Вирши Слепого Пью
- -
- 100%
- +
Он вернулся к себе, а рыбаки, окончательно очнувшись от тяжелого липкого сна, начали приводить себя в порядок и завтракать.
– Надеюсь этот Корниш знает, что говорит, – бубнил себе под нос недовольный Арскот. – Если сегодня я не увижу сотню омаров на баркасе, черт меня возьми, я лично скину старика в море.
– Не чертыхайся, Доньярт. – Маррак был богобоязненным человеком и не любил, когда товарищи упоминали имя дьявола. – Все будет хорошо, вот увидишь. Мы уже несколько раз были в море с мистером Корнишом, и всегда привозили что-нибудь домой.
– Вот именно, «что-нибудь»! – передразнил товарища Гвин. – А нам нужно много.
– Ладно, ребята, начнем готовить клетки. – Покладистый Глойн как обычно старался разрядить обстановку и сейчас призвал рыбаков к делу.
Они начали готовить клетки-ловушки для поимки крабов и омаров на мелководье, там, куда завел их отважный «Маус» Гурги Корниша.
Где-то около двух часов пополудни капитан дал команду начать ловлю и первые клетки полетели за борт цветастого кобла. Решено было вытаскивать ловушки каждые два часа. Корниш посчитал, что этого будет достаточно, чтобы морские раки успели распробовать наживку, пойманную рыбаками накануне.
Все с напряжением глядели в воду, особенно переживал Арскот, нервы которого были уже на пределе. Он, в отличие от своих товарищей, имел большую семью и поэтому очень боялся прийти домой без улова.
Наконец, капитан дал сигнал поднимать ловушки на борт. Все встали на свои места и вот уже первая клетка, брызгая соленой водой грохнулась на палубу «Мауса». Помимо грязи в ней сидело три или четыре отменных омара, которые грозно щелкали клешнями, разбрасывая вокруг себя морскую соль.
– Ураа! Есть рыбка! – Доньярт закричал от радости, к нему присоединился Гвин и остальные.
Работа пошла. Все клетки были с уловом, да таким, что даже старик Корниш пару раз улыбнулся, радуясь про себя, что наконец-то им пришла рыба. Работали быстро и умело, наполняя холщовые мешки ракообразными и скидывая их в маленький трюм кобла.
Когда солнце начало садиться, капитан велел прекратить ловлю и выйдя из мостика сказал:
– Отлично поработали, ребята! Надеюсь, все довольны?!
Все закричали, особенно старался эмоциональный Арскот, он махал своей морской шляпой-ведром и рвался качать капитана.
– Но это еще не все. Направляясь к Истерн Айлс, я думал не только о ловле крабов, омаров и других членистоногих. Как вы знаете, наши друзья французы, – все рыбаки засмеялись, – наши друзья французы, а также итальянцы без ума от одного вида рыбы, вид которой, прямо скажу, не внушает особого доверия. Но зато ее мясо, белое, плотное, без костей, очень ценится и стоит она недешево. В это время года происходит ее нерест, совсем недалеко отсюда, между Грейт Иннисвоулс и Литл Иннисвоулс, примерно с половину морской мили отсюда. Если кто не понял – я говорю о европейском удильщике, а по-простому, о морском черте.
Все стоящие на палубе рыбаки молчали, и капитан продолжил:
– Длиной морской черт примерно с метр или полтора. Весит в среднем около пятидесяти килограммов. Поэтому предлагаю направиться к Иннисвоулс и поставить жаберные сети у скал. Повезет – и мы вернемся в Маусхоул богачами. Нет – у нас и так отличный улов, с которым можно не краснея идти к торговцам. Ну как?
– Уж больно страшное название – морской черт, – пробормотал Маррак, но Арскот перебил его:
– Веди нас, капитан! Мы всегда знали, что мистер Гурги Корниш – лучший рыбак на юго-западном побережье Корнуолла!
Глойн и Севелен Гвин также были не против. В конце концов, они вышли в море за рыбой и они будут ловить рыбу. Чего бы им это не стоило. Примерно так думал каждый. Кроме слегка оробевшего Маррака.
Приняв решение, команда начала готовить жаберные сети, а капитан на малом ходу пошел к Иннисвоулсу, аккуратно обходя скалы, торчащие у островов.
По прибытию, встали на якорь и теперь уже сам Гурги Корниш встал к сетям, помогая правильно выставлять грузила и поплавки.
Управились ближе к полуночи и сели на палубу, ожидая, когда капитан даст команду поднимать кошельки.
И вот, через пару часов, прозвучала команда:
– Выбирай сеть!
Глава 5. Ночной кошмар
Рыбаки начали тянуть сеть, в один миг ставшую крайне тяжелой. Было видно, что кто-то большой трепыхается в веревочных кольцах, но густая темнота окутала баркас и пришлось зажечь лампы на мачте и кабине кобла. И вот, над водой показалась туша, которую сразу подхватили своими баграми Арскот и Гвин. Они перевалили зелено-коричневую метровую рыбину через борт и в лучах прожектора перед ним предстал морской черт во всей своей ужасной красе. Тело у него было голое, покрытое многочисленными кожистыми выростами и костными бугорками. По обеим сторонам головы, по краям челюсти и губ свисали бахромой клочья кожи. Туловище у него было приплюснутое, сжатое в спинно-брюшном направлении. Голова плоская, широкая, сплющенная сверху. Рот большой, полукруглый, с выступающей вперед нижней челюстью и острыми крючковатыми зубами. Глазки были маленькие и злобные.
Плюхнувшись на палубу, чудище начало подпрыгивать на своих рукоподобных грудных плавниках, стараясь цапнуть кого-нибудь из рыбаков. Крики ужаса раздались в темноте. Это Маррак, не выдержав представшей перед ним рыбины в образе самого дьявола закричал, будто увидел самого Посейдона.
– А что это у него на голове, кэп? – слегка дрожа, обратился Гвин к старику, посматривающему на растерявшихся горе-моряков.
– А это часть переднего спинного плавника или иллиций – удочка, которой он подманивает добычу, – посмеиваясь сообщил Корниш и ударом багра оглушил скачущего по палубе монстра. – Видите, на конце удочки – эска, ее конец раздвоен на два плоских широких листовидных лепестка. Когда черт охотится, он зарывается в донный ил и ждет. В эске живут бактерии, которые при усилении кровообращения начинают светиться. Таким образом, любопытная рыба подплывает к «приманке» и мгновенно заглатывается чертом вместе с водой.
– Прямо как наша рыбалка на электрический свет, – рассмеялся Доньярт. – Только ему, в отличии от нас, я полагаю, постоянно везет.
– Ладно, не мешкайте! Время идет! Вытягивайте кошелек! – зычно крикнул Корниш рыбакам и начал раскуривать потухшую трубку.
Еще рыбакам попались три морских черта, один больше другого. Закончив с первым кошельком, перекурили и принялись за второй. Там повезло еще больше и теперь на палубе лежало с десяток ужасных страшилищ, при виде которых Бреок Маррак крестился и шептал под нос молитву, отгоняющую бесов.
Но остальные рыбаки, вымотанные, но довольные, с удовлетворением смотрели на такой богатый улов, а Арскот, потирая ладони со свежими мозолями хорохорился:
– Черт меня возьми, если я не справлю своей женушке новое платье, а сам счастливо напьюсь в кабачке на День святого Пирана (святой – покровитель шахтеров в Корнуолле – прим.ред.).
Глойн и Гвин не отставали от него, мечтая об обновках и выпивке.
Один только старик Корниш спокойно сидел в кабине кобла, справедливо полагая, что сначала нужно добраться до берега, а потом праздновать победу. Тем более, что газолина у баркаса осталось только на самый крайний случай. Идти обратно в Мышиную гавань предстояло на парусе.
Внезапно, сильный удар пришелся на правый борт «Мауса» и веселящийся Арскот чуть не упал в холодную мартовскую воду. Рыбаки замерли, не понимая, что это могло быть, потом Глойн дрожащим голосом спросил капитана:
– Мистер Корниш! Что это?!
Капитан вышел из мостика и погасив слюнявым пальцем трубку, засунул ее в раструб правого сапога. Потом схватил багор и бормоча под нос корнуолльские ругательства, медленно подошел к левому борту. Но за бортом спокойно плескалась гладь ничем не нарушаемого ночного моря.
– Наверное, акула прошла, – пробормотал Корниш и положил багор на палубу. – Надо уходить к Лендс-Энд, ребята. Здесь оставаться небезопасно.
– Почему?! Почему, капитан?! – Команда разом встревожилась, видя, что даже знаменитый Гурги Корниш чувствует себя не в своей тарелке.
– Черт меня возьми! И ветра нет! – Корниш выругался и приказал: – На весла!
Рыбаки суетливо забегали по коблу, доставая четыре весла и крепя их в уключины по бортам «Мауса».
Тут судно снова содрогнулось от мощнейшего удара в бок и Глойн, стоящий на краю посудины и прилаживающий весло, упал за борт и отчаянно закричал:
– Ребята, помогите! Помогите мне!
Товарищи кинули ему веревку и Уэлл, зацепившись за конец попытался взобраться на борт баркаса.
Но тут невдалеке показался яркий слепящий свет, похожий на головной прожектор приближающегося почтового экспресса, а потом моряки на борту увидели огромную разинутую пасть с маленькими красными глазками, нацеленную на Глойна и разом заорали:
– Спасайся! – И начали изо всех сил тянуть веревку. Но было поздно и чудище, на всем ходу наскочив на рыбака, заглотило его и поднырнуло под «Маус».
– Что это?! Что это было, кэп?! – заорал Арскот и устремился к кабине капитана, чтобы спрятаться внутри. Но Корниш благоразумно запер дверь и теперь пытался завести кобл, чтобы на последних каплях газолина развернуться и направиться к Лендс-Энду. Но двигатель чихал и не никак не схватывался.
Наконец, Корниш открыл дверь и двое рыбаков забежали внутрь.
– Что это было, кэп?! – охрипшим голосом повторил Арскот, трясясь и держа капитана за руку.
– Это самка морского черта. Они намного больше самцов – Голос Корниша слегка дрожал. – В это время года у них здесь начинается нерест, самцы вгрызаются в плоть самки и врастают в нее, постепенно трансформируясь в кокон для оплодотворения. Странно, обычно все это происходит на больших глубинах. Возможно, они посчитали нас виноватыми в том, что мы лишили их будущего потомства. Надеюсь, это была единственная самка и больше никто не пострадает. А где Бреок?
Все начали всматриваться в окна кабины, но Маррака нигде не было видно.
И тут раздались два сильных удара, от которых «Маус» покачнулся и затрещал.
– Они не ушли! Не ушли! – Арскот как в бреду повторял одни и те же слова. – Нужно вернуть им самцов и все будет хорошо! Все будет хорошо! – Он рванул дверь капитанского мостика и выскочив наружу, побежал к тушам, темнеющим на палубе. Попытался стащить одну из них в воду, но не смог перекинуть рыбину через борт. Внезапно, прямо возле него упал яркий сверкающий шар и уродливая пасть, раскрывшись, откусила половину туловища Арскота и со свистом втянула в себя. Доньярт был еще живой, когда морской черт, бешено вперив в него ярко-алые глаза, пару раз щелкнул челюстью, и на месте рыбака осталось только алое пятно крови.
Двое в кабине, с ужасом наблюдавшие за этим действом, не заметили, как еще два шара холодного белого света, приблизившись к судну, взмыли вверх и пара гигантских морских удильщиков резким усилием своих грудных плавников подкинули отвратительные бородавчатые тела в воздух с тем, чтобы приземлиться прямо на палубе «Мауса». Кобл треснул и начал разрушаться, через пробоины в бортах хлынула вода, кабина с двумя людьми накренилась, дверь отлетела к корме и судно начало тонуть.
Богобоязненный Бреок Маррак, спрятавшийся среди сетей, схватил дверь и откинув ее подальше от тонущего кобла, прыгнул за ней следом.
Он не оборачивался назад, туда где началось кровавое пиршество, моля Бога только об одном – добраться до берега живым.
Самки морского черта все-таки вернули своих самцов в лоно моря.
Глава 6. Возвращение
Алая заря на горизонте окрасила поверхность Ла-Манша бирюзовым цветом, и солнце своими первыми лучами высветило среди темных барашков Кельтского моря желтый кусок дерева с человеком, вцепившимся в него. Маррак стараясь согреться, изо всех сил пытался грести руками, но у него это плохо получалось. Он не представлял где именно находится остров Британия и крайняя его точка – Лендс-Энд, поэтому греб по наитию, время от времени шепча молитвы Богу, все какие только знал.
Благодаря штилю, море было спокойно и только залетевшие далеко от берега и теперь кружившие рядом с ним чайки напоминали Бреоку, что он не один посреди этой простирающейся на многие мили вокруг водной глади.
Устав грести, Маррак обхватил замершими руками дверь кабины упокоенного на дне моря, известного на все юго-западное побережье кобла «Маус», закрыл глаза и начал вспоминать своих родных и близких, праздники, на которые собирались все жители его деревни и посещение церкви святого Павла в его родном Трунгле. Он, словно наяву видел лицо жены, красавицы Брилуэн, склонившейся над ним и шепчущей нежные слова, которые он не мог разобрать. Потом в голове замелькали картинки Кануна Тома Бокока – веселье, пляски, звездный пирог. Фестиваль Осса «Обби» и день Святого Энделлиона.
А вот он сам сидит на скамейке в церкви во время службы, и вместе с преподобным Эндрю произносит слова молитвы по случаю Дня Святого Пирана.
«Постойте-ка! Так ведь сегодня пятое марта! Недаром покойный Арскот так хотел успеть на берег, чтобы начать праздновать этот славный День всех шахтеров!»
Маррак словно очнулся от сна, встрепенулся и начал снова грести руками что есть силы, стараясь придать своей утлой лодочке хоть какое-нибудь ускорение.
Внезапно он почувствовал, что вода под ним резко потеплела и руки моментально согрелись. Похоже, он попал в Гольфстрим, который, возможно, приведет его к суше.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
REM (rapid eye movements) (с англ.) – быстрое движение глазами, существует американская музыкальная группа с аналогичной аббревиатурой.