Агентство «Ван Хельсинг»
- -
- 100%
- +
Мирослава посмотрела на него как на идиота.
– По-вашему, я к нему о жизни пришла поговорить? Мне нужно узнать, что случилось, от этого зависят жизни других людей, – раздраженно сказала она и освободила руку.
– Он сейчас невменяем, ответить нормально все равно не сможет, – еще раз попытался врач. – У меня богатый опыт общения с невменяемыми, всего вам доброго, – холодно процедила сквозь зубы Мира и присела напротив свидетеля.
Врач грустно вздохнул и отошел, Мирослава сделала глубокий вдох, вокруг ее ладоней засеребрились искры, свидетель начал оживать.
– Вы кто? – испуганно уставившись на чародейку, пролепетал он.
– Спокойно, я Мирослава и я вам помогу. Вы только расскажите мне, что видели, и как можно подробнее представьте это у себя в голове. Хорошо? – волшебница нежно и легко коснулась его сознания, подчиняя себе волю и память.
– Да, – мужчина часто закивал.
– Как вас зовут?
– Иван.
– Прекрасно, Иван. Как вы нашли тело?
– Мы с моим другом Костяном пили в баре, у него жена уехала к маме на пару дней и мы решили вспомнить холостяцкую жизнь. Это был вечер, где-то около двенадцати, – прикрыв глаза, начал свой рассказ свидетель.
Мирослава напряженно замерла, чуть наклонившись вперед, и не моргая смотрела на него.
– К нам подошла девушка. Красивая девушка, мы ее угостили выпивкой, поболтали, и они с Костей пошли в туалет. Их не было больше часа, и я решил сходить проверить. В туалете я их не нашел, вышел на улицу и стал обходить бар, как вдруг вижу – Костя лежит, и никого нет вокруг.
– Во сколько это было?
– Где-то около четырех утра. Я позвонил сразу в полицию и «скорую»! Бедный Костя, – Иван обхватил голову руками и закачался вперед-назад.
– Тише-тише.
Мира ласково улыбнулась, шевельнула пальцами и снова коснулась его разума. Мужчина успокоился, улыбнулся и заснул. Чародейка несколько секунд внимательно за ним наблюдала, после чего спокойно вышла из машины. Она хорошо знала: когда свидетель проснётся, о разговоре с ней у него останутся лишь остаточные воспоминания, а эмоциональная боль от смерти друга сильно поутихнет.
– Узнала что-нибудь? – негромко спросил у нее, подошедший Ланселот.
– Перед смертью его друг был со златовласой красивой девушкой.
– Мы нашли еще следы копыт, и бармен вспомнил всех предыдущих жертв.
– Про девушку ничего не говорил?
– Та нет, скорее всего, не придал этому значения.
– Что скажите о теле? – спросила Мирослава у Ляны.
– Все тоже самое, его порезали и высушили, – кратко ответила она, пожимая плечами, и стянула латексные перчатки.
– Похоже, реально бааван-ши балуется, – задумчиво протянул Ланселот.
– Поехали, больше нам здесь делать нечего, – буркнула Мира и пошла к машине.
Операцию назначили на вечер. Антон долго упирался, но в итоге был вынужден уступить Шефу.
Мирослава сменила свой деловой костюм на джинсы и серый свитер, а к поясу прицепила свернутый петлями хлыст. Ланселот тоже переоделся в темно-синий спортивный костюм, на спине у него крест-накрест красовались ножны с короткими прямыми мечами. Самым удивительным было то, что эти двое не выглядели в этих нарядах нелепо, напротив, – вполне органично.
Незадолго до начала операции неугомонная Аня потащила Ляну в конференц-зал, где собрались оперативники, Антон и Шеф с Катей. Аня разместилась на диване, поерзала, усаживаясь удобнее.
– Зачем ты меня сюда притащила? – зло прошептала ей на ухо Лиляна.
– Сейчас Мирослава активирует следящее заклинание, и мы сможем видеть всю операцию.
– В смысле?
– Ну, мы увидим, как будут ловить бааван-ши или кто это там окажется!
Шеф выдал охотникам последние указания, и они направились к выходу. Последней покинула зал Мирослава, ненадолго задержавшись перед экраном. Ее ладони засеребрились, и экран загорелся.
– Все работает, – отчиталась сидящая за ноутбуком Катя. – Удачи.
Чародейка улыбнулась и вышла за дверь. Шеф удобно устроился в одном из кресел, вытянул ноги и закурил сигару.
«Буханка» остановилась в некотором отдалении от бара. Трое «ван-хельсингов» молча покинули машину и занялись каждый своим делом. Ланселот достал из кармана куртки небольшой деревянный кругляш на шнурке, надел его на шею. Мирослава легко коснулась деревяшки рукой, и рыцарь растаял в воздухе, будто бы его и не было. У Ляны от такого чуть челюсть не отпала: одно дело читать о магии в книжках или видеть в фильмах, даже прекрасно понимая, что она существует, совсем другое – видеть своими глазами. Мирослава сделала какой-то странный жест рукой и тоже исчезла, Антон, грустно вздохнув, поплелся в бар.
– Куда они все подевались? – шепотом спросила у Ани Ляна.
– А, черт, забыла, – досадливо пробурчала она. – Сейчас.
Порылась в кармане халата и достала оттуда футляр с очками.
– И что это? – недоуменно спросила Лиляна.
– Так ты сможешь видеть сквозь отводящие глаз заклинания и заклинания невидимости.
Ляна осторожно натянула на нос очки и картинка на экране телевизора поменялась. Рыцарь притаился на улице недалеко от черного входа, волшебница же вслед за Антоном вошла внутрь и расположилась за одним из дальних темных столиков. Антон заказал себе пива, и потянулись долгие минуты ожидания.
– Мне еще долго тут торчать?! Уже почти час прошел, я скоро лопну! – раздался в колонках недовольный голос Антона, задремавшая Ляна от неожиданности подпрыгнула на диване.
– Извините, – смущенно пробормотала Катя. – Забыла громкость отрегулировать.
– Сиди и пей, она должна скоро объявиться, – приказал Шеф.
– Есть, – уныло подчинился Антон и заказал себе еще кружку.
Бар «Белая роза» представлял собой темное прокуренное помещение с окрашенными в непонятный цвет стенами и деревянными столиками. Людей было немного, в основном мужчины среднего возраста. Антон сидел за барной стойкой и мысленно проклинал тот момент, когда согласился на роль «живца».
– Привет, – послышался приятный мелодичный голос, где-то сбоку.
Он обернулся. На соседний стул присела очаровательная русоволосая девушка в длинном темно-зеленом платье и элегантном полушубке.
– Привет, – Антон расплылся в улыбке. – Что пьешь?
– «Пина коладу», пожалуйста, – улыбнувшись, сказала бармену девушка. – Я – Лика.
– Антон. Чем занимаешься?
– Эм, я… маркетолог.
– И что рекламируешь?
– Я ничего не рекламирую, – Лика рассмеялась. – Моя работа заключается в несколько ином. У тебя есть девушка?
– Ээ, – вопрос сбил Антона с толку. – Нет, я свободен.
– Такой милый парень и свободен, прямо странно, – она загадочно улыбнулась и озорно сверкнула глазами.
– Ну вот, как-то так вышло, – растерянно и неуклюже пробормотал Антон.
– Я тоже свободна, – она эротично захватила языком трубочку и потянула коктейль. – Ты мне нравишься, – неожиданно заявила она, ее ладонь легла ему на колено.
– Не хочешь уединиться?
– Ну, пошли, – неуверенно согласился Антон.
Его мозг быстро отключился под действием чар. Он положил на стойку тысячу рублей и послушано пошел вслед за девушкой.
– Ланс, они пошли, – ровным спокойным голосом сообщила Мирослава.
– Понял, – отозвался рыцарь.
Лика под руку с Антоном вышли из бара и направились в сторону частного сектора неподалеку. Ланселот невидимой тенью скользил вслед за ними. Антону было холодно и почему-то очень спокойно: вязкая серая апатия сковала чувства и мысли. Лика теплым комочком прижалась к его боку, ее каблуки звонко стучали об асфальт. Они подошли к небольшому полуразваленному дому, и девушка поманила его за собой.
– Это здесь? – с легким удивлением спросил Антон. – Да-да, милый, пойдем.
– Ладно.
Где-то в глубине сознания зародилось беспокойство, но тут же исчезло под напором мощной магии.
– Мира, они уже вошли, поторопись, – тревожно пробормотал в микрофон Ланселот.
– Буду через тридцать секунд, – отозвалась волшебница.
Лика подвела Антона к дому, отошла на пару шагов и хищно захрипела. Прекрасные золотые волосы зашевелились, как клубок змей, заострились уши, а красивые серые глаза почернели и загорелись кровожадным злым блеском. Бааван-ши выпустила длинные острые когти, Антон заорал, чувствуя приближение смерти, и рванул назад.
Ланселот лихо перескочил через забор, на ходу выхватывая из-за спины мечи. Мирослава остановилась, глаза ее засветились жутковатым голубым огнем, а вокруг рук взметнулись искры. Она прошептала заклинание, взмахнула руками, и фейри замерло. Антон выскочил на улицу. Бааван-ши медленно развернулась к Ланселоту и неуклюже ударила его когтистой лапой. Он легко увернулся, приставил к ее шее мечи, похожие на ножницы, и с громким выдохом сомкнул лезвия. Фейри издала короткий полный боли и отчаяния крик, и ее голова глухо ударилась о мерзлую землю, а рядом тяжело осело мертвое тело.
– Это оно? – с отвращением глядя на мертвую тварь, спросил Антон.
– Да, бааван-ши, – ответила Мирослава.
Ланселот вытер о лохмотья фейри клинки и спрятал их в ножны. Чародейка зажмурилась, ее губы зашевелились, на теле мертвой твари заплясали маленькие язычки серебристого пламени, а уже через минуту бааван-ши вспыхнула ослепительным светом. На месте тела осталась лишь горстка пепла.
– Вот и все, – констатировал Ланселот.
– Молодцы ребята, можете возвращаться, – скомандовал Шеф, экран телевизора погас.
– Все? – с сожалением, спросила Аня.
– Ага, – Катя улыбнулась, потянулась и закрыла крышку ноутбука. – Можно по домам.
– Да-да, вы свободны, – рассеяно подтвердил Шеф и принялся что-то судорожно набирать на своем смартфоне.
1476 г. Пиренеи
В тюрьме наступило утро. Забарабанил в дверь стражник, просунул в окошко под дверью две порции еды и питья. Мирославе было непросто заставить себя оторваться от теплого сокамерника, но она подползла к двери и взяла еду. Когда с трапезой было покончено и стражник, бормоча проклятия, ушел, Ланселот, закутавшись в остатки своей сорочки, подошел к окну. Оттуда веяло теплым весенним ветерком, который весело затеребил его спутанные черные волосы. Мира встала посреди камеры и начала разминку.
– За что тебя сюда посадили? – спросил Ланселот. – Сюда редко сажают женщин, что же ты такого могла натворить?
– Думаешь, женщина не способна сделать то, что может сделать мужчина? – насмешливо отозвалась волшебница и присела в глубоком выпаде.
Рыцарь ничего не ответил, только усмехнулся.
– Вообще-то так и есть. Женщины прекрасные, беззащитные и слабые создания, которых мы, мужчины, должны оберегать от всех напастей! – подумав, ответил он.
– Очень романтично, – скривилась чародейка. – Поживи ты с мое, сразу бы понял, что это не так. Женщины вполне в состоянии стать равными мужчинам в некоторых вещах, просто большинство не знают об этом и продолжают пребывать в рабстве.
– Тебя за эти речи упекли в самую страшную тюрьму во всей Европе?
– Не совсем, – Мира рассмеялась и приняла упор лежа.
– Так почему же?
– А ты… угадай… – делая паузы на отжиманиях, предложила Мирослава.
– Ты ведьма, да? Ты залечила мне раны одним прикосновением своих рук!
– Я-то думала до тебя никогда не дойдет, – протянула она, отжалась еще два раза и обессиленно завалилась на пол.
– У тебя язык острее дамасской стали, а речи подобны яду змеи! – воскликнул Ланселот.
– Считай, что сделал мне комплимент, – ответила волшебница и, насмешливо усмехнувшись, уселась на солому.
Ланселот замолчал почти на час. Все это время он беспокойно ходил по комнате, иногда нервно почесывая активно заживающие раны на спине. Мирослава тревожно ожидала прихода стражи.
– Сколько лет ты здесь сидишь, ведьма?
– Я предпочитаю называться чародейкой.
– Что?!
– Предпочитаю, чтобы меня называли чародейкой, а не ведьмой, – терпеливо пояснила она.
– Так сколько? – требовательно спросил он, игнорируя ее колкость.
– Много.
Ланселот досадливо выругался и снова подошел к окну. Лязгнул засов. Он чуть присел и насторожился, Мирослава испуганно закусила губу. В комнату вошел стражник с большим подносом в руках. Оба пленника удивленно уставились на него. Мирослава выглянула ему за спину: возле двери стояло еще пять человек стражи.
– Магистр сказал, чтобы мы тебя накормили до отвала. Завтра придет доктор и будет проводить ви… виви… вивисекцию, – запинаясь на незнакомом слове, сообщил он и поставил поднос на пол.
Дверь с грохотом закрылась. Мирослава в ступоре уставилась на поднос засыпанный едой.
– Что будет проводить доктор? – непонимающе спросил рыцарь.
– Вивисекцию, это вскрытие заживо, – безжизненным голосом ответила Мирослава.
– Господь всемогущий! – воскликнул Ланселот.
– К сожалению, Господь здесь ничем мне помочь не сможет. Надо бежать, – твердо заявила она и принялась за еду.
Копченый окорок, жареное мясо с овощами, вяленая рыба, мягкий воздушный хлеб, соленые баклажаны, мед и даже небольшой кувшинчик вина – тюремный повар не поскупился.
– Ты присоединяйся, бежать нам вместе придется, так что силы понадобятся, – добавила она, оторвавшись на секунду от окорока. Ланслеот присел рядом и тоже принялся есть.
– Каков твой план? – спросил он, намазывая мед на хлеб.
– Сегодня четное число, а значит, Вильям придет.
– Постой, какой еще Вильям?
– Вильям – это один из стражников, премерзкий тип, вот уже год эта грязная вонючая свинья приходит сюда каждое четное число месяца и… скачет на мне, как жеребец… будто бы у него жены нет… – последнюю фразу она недовольно пробурчала себе под нос.
– Тебе насилует стражник?! – глаза Ланселота налились кровью.
– За это он рассказывает мне новости и иногда приносит что-нибудь вкусное, – она пожала плечами. – Я уже очень давно планирую побег, но у меня все не было подходящего момента, теперь он есть. Я тут припасла одну очень полезную вещичку…
Ланселот уставился на нее, чуть приоткрыв рот от удивления. Мирослава порылась в соломе и достала небольшую остро заточенную металлическую треугольную пластину.
– Когда он придет, то сразу заметит тебя. Ты, главное, не подавай виду, что проснулся или что собираешься вмешиваться. Дождись, когда он расслабится, будет сосредоточен только на мне, и воткни пластину ему в шею. С этим же проблем, как я понимаю, не возникнет?
– Никаких, – Ланселот хищно осклабился.
– Потом мы забираем его оружие, деньги и все ценное, что найдем, и бежим к конюшням. У нас будет где-то четверть часа, чтобы добраться туда. После этого стража заметит отсутствие одного из своих и пойдет проверять камеры. Если судить по моему предыдущему опыту, то мы доберемся до конюшен за полчаса. А дальше начинается самое сложное. Они пробьют тревогу в колокол, и на звон к конюшням побежит примерно двадцать человек. Такое количество людей я смогу задержать всего на минуту, не больше. За это время ты должен будешь увести хотя бы одного коня.
– А что, если не дать им зазвонить в колокол? – азартно спросил он, делая глоток из кувшинчика.
– Я рада, что ты не спросил, а что, если ты уведешь коня и бросишь меня на растерзание страже.
– Если у нас все получится, я буду твоим вечным должником, а я всегда отдаю долги, – рыцарь гордо вскинул подбородок.
– И где ж тебя такого откопали только, в наше-то время, – пробурчала, как старая бабка, Мирослава.
– До колокола мы просто не успеем добраться за четверть часа. Он наверху башни, и даже если мы успеем, оттуда некуда бежать.
– Ну что ж, разумно… не пойму я только, как ты задержишь двадцать мужчин?!
– Ну, я же ведьма. С помощью чар, конечно же, – усмехнулась Мирослава и облизала ложку с медом.
Ужина им не принесли. Часы тянулись необыкновенно медленно. Ланселот взял себе немного соломы, чтобы не околеть и не вызвать подозрений у охранника и лег, плотно зажав в кулаке оружие. Мирослава лежала на боку и смотрела в темноту, она накачалась энергией до отвала и сейчас как никогда верила в успех своего побега. В середине ночи, у нее уже начали закрадываться подозрения, что Вильям не придет, но он пришел.
Тихо и осторожно снял засов. Дверь со скрипом приоткрылась, в темную камеру проскользнул грузный мужчина в кожаных доспехах. Он прикрыл за собой двери и бросил озабоченный взгляд на рыцаря. Тот не подавал никаких признаков жизни. Видя, что пленник продолжает спать и никак не реагирует на его присутствие, Вильям направился к Мирославе. Она уже проснулась и спокойно ждала.
– Здравствуй, Элис, красавица моя. Я соскучился, – прошептал жирными губами стражник.
– А я вот не сильно скучала, – брезгливо бросила она.
– Тебя я забыл спросить, грязная шлюха, – прошипел он сквозь зубы, взял ее за волосы и поднял на ноги.
Мирослава стиснула зубы и ничего не ответила. Стражник грубо нагнул ее и закинул на спину рваный подол юбки. Зашуршали завязки на штанах, через несколько секунд послышались влажные звуки сношения.
Волшебница терпела. Ланселот не стал долго ждать: ему было противно даже думать о том, что сейчас чувствовала его товарищ по несчастью. Он бесшумно и легко поднялся, широкими тихими шагами подошел к Вильяму. Тот был так увлечен процессом, что не обернулся даже, когда рыцарь оказался прямо за его спиной. Мирослава услышала булькающий звук, на ее спину хлынула горячая кровь. Ланселот резко выдернул из шеи похотливого стражника пластину.
Мира ловко вынырнула из-под падающего тела и быстро оборвала себе подол до колена. Получившимися тряпками она обернула себе голени и ступни. Рыцарь же сноровисто обшарил труп. Себе он взял короткий меч и кинжал, за пояс засунул небольшой мешочек с монетами. Мирослава взяла хлыст и охотничий нож.
– Умеешь им пользоваться? – удивленно спросил Ланселот, кивая на хлыст.
– Еще как, – она самодовольно ухмыльнулась.
Они бесшумно бежали по коридору, напоминая две бестелесные тени. Мирослава за пятнадцать лет не забыла дороги. Они подобрались к лестнице, переглянулись, и Ланселот пошел вперед. Он шел небыстро, постоянно прижимаясь к стенам, она кралась за ним. Из коридора показался стражник. Мирослава только подумала о том, что перед ней враг, а кинжал Ланселота уже тускло блеснул в свете факелов, стражник беззвучно повалился на ступеньки.
Лестница закончилась, снова показался коридор, заканчивающийся тяжелой железной дверью.
– Это выход наружу, рядом обычно стоят двое охранников. Конюшни налево, – прошептала Мира.
– Мой левый, твой – правый, – шепнул рыцарь и толкнул дверь.
Стражники не успели ничего сообразить. Каждому в горло вонзилось по клинку. Гулко зазвенел колокол.
– Скорее! – крикнула Мирослава и побежала к конюшням, из казарм начали выбегать сонные растерянные солдаты.
Они нагнали их почти у самых конюшен. Волшебница резко остановилась и достала хлыст.
– Беги за конем! Я задержу! – рявкнула она, и Ланселот почему-то не осмелился ей перечить.
В ее глазах разгорелся колдовской сине-зеленый огонь. Стражники были все ближе. Хлыст в руке чародейки ожил. Первого кто к ней сунулся, она огрела по рукам: тяжелая шиповатая плеть оставила глубокие кровоточащие раны. На секунду все замерли. Ланселот добежал до конюшни и бросился к первому попавшемуся жеребцу. Седлать коня было некогда, он вскочил на гладкую мускулистую спину, схватился за гриву и ударил лошадь по бокам. Жеребец встал на дыбы и понесся галопом.
Стражники бросились на чародейку все разом. Энергия тугой струей покатилась по ее руке и направилась в хлыст. Он вырос вдвое, полыхнув ярко-зеленым светом. Стражники попятились, крестясь.
– Не поможет вам тут Бог! – яростно закричала Мирослава и взмахнула светящимся хлыстом.
Сильные мужчины, защищенные не самыми плохими доспехами, упали на землю замертво. Рыцарь погнал коня к чародейке. Из дверей тюрьмы уже выбегало подкрепление, охрана ворот готовила контратаку.
– Скорее, прыгай! – крикнул он, подскакивая к ней и протягивая руку.
Она схватилась за руку, подпрыгнула и ловко заскочила ему за спину.
– Скачи к дальней стене! – приказала она, обхватывая его за талию левой рукой, а правую выставляя перед собой.
– Что?!
– Скачи!!!
В ее голосе было столько силы, что Ланселот беспрекословно подчинился ее приказу и погнал коня во весь опор к дальней стене без расспросов.
Когда до стены оставалось всего ничего, с руки волшебницы сорвался сноп серебристых искр. Они врезались в стену и та с грохотом обрушилась. Конь встал на дыбы, Мирослава чудом удержалась, но Ланселот – опытный наездник – быстро усмирил животное и погнал его вперед. Стража за их спинами упала на колени и завыла молитвы.
В лицо Мирославе ударил свежий горный воздух. Она глубоко вздохнула и расхохоталась, по ее щекам покатились слезы счастья. Ланселот тоже улыбался, никогда в жизни он еще так не радовался свободе.
Быстроногий жеребец уносил их прочь от жуткой тюрьмы, а впереди занимался алый рассвет.
Глава 2
Тяжелый диван никак не хотел поддаваться, и Ляна обессиленно упала на него. Неделю назад ей выдали первый аванс, и она сняла другую квартиру в центре – две комнаты, балкончик и маленькая кухонька: все уютно, скромно и практично. Она глубокого вдохнула, встала с дивана и рывком задвинула его к стене. Теперь все было идеально.
Перестановку следовало отметить. Ляна достала из холодильника пиво, чипсы, прихватила из спальни ноутбук и с наслаждением умостилась на том самом диване. На колени мгновенно запрыгнул кот в новом ошейнике. Совсем недавно вышел новый сезон «Флэша», и Ляна была твердо намерена провести выходные за его просмотром. Но не успела она включить серию, как зазвонил телефон. Шепотом ругаясь и проклиная все на свете, она выбралась из-под пледа.
– Алло, – тоскливо пробормотала она в трубку: на экране высветился номер Ани.
– Алло, привет. Слушай, не хочешь пойти куда-нибудь погулять, а то мне так скучно дома сидеть? Ну, если ты не занята, конечно, – тут же спохватилась она.
– Честно говоря, не хочется из дома вылезать, – лениво протянула Ляна, глядя на нависшие за окном тучи. – Но, если хочешь, можешь прийти ко мне на новоселье. Ты пиво пьешь?
– Конечно.
– Тогда по дороге купи себе. Где я живу, я рассказывала.
– Оооо, чудесненько, буду через полчаса! – радостно воскликнула Аня и положила трубку.
Лиляна снова забралась под плед и все-таки включила серию.
Аня появилась через час, с пакетом звенящим бутылками и двумя пакетиками сушеной рыбы. Несмотря на довольно прохладную погоду, одета она была в кожанку поверх футболки, чем заслужила удивленно-порицательный взгляд Ляны. Что было самым удивительным в Ане: она быстро вливалась в любую среду и создавала в ней уют и какое-то особое тепло. Кот спрыгнул с дивана и ласково потерся о ноги гостьи.
– О, какой котик! – воскликнула Аня. – Как звать?
– Веня, – Ляна улыбнулась.
– Вениамин?
– Веном.
– Круто, – восхищенно протянула Аня и заулыбалась. – Куда пакет поставить?
Раз! Удар! Ракетка со свистом рассекает воздух, и волан отправляется в обратный полет. Игрок на другой половине поля делает резкий выпад влево и отбивает. Два! Сделать три быстрых шага вперед! Короткий замах ракеткой, и волан летит вертикально вниз за сетку. Смэш! Такой удар практически нереально отбить, и противник не успевает.
– Ты победила, Мирослава, уже в третий раз! – с легкой досадой в голосе крикнул молодой парень в белых спортивных шортах и черной футболке.
– Когда-нибудь настанет особый день, и ты меня обыграешь, – насмешливо с ленцой ответила волшебница и неспешно побрела к лавочке.
Бадминтон был, пожалуй, единственной спортивной игрой, придуманной человечеством, которую Мира любила и уважала. В нем не нужно было работать командой, чего чародейка вообще не переваривала, не нужна была большая физическая сила и не было толп болельщиков. Соревнование один на один, стратегия против стратегии, скорость реакции и ловкость, только твои личные данные и никакого пафоса и ажиотажа. Играть в бадминтон Мира начала учиться сразу, как только он появился в Англии в конце девятнадцатого века. Тогда это, конечно, выглядело совсем не так, но волшебница тщательно следила за изменением правил и усовершенствованием инвентаря. Сейчас очень немногие спортсмены могли бы ее обыграть.
Мирослава сделала глоток воды и скучающим взглядом обежала огромный зал. Большая его часть была отдана под площадки для бадминтона и беговые дорожки. В дальнем углу, справа от входа располагались столики для настольного тенниса, где сейчас рьяно рубились два моложавых дедули, чуть дальше пустовали мишени для дартса. С другой стороны – огороженный сеткой тренажерный зал. Волшебница облокотилась спиной о стену и прикрыла глаза. Внезапно по телу прокатилась легкая едва ощутимая дрожь —по всему городу пронеслась волна мощной магии. Чародейка распахнула глаза, негромко заиграл телефон.