Невинная для Тёмного Генерала

Глава 6

Алиса

Если бы с тринадцати лет я не пребывала в компании белой кобры Златки – моего любимого и единственного фамильяра, меня бы шокировали змеиные движения Арона в боевой ипостаси.

Когда гигантская шея по-лебединому изгибается надо мной и широко раскрывает смертоносную пасть… я широко улыбаюсь в ответ.

“Садись на меня Алиса. Мы не пойдем светлыми тропами”, – звучит голос Виара в моем разуме. Очень деликатно, Арон касается самого края моего ментального поля. Никаких грубых насильных вторжений в мои мысли. И я благодарна Виару.

Я подчиняюсь. С третьего раза мне удается забраться на змея-Арона и обхватить широкую шею сзади. Кожистые крылья хлопают, и я на миг пугаюсь, что воздушные потоки сбросят меня со спины Виара.

Но почти сразу я ощущаю силы, удерживающие меня на месте. На удивление, ветер сейчас не бьет мне в лицо, глаза не слезятся. Арон накрыл меня чем-то вроде силового купола, и я смотрю вниз – на удаляющуюся Академию, на мягко светящийся золотым и зеленым магический лес, на реки и селенья Эледара… и не скажешь, что моя страна под игом жестоких черных магов.

С высоты полета я вижу лишь изобилие и красоту. Но самое красивое – это зверь подо мной. Которого я крепко сжимаю бедрами. С запозданием понимаю, что могу этого и не делать – ведь меня удерживает сверху магия Виара. Медленно расслабляю бедра и выдыхаю. И тут же слышу мягкий смех Виара в своем разуме.

“А мне нравилось, как крепко ты обнимаешь меня ногами, Алиса… как прижимаешься. Впрочем, это мы еще успеем…”

Я чувствую, что краснею. Но не успеваю ответить.

Ветер все-таки прорывается ко мне. Мы начинаем снижаться. Арон и его воины.

Обратная трансформация оказывается менее эффекта. Да и длится всего несколько мгновений.

Кажется, когда Арон касается земли, он тут же обретает человеческую ипостась, а я соскальзываю с гигантской змеиной спины, и спустя пару метров полета, – мягко приземляюсь в теплые надежные руки Виара.

– Понравилось, мышонок?.. – ухмыляется Виар.

Я растерянно киваю.

– Я тебя еще покатаю. Чуть позже…

Звучит дико двусмысленно, но я это игнорирую. Потому что Арон и его воины уже стоят перед покосившейся калиткой моего родного дома. Он выглядит… странно. Заброшенным, нежилым. Некогда крепкая треугольная крыша светлого полированного дерева покосилась и почернела. В душе зародилась тревога, стремительно разворачивающаяся в панику.

Я сама сбивчиво объясняла Арону как сюда добраться, но поскольку сама весьма смутно это понимала – доставили-то меня в Академию светлой тропой! – Арон цокнул языком, и заставил меня составить ментальную карту. А потом мы отправились в путь.

***

Я аккуратно касаюсь старого пористого дерева калитки. Замираю в нерешительности.

Внезапно руку обожигает – Арон накрывает мою кисть своей ладонью и заставляет открыть скрипучую дверцу. Я ему благодарна. Сама бы я так долго могла простоять, забыв про мини-отряд черных магов, замерших за моей спиной.

Почти сразу становится ясно – дом пуст. Но самое жуткое открытие ждет меня на заднем дворе. Там, под кривым старым деревом, на котором когда-то отец смастерил качели для меня и моей младшей сестренки Элины.

Как будто утоптанный, но вполне различимый холмик. С ритуальной шестиугольной табличкой. Шесть углов, а не пять. Значит не мама и не сестра. Отец. Папа… Который отдал меня Этаронату. Нет-нет. Тот, который сделал для меня качель на этом дереве.

Чувствую, как сердце заколотилось с дикой скоростью. А губы невольно начали дрожать. Как будто сквозь толщу воды, слышу как Арон отдает распоряжения воинам – что проверить, по каким домам пройтись, что сказать старосте деревушки…

Продолжаю тупо смотреть на холм и табличку. Когда крупная горячая слеза скатывается по щеке, ощущаю Арона. Он подошел ко мне сзади. Очень близко. Чувствую его ладонь на моей талии, сильную успокаивающую. Едва ощутимое касание горячих пальцев по щеке – Виар черных магов смахнул мою слезу, но тут же потекла вторая. Лопатками ощущаю его мускулистую грудь, закованную в кожаные черные латы. Неожиданно для себя подаюсь назад, чтобы прижаться сильнее.

Арон немедленно заключает меня в крепкие объятия. Я всхлипываю. Он разворачивает меня резко, и я утыкаюсь в его грудь носом. Мои плечи сотрясаются от беззвучных рыданий. И так мы застываем. Белая волшебница и сильнейший черный маг – Виар. Над могилой обычного человека.

– Я заберу твою боль, Алиса, – спокойно говорит мне Арон, – прочувствуй, если тебе это нужно. Но потом отдай. Эти страдания ничего тебе не дадут.

Прерывисто выдыхаю.

Арон ждет около минуты, затем решительно берет мое лицо ладонями, заставляет посмотреть в глаза. Черные бездны. Но сейчас мне кажется, что на дне черноты поблескивает теплый огонек. Раскрываю разум навстречу ему. Виару. Генералу врагов. Покорителю.

Дергаюсь от неожиданности, когда губы Виара накрывают мои. Чувствую, как боль тонкой струйкой потянулась от меня к нему. Совсем невесомой. Потом она становится как нить веретена. Потом я и вовсе перестаю ее ощущать. Даже не думала, что черная магия бывает настолько деликатной…

А теперь я и вовсе чувствую только поцелуй. Нежный, но глубокий. Арон касается сейчас моих губ как жених, как возлюбленный. И за грудиной у меня разливается неуправляемое тепло. Я впускаю его язык в свой рот. Я отвечаю Виару, смыкаю пальцы за его спиной обнимая. Хотя мне едва хватает рук чтобы обхватить его широкую спину.

Арон прерывает поцелуй сам. Гладит пальцами мои щеки. Понимаю, что все это время слезы продолжали течь, и теперь генерал черной армии нежно вытирает мое лицо.

Взгляд Арона затуманивается на миг и тут же проясняется. Я уже знаю это выражение лица Виара – так он выглядит, когда безмолвно беседует со своими воинами. И я тут же получаю подтверждение своей догадки.

– Ну все-все, Алиса. Пойдем. Алик кое-что выяснил. Сейчас мы узнаем, где найти твоих мать и сестру. А здесь тебе больше нечего делать…

У калитки моего дома… Точнее дома, который когда-то был моим, в окружении воинов в черных кожаных латах с витой эмблемой тьмы, стоит бледный староста деревни. Я его смутно помню. В тот год, когда меня отдали в Академию, его только назначили.

– Кайл, верно? – обращается Арон к мужчине неопределенного возраста с водянистыми маленькими глазками.

Взгляд мужчины на миг задерживается на моем лице, и мне мерещится узнавание. Но староста, кажется, слишком сильно напуган.

А Виар тем временем продолжает:

– Скажи-ка мне Кайл. Как ты относишься к новой власти? К черным магам…

Староста сглатывает, становится еще бледнее, уходя куда-то в зеленоватые оттенки и начинает мямлить:

– Я … мне.. со всем уважением…

Я улавливаю в голосе Арона те самые нотки, которыми Виар пугал Этаронат на вчерашнем банкете. Но без того давления – видимо Арон не ставит перед собой задачу довести обычного человека до заикания.

– Выкажи уважение к моим воинам, Кайл. Проведи их по дворам. Пусть жители подойдут и расскажут свои нужды. Кстати, Кайл. Где теперь прежние обитатели этого дома?..

– В Светлейшей Обители, Виар… – Кайл почтительно клается Виару, голос старосты слегка дрожит.

– Как? – Арон вскидывает одну бровь, – это же секта. Антигосударственная. Прикрывающаяся благотворительной деятельностью. Я ничего не путаю?

– Смилуйтесь, Виар! – староста бухается на колени прямо в грязь, безнадежно портя на вид новые светлые штаны, – уж мы отговаривали как могли! Глава семьи и вовсе погиб, когда пытался вернуть жену и дочь из Обители… Уж мы как могли убеждали. Но ослепленная горем мать разве послушает?

– Каким еще горем? – сдержанно интересуется Арон со скучающим видом.

– Дочь… старшая дочь у нее… – староста переводит на меня неуверенный взгляд, видимо все-таки не узнал, – ее приговорили к смерти вроде как. Как-то по-благородному, всем на благо в общем. В магической академии. С полгода назад. И извещение прислали… А младшая дочь болеет сильно, уж который год по краю могилы ходит. Стефания стала совсем безумная, Виар. И решилась пойти в Обитель… Ну там как водится, всех принимают с распростертыми… но уж уйти нельзя. Вот муж попытался ее вернуть, да… в Обитель попасть никак нельзя, и указывать путь непосвященным – тоже жестоко карается.

Староста осекся. Он снова внимательно посмотрел на меня снизу вверх, так и стоя на коленях. Теперь его кожа отдавала пепельно-серым – так он перепугался. И кажется наконец узнал. Может что-то в выражении моего лица окончательно его убедило.

– Изначальные силы… Алиса, ты живая! – Кайл бросает быстрый взгляд на Виара, видимо что-то стремительно прикидывая в уме. Оценив руку генерала черных магов на моей талии окончательно тушуется, – простите… Виар… Алиса, то есть. Не знаю, как к вам теперь правильно обращаться.

Я только успеваю открыть рот вхолостую. Хочу сказать, чтобы староста обращался ко мне как прежде. Но Арон меня опережает:

– Алису теперь все должны называть по титулу. Арави.

Что?!

Сердце пропускает удар.

Арави. Официальный титул избранницы Виара. Это экзотическое слово не использовалась многие годы, я с трудом вспомнила, что оно означает конкретно женщину, официальную наложницу, невесту или даже жену, отличную от Виара по масти. То есть белую волшебницу для черного мага – Виара.

Он серьезно? Да нет, этого просто не может быть. Он так сказал, чтобы надавить на Кайла. Чтобы тот выдал местоположение Обители. По пока еще действующему закону Арон этого требовать не мог. Но если в Обители удерживается родня правящей фигуры – вполне себе мог. А не выдавать местоположение матери и сестры Арави – государственная измена. Подразумевающая казнь на месте.

Мне становится жаль Кайла. Он – обычный человек. Но закон знает. И прямо сейчас взвешивает, кого боится сильнее – Виара или главного жреца Светлейшей Обители. Кажется, Арон побеждает с большим отрывом.

– Я все расскажу, Виар, – обреченно опускает голову староста.

Через четверть часа у нас уже есть точка на карте. Однако Арон говорит, что явимся мы туда не сегодня. А Кайла по приказу Виара воины уводят с собой.

– Почистить память, – поясняет Арон, в ответ на мой испуганный взгляд, когда мы отходим в сторону, – деликатно. У него исчезнет полдня жизни и только. Не то разболтает все жрецам Светлейшей Обители и на прежнем месте мы их не найдем. Вместо этого Алик внушит ему нейтральные воспоминания – как он, староста, нас встретил, как жители шли со своими жалобами, как все остались довольны. К тому же, это почти правда. Мы действительно выслушаем людей… И полетим обратно в Академию. Завтра надо будет разобраться с магической подпиткой и навязчивой идеей Этароната сделать из живой белой волшебницы полубезумную магическую батарейку. А через день – полетим в Обитель и найдем твоих мать и сестру. Я тебе обещаю, Алиса. Арави…

– Зачем ты так меня назвал? – вдруг спохватываюсь я. На самом деле я все время держала странную выходку Арона в голове. Не собирался же он в самом деле…

– Почему нет, – пожимает плечами Виар.

Мы неспешно прогуливаемся по живописным улицам деревеньки рядом, плечом к плечу. Совсем как тогда,в магическом лесу. Из оплетенных вьюнками домиков то тут то там осторожно выглядывают местные жители. Я ощущаю их любопытные взгляды на нашем странном отряде. И если бы мы не обсуждали с Ароном то, что произошло, – я бы сходила с ума от почти осязаемого страха и неприязни бывших соседей.

Но тут была тема поинтереснее. И понасущнее. Арави. Подумать только. Это слово – как лезвие ножа. Как удар под дых. Нет, я понимала, что Арон это не всерьез и ждала объяснений.

– Что ты хочешь услышать, Алиса? Иметь Арави – хорошая идея, – голос Арона звучит буднично, Виар сейчас невозмутим, – на белых землях и простые люди и белые маги будут больше ко мне расположены. Насколько это возможно. Ты мне вполне симпатична. Ты иногда меня забавляешь. Насчет постели… научишься со временем. Что еще…

Я остановилась и оторопело уставилась на Арона. Он также остановился. Следом замерли черные маги спереди и сзади от нас. Хотя они шли в отдалении и по одному – отряд отличала удивительная синхронность.

Мы с Ароном смотрим друг другу в глаза долгие несколько секунд. А потом он начинает смеяться. Очень мягко и тепло. Красивым глубоким смехом. Как будто он совсем молодой парень.

– Видела бы ты себя, мышонок, – Арон делает шаг ко мне, мягко приобнимает за плечи, вынуждая продолжить движение в прежнем направлении. Следом отмирают черные воины Виара. Мы медленно продолжаем нашу неспешную прогулку…

– Про постель я просто хотел тебя смутить, а в остальном я говорю серьезно, – нежно произносит Арон, затем добавляет уже совсем другим тоном, подпустив в голос больше властности, льда и металла, – или я настолько тебе противен, Алиса? Подумай хорошенько, прежде чем ответить мне. На твоем запястье артефакт, который может свести тебя с ума в случае лжи. Даже если ложь будет бестолковой и неопасной…

Мгновенье я опасливо кошусь на браслет. Затем набираю воздуха в грудь.

Чтобы честно ответить Арону. С ужасом представляя себе последствия моего ответа.

Глава 7

Арон

Я уже почти не сомневаюсь в искренности Алисы.

По крайней мере насчет той части ее жизни, что касается семьи и родных мест. Я проверил ее биографию. С трудом верится, что передо мной просто юная белая волшебница. Разочарованная в адептах света чуть ли не сильнее чем я сам. Малышка, которой некуда преклонить голову.

Преданная семьей. Приговоренная Этаронатом. Девочка, которая должна была стать жертвой как ни крути. Проблема всего одна – не в Алисином характере быть жертвой.

Взять хотя бы внешний вид ее фамильяра – про белую кобру мне подробно доложили почти сразу. Было любопытно. Эта девочка не проста. Быть может, она тяготела к тьме и белой волшебницей стала случайно? Такое редко, но бывает. В итоге она постоянно влипает в неприятности, над ней довлеет рок, все пытаются с ней расправиться. Кроме магического леса. Потому что он благоволит такой мозаике души.

Никто лучше меня не сможет понять такую как Алиса. Но ей пока рано об этом знать…

Да, я дал ей слово, что отпущу ее после всего. Но мне совершенно не хочется этого делать. Неволить своенравного рыжего мышонка я тоже не хочу. Я бы приручил ее, защитил.

Мда. При условии, что все именно так, как мне хочется верить.

В лучах заката мы летим обратно в резиденцию белых магов – Академию Белого Стана, пожалуй самое фальшивое место, что мне доводилось видеть.

Мой крылатый Змей, моя боевая ипостась, – щурится на солнце. Ему приятно чувствовать вес Алисы сверху. По змеиному телу пробегает сладкая терпкая дрожь, когда Алиса чего-то в очередной раз пугается в полете и чуть сильнее сжимает свои аппетитные бедра. Змей аккуратно водит жалом по поверхностным слоям ее ментального поля и сообщает мне только одно: мы правда нравимся ей. Ей с нами хорошо. Она считает нас сильными, красивыми и надежными.

Она никому не верит. Но если бы кому-то доверилась…это были бы мы.

Мы хотим получить ее доверие. Получить ее тело. Получить ее любовь.

Впиваться в сладкую юную плоть, невинную и прекрасную. Зацеловать нежные губы до темно-алого, до трепетной дрожи… А потом, говорит мне Змей, он хочет – разбудить ее боевую ипостась. Она спит, но она есть у Алисы. Змей чует ее. Она – для него подходит. Белая кобра, небесная или водяная…

Змей издает горлом звук, отдаленно напоминающий кошачье мурлыканье, и намного больше – вой зарождающейся бури. Мы чувствуем, как Алиса улыбается. Наши воины – отшатываются в сторону. А Алиса прижимается крепче. Для нее этот звук – полон тепла. Сейчас она нас не боится.

Только иногда удивляется. Путается в своих эмоциях. Но страха нет. И быть не может. Потому что Алиса с нами – одной породы. А то, что другого цвета – что ж… Так даже интереснее…

Мы со Змеем вспоминаем, как сегодня днем потребовали у Алисы ответ.

– Я настолько тебе противен, Алиса? – спросил я этим днем у нее, будучи в человеческой форме.

И считал каждый полутон ее эмоции. Растерянность. Шок. Смущение.

– Нет, не противен… – ответила Алиса и нервно попыталась сбросить мою руку со своего плеча. Но я не позволил. Пришло понимание: в этот раз Виар черных магов, Поглотитель миров – нарушит свое слово.

Я никуда не собирался ее отпускать.

Алиса.

Я быстро принимаю ванну и переодеваюсь. Снова в то, что мне предоставил Арон. На кровати в бывшей моей комнате теперь лежит гора роскошных платьев. Я выбираю черное с золотой оторочкой. Мне это кажется правильным, платье неброское но элегантное. И, хотя я мало знаю вкусы Арона, мне кажется, ему такое должно нравиться. Это платье чем-то напоминает его Змея – его боевую ипостась.

Поправляя достаточно глубокий квадратный вырез декольте, я усмехаюсь: вспоминаю, как впервые гуляла с Виаром в лесу и рассказывала ему, как он, Виар, ужасно выглядит – мне же в Академии показывали портреты. Теперь я понимаю, что на тех картинах очень напуганный и озлобленный художник изобразил Виара в момент частичной трансформации. Это многое объясняло.

Я бы изобразила этот же момент совершенно иначе. Вот только кисть я не держала в руках с четырнадцати лет. Не до того стало. А здесь, в Академии Белого Стана, и вовсе не положено было такими вещами заниматься. Что не помешало мне в первый год в Академии исчеркать графитными завитушками все свободные пространства на обучающих свитках.

Я уже почти верила, что переживу это приключение. Что Виар не так плох, как принято про него рассказывать. Может он отпустит меня. И я однажды встречу какого-нибудь мужчину, в которого влюблюсь. Вот если бы он напоминал Арона… То есть. Что за ерунда лезет мне в голову?!

Златка вырастает у меня за плечом. Она поднимается на хвосте позади меня, пока я смотрюсь в зеркало, и начинает возмущенно раскачиваться, подражая настоящим змеям.

– Что это еще значит, «настоящим»?! – раздается в моем ментальном поле возмущенное шипение Златки, – я оч-ч-чень нас-с-стоящая змея!

И Златка щелкает пастью в миллиметре от моего уха. Очевидно – чтобы до меня получше дошло.

– Извини, – сдаюсь я без боя, – неправильно сказала. Точнее подумала. Ты внезапно ворвалась в мое ментальное поле…

– Мне пришлось. Сроч-ч-но понадобилось сказать тебе, что ты дурочка… – Златка продолжает "танцевать" на хвосте, а я – принимаюсь расчесывать свои подсохшие после ванны волосы. Скоро мне надо явиться на ужин. Арон будет ждать меня.

– Виар… – шипит Златка, – нос-с-ситель красивого зверя… Зачем тебе дурацкий вымышленный муж-ж-ж… Ты можешь быть Арави…Виара…

– Нет, – произношу я громче и резче чем сама от себя ожидала, – Виар… генерал черных магов…

– И ш-ш-то?..– золотые глаза фамильяра с черным вертикальным зрачком буравят меня с негодованием.

– У него… – мой голос начинает звучать глухо и почему-то слегка дрожит, – богатый выбор, наверняка много женщин… И вообще, отстань, Златка. Он генерал покорившей нас армии.

В моем ментальном поле раздается сипящий прерывистый звук, и мое лицо в зеркальном отражении удивленно вытягивается. Потому что я впервые слышу, как змея смеется.

***

Я выскальзываю из комнаты полностью готовая, предварительно изучив коридор. Охрану ко мне Арон не приставил. По крайней мере, насколько я знала.

Я уже почти дохожу до лестницы, пол пролета – и я попаду на территорию, облюбованную Ароном и его свитой.

Но вдруг ближайшая к лестнице дверь резко распахивается. Две пары рук синхронно хватаются за меня. За запястья – крепкие мужские. Рот и затылок – накрывают узкие и ловкие женские руки. Меня затягивают в комнату раньше, чем я успеваю закричать.

Как только дверь захлопывается, чужие руки мигом меня отпускают.

– Алиса… – Верховный Этарон отступает в сторону, воздевая руки ладонями вверх, пытаясь дать мне понять, что, мол, вреда не причинит.

Рядом с ним в ритуальном сером платье будущей «немой послушницы» замерла мертвенно бледная белокурая Марта. Та самая, которую должны были подложить под Арона, но Виар ее выгнал.

– Я слышал, ты делаешь большие успехи, Алиса, – приторным голосом цедит Верховный Этарон, – Виар дал тебе титул. Кхм. Надо думать, ты оказалась более сведущий в постельных делах, чем можно было предположить. Это пожалуй к лучшему. Ритуал с «немой послушницей» мог сорваться и поставить под угрозу выживание края! Ведь магический донор должен быть невинной телом и духом девушкой. А это очевидно было не про тебя…

Верховный Этарон был моей огромной проблемой с первого дня в Академии. Видела я его не чаще раза в месяц но последние два года в Белом Стане благодаря ему стали практически невыносимы. Он начал оказывать мне знаки внимания, как женщине. А с полгода назад и вовсе зажал в углу, попытался залезть под платье и наговорил такого… Я сбежала, но время спустя выяснилось, что меня по сути «казнят». В стиле “так не доставайся же ты никому”. Разве что Виару черных магов. Но думаю, Верховный догадывался, что я выберу «геройскую смерть» немой послушницы.

А теперь, после визита в мою родную деревню, выяняется, что родителей он уведомил о моей грядущей почетной гибели полгода назад, а я сама знала об этом меньше двух недель. По итогу – мой отец мертв, у матери поехала крыша, сестра, насколько я поняла из объяснений старосты Кайла, все также болеет.

Почему-то вместо привычного в присутствии Верховного липкого страха, со дна души начинает подниматься удушающая ярость. И виню я во всех своих злоключениях вовсе не черных магов-захватчиков. Войны-то я своими глазами и не видела: бились маги без людей, а я обитала в человеческой деревне. Я виню конкретно Верховного Этарона.

Так что теперь я стою гордо вскинув голову посреди захламленной сумрачной комнаты, которую, как и многие на этаже, с довоенных времен никто не использовал. Складываю руки на груди.

– Что вам надо? – выдаю максимально сдержанным тоном.

– Думаешь Виару ты нужна? Он с тобой натешется и выкинет! – с места в карьер впадает в истерику Марта.

Я не злюсь на нее. Я ее понимаю. Она на грани нервного срыва, и я готова пропустить мимо ушей любые ее слова. Ведь на завтра назначена ее казнь. Ни Марте ни Верховному Арон еще не сообщил, что не планирует допускать ритуал.

Так что смотрю мимо сжимающей кулачки Марты на Верховного.

– Говори по существу, Этарон. Меня ждут. Если опоздаю, Виар начнет нервничать.

Я отчаянно блефую. Конечно, мы должны были встретиться с Виаром. Но Арон едва ли начнет интересоваться где я раньше чем через час. А за час может случиться всякое. Я – не Виар. По силе Верховный Этарон меня существенно превосходит. Если поймет, что не буду помогать, убьет на месте. Свернет шею и скажет, что упала с лестницы. Марта и вовсе в отчаяньи.

– Два варианта, Алиса, – четко и по-деловому отвечает Верховный Этарон, – либо ты истинная адептка света, достойная называть себя белой волшебницей либо нет. Ты принесешь клятву, какую раньше приносила Марта. Что накинешь на Виара магический капкан. Он подчинится твоей воле, а через тебя – моей. Хм, в смысле нашей. Белого Совета, куда входят сильнейшие белые маги и жрецы края, – как великим землям Эледара на благо. Либо ты предательница. И тогда ты эту комнату не покинешь… Ты больше не подходишь быть новой немой послушницей, но если тебя, даже порченную Виаром, скинуть в ритуальную чашу и провести ритуал очень аккуратно… энергии хватит на полгода. И я смогу найти замену. Видишь ли, Марта тоже хочет жить. И… кхм. Что скрывать теперь, так вышло, что Марты тоже не хватит больше чем на полгода …

Верховный и Марта обменялись быстрыми взглядами и щеки Марты вдруг покрылись румянцем.

Мои брови поползли вверх.

Это что же получается? Верховный с Мартой… да уж, ничего себе.

Я хотела сказать что-то другое, но само собой вырывается:

– То есть, если я достойная белая волшебница и помогаю вам подчинить Виара, выходит, вы свою новую возлюбленную Марту казните, так Верховный?

У Марты делается что-то странное с лицом. Она всегда была слегка слабенькой на голову, но тут до нее вдруг доходит.

– Эрик, ты что, меня не спасешь? – она начинает заламывать запястья, переключая внимание с меня на Верховного.

А я только сейчас узнаю, что имя Верховного Этарона – Эрик. А во взгляде Марты – искренний интерес к нему, да и вообще много всего намешано. Я впервые к нему приглядываюсь: высокий, поджарый, светловолосый, выглядит не старше сорока пяти человеческих лет, с правильными чертами лица…пожалуй он и впрямь мог понравиться девушке. Это для меня он всегда был невнятным белесым пятном со слишком высоким для мужчины голосом.