный хохот прокатился по пустынным коридорам подземелья, разбился о своды и растаял в тёмных закоулках Замка, вспугнув стаю летучих мышей.

– Теперь остаётся подготовить Лиану к тому, что её сын покинул нас, – с усмешкой заявил Роксолиус, исподлобья глядя на безжизненное тело красивого парня.

– А как вы планируете оповестить Госпожу? – поинтересовался осмелевший Эрик, поняв, что убивать его уже никто не планирует. – Полагаю, что Госпоже Лиане незачем знать правду.

– Да ты с ума сошёл, если предположил, что она узнает хоть слово правды! – вскипел Роксолиус, метая молнии из-под бровей.

– Тогда стоит придумать версию случившегося, – вкрадчивым голосом предложил исполнитель.

– Я думаю, что парня надо вынести из Замка и отдать на съедение оборотням. Все подумают, что он неосмотрительно вышел за пределы Замка, и с ним случилось несчастье.

– Позвольте заметить, что как только его тело покинет Замок, чары Непроникновения спадут, и Госпожа сможет увидеть все наши деяния. Так что телу лучше остаться на месте.

– Лиана разыскивает своего сына и рано или поздно её помощники отыщут его останки.

– Но не в Затерянном Склепе, – загадочно произнёс Эрик, отчего его водянисто-серые глаза наполнились коварством.

– О чём ты? – пытливо спросил Роксолиус и нахмурился.

– Господин мой, если мы сможем переместить его тело в Затерянный Склеп, который скрывается на границе Замка и Мира, он сгинет во Времени. Никто и никогда не узнает о том, что сегодня произошло…

– Ты, верно, сошёл с ума! – взревел Роксолиус, отпихивая ногой металлический прут. Тот заскользил по неровному каменному полу, наполняя подземелье громким лязгом. – Путь в Затерянный Склеп лежит через Долину Забвения, и я не готов к тому, чтобы оказаться в ней! Из Долины ещё никто никогда не возвращался!

– Я отнесу его туда, – смело заявил Эрик.

– Ещё минуту назад ты умолял не убивать себя. А теперь вдруг хочешь принести себя в жертву? – злой маг удивлённо вскинул брови.

– У меня останется надежда вернуться к Вам, – голос Эрика звенел решимостью. – Я буду служить Вам верой и правдой до последнего моего вздоха!

– Всё же ты верный слуга, – Роксолиус похлопал исполнителя по плечу, тронутый пылкой речью. – Твоё решение помочь является доказательством безраздельной преданности.

– Да, мой господин, – Эрик смиренно опустил взгляд.

– Ладно, будь по-твоему, – задумчиво произнёс злой маг. – Я открою тебе Врата Вечности.

– Не будем терять ни секунды, – пропыхтел Эрик, взваливая на себя тело молодого человека.

Маг повернулся к нему спиной и не заметил алчного блеска в глазах своего приспешника. Эрик не смог сдержать улыбку победителя. Надо же, ему удалось провести герцога! Злобный план давно уже зрел в его пытливом разуме. Он знал, как добиться желаемого. Ещё в детстве он узнал из уст своей бабки-ведьмы о том, что в Затерянном Склепе хранится Камень Судьбы, который может дать своему обладателю всё, что можно пожелать. Только Склеп находится в Долине Забвения, а вход в неё лежит через мысли Первородных Волшебников. Эрик с трудом представлял себе, как вход может быть скрыт в чьих-то мыслях, но это слишком мало волновало его. Смыслом всей его жизни стало желание попасть в Склеп.

Вначале он пытался повлиять на Дэйвида и заставить парня показать ему вход, но тот оказался слишком несговорчивым. Юноша верил в Добро, и попытки Эрика втереться к нему в доверие ни к чему не привели.

Эрик был не столь прост, как казалось Роксолиусу. Он поведал герцогу о том, что Дэйвид планирует ступить на престол и стать единовластным правителем Тьмы. Слова Эрика метко попали в цель, и его выдумка стоила юноше жизни. Зловредный пройдоха так же сказал, что Дэйвид нашёл Камень Судьбы. Роксолиус пытал парня, надеясь выведать где он прячет Камень, но тот не сдался и не поведал тайну. Герцог и не подозревал, что Дэйвид даже не мог знать о местонахождении Камня.

– Ты готов к перемещению? – холодно спросил Волшебник своего приспешника.

– Да, мой господин, – последовал робкий ответ, скрывающий за собой ненависть к Первородному Волшебнику.

Искры зла полыхнули во взгляде Эрика, и Роксолиус подозрительно прищурился. Он вновь проник своим взглядом в душу льстеца и убедился в его преданности. Эрик скрыл злобную ухмылку. Его бабка давно научила его блокировать свои мысли и желания от посторонних. Сегодня эта способность пошла ему на пользу.

Роксолиус закрыл глаза, сложил ладони и воззвал к глубинам своего разума. В его мыслях скользнули сцены из прошлого, мечты о будущем, лица приближённых, своды Замка и вдруг его мысли нащупали ускользающую тень Затерянного Склепа. Холодные камни сооружения хранили в себе тайны прошлых лет. Мысленно оттолкнувшись от стен, поросших мхом и увитых плющом, дух Роксолиуса взмыл над Склепом и окинул внутренним взором Долину Забвения. Вход в неё лежал через мрачную пещеру. Роксолиус сосредоточил своё внимание на ней.

Именно в этот миг в подземелье открылся холодный зев пещеры, и Эрик сделал решительный шаг, пропав под её сводами…

Роксолиус остался один стоять посреди темницы, отряхивая наваждение. Казалось, что всё это сон. Ничто не напоминало о недавно разыгравшейся трагедии.

И никто даже не заметил, как вместе с Эриком в пещеру влетела серая дымка, которая с последним вздохом покинула тело Дэйвида…

Глава 1

Кэт и котёнок

– Нет, Екатерина, я не разрешу тебе держать в доме кошку, – безапелляционно произнесла строгая мама. – Даже не мечтай! Я не смогу терпеть клочья шерсти во всех углах квартиры и запах кошки!

– Ну, мамочка, – чуть ли не плакала девушка, – Мурка такая добрая!

– Никаких просьб! Ты же знаешь, что твои уговоры на меня не действуют!

Девушка тяжело вздохнула, утирая слёзы кулаком. Когда мама называла её «Екатерина», а не «Котёнок» или «Катюша», это означало, что упрашивать её бесполезно. Мама ушла на кухню, оставив своё чадо в расстроенных чувствах.

Хлюпнув носом, Катя подняла зарёванные глаза. Они неосознанно остановились на зеркале, откуда смотрела стройная симпатичная девушка со светлыми, словно золото, волнистыми волосами. Лицо в форме сердечка, на котором голубые глаза казались непомерно большими. И без того большие губы обидчиво надуты, тонкие линии бровей сведены к переносице, а аккуратненький маленький нос покраснел от слёз, как и глаза. Оставшись недовольной своим отражением, Катя поморщилась и резко отвернулась, объявив ему бойкот. И так настроение никуда не годится, а тут ещё зеркало смеётся над ней, показывая её слабость.

Из комнаты брата неслась громкая музыка, которая ужасно злила Катю. Она рывком распахнула дверь. Изнутри на неё выплеснулась гамма оглушительных звуков. Девушка закричала с порога:

– Витя, сделай потише! У меня уже голова болит от этого шума!

– Что ты делаешь в моей комнате? – обозлился парень, неприветливо шикнув на сестру. Это означало, что если она спешно не ретируется, то беды не миновать. – Выйди и не мешай!

Но в этот миг он поднял взгляд и увидел заплаканное девичье лицо. Оторопев, он быстро выключил музыку и затащил Катю в комнату, не забыв прикрыть за собой дверь.

– Ты чего, Катюшка, к чему слёзы? – участливо поинтересовался он, усадив младшую сестрёнку на диван.

– Даже не спрашивай, – всхлипнула она, доверчиво глядя на брата.

Витя открыл дверь на балкон, и свежий осенний ветерок заколыхал занавеску. Запахло пожухшей листвой, и донеслись гудки машин.

– Малыш, я же сказал тебе – не плачь! – пытался юноша ободрить раскисшую до соплей сестру.

Хоть Катя и была всего на год младше брата, он частенько задирал её, называя «малышнёй». Она злилась, что раззадоривало парня ещё больше. В свои пятнадцать лет девушка была очень обидчива, считая себя взрослой. А брат не хотел понимать, что ей жутко неприятно, оттого, что он дразнится.

Но сегодня было совсем всё по-другому. Витька не хотел досаждать сестре. Он взлохматил её волосы и сел рядом, обняв за плечи.

– Колись, что случилось, – пристал он с допросом.

– Мама не разрешила взять в дом Мурку, – пожаловалась Катя, уткнувшись лицом в грудь Вити.

– Рыжую кошку, которая живёт у нас во дворе? – уточнил брат.

– Ага, – кивнула Катя и шмыгнула носом.

– Эх, Катька, нам ли быть в печали? – засмеялся Витя и похлопал сестру по спине. – Твоя замечательная Мурка и без тебя неплохо живёт во дворе. Посмотри, какая толстая! Аж еле ходит!

– Это потому, что у неё будут котята, – снова шмыгнула носом девушка.

– Ааааа…. – понимающе протянул брат. – Котята, говоришь? То есть ты хочешь устроить в нашей квартире приют для бездомных кошек?

– Ну почему сразу «приют»? Мурке негде жить. А скоро зима и она с котятами замёрзнет в подворотне.

– Прямо так уж и замёрзнет? – улыбнулся Витька.

– Не смейся, – хмуро сказала девушка. – Тебе её совсем не жалко.

– Почему не жалко? Очень даже жалко, но маму мне ещё больше жалко. Ты представляешь, она одну кошку не разрешает держать, а ты ещё говоришь, что у неё будут котята! Мама просто сойдет с ума от всех этих мяуканий. А папа замучается снимать твоих котят со штор. Эти малыши такие – обожают лазить по шторам.

– Что же делать? – мокрый взгляд голубых глаз взметнулся из-под длинных пушистых ресниц и с мольбой остановился на лице брата.

– Катюшка, не переживай. Придумаем что-нибудь. Ты же знаешь, что я никогда не брошу тебя в беде, – ободрил сестрёнку Виктор, озорно подмигнув ей.

Девушка кивнула и пошла в свою комнату «зализывать» душевные раны.

* * *

На следующий день по дороге в школу, Катя покормила свою пушистую любимицу, погладила её по шелковистой шёрстке и поправила мягкую подстилку в коробке из-под микроволновки. Кошка доверчиво потыкалась носом в ласковую ладонь. Потом разлеглась поудобнее и подставила доброй девушке свои рыжие бока, мурлыча от удовольствия. Мурка была почти вся рыженькая, только грудка беленькая, да кончик хвоста и носочки чёрные. Глазки кошечки были зелёненькие и очень выразительные. Катя потрогала раздувшийся живот кошки и почувствовала толчки – котятам не терпелось увидеть мир.

Из-за Мурки Катя задержалась. Звонок давно прозвенел, когда девушка с виноватым видом открыла дверь в класс.

– Наталья Александровна, извините, что я опоздала. Можно войти?

Слегка полноватая учительница невысокого роста с очень добрым лицом, кивком показала на свободное место и продолжила вести урок. Катя прошмыгнула между парт и села рядом с Леной Доценко. Стараясь не шуметь, она достала тетрадь, пенал и учебник. Не особо вслушиваясь в тему урока, она написала на листке бумаги: «Тебе кошка не нужна?» и положила записку перед Леной. Осторожно скосив глаза, Лена отрицательно мотнула головой, лишая Катю надежды.

– Мне родители не разрешат, – зашептала Лена.

– Мне тоже, – поделилась горем Катя.

– Девочки, не разговаривайте! – шикнула на них учительница и вновь вернулась к теме урока.

Одноклассницы замолчали, как по команде. Катя пыталась сосредоточиться на английском, списывая с доски словарные слова и запоминая правила. Только перед глазами у неё стояла ласковая морда Мурки, дрожащей от осеннего холода. Девушка с нетерпением ждала звонка, чтобы предложить кошку друзьям. Ей уже казалось, что звонок с урока не прозвенит никогда. Хотя это самое «никогда» наконец наступило, и заливистый трезвон известил о конце урока.

– На дом задаю упражнения 47 и 49, – пыталась перекричать шум двигающихся стульев Наталья Александровна. – И не забудьте, что на следующей неделе у нас контрольная работа.

Да какая там контрольная? Ученики про неё не хотели думать, так как через две недели были осенние каникулы! Пусть они и не такие долгие, как зимние, или летние, но всё же неделя отдыха очень радовала девятиклассников.

Шумно вывалившись в коридор, ребята потянулись к кабинету физики. Ученики младших классов вертелись под ногами, играя в догонялки. Один из малолеток чуть не сбил с ног Катю. Она громко ойкнула и погрозила кулаком убегающему первоклашке.

Дверь в кабинет физики была закрыта. Подергав её, Юрка Меньшов, озорной юноша с непослушными вихрами русых волос, бросил рюкзак на подоконник. Вадик и Ваня присоединились к нему. Друзья уткнулись в новенький мобильник Юры, громко обсуждая достоинства и недостатки телефона.

– Привет, – улыбнулась Катя, нарушая уединение одноклассников.

– Привет, Сорокина, – буркнул в ответ Ванька Кулагин.

– Вам кошка не нужна? – осторожно спросила Катя, читая во взгляде Вани недовольство.

– Не-а, – небрежно бросил Вадик.

– А что за кошка? – спросил Юра. – Породистая?

– Нет, простая «дворняжка». Обычная взрослая кошка.

– Ну что ты о ней так неуважительно? – вмешалась в разговор Юля Ильина. – Назови её «дворянкой». Так звучит намного благороднее!

Ребята засмеялись, а Юльки и след простыл.

– А какого цвета твоя «дворянка»? – поинтересовалась Таня Волкова. – Я хотела бы завести кошку. Только на счёт большой сомневаюсь. Мне хотелось бы котёнка.

– Мурка рыженькая и у неё скоро будут котята, – отрапортовала Катя, пытаясь завлечь подругу словом «котята».

– Котёнка и я бы взял, – сразу нашёлся Юра. – Я вообще-то люблю кошек.

– И я возьму одного. Ну вот, считай, двоих пристроила. Одного мне, другого – Юрке, – засмеялась Таня.

* * *

Котята родились ночью. Промозглый ветер с косым дождём завывал в подворотне. Жёлтые листья кружили над мостовой. Коробка с мягкой подстилкой была в укромном уголке, но это не защищало несчастную кошку от холода. Дрожа всем телом, она пыталась согреть четырёх котят. Они копошились, тычась слепыми мордочками в пушистое брюшко мамы, и даже не подозревали, что они родились на свет жалкими, никому не нужными, бездомными котятами.

Трое из них были рыженькими комочками, пищащими от холода. Четвёртый родился самым последним. В момент его появления на свет, призрачная тень окутала малыша. Первый вдох чёрно-белого котёнка решил его дальнейшую судьбу. Вместе с вдохом в него скользнула таинственная тень и затаилась в глубине маленького пушистого тельца. Мурка с любовью вылизывала последнего сыночка и ничего не заметила.

* * *

– Вить, проснись! Да проснись же ты скорее! – тормошила Катя брата, беспощадно теребя за плечо.

Парень подскочил от неожиданности и сел в кровати, пытаясь сообразить в чем дело.

– Котята! Их четверо! Они просто чудо! – сбивчиво и взволнованно говорила сестра. Глаза её горели от возбуждения, а голос прерывался. – Трое рыженьких и один чёрно-белый!

– Угу, – сонно ответил Витя и повалился обратно на подушку.

– Вить, им холодно, пошли скорее, – умоляла девушка.

Услышав в ответ ещё одно «угу», девушка стащила с него одеяло. Отчаянно всплеснув руками, она ткнула брата в бок.

– Да встаю, встаю, – пробурчал юноша, лениво опуская ноги на пол.

Посмотрев в окно, он поморщился – на дворе лил дождь. А ведь у него были такие грандиозные планы на сегодняшнее воскресенье. Они с друзьями собирались в лес на шашлыки, но, видимо, шашлыки отменяются. Хотя если помочь сестре, то можно считать, что день не прожит зря.

Наспех одевшись, парень и девушка выскользнули за дверь. Лифт шумно загромыхал дверьми и заскользил вниз. На улице пахло жухлой травой, и холодный ветер нещадно трепал полуоблетевшие ветви деревьев.

– Ну, показывай, где твоя подопечная, – вздохнул юноша и покорно пошёл за сестрой, которая тянула его за рукав в подворотню.

Сев на корточки, Витя погладил Мурку и улыбнулся, увидев её малышей. Слепые, маленькие, со смешными хвостиками, они грелись возле мамы, подёргивая лапками во сне.

– Правда, они чудо? – восторгалась котятами Катя.

– Ну да, – бросил в ответ Витька, соображая, что делать с кошачьим семейством. – Им здесь холодно. Видишь, как Мурка дрожит.

– Ты обещал что-то придумать, – напомнила ему Катя.

– Помню. Только ума не приложу, куда их деть. Хотя постой, мы с друзьями часто сидим на чердаке. Там много труб, поэтому там тепло. Твоей драгоценной Мурке понравится.

Девушка захлопала в ладоши от счастья, что её любимица будет в тепле. Она взяла Мурку на руки, а Витя понёс коробку с котятами. Они распищались, из-за чего Мурка стала вырываться из рук, чтобы успокоить своих малышей.

– Тихо, Мурочка, мы не обидим котят, – приговаривала Катя, поглаживая кошку по голове.

Однако новоиспеченная мамаша угомонилась лишь тогда, когда брат с сестрой занесли коробку на чердак и поставили её на пол. Она пулей метнулась к своим детенышам и начала вылизывать их шершавым языком.

– Ну вот ты и дома, – сказала Катя Мурке, поймав на себе смеющийся взгляд брата. – А ты не смейся. Что мне сделать, если я люблю кошек?

– Да люби себе на здоровье. Только не забудь покормить!

С этими словами Витя начал спускаться по лестнице, а Катя ещё долго сидела на корточках и гладила кошку. Затем она принесла ей нарезанную сосиску и молочко в блюдечке. Кошка с удовольствием поела и, громко замурчав, завалилась обратно в коробку.

Последующее время Катя несколько раз в день проведывала кошачье семейство. Уже через неделю котята открыли глаза, и девушка готова была растаять от умиления. Они были такие крошечные и такие милые!

Юра Меньшов и Таня Волкова навещали котят вместе с Катей. Каждый из них собирался взять по одному рыженькому котёнку, но затем Таня решила, что одному котёнку будет скучно, и она решила взять двоих рыженьких. Таким образом, трое из четырех котят попали в добрые руки. А пока что ребята ждали, когда котята начнут самостоятельно есть, чтобы их можно было забрать у Мурки.

Катя с беспокойством думала о будущем последнего котёнка. Мордочка у него была очень красивая с белыми щёчками и розовым носиком. Но взгляд у него был какой-то не такой, как у остальных. Казалось, что он был чем-то удивлён и напуган. Катя любила этого малыша больше других и очень переживала, что не может найти ему хозяина. Ситуация усугубилась, когда остальных котят забрали. Мурка долго искала их, мяукая, и потом Катя обнаружила, что кошка ушла из коробки и унесла последнего котёнка. Девушка долго искала её, но так и не нашла.

* * *

Зима выдалась снежная и лютая. Сугробы высились во дворе вровень с машинами, и холодный колючий ветер пронизывал до костей. Катя возвращалась со школы, укутавшись в пуховик. Шарф развивался на ветру, грозя улететь. Такая непогода делала прохожих хмурыми и злыми. Впереди шедший мужчина поскользнулся и размашисто грохнулся на лёд. Бормоча под нос ругательства, он поднялся, отряхивая снег с пальто. На переходе Катя оглянулась по сторонам, и, убедившись, что машин нет, быстро побежала по «зебре», прошла по улице и завернула в свой двор.

Вдруг ей показалось, что возле соседнего подъезда мелькнул рыжий силуэт кошки. Сердце девушки пропустило удар.

– Мурка! – радостно закричала она и бросилась к подъезду.

Кошка узнала её и остановилась. Девушка начала гладить свою любимицу, но та проявила какое-то беспокойство. Кошка то давала себя погладить, то отбегала в сторону подвала, как будто звала Катю за собой. Девушка пытливо посмотрела на Мурку и пошла за ней.

Старая дверь лениво скрипнула, пуская внутрь. В лицо Кате пахнуло сыростью. Поморщившись, она пошла вперёд, однако вскоре пришлось остановиться – в темноте не было видно кошки. Раздался жуткий скрежет, сменившийся на шорох. Девушка замерла, похолодев от страха.

– Кто здесь? – испуганно спросила она и сама не узнала свой голос. – Есть здесь кто-нибудь?

Дрожащей рукой она достала мобильник и зажгла экран. Тусклый свет слабо осветил небольшое пространство. Но этого было достаточно, чтобы она увидела горящие глаза кошки. Споткнувшись обо что-то, Катя пошла вперёд, стараясь следить за пушистой проводницей. И вот она увидела то, ради чего шла по подвалу. За бетонным выступом на какой-то рваной тряпке лежал её любимчик – чёрно-белый котёнок. Он уже заметно подрос, и явно обрадовался появлению Кати. Он жалобно мяукнул. Девушка присела на корточки и нежно погладила котёнка. Он приподнялся и начал тереться о девушку. Тут она заметила, что он не может наступить на заднюю левую лапку – видимо попал в какую-то переделку.

– Что с тобой, бедолага? – заботливо спросила девушка, пытаясь в свете от телефона рассмотреть лапку зверька.

Стало ясно, что положение бедственное: лапка была перебита и кровоточила. Увидев такое, девушка приняла единственно верное, на её взгляд, решение. Она взяла малыша на руки и, не задумываясь о гневе родителей, понесла домой.

Квартира встретила тишиной – никого не было дома. Наспех скинув пуховик и сапоги, девушка понесла котёнка к себе в комнату. Положив зверька на коврик, она побежала к соседу дяде Коле. Он работал ветеринаром и не бросил бы в беде мехового пациента.

– Кто там? – спросил глухой голос из-за двери.

– Дядя Коля, это я, Катя из двадцать первой квартиры!

Дверь открылась.

– Здравствуй, – сказал дядя Коля, поправляя очки на носу.

– Здравствуйте! У меня котёнок с перебитой лапкой! Помогите ему, пожалуйста! – чуть не плача попросила девушка.

Уже через минуту доктор осматривал бедолагу. Он вправил лапку, перевязал рану, пообещав, что зверёк скоро поправится, и ушёл. А Катя судорожно пыталась сообразить, как уговорить родителей оставить котёнка.

* * *

– Даже слышать не хочу ни о каком котёнке, – решительно заявила мама.

– Мам, он же больной, – встал на сторону сестры Витька.

– А ещё очень красивый, – осторожно вставила Катя, нежно поглаживая котёнка.

– Дорогая, посмотри, как дети хотят оставить в доме этого зверька, – неожиданно поддержал своих отпрысков глава семейства.

– Представляю, сколько будет от него грязи, – не сдавалась мама.

– Я буду всё убирать, – заверила её Катя, стараясь, чтобы её голос был как можно более убедительным. – Ты даже не заметишь, что в доме появился котёнок!