Лея Ли: тёмная сторона
- -
- 100%
- +
– Хм, поздравляю, Ли, – проворковала Каприс. – Только не возгордись. Ты не одна, кого школа рекомендовала. Кстати, там ещё редакторский совет. Так что… сильно не жди. Не факт ещё, что именно твою писанину опубликуют. На конференции было много достойных работ.
– Хорошо бы все опубликовали. Ребята молодцы. Особенно из нашего класса много участников было, – сказал Дэн.
– Эй, да мы просто лучшие. Может, и выберемся на первое место к концу года, – бойко произнесла Соня.
– Мечтай, МакБраун, – состроила мину Каприс. – Стоун уходит с уроков. Ли умудряется ловить штрафы. Ламбер вообще не до учёбы. Одни мальчишки на уме.
– Придётся тебе, Клара, за всех одной отдуваться, – сказала Лея.
– Мы все вместе должны постараться, – возразил Дэн. – Я снова готовлюсь к уроку истории. Хочу поговорить с директором, чтобы разрешила мне и у других классов иногда вести.
– Эй, тебе ведь придётся пропускать свои уроки.
– Ничего страшного. Наверстаю, – ответил парнишка Соне. – Когда финал соревнований?
– В следующую субботу. Растянули до невозможности. Хочу ещё подать заявку на летний фестиваль крылатых животных. Как думаете, сеньор Дельгадо разрешит мне потренироваться на школьных лошадках?
– Вряд ли, – хмыкнула Клара. – От тебя можно ожидать чего угодно. Ты же неуправляемая, МакБраун.
– Эй, это я-то? – приготовилась Соня к нападению.
– Ты. Ты не слушаешь инструкции преподавателя. Сколько раз замечала, – задрала нос Каприс. – Мэджики дают за чёткие…
– Да ну тебя к чёрту, – отмахнулась Соня и, взяв у Криса свой рюкзак, быстро ушла.
– Зря ты так, – сказал Кларе Лейк и поспешил за своей девушкой.
– И что он в ней нашёл? – фыркнула Каприс.
В субботу Лея обещала встретиться с Дэном в новом крыле школы. Спустившись по боковой лестнице в конце коридора, ребята бродили, в сотый раз рассматривая рыцарские доспехи и изображения на дверях.
– Лея, давай завтра утром сходим в Шато. Дракон наверняка уже спит, – предложил парнишка.
– А если не спит? У меня нет колдовского сахара.
– У меня есть. Но я видел, сеньор Дельгадо передал Снежински коробку. Скорее всего, там и сахар был.
– Ой, не знаю, Дэн. И что мы будем там делать?
– Поищем что-нибудь интересное. А ещё ты обещала мне показать какое-то новое место, – сощурился Райс.
– Угу. Только… Дэн, я боюсь человека в чёрном. С тех пор как директор вернула ему память, он… ещё больше ненавидит меня.
– Но почему?
– Хотела бы я знать. Что ему сделала эта Лейла?
– Оставила себе его медальон? – предположил парнишка.
– Или не ответила взаимностью?
– Не думаю, что за это можно ненавидеть. Особенно, если любишь. Вряд ли он её любил, – Райс почесал переносицу.
– Вряд ли… – Лея задумалась. – Дэн, а если бы… ТЫ оказался на его месте…
– Ненавидеть девушку за то, что она любит другого? – он усмехнулся. – Глупости. Я бы так не смог.
– Почему?
– Я люблю тебя. И даже если ты сбежишь со свадьбы, буду продолжать любить. Всегда.
– Дэн, ты чудо, – Лея повисла на шее парнишки и коснулась кончиком носа его носа.
– Ты необыкновенная, – шепнул он.
Пробравшись в Шато через южный вход, ребята сразу свернули налево и, пройдя через коридор с пустыми рамами, вышли в пространство юго-западной башни. Лея обратила внимание, как здесь стало чисто. Нет, пыль лежала на полу толстым слоем. Зато старой поломанной мебели не было. А вдоль стен стояло то, что казалось визуально целым и пригодным к использованию. И кто же навёл здесь порядок? Неужели Снежински? Или Дельгадо?
Свернув из башни направо, ребята очутились в каменном мешке с высоченным потолком. По левой стене висели огромные портреты всех пяти основателей и Евы Кастильо, призрак которой обитал в таверне. Отодвинув тяжёлую раму, ребята пробрались на лестницу. На втором этаже они не стали задерживаться у высоких узких окон без стёкол – сразу пошли в западную часть. Осторожно, чтобы не сорваться, перебрались на разрушенную кладку стены и по ней к пятачку пола, выложенному мелкой плиткой – к двери в никуда, к двери в параллельную комнату. Лея взялась за ручку. Открыла. За дверью – лесенкой полуразрушенная внутренняя часть стены. Захлопнула и снова открыла. Непроглядная темнота.
– Люкс, – палочка Райса засветилась по всей длине.
Парнишка смело шагнул внутрь пахнувшей гарью комнаты. Лея прошла за ним. Дверь закрылась, и на стенах тут же вспыхнули керосинки.
– Уютная гостиная, – попросил Дэн, и помещение тут же преобразилось.
– Как хорошо, что можно прийти сюда погреться, – Лея прильнула к парнишке.
– Что ты хотела мне здесь показать?
– Не совсем здесь.
– А я думал, ты заглядывала в эту штуку, – он кивнул в сторону огромного прямоугольного предмета в центре, укрытого чёрной материей.
– После "Таверны призраков" я не рискую с артефактами, – призналась Лея.
– Возможно, это вполне обычная вещь. Давай посмотрим.
– Дэн, не надо, – она удержала его.
– Не бойся. Ты же со мной, – улыбнулся он.
– Дэн.
– Ладно. Тогда и делать здесь нечего. Идём в твоё место.
Стены вновь покрылись гарью, и на полу появились кучи пепла. А прямо у неизвестного предмета блеснуло что-то жёлтое. Ребята уставились на маленький жёлтый шарик.
– Чья-то память, – прошептал Райс.
– Человека в чёрном, – предположила Лея.
Дэн расцепил их переплетённые пальцы и подошёл к скрытому артефакту. Поднял золотой шарик, коснувшись чёрной материи. У Леи чуть сердце из груди не выпрыгнуло от страха за парнишку. Но ничего не произошло. Дэн вернулся, и они покинули комнату через ту же дверь, открывшуюся на полуразрушенную кладку, а потом прошли через западную часть. Миновав помещение, всё ещё заваленное мебелью, по боковой лесенке поднялись на второй этаж. Здесь Лея ощутила приступ удушья. Настолько неприятно было вспоминать ночь, когда её заманили в ловушку. Да и пространства под ступенями центральной лестницы было мало, а паутина только добавляла жути. Наконец ребята вышли в восточную часть.
– Мы здесь ещё не были. Надо будет показать Крису, – осматриваясь, сказал Дэн.
– Не надо. Пусть это останется только нашим местом, – попросила Лея.
Парнишка улыбнулся.
– Ну и жадина ты у меня.
– Идём танцевать, Дэн, – она потащила его в центр зала.
– Летом здесь, наверное, теплее.
– Угу.
– Ты была в тех коридорах?
– Нет, – соврала Лея. – И не хочу.
Они медленно вальсировали.
– У тебя здорово получается. Не удивлюсь, если мы станем лучшей парой юбилейного бала, – парнишка нежно обнял её.
– Когда он будет?
– Пятого июня. Я думаю, МакГрегори скоро сделает объявление.
– Юбилей школы?
– Двести лет Альберту Кастильо.
Лея даже остановилась.
– Это серьёзная дата. Будет что-то грандиозное?
– Думаю, да. Так что давай готовить танец.
– Угу. Здесь такая атмосфера, – Лея закружила Дэна.
– Только очень пыльно и холодно. В куртках неудобно. Лучше репетировать в школе или параллельной комнате.
– Только не в школе, Дэн. Не хочу, чтобы на нас глазели. Раньше времени, – она коснулась губами его щеки.
– С тобой так тепло. Ты необыкновенная, – руки парнишки плотнее обвили её талию. – Совсем забыл. Посмотрим его? – Дэн достал из кармана жёлтый шарик памяти, найденный в пепле. – Ты ведь помнишь заклинание?
– Угу. И три раза "Амен".
Сквозь рассеивающийся белый дым Лея увидела сначала Дэна – он держал её за руку, – потом деревья и человека в чёрном.
Снежински идёт навстречу, проходит мимо и останавливается. Из глубины леса появляется второй человек.
– Это же мистер Ланде, – шепнул Дэн.
– Обязательно было назначать встречу здесь? – недовольно произносит Снежински, нацеливая волшебную палочку.
– Я безоружен. Безоружен, – Ланде медленно поднимает руки. – Я приехал узнать… Узнать правду. Убери. Убери палочку. Я безоружен.
Снежински нехотя прячет палочку в сумку и скрещивает руки на груди.
– В последнее время каждый второй требует от меня какую-то правду. Но я не знаю ничего, кроме того, что невиновен.
– Ты убил. Убил Лейлу.
– Я не знаю никакой Лейлы.
– Ты предатель. Предатель, – Ланде подходит ближе.
– Да кто вы такой, чтобы обвинять меня, – Снежински тоже делает шаг вперёд.
Лея крепче сжала руку Дэна. Она боялась даже дышать, хотя и понимала, что это всего лишь воспоминание, и ход событий не повернуть вспять.
– Плохая игра, Всеволод, плохая. Я не поверю. Никогда не поверю, что ты не помнишь Лейлу Сноу. Но знай, – Ланде подходит ещё ближе. – Знай, что за преступление ПРИДЁТСЯ ответить.
С неба падают первые капли дождя. Мистер Ланде уходит. А Снежински продолжает стоять. Потом достаёт из-под одежды медальон в виде капли на чёрной цепочке. Открывает крышечку, проводит пальцем по пучку волос внутри, захлопывает, прячет артефакт.
– Мистер Снежински! – крикнула Лея, бросаясь к нему.
Дэн еле удержал её. Да, конечно, всё это бессмысленно, ведь прошлого не изменить.
С ветки прямо на голову человеку в чёрном падает змея. Обвивает его шею и впивается зубами в грудь. Он пытается разжать тиски, но безуспешно. Падает, одной рукой держит рептилию, другой – находит в сумке волшебную палочку и призывает тотема. Золотой мангуст не успевает напасть на змею – она уползает и скрывается в кустах.
– Сейчас придёт тётя Чунь, – сказала Лея Дэну. – Это ведь она спасла его.
– Какое странное нападение, – парнишка почесал переносицу. – Это ведь кобра.
– Угу. Я видела в воспоминаниях тёти. Она столкнулась со змеёй нос к носу.
– Но здесь не водятся кобры.
Глава 21. Посылка из прошлого
– Ты уверен? – спросила Лея.
Туман воспоминания почти рассеялся, и они снова стояли в центре паркетного зала.
– Более чем. Что-то не сходится. Странное нападение. Кто-то будто бы ждал, когда Снежински останется один. К тому же… тогда он был очень сильным волшебником. Не то, что сейчас, – почесал переносицу Райс.
– Он подал сигнал SOS.
– Он его не подавал. Ты видела. Он вызвал тотема, а мог бы прикончить змею за секунду. И яд… подействовал слишком быстро. Это похоже на преднамеренное, хотя и выглядит, как несчастный случай.
– Или счастливый. Ведь тётя Чунь спасла его, – Лея встретилась взглядом с Дэном. – Что? Не думаешь ли ты, что это она виновата?
– Я этого не говорил.
– Но подумал?
Дэн вздохнул.
– Лея, почему медальон оказался у миссис Ли?
– Я видела в её воспоминаниях. Он мешал обработать рану. Сняла и… забыла вернуть.
– Забыла.
– Ну да.
– И противоядие у неё всегда с собой? – продолжал допрос парнишка.
– Дэн! Ты на что намекаешь?
– Ни на что. Просто пытаюсь разобраться…
– Так пойди и спроси у Снежински. Лично! – Лея резко развернулась и пошла к выходу.
Райс плёлся следом и уже на улице заключил её в объятия.
– Ладно, не сердись. Я не хотел обидеть или обвинить твою тётю. Просто сейчас эта история стала ещё более запутанной. Мне кажется, Снежински подставили.
– Но кто? Не тётя ведь? – Лея обняла его в ответ и с надеждой посмотрела в спокойные серые глаза.
– Я не знаю. Нужно разобраться. Возможно, виновник, наславший на Снежински смертельное проклятие, всё ещё разгуливает где-то рядом и…
– Проклятие?
– Да, не говори никому. Бабуля поделилась. Но тебе ведь я могу доверять?
– Конечно.
– Это не оборотень воет, это Снежински каждый год умирает. Но я тебе ничего не говорил.
– Я знаю, Дэн. Я… чувствую его. И тоже…
Она вырвалась и пошла к школе. На глаза накатывались слёзы. Не так она представляла себе это признание.
Райса Лея избегала до самых каникул. Да, они виделись в классе, но поговорить наедине, как он предлагал, она отказывалась, каждый раз находя повод. Даже в библиотеку старалась ходить не одна, чтобы только не объясняться. Хотелось забыть о своих проклятиях и о человеке в чёрном, который становился с каждым днём всё злее. Задания на его уроках были невероятно сложными, и каждый раз он не упускал возможности кого-нибудь уколоть неудачей. Лучше всего алхимия давалась Кларе. Лея даже пересела к ней, пусть поближе к учителю, но, по крайней мере, был шанс сдать тему "Яды" на хороший балл. А это означало чуть больше мэджиков. Лея теперь вынуждена была считать каждую деревяшку. Финансирования, кроме собственных знаний, у неё теперь не осталось. Раньше Дэн часто баловал её вкусняшками, но теперь… Как же его не хватало. Необъяснимая тоска съедала её вечерами. Но когда она готова была побежать к нему на четвёртый, находились какие-то незаконченные дела, трудные задания или разборки подруг. Больше всего доставалось располневшей и неповоротливой Кэтрин Стоун. Девушка часто плакала от обидных слов Каприс. Натали, её лучшая подруга, возвращалась поздно и была не в курсе нападок. Соня уже не справлялась. Да и Лея опасалась, как бы не дошло до боевой магии во время ссор, ведь тогда Кэтрин, статик, могла серьезно пострадать. А штраф получил бы весь бокс. Этого никак нельзя было допустить. Каждый мэджик сейчас на счету. Хорошо, что во время жизни в тибетском монастыре Лея научилась довольствоваться малым. Но как же хотелось обновок и всяких блестящих мелочей, которые так любят девчонки.
– Наконец-то я тебя поймал, – Райс заключил Лею в объятия, едва она вышла за стеклянную дверь холла в первый день рождественских каникул.
– Ты разве не уехал домой?
– Решил остаться в пансионате. И кое-что придумал.
– Дэн, – она попыталась высвободиться.
– Ты хочешь узнать правду?
– Дэн.
– Что? – он отпустил её.
– Почему ты остался?
– Я люблю тебя.
– Так просто? – усмехнулась она.
– Да, – его серые глаза смотрели серьёзно. – Ты моя девушка. Я не мог тебя бросить.
– Дэн, – Лея повисла на его шее, – прости. Я должна была сказать это раньше. Но я…
Она зарыдала.
– Я понимаю. Ты боялась, это нормально, – он погладил её по спине. – Всё хорошо. Я не боюсь проклятий.
– Правда? – заплаканные зелёные глаза заглянули в серые.
– Конечно. Это не такая уж и редкость в волшебном мире. У бабули я видел книгу о проклятьях. Толстенная. Родовые, временные… и каких только нет.
– Ты можешь привезти её? Вдруг там есть моё, – с надеждой спросила Лея.
– Спрошу у отца. Он занимался разбором библиотеки бабули. Пойдём в буфет. Здесь так холодно. Опять дыра в окне открылась.
– Угу. Почему директор не заделает её?
– Я видел, она колдовала утром. Но уже снова сквозняк.
– Угу, – Лея поёжилась. – Так что ты придумал?
Всю неделю Лея, в основном, проводила время с Дэном в холле на четвёртом этаже. У камина было тепло. А в объятиях Райса ещё и спокойно.
Иногда они ходили в параллельную комнату в Шато. Жаль, что нельзя было оставаться там надолго. Ведь дверь могла снова заледенеть, и тогда ребятам не выбраться. Других воспоминаний они больше не находили и с каждым днём расстраивались всё сильнее. В библиотеке тоже ничего нового.
– Нам нужно будет наведаться в заброшку. Там ведь есть архив, – накручивая рыжий локон Леи на палец, проговорил Райс.
– Я видела анкеты. Всё испорчено водой, и почти ничего не разобрать, – посетовала она.
Серый лохматый свитер парнишки пах кедром. В камине трещали дрова, и никуда не хотелось идти. Особенно на улицу. В осенних ботинках и лёгком пуховичке Лея рисковала замёрзнуть ещё на подходе к малому зданию. Ветер с залива дул премерзкий. Нет, в заброшку идти она не согласна.
– Как же нам выудить хоть крупицу информации у мистера Ланде? – Райс откинулся на спинку дивана.
– Может, мне попробовать? – предложила Лея. – Я ведь клон его невесты. И у меня есть право знать о её прошлом.
– Думаешь надавить на жалость?
– Почему нет? Мистер Ланде душка. Он не откажет.
– Поэтому он прятался от тебя?
– Это другое. Тогда я его правда напугала своей назойливостью. А потом, вообще…
– Не ожидал от тебя. Смелый поступок. Но безрассудный. Это могло плохо закончиться.
– Обещаю, я буду осторожна. Как раз у меня есть повод. И не один. Мне нужны дополнительные занятия по защитной магии.
– И шахматы.
– Что? Не ты ли говорил, что мне следует бросить факультатив? – сощурилась Лея, глядя в серые глаза Дэна.
– А что? Хорошая идея – вместо факультатива у МакГрегори играть в шахматы с мистером Ланде.
– Дэн, ты гений. Люблю тебя, – Лея чмокнула парнишку в щёку.
Он покрылся румянцем.
– А я тебя, – он улыбнулся, погладил её по волосам. – И не забудь, что я говорил о Снежински.
– Я помню. Но он не вылезает из замка. Кстати, ты веришь в то, что он хотел меня сглазить?
– Ты о той истории с туфлями?
– Угу.
– Не знаю. Заодно и проверишь.
– Но как?
– От магии должен остаться след.
– Я не профи, – Лея разорвала объятия и откинулась на спинку дивана, закрыв глаза.
– Попробуй прочувствовать. Как боль.
Незадолго до обеда 30 декабря Лея ждала Дэна на втором этаже в нише у центральной лестницы. Парнишка должен был уехать на каникулы сразу после их встречи.
– Не забудь проверить почту, – Лея прижалась к парнишке. – Вдруг моё письмо наконец дошло.
– Обязательно проверю. Жаль, директор не разрешила тебе погостить у нас, – он зарылся лицом в копну её медно-рыжих волос.
– Угу. Но, может… тётя вернётся…
– Мне бы хотелось в это верить, как и тебе, – вздохнул парнишка.
– Хочу запомнить твой запах, – она ткнулась носом в его шею.
– Меня не будет всего неделю.
– Целая вечность, – пробормотала Лея.
Внизу хлопнула входная дверь. Затем послышались медленные робкие шаги. И всё стихло.
– Пойдём обедать, – шепнул Дэн.
– Нет, давай ещё постоим. Я не хочу расставаться.
– Лея, буфет закроется, – коснулся он губами её виска.
– Угу. Ещё минутку.
Тишину холла снова нарушили шаги. На сей раз быстрые и уверенные. И вдруг женский голос:
– Вы совсем не изменились, мистер Снежински.
Шаги замерли.
– Мама? – удивлённо прошептал Дэн и рванулся к лестнице.
Лея удержала его.
– Прошу прощения, – услышали ребята голос учителя, – миссис… Райс?
– Верно. Не ожидала увидеть вас здесь. Не скрою, знала, что преподаёте в Эль Кастильо, но… – голос Лилии звучал неуверенно.
– Да, приходится, – процедил Снежински.
– Всё ещё тоскуете по Сант-Бессетт?
– Полагаю, не больше, чем вы по кафедре права, – резко ответил мужчина.
– Я не жалею, что ушла, мистер Снежински.
– Неужели в суде меньше чужих секретов, миссис Райс, – выделил он обращение.
– Гораздо больше, – в голосе Лилии послышался металл. – Один ваш чего стоит.
– Не меньше вашего, – буркнул Снежински, и снова зазвучали его шаги.
Лея с опозданием осознала, что он поднимался по лестнице. Всё ближе и ближе. Дэн замер, обнимая её. Только бы учитель прошёл мимо, на третий. Но он свернул в учебный коридор и наткнулся на парочку. Его чёрные глаза встретились с испуганными изумрудно-зелёными. Наверняка мужчина понимал, что ребята слышали весь разговор.
В новогоднюю ночь в школе-пансионате Эль Кастильо оставалась только директор МакГрегори, библиотекарь Сальма Принц, цыганка Эсмеральда Касперович и Всеволод Снежински, но последний по-прежнему жил в старом Шато. Возможно, потому что кто-то должен был охранять спящего слепого дракона. Лея не знала ответа. Учеников в этот раз, кроме неё, не было. Тоска и холод сводили с ума. Камин в центральном холле не топили. Только в спальне и комнате досуга третьего бокса, где жила Лея. Заниматься с коробочкой МастерБот можно было свободно. Никто не мешал, только было очень скучно. К цыганке Лея идти боялась, чтобы не нарваться на очередное "предсказание" неминуемой беды. А заварник с джинной с каминной полки исчез.
Когда за обедом 31 декабря директор попросила Лею явиться к её кабинет, сердце волнительно забилось. Наверняка тётя объявилась. Или Дэн прислал весточку. Коснувшись клюва каменного феникса пальцами, Лея назвала цель визита. Крыло с шумом поднялось и опустилось, открывая проход в светлую приёмную. На двери в кабинет горела красным табличка "Не входить". Лея села на скамью у стены. Ждать долго не пришлось. Директор вошла из коридора и пригласила в кабинет. Плюхнувшись в чёрное кресло на тоненьких ножках, Лея спросила:
– Тётя заберёт меня?
– Я не знаю, мисс. Вам посылка. И она не от миссис Ли.
– А от кого? – недоумённо спросила Лея, глядя, как МакГрегори выдвигает из-под стола объёмную коробку.
– Мистер Ли Хенг Ан, – прочитала директор имя отправителя.
Внутри ёкнуло. С чего бы дяде Хенгу отправлять ей посылку? Да ещё такую огромную. И когда и откуда она успела прийти, если несчастное письмо из Сингапура, отправленное полгода назад, так и не дошло?
– Будете вскрывать здесь? – спросила директор, выпрямившись.
– Н-не знаю, – промямлила Лея и посмотрела на каминную полку в поисках ответа. Но статуй по-прежнему не было. Только заварник с джинной.
– А где семья основателей? – решилась спросить Лея.
– Убрала в коробку, – сухо ответила МакГрегори. – Помочь вам с посылкой?
– Н-нет, я… сама… умею левитировать предметы, миссис Мария. Но… наверное, я… открою её здесь.
– Как вам угодно, мисс.
В коробке оказались вещи для Леи, часть из которых она видела у Чунь Шэн, письмо в незапечатанном конверте, толстенная папка, скреплённая магической печатью, и шкатулка с гравировкой.
– Мисс Ли, если будет нужна помощь, вы всегда можете обратиться ко мне, – мягко произнесла директор.
– Угу. Спасибо, миссис Мария.
Лея, используя заклинание левитации предметов, перенесла коробку в свою комнату. Зимние новые вещи она оставила, а осенние ношенные почистила и уложила в чемодан. Летние из посылки – туда же. По крайней мере, остаток зимы пройдёт в тепле. Белье, средства гигиены и канцелярские принадлежности Лея сунула в тумбочку. Снэки положила на холодный подоконник. Шкатулка… Такая была у тёти. С чего бы профессор Ли вздумал отправить её в Канаду? Наверняка ответ в письме. Но как же Лее было страшно доставать его из конверта. Ладони вспотели, пальцы дрожали. Внутри лежали простолюдинские купюры – юани – и фотографии. Маленькая Лея и тётя Чунь. На некоторых присутствовал и дядя Хенг. Это было так трогательно, что, перебирая их, Лея плакала. Немного успокоившись, взяла письмо.
"Мэй-Мэй, ты лучик света, рождённый из темноты. Ты есть Свет. Ты есть Ци. Береги Свет внутри себя. Только так ты сможешь победить Тьму. Да, ты не плод любви человека от человека. Но ты и есть Любовь. Я не жалею, что создал тебя. Ты не просто экспериментальный образец Ли.1.01. Ты – дитя моей любви к науке. Ты – моя вера в чудо. Ты – моя победа. Я позволил себе сделать тебе небольшой, но очень ценный подарок. Он скрыт внутри тебя. Это твоя сила. Сила намерения. Используй её. Следуй за своим светом. Я верю в тебя.
Профессор Хенг Ан Ли
P. S. К сожалению, мои опасения подтвердились. Отправляю некоторые вещи Чунь Шэн, которые она завещала тебе"
Глава 22. Чунь Шэн
Лея никак не могла поверить, что тётя Чунь не вернётся. Зарывшись лицом в подушку, долго плакала, пока не замёрзла. Потом перечитала письмо от дяди Хенга. Что он имел в виду, когда писал о скрытом внутри неё подарке?
Эта ночь, новогодняя, снова была окрашена алым полотном заката. Ничего не изменилось. Чёрная стая и аварийная башня Шато. Голос человека в чёрном вновь и вновь повторял за спиной "Лей-ла-а".
Проснувшись, Лея перечитала письмо дяди Хенга ещё раз. Взяла в руки резную шкатулку и долго не решалась её открыть. Рассматривала иероглифы на крышке. Все десять расположены по кругу У-Син. В центре имя – Чунь Шэн. По периметру – резной дракон. Его мордочка с двумя выпирающими усиками находилась посередине. Лея решила, что это замок. Нажала на усики. Что-то щёлкнуло, глаза дракона на мгновение вспыхнули белым, но крышка не открылась. Лея попробовала ещё раз. И снова безуспешно. Какой толк в шкатулке, если она под магическим паролем, который знала только Чунь Шэн? Да и не пуста ли она? Лея поднесла её к уху и потрясла. Внутри определённо что-то было. Но как же её открыть? Что тётя говорила о магических паролях? Какое слово она могла использовать? Или… Да, тётя упоминала начертательные символы. Иероглифы. Лея провела пальцами по резному кругу и остановилась на Янском Металле. Кажется, именно о символе Гэн говорила Чунь Шэн в Сингапуре. Лея взяла палочку и, произнося отпирающее заклинание, начертила над головой дракона иероглиф. Линии разрезали воздух и гасли. Глаза дракона стали белыми, а потом чёрными, и он "ожил". Прополз извиваясь по периметру и вернулся в исходное положение, раздвинув усы. Лея свела их пальцами. Замок щёлкнул, и крышка откинулась. Внутри несколько писем в конвертах и фотографии студенческих лет, а также жёлтые шарики воспоминаний.