- -
- 100%
- +
1 – Сжечь ведьму!
Майя
– Сжечь ведьму!
Темнота – хоть глаз выколи.
Осень. Лес. Ночь. Я пулей выскочила из спальника – а тут такое!
– Ребят, вы чего?!! – теперь я пячусь от непонятного разношёрстного коллектива.
Шевелящуюся человеческую массу толком не рассмотреть.
Сейчас-сейчас, глаза попривыкнут, и тогда…
Чёрт бы побрал эти походы и эти экодеревни! И вообще!
Со сна я толком не поняла, что за группа граждан на нашей лагерной стоянке. А когда кое-как рассмотрела – возникли новые вопросы: почему все в исторических костюмах, и зачем этим нарядным ребятам вилы-факелы?
Ну в самом деле!
Мы за аниматоров вроде не доплачивали!
Хотя, объективно: за таких доплатить не грех. Играют хорошо, грим – на уровне. И даже, кажется, не помылись специально.
Я заполошно озираюсь, пытаясь найти взглядом своего спутника и жениха – Вадима. Или подругу Лильку с её парнем Артёмом. Но они как сквозь землю провалились!
Стоп!
Или актёры с вилами – чисто для меня?
“Майе, на 20-летие! Такое ты точно не забудешь!”
Или типа того.
Вот уж да – это тебе не стриптизёр, выпрыгивающий из торта (то, что надо, чтоб смутить дальше некуда не искушённую в таких вопросах меня). Но приятели пошли дальше: устроили мне “сжечь ведьму” среди ночного леса, а сами спрятались.
От многоликой и многорукой массы зловонных аниматоров отделился высокий белокурый парень с правильными чертами лица и в историческом костюме типа “я – средневековый купчик, и навоза на моём наряде меньше, чем на всех остальных совокупно” и…
О… в непослушном со сна мозге наступила предельная ясность: это же мой жених Вадим! А за его плечом, на пару шагов позади него, кажется маячит Лилькин парень Артём. Также при параде. Сейчас будет “С днём рождения, Майя!” и тортик. И вообще – мне отольются все лишения похода, которые я, глубоко городская девушка, стерпела ради друзей – заядлых любителей активного отдыха.
Я улыбнулась. Я готова!
– Зачем жечь ведьму? – звонко прокатился по ночному лесу голос Вадима, – люди добрые! Скоро ночь Чёрной луны на Змеином Болоте! Ведьму надобно топить – в трясине! Задобрим Змея-болотного колдуна. И будет нам добрый урожай, и драгоценные клады откроются…
Я нахмурилась и отступила на шаг.
То ли нездоровый блеск в таких знакомых глазах Вадима меня насторожил, то ли ещё что…
В общем. Почему-то мне показалось, что он это сейчас всерьёз.
Народ загомонил. Артём за плечом Вадика замахал факелом и разродился одобрительным возгласом. Я сделала ещё шаг назад – подальше от огней, под сень деревьев.
Что-то мне это уже окончательно перестало нравиться.
Дурацкий сюрприз!
Дурацкий поход!
Я собралась заложить ладони в задние карманы своих джинсов – всегда так на автомате делаю, когда не знаю, что делать! Эдакий мой личный аналог растерянного почёсывания макушки.
Но… вместо ожидаемых карманов мои руки нашли грубоватую ткань какой-то юбки.
Я опомнилась. Быстрый взгляд вниз: шок! На мне такой же “спорный” исторический прикид, как на этих ребятах.
А я однозначно не надевала это платье. В сумерках цвет не разобрать – бело-зелёное чтоли. Да, я и была в бело-зелёном, но то были штаны с начёсом и толстовка и такие типа краги на молнии, чтоб клещи не покусали!
И если бы меня вытаскивали из спальника и переодевали во сне, я бы заметила! Ох, я люблю поспать, но сплю не настолько крепко – это уж точно!
“Ухху“ – на ближайшем дереве заухала сова, – “ухху! Бе-ги, ведьма!”
Я подскочила на месте. Как испуганная кошка – сразу с четырёх лап вертикально вверх!
Слуховые галлюцинации – класс!
Народ с улюлюканьем двинулся на меня, я – развернулась и побежала.
Ну и что, что это тупо!
Ну и что, что я не ориентируюсь от слова совсем!
А Вадим и Артём, может, в этом лесу незнакомые корешки поели. Не суть! Кажется, я, правда, в опасности! И, конечно, никакая сова мне ничего не говорила – это я на панике смешала с её уханьем собственный внутренний голос!
***
Конец сентября!
А я несусь по незнакомому лесу босиком.
Во рту сушит, и уже привкус крови от затяжного бега, но я не останавливаюсь!
Частый пульс гулко и больно отдаётся в висках!
Ещё не нашла пяткой битого стекла от нерадивого туриста, и хорошо!
Плохо – что непонятные озверевшие люди бегут где-то позади и выкрикивают проклятья и угрозы.
И очень плохо – что я ориентируюсь на местности хуже некуда, а в лесу – вообще без комментариев!
Я ходила в университет три года одной и той же дорогой и всегда включала навигатор – так, на всякий случай. Потому что чувство направления у меня было патологически плохим.
И я друзьям этой клоунады не забуду. Даже если аниматоры меня гонят, как охотничьи собаки лису, в сторону организованной для меня на природе вечеринки… Это фиговый сюрприз!
Запнулась! Голые пальцы ног пронзила боль, прострелила до самого бедра – все ножки диванов, собранные бедным мизинчиком за жизнь, вмиг пронеслись перед глазами! И растянулась на холодной от вечерней росы траве.
Фоном вспомнила про клещей и всякое подобное. Интересно… надеюсь, сезон всё же закончился! Если нет, то с моей мерой везения – к концу этого забега меня ждёт и боррелиоз, и энцефалит, и всё клещевое.
Я тут же поднялась на ноги и снова запнулась. На сей раз от усталости. Ноги горели…
Я дышала тяжело – как загнанная кобыла.
Из плюсов (если такие вообще можно найти) – преследователи отстали.
Кроме одного…
Вадим. Мой жених с безумным взглядом. В историческом костюме.
Мне его стало куда легче разглядеть – потому что вокруг, среди внезапно возникшего у земли тумана, медленно зажглись белые парящие огоньки.
“Болотные огни, ух-ху” – померещилось мне из темноты, – “значит Болотный Змей видит тебя. Змей уже рядом. Ух-ху”.
Это явно мой паникующий мозг продолжал достраивать до лингвистических конструкций уханье сидящей на ближайшей ветке совы. Или филина. Или кто он там.
Я вернула внимания к единственному человеку, что был рядом со мной:
– Вадик, уже не смешно… – сипло выдохнула я, замирая напротив жениха.
– Молчи, ведьма, – зло перебил Вадик, – так даже лучше, что мы наедине. Договорим. Ты обманула меня, пообещала помочь со Змеевой магией, а сама!.. Ты поди и не ведьма на самом деле? Да и дух с ним! Но ты ещё и побрезговала мной, отвергла… Хотя я оказал тебе честь своим предложением проводить ночи!
Э…Что?!
Нет, ну… мы с телесным сближением с женихом не спешили, но вроде как мы оба так решили. До свадьбы ни-ни. Традиции, красиво и всё такое. Но что сейчас за претензии начались?
– … теперь моей станешь напоследок, ведьма! А после… в трясине тебе самое место. А добрым людям я скажу, что болотный Змей тебя на моих глазах прибрал…
Я распахнула глаза.
Неверяще смотрела, как сельская версия Вадима развязывает пояс на штанах и движется ко мне уже со спущенными. Длинная рубаха делала картину из неприличной и угрожающей – больше комичной. Но мне сейчас было не смешно от слова совсем.
– Вадик, хватит! – я подалась ещё назад.
– Не противься, ведьма, – гнул своё Вадим.
Я продолжила пятиться, и вдруг моя нога с чавканьем провалилась в трясину!
Холодно!
До боли в зубах!
И вязкое болотное дно тут же обволокло ступни… и продолжило тянуть.
НЕТ.
Ох, Вадим. Клоунаду закончить сейчас – самое время!
– Помоги! – закричала я. Потянула руки к жениху.
Но Вадим разочарованно вздохнул, выругался как-то странно с анахронизмами всякими и грустно побрёл натягивать штаны.
А когда надел, смачно плюнул себе под ноги и обвинительно выдал:
– Вот чего тебе стоило согласиться, ведьма?! Теперь на дно пойдёшь раньше времени, и вся пиявицам да Болотному Змею достанешься! Всё одно пропадать. Жадная, глупая баба…
И он просто развернулся и ушёл.
К тому моменту, как болото утянуло меня по пояс, я себе призналась: никаких шуток тут не было.
А каждая попытка вывернуться из трясины – только быстрее утягивала на дно.
2 – Добыча трясины
Змей
Я следил за ней.
И недостойным смертным, что решил покуситься на эту девушку.
Очередной охотник за Змеевой магией – очередной недостойный подлец.
В девушке я магической крови не ощущал. Просто смертная. Окрестили ведьмой не иначе как из-за рыжих волос и зелёных глаз суеверные жители ближайшей деревни. Дремучий народ.
Постоянно несчастных лекарок-травниц, которых они норовили сжечь или утопить.
Вмешиваться в дела людей – бессмысленное занятие.
Их обществу нужно такое перерасти, а спасение таких вот несчастных “ведьм”-отщепенок – ничего мне не даст.
По-хорошему, мне стоит уйти сейчас. Оставить девушку. Однако…
Услышал знакомый голос от ближайшей древней сосны: на ветке заухал филин. Амон, старый друг. Я вытянул руку, и верный товарищ перелетел на моё предплечье. Его когти впились в кожу. Будь я человеком, расценил бы возникшие ощущения как боль.
Я уловил мысль пернатого. Но поспешил опровергнуть:
– Она просто человек, – я погладил Амона по перьям на макушке, он счастливо прищурился и изогнул голову дугой, под неестественным углом, – ты ошибаешься, друг мой. Бесполезная девчонка. Вытащить из трясины можно, но что дальше? В деревне ей жизни не будет, в моей топи она тоже не проживёт. Только промучается…
Филин возмущённо заухал.
Он знал, что я терпеть не могу напрасного кровопролития. Другое дело, если это оправдано.
Например, тот похотливый молодой сын купца… или кем он там был. Я прикрыл глаза. Нашёл его мыслью. Он ещё не пересёк границы моих владений, так что я потянулся к нему своей волей и…
Он каких-то пять шагов не успел пересечь границы – верная земля под ним обратилась топью, и магическое болото с жадным чавканьем его поглотило. Нет, я не убил. Хотя на мой взгляд он этого заслуживал.
А так – купчик лишь застрянет в трясине по пояс, а поутру односельчане его разыщут. Непотребно визжащим и скорее всего обделавшимся от страха. Уж за остаток ночи он натерпится. Я подпущу к нему теней… Всё-таки я терпеть не могу недостойное обращение с женщинами. Невольно вспоминаю недосягаемую мать и младших сестёр – что если бы с ними кто посмел так себя повести? Я жесток. Но справедлив.
Но ярость охватывает с новой силой.
Надо переключить внимание. Не то я его всё-таки убью.
…А девчонка тем временем ушла в трясину уже по шею.
И зачем я лгу себе? Я ведь не смогу вот так её бросить.
К тому же мой филин Амон продолжал настаивать, будто девушка – магичка, мол, она его слышала и разумела речь. А я якобы пока не могу этого разобрать, потому что она – нездешняя. Что он под этим подразумевал, я пока не разобрал. Иноземка? Или… иномирянка?
Просто если не желаю, чтоб девчонка захлебнулась – пора что-то делать. Незначительной магии будет достаточно.
Я объял волей перепуганную девчонку и бросил в её сторону простейшее заклятье – “тропа судьбы”.
Это не спасение и не погибель.
Это как подбросить монетку, дать лишний шанс. Болото не утопит её, а перенесёт туда, где девчонке быть по судьбе. Обратит на неё взор её духов-помощников, если она и впрямь одарённая, и хоть кто-то из ментальных сущностей к ней привязан.
Теперь трясина, где миг назад захлёбывалась девчонка, пустовала.
И я спокойно двинулся к своему дому.
Мне не нравились люди. Особенно вроде тех, что жили в окрестных деревнях.
Как говорил отец “склонные к криминалу” – он набрался таких терминов, путешествуя по величайшим магическим и техногенным мирам.
А я… застрял на местных болотах. И уже потерял счёт времени.
Одно успокаивало – скоро я покроюсь чешуёй, обращусь гигантским змеем и уйду спать в топь.
Скорее всего – навсегда.
3 – В постели Хозяина Топи
Майя
Я вынырнула из топи.
Жадное дно-убийца вдруг превратилось в придонный мягкий песочек. А ледяная грязная вода – в молочно-тёплую и прозрачную.
Но я со страха вылетела из озерца пулей! Мало ли что.
И тут же снова стало холодно.
Всё-таки сентябрь и ночь.
В наших ни разу не южных широтах.
Затравленно оглядевшись, я поняла, что это место не похоже на то, в котором я “нырнула”.
Разве я могла не заметить этот славный двухэтажный коттеджик на берегу? С хозяйственными пристройками вроде мелких домиков-времянок, каким-то садиком и грядками…
Лес отступил далеко. В нём словно высечен этот оазис уюта. Подсвеченный всё теми же белыми парящими болотным огнями.
Нет, если б я ухнула под воду в таком месте – я бы запомнила! Но тут корме болотных огней – сходства явно по нулям!
Да и оглядеться как следует, пока меня засасывало в трясину, было время. Темно, конечно. Но и козе ясно – одни ёлки и пни с грибами тогда были вокруг!
Эм…
Непонятно.
В порядке бреда – я вырубилась и проплыла каким-нибудь подводным тоннелем от болота к озерцу в бессознательном состоянии?
Да ну!
Так не бывает.
Да и сколько бы пришлось плыть?
Я бы утонула за это время. Но пока ещё жива. Но холодно мне так, что сейчас собью всю эмаль с зубов, пока ими стучу!
На непослушных ногах доковыляла до крыльца. Кое-как отжала край платья – тяжеленное после купаний. И ледяного. Господи, как холодно оно охватывало живот и спину, точно до самого позвоночника меня промораживало!
Я, наконец, постучала коченеющим кулаком в дверь. Никто не отозвался. Хотя в окнах коттеджика горели огни. Ну, может, это такая специальная подсветка – воров отпугивать…
Где-то очень близко заухукал знакомым голосом филин. Или сова.
– Ух-ху! – раздалось возмущённо.
– Я поняла. Ты не сова… – зачем-то пробормотала я вслух, топчась на крыльце и чувствуя себя глупее некуда.
Просто после всей этой жести мне очень хотелось с кем-то поговорить.
И так уж вышло, что проявлял ко мне интерес только филин…
На мой третий подряд стук никто не ответил.
И я просто толкнула дверь домика, не рассчитывая, что она будет открыта.
Но она была.
И я всей массой ввалилась внутрь.
Естественно – снова растянулась.
Ночь падений какая-то
Вспомнились чьи-то россказни, что, мол, в даты вокруг дня рождения риски помереть бесславной и нелепой смертью высоки как никогда. Какая-то есть у этого феномена мистическая причина. Бред. Но увы – у меня пока всё совпадало. Хотя я в такое и не верила.
Встать – просто выше моих сил. Это платье – ледяное и нереально тяжёлое.
Со двора донеслось одобрительное ухуканье.
Нет, ну а что?
Тут явно никого нет, а я совсем не хочу заболеть пневмонией, так что…
Я не без труда вылезла из плена мокрого платья. Да простят меня отсутствующие хозяева – я оставила его на пороге. Потом уберу и пол за собой помою.
А пока оставшись в каком-то странном белье типа коротких шортиков и нижнего платьица на грубых прямоугольных бретелях – я побрела вглубь домика. Я хотела просто упасть в какое-то тёплое местечко и уснуть.
Но на первом этаже – в просторной кухне-гостиной, тонущей в тенях, ничего такого не увидела. Правда, барный островок с высокими стульями и подмигивающие “00:00” на электронных часах – внушали надежду: цивилизация!
А актёры там за мной гнались или сектанты – неважно. Главное – в доме, владельцы барных стульев, электронных часов и раковины – вряд ли будут вести себя похоже.
Этот вывод придал мне сил.
Восхождение на второй этаж было испытанием.
Ближайшая комната оказалась хозяйской спальней, застеленная постель манила.
А бельевые шортики и платьишко холодили тело.
Так что их я тоже сняла. Стесняться тут явно некого – ещё два шмяка на пол – от шортиков и платьюшка (утром помою и здесь, клянусь!)
И я блаженно впрыгнула в чужую постель.
Как тепло, как хорошо! Подушка идеальная, одеялко – как будто обнимает. Мелькнула нелепая мысль, что я испытываю счастье, и эта постель – самое правильное и подходящее мне место в мире!
“С днём рождения, Майя!”, – мурлыкнула себе под нос.
Затем натянула одеялко до самой шеи, а через миг уже спала самым сладким и крепким сном в моей жизни!
4 – Пешка Змея
Змей
Мокрое платье за порогом своего вре́менного жилища я, разумеется, заметил сразу.
Я подобрал его. Очистил и осушил магией, даже не вполне осознавая, зачем это делаю.
Далее шёл в собственную спальню по цепочке мокрых следов, оставленных узенькими миниатюрными девичьими стопами.
Они привели к моей кровати.
Тут я на автомате подобрал нижнее бельё девчонки.
М-да…
“Ведьма” безмятежно спала в моей постели.
Я оставил всю её одежду, чистую и сухую в глубоком болотно-зелёном кресле – моём излюбленном месте для чтения. И неслышно покинул комнату.
***
Ночь я не спал.
Пил одну чашку кофе за другой.
И задавался очевидными вопросами:
Я что-то напутал с заклятьем?
Что девчонка делает в моих владениях?
Ведь те, кого я спасал из трясины прежде, никогда не могли меня разглядеть. Увидеть лицо. Расслышать голос. И, уж конечно, не могли переступить порог моего дома, и как я ни старался либо гибли в лесу, когда уходили от моих земель так далеко, что я не мог на них воздействовать магией. Либо возвращались к людям из окрестных селений, и те казнили возвращенцев, как восставших мертвецов, ведьм или что они там ещё придумают.
Дикари.
Угораздило же оказаться запертым вдали от цивилизации… настоящей цивилизации.
Благо мои маленькие ловушки – слабенькие портальные артефакты работали исправно и притягивали из интересных мне миров то кофе, то хорошую книгу (впрочем, чаще попадалось что-то скучное или самоучители по успешному успеху), то кое-что из техники. Иногда в ловушку попадали магические артефакты из тех, что попроще. Однажды затянуло чешуйку дракона – но почти пустую: магия, пригодная для создания сложного портала, там была почти на нуле – так что выбраться чешуйка мне не помогла.
И отсрочить моё превращение в змея тоже не помогла ни одна из магических или технических находок…
Увы. Я был на финишной прямой.
Ещё пара недель, максимум месяц – и глаза примут вид змеиных, с вертикальным зрачком. Не страшно, ведь меня никто не видит.
А вот покрыться чешуёй в течение нескольких месяцев – медленно и необратимо уже сулило существенные изменения в образе жизни.
Но я сам виноват – словил проклятье. И разгребать последствия предстояло самому.
Я планировал пить кофе и читать книги днями напролёт. Пресекать попытки магов-авантюристов украсть великую “змееву магию” хозяина топей. Мою, то есть.
Не помышлял, что до моего обращения найдётся ещё одна “ведьма”.
Да ещё такая, что пересечёт обвешанный охранными заклятиями порог и завалится в мою постель!
Как сказал мой пернатый друг Амон – нездешняя.
Книга не читалась. Кофе уже не пился.
Где-то на рассвете я понял, что сижу и улыбаюсь:
А что если…
Что, если эта девчонка окажется мне полезна?
Что, если она сделает то, что остальные не смогли?
Ну а если нет… что ж, она просто скрасит мои последние человеческие дни. Так что выпускать рыженькую пташку на волю – спешить не следует.
Сначала – понять, на что способна. А уж после окончательно решать.
А пока – пусть видит во мне доброго защитника, а не тюремщика. Так я извлеку из ситуации максимально возможную выгоду…
5 – “Кто это воет на болотах?”
Майя
Я проснулась от стойкого ощущения, что на меня кто-то смотрит.
Вадик, что ли, любуется на меня, спящую?
Я медленно улыбнулась.
Дрёма отступала неспешно, неохотно.
Воспоминания флотировали в пустой голове.
Лес, костёр… поход с друзьями вчетвером…
Я досыпаю под запахи утренней свежести последние минуточки, я чувствую себя – просто очень хорошо! Даром, что на голой земле, в спальнике спала!
А теперь, меня наверно поздравят с днём рождения.
Будет торт…
Хотя поход же, какой торт? Я бы хотела тирамису. Но откуда в лесу тирамису?
Эх…
Ну ладно, торт не нужен – если дадут сладенько поспать ещё пять минуточек – буду нереально счастлива и без всякого торта.
“Ух-ху” – где-то очень близко заухал филин.
И этот звук запустил каскад других воспоминаний: темнота, погоня, факелы, парящие огни. Вадик в нелепой рубахе по колено и без штанов – теснит меня к болоту.
Я тону в трясине…
Мамочки!
Я распахиваю глаза и резко сажусь.
Охохох. Я влезла в чужой дом! Разбросала вещи. О – они вот теперь лежат красивой стопочкой в изумрудно-зелёном кресле у распахнутого окна. Ох, ну я и свинья! Хозяева домика, наверно, в шоке. Стыдобища.
Надо одеться и извиниться. Очень мило с их стороны, что…
Интересно, где Лилька? И что нашло на Вадика и Артёма? Или это был не Вадик? Что, если… я не знаю, провалилась в зазеркалье. И тот псих в рубахе – точно не мой чуткий и добрый Вадик. Какая-то ерунда вокруг этой экодеревни, будь она неладна!
Ох, надеюсь, ребята в порядке! Надо понять, как выбраться, что за аномальная зона и вообще. На психов с факелами неплохо бы заявление в полицию написать.
В смежной комнатке нашлась очень аккуратная ванна и туалет. Всё такое, обитое деревом тёплых тонов. Уютно… Бежевое пушистое полотенце и халат. И даже новенькая зубная щётка в чехольчике – как мило. Я быстро воспользовалась атрибутами чужого гостеприимства, раз уж меня занесло к таким славным людям.
Затем оделась в странное нижнее бельё и зелёное платье: на самом деле, оно оказалось вроде как зелёным сарафаном, который натягивался на отдельное нижнее белое платье-сорочку. Вот так, я после гигиенических процедур нарядилась снова во всё это, сухое, тёплое и чистое. Можно подумать, у меня были варианты! Обуви по-прежнему не нашлось.
Я спустилась по широкой лестнице.
Запах кофе и яичницы с ветчиной щекотал ноздри и отгонял плохие фантазии. Нет, никакая не аномалия, никакое не средневековье: если есть я яичница и кофе – должны быть и мобильники, и полиция, так что…
Я громко ойкнула.
В кухне-гостиной на высоком стуле за барным островком сидел опасно-красивый мужчина. Не сахарной красотой манекенщика – а той самой, правильной, мужественной. Чёрные густые волосы чуть ниже плеч, внимательные медовые глаза, лёгкая двухдневная небритость, небрежно распахнутая черная рубашка и чёрные джинсы…
Джинсы, спасибо господи! Значит – точно, цирк, перегнувшие аниматоры и всё такое! Фух, полегчало.
Лесной красавец накладывал на единственную тарелку что-то вроде яичницы со сковороды. Рукава небрежно накинутой рубашки закатаны, сильные предплечья перевиты венами, как бывает у атлетически сложенных индивидов.
Оууууу… “Кто это воет на болотах, сэр? Это Майя поехала на нервной почве”.
Нет, ну после того, как чуть не отправилась на тот свет – имею право восхититься красотой этого мира без угрызений совести! Пусть даже она сконцентрирована в предплечьях незнакомца. К тому же – у меня всё ещё день рождения. И раз вместо торта была погоня на болоте, можно мне хотя бы впечатлениями одариться?
Мужчина смотрел на меня пристально, и я вдруг дико смутилась – заподозрив, что все эти мысли бегущей строкой просвистели у меня на лбу.
– П-привет. – совсем стушевавшись проблеяла я. Ну а что? Я таких красавчиков а-ля Конан-Варвар вживую никогда не видела, хорошо, что только заблеяла, а не в обморок хлопнулась. – ой… простите. А можно мне тоже немножко яичницы? Я вчера… перекупалась. Кушать страшно хочется… я всё возмещу!
– Ты меня видишь? – уточнил глубокий бархатистый баритон.
– Э… да, – я зависла, с опаской размышляя, не псих ли и этот красавчик тоже.
– Угу, – ответил он, – это всё тебе. Ешь. Кофе сварить?
– Да, спасибо… Э… я Майя,
– Зови меня Змей.
– Это прозвище?
– Угу.
– Вы байкер, что ли? Или рокер?
– Кто? А… читал про такое. Не уверен. А хотя…
Разговор с Конаном-Варваром (Змеем) как-то не клеился.
– Простите, что разбросала вчера вещи, – зашла я с другой стороны, – я просто промокла и было очень тяжело.
– Не страшно, – перебил Змей.
Его голос, если прислушиваться, звучал хрипловато.
Как если бы он долго ни с кем не разговаривал.
Я села напротив Змея за барный столик, на симметричный высокий стул. Хозяин домика на болоте молча пододвинул мне тарелку и вилку. А вскоре принялся наливать в кружку кофе.