Призрак, осыпанный снегом. Книга вторая

- У тебя всё хорошо, Кирилл? – кричал он в трубку взволнованно, энергично.

Парень не мог понять – почему старик долго топчется вокруг темы о его, Кирилла, самочувствии, расспрашивает, всё ли с ним в порядке, и ему пришлось убеждать старика, что в плане здоровья у него всё было и есть замечательно. Иван Иванович сказал, что очень этому рад. Затем перешёл, собственно, к делу – Кирилл приготовился слушать, а сам уже ломал голову: чего ещё ему скажет пенсионер после своих подозрительных расспросов о наличии недугов у парня, находящегося в самом рассвете лет.

- Тут с тобою хотят побеседовать… – говоря это, Иван Иванович косился на Яну, которая продолжала стоять рядом с ним.

Очередные слова старика озадачили Кирилла куда больше. «Кому я там мог потребоваться в Студёных Выселках? – удивился парень. – С Ингой минуту назад общались… – Из всех вариантов, что пронеслись у него в мыслях за какие-то тридцать секунд, никто на ум так и не пришёл. – Ну кто ещё в захолустной деревне, в отсутствие других знакомых, может просить Ивана Ивановича со мною связаться?»

- Это девушка, – продолжал старик довольным голосом, будто поделился радостным известием. – Мы тут с ней учимся печку растапливать. – Пояснил: – В твоей избе.

При последних словах у Кирилла подкосились ноги. «Та-ак… – сразу же подумал он, – а мне сказала: никого туда не селила! Значит, снова взялась за враньё – без вранья мы ну никак не можем!» Значит, он ошибался, полагая, что Инга стала ему доверять, обсуждая недостатки и достоинства монстра, добытого из неведомого мира. На самом деле, решил Кирилл, она держит его за дурака, лишь бы он считал себя особенным, лицом приближённым, участником небывалого эксперимента.

На том конце заговорил растерянный голос:

- Здравствуй, Кирилл! Меня зовут Яна, – голос принадлежал девушке и был ему незнаком. – Я прочла твоё послание, в «Робинзоне». – Она замялась, подбирая слова. – Я хотела сказать, что со мной происходит здесь тоже самое…

Парень быстро сконцентрировался, расправил плечи. Подбежал к двери офиса, запер её изнутри на ключ, вернулся в кресло.

- Я слушаю! – уверенно сказал он, но почувствовал, как девушка мнётся, видимо, та не могла решиться: рассказывать ли ей в присутствии посторонних?

- Ты не хочешь говорить при Иван Иваныче?

Девушка ответила «да».

- Так! Давай говорить буду я, а ты отвечай кратко: «да» или «нет», но только, чтобы мне было понятно.

Иван Иванович по-прежнему стоял с нею рядом, весь во внимании, только Яну старик не сильно волновал – её больше беспокоил другой возможный слушатель, которого, как показывало проживание здесь, не обвести вокруг пальца, всемогущий и вездесущий хозяин-невидимка. Иногда ей казалось, будто хозяин читает её мысли, поэтому изъяснение краткими «да» или «нет» могло не сработать. И всё же она почувствовала в эту минуту поддержку со стороны человека, пускай незнакомого и находящегося на расстоянии.

- Ты Его уже видела? – спросил Кирилл, отчего у Яны пробежал холодок по телу.

- Кажется да… Не знаю… Наверное.

Дед в это время моргал своими добрыми глазами, и, скорее всего, не понимал – о чём у них шла сейчас речь.

Юноша задал следующий вопрос:

- Ты там прячешься от кого-то?

- Нет! Наоборот! – разволновалась она. – Я хочу домой, но не могу! Меня не пускают!

- В каком смысле? Не можешь – почему? Как ты вообще там оказалась?

Кирилл остановился, прекратил заваливать её вопросами, да такими, на которые не дашь однозначного ответа. Тут он решил спрашивать последовательно:

- Инга тебя заперла?

Яна хотела махнуть на старика и демоническую силу, рассказать всё как есть, но представила, какое за этим последует наказание: лишение еды, воды, прогулок, а в завершение её добьют ночным кошмаром, какие, она считала, больше не выдержит.

- Она обо мне ничего не знает, – ответила девушка. – Я здесь торчу целый месяц. Так хочет Он.

Кирилл издал подавившийся звук, после чего пришёл в состояние возмущения.

- Дохлятина так хочет? – взорвался он. – Ну ни фига себе новость! Он там что, совсем оборзел?! Мало того, что страху нагоняет, так ещё и домой вернуться не позволяет… Вот тщеславный козёл!

Яну глубоко поразило, что у Кирилла отсутствовал страх перед всемогущей нечистой силой, раз он Его так смело поругивал.

- Это тебя он снабжает едой? Утку случайно не приносил – горячую, из духовки?

Девушка открыла от удивления рот.

- Утка была. А откуда ты знаешь?

Кирилл в нетерпении крутанулся в кресле: скуке пришёл конец, опять всё начинается!

- Короче, никого не бойся, я скоро буду! В смысле – скоро… – Юноша забуксовал на последнем слове, затем начал рассуждать вслух: – Та-ак, начальство сегодня сто процентов пораньше не отпустит, вечером мне надо обязательно дождаться одного мужика… Блин! Мужик приедет часам к двенадцати. Так-так-так… – Снова прижал к уху телефон. – Приеду где-то пол второго ночи. Ты как, продержишься до пол второго?

- У меня нет других вариантов, – в отчаянии ответила Яна.

По тону в её голосе Кирилл понял, что надо выдвигаться в Студёные Выселки при первой возможности, не теряя ни минуты. Быстрей бы только покончить с делами.

После того, как их разговор закончился, Иван Иванович убрал телефон в карман, сам же продолжал с интересом наблюдать за девушкой. Расспрашивать не стал – неудобно. Затем вернулся к теме растапливания печи, объяснил, что надо периодически выгребать золу и проинструктировал об обращении с заслонками. Заодно дал совет – как быстрее разводить огонь.

Уходя, остановился в дверях.

- Теперь понимаю, чему Кирилл так удивлялся… – сказал он напоследок. – Зачем столько материалу привозили?.. Куда столько цементу, да проводов?.. Где он, ремонт? Нету! – Развёл он руками, глядя по сторонам. – Если только в подвале красоту навели. – Он засмеялся, покидая дом. – Или я не видал, когда назад всё вывезли.

Девушка наблюдала, как он выходит через калитку – ей не терпелось крикнуть ему, напросится, чтобы старик забрал её с собой и вызвал подмогу, спасателей – уже не важно кого, лишь бы ей поверили. Не поверят – залечат, как брата. Вспомнила, как он показывал пальцем в экран телевизора – теперь она понимала, что показывал не просто так, а она игнорировала и совала ему в рот таблетку, лишь бы тот замолчал, а потом ещё заставила проглотить. Пенсионер исчез из виду, а Яна вернулась в дом, оставшись один на один с некой сущностью, в распоряжении которой она оказалась.