У оружия нет имени

Глава 2

До Стратос-сити репликанты доехали почти с комфортом, удобно устроившись в кузове грузовика, среди пустых пластиковых ящиков из-под поглотителей углекислоты. В кузов бойцы спрыгнули со скалы, удачно нависающей над крутым поворотом дороги. На этом повороте водители – как живые, так и электронные – сбрасывали скорость, чтобы не вылететь на встречную полосу.

– Вот чёрт, – прошептал Чимбик, осторожно высовываясь из кузова, когда грузовик притормозил на ровном участке дороги. – Пост.

Блайз вскинулся и поудобнее перехватил карабин. Сержант успокаивающе поднял ладонь:

– Рано. Только если нас засекут…

Опасения репликантов не оправдались: несущие на посту службу солдаты даже не высунулись из караулки. Лишь один из них махнул рукой водителю, разрешая проезд, и продолжил разговор с сослуживцем. Автоматы горе-вояки небрежно прислонили к стене.

– Кретины, – резюмировал Блайз, глядя на это раздолбайство.

Сержант хмыкнул:

– Нет, брат, это не кретины. Это наш пропуск в город. За мной, – и первым махнул через борт, пока грузовик не успел набрать скорость.

Следом спрыгнул Блайз, слегка подавшись вперёд под тяжестью ранца.

– Будем брать? – спросил он.

– Да.

Репликанты ушли с дороги и принялись обсуждать детали нападения на пост. Ранцы, захваченные из капсулы, решили спрятать тут. Чимбик забрал только жетоны агентов и сумку с деньгами, понимая, что сейчас эти монеты могут облегчить выполнение задания. Главное – суметь разобраться в тонкостях гражданской жизни.

Замаскировав ранцы и заминировав тайник, разведчики активировали фототропный камуфляж, превративший их в едва заметное марево.

Дежурные Квигли и Фаго наслаждались жизнью настолько, насколько это вообще возможно, находясь на службе в Силах Самообороны Гефеста. Приятелям достался отдалённый парный пост, служба на котором была если не синекурой, то чем-то близким к ней. Всего-то делов – иногда выходить на дорогу и проверять идущие со стороны рудника машины. Инспекции если и совали сюда нос, то приятели, дежурившие в штабе, всегда успевали оповестить о приближении нежелательных визитёров, так что оба солдата расслаблялись по полной. На столе стояла бутыль с дефицитным в нынешние военные времена импортным ромом и тарелка с нехитрой закуской. В качестве приятного дополнения за отворотом воротника формы Фаго был спрятан в потайном карманчике пакетик с «весёлыми таблетками», коего как раз должно было хватить до конца наряда. Приятели выпили по паре стопок, расслабились и завели приличествующую такому случаю беседу.

– Ну а я что, тормозить буду? – рассказывал Квигли об очередной интрижке. – Она мне начинает жаловаться на мужа: мол, гад, не любит, внимания не обращает, смотрит как на мебель… А я такой думаю: ага, родная, тут-то ты мне и дашь. Ходи, говорю, моя сторона, и руки ей под майку запускаю. Она такая…

Что «она такая», Квигли договорить не успел – дверь распахнулась, словно от пинка. Дежурные подскочили, ожидая увидеть неожиданно подъехавшего проверяющего, но узрели лишь сплошную стену дождя. Затем в дверь проникло смутное марево. Затуманенный алкоголем разум незадачливых вояк пытался разгадать этот феномен, и промедление стоило им жизни. Хрустнули шейные позвонки, и оба ополченца выпали из кресел на пол.

– Как «манекены», – презрительно фыркнуло «марево», превращаясь в закованного в броню репликанта.

– Заткнись, Блайз, – раздражённо отозвалось «марево номер два».

Сержант отключил камуфляж и перевернул покойника.

– Живее, – поторопил он Блайза и принялся расстёгивать на том, что еще секунду назад было Квигли, бронежилет. Блайз огляделся, нашёл выключатель, и в комнате воцарился мрак, не мешавший разведчикам в оснащённых ноктовизорами шлемах.

Именно из-за формы репликанты решили рискнуть и брать противника голыми руками. В противном случае одиннадцатимиллиметровый реактивный патрон бесшумного пистолета ставил перед Чимбиком и Блайзом вопрос с отстирыванием трофеев.

– Великовата, – с сожалением констатировал переодевшийся Блайз.

Местный кирпично-красный камуфляж и лёгкий бронежилет смотрелись мешковато на поджаром теле репликанта. А вот шлем и защитные очки оказались впору. Из своего снаряжения репликанты оставили только обувь. Остальные детали брони и шлемы они аккуратно сложили в стоявший тут же ящик из-под индивидуальных рационов питания.

– Сойдёт, – отмахнулся Чимбик, подгоняя под себя трофейную ременно-плечевую систему.

Блайз хмуро отмолчался. Сержант прекрасно понимал и полностью разделял его настроение: в сравнении с новейшим снаряжением Консорциума экипировка гефестианцев выглядела полным убожеством.

Боевая экипировка репликантов включала в себя комбинезон-скафандр из баллистической ткани, сквозь рукава и штанины которого проходили похожие на канаты мускульные усилители. Комбинезон обеспечивал защиту от агрессивной среды, вакуума, осколков мин и снарядов, а также некоторых видов боеприпасов к стрелковому оружию.

Поверх комбинезона крепились элементы брони, изготовленные из композитного соединения.

Шлем, выполненный из того же материала, был снабжён множеством сенсоров и тактическим компьютером, отвечающим за боевое информационное управление. Он обеспечивал круговой обзор, контролировал обстановку на поле боя, следил за состоянием самого солдата, действуя в связке со встроенным в снаряжение автодоктором.

Завершал список фототропный камуфляж, в буквальном смысле превращавший в невидимку своего носителя.

Всё это торжество технической мысли прекрасно справлялось со своей задачей, делая репликантов самыми опасными и смертоносными солдатами в этой части космоса. И вот теперь им пришлось сменить своё прекрасное снаряжение на убогое барахло гефестианских ополченцев.

Репликанты заминировали трупы, подхватили ящик и выбежали из домика, направившись к внедорожнику, приданному посту на случай преследования нарушителей. Погрузив снаряжение в багажный отсек, Чимбик запрыгнул на место стрелка, а Блайз уселся за руль.

Внедорожник с репликантами тронулся с места и бодро покатил к городу.

Лейтенант свежеобразованной Службы Контрразведки Гефеста Грэм Нэйв немного нервничал: это было его первое самостоятельное задание и он, как и все новички, боялся его провалить.

– Значит, плазменная граната? – уточнил он у сапёра, изучающего обломки спасательной капсулы.

– Угу, – буркнул тот. – Примитивная ловушка: её просто выставили в режим растяжки, и когда боец распахнул люк, произошла сработка.

Сапёр кивнул в сторону второй капсулы, скрытой пеленой дождя. Возле неё колдовал его коллега.

– Примитивно, но эффективно, – заключил подрывник, подкидывая в ладони оплавленный кусок металла, некогда бывший деталью обшивки спасательной капсулы. – Взрыв спровоцировал подрыв остатков топлива в баках. Этого хватило, чтобы разнести к чертям капсулу и всех, кто стоял вокруг.

– Кретин был этот покойный, – поморщился Нэйв, глядя на тело таможенника, упакованное в мешок для трупов. – Надо же было соваться наобум… Идеи есть, кто мог это сделать?

– Точно сказать не могу, – отозвался подрывник, – но предполагаю, что это сделали люди, прошедшие спецподготовку. Подобные ловушки любят военные. Да и террористы и прочие любители криминала никогда ими не брезговали.

– Ясно, – сказал Грэм, хотя на самом деле ему ничего не было ясно.

Наоборот, список подозреваемых ещё больше расширился, включив в себя широчайший спектр представителей самых разных профессий – от вояк корпораций, наёмников и работорговцев до обыкновенных контрабандистов, заметающих следы.

– Готово, – доложил в этот момент второй минёр. – Капсула-два чиста, можно осматривать.

Грэм кивнул, хоть собеседник и не мог его видеть. С трудом вытягивая ноги из вязкой, липкой грязи, следователь побрёл к капсуле. У распахнутого люка, грозно выставив автоматы, застыли два ополченца. Они бдительно оглядывали окрестности, словно опасаясь, что хозяева капсулы вернутся, чтобы забрать своё имущество. Нэйв откинул капюшон дождевика, тщательно соскрёб грязь с обуви о порожек, натянул бахилы и проник в капсулу, в которой продолжал возиться сапёр. Внимание лейтенанта тут же привлекли две бесформенные кучки одежды, валяющиеся на полу, рядом с креслами.

– Интересно, правда? – вяло полюбопытствовал сапёр, изучающий пульт управления.

– Ага, – согласился лейтенант, аккуратно расправляя ближайший комок одежды, оказавшийся… женским платьем. Нэйв оглядел его и зачем-то понюхал. Едва уловимо пахло парфюмом. Запах показался Нэйву мужским. Озадаченно хмыкнув, лейтенант сложил платье и убрал находки в мешки для улик.

– И что тут было? – поинтересовался он у подрывника.

В ответ сапёр показал плазменную гранату производства Консорциума.

– Стояла в режиме растяжки, – пояснил он.

– Как и в первой капсуле… – задумчиво протянул лейтенант.

За его спиной раздался деловитый обмен репликами, и в капсулу влезли эксперты его следственной команды. Стало тесно. Нэйв вышел, позволив команде изучить каждый сантиметр внутреннего пространства в поисках следов, способных вывести на таинственных пассажиров развалившегося в атмосфере корабля. Сам лейтенант направился к фургону следственной группы, где пара техников возилась с фрагментами разбитой аппаратуры.

– Думаю, тебе это будет интересно, – сказал один из них, едва лейтенант, оставляя за собой лужицы, влез в салон.

Не дожидаясь ответа, техник развернул монитор и пояснил:

– Это с тактического блока таможенника, которому за доли секунды до взрыва пришло изображение с камеры ополченца, открывшего люк. Любопытно, ты не находишь?

Нэйв молча кивнул, разглядывая картинку: в ложементах лежали два мужских трупа с размозжёнными головами. Кто-то очень не хотел, чтобы эти тела попали к правоохранителям Гефеста. Интересно…

Отметив этот факт, лейтенант перешёл в отсек связиста и вызвал Управление Контрразведки.

– Соедини с шефом, – попросил он дежурного лейтенанта.

Три часа спустя Нэйв сидел в своем кабинете и тщательно изучал собранные материалы. Получалось весьма интересно… Двое неизвестных переоделись в оранжевые «костюмы-выживатели» (найдена стопка таких же в отсеке капсулы и две пустые упаковки) и двинулись в неизвестном направлении. Анализ найденных образцов волос показал, что неизвестные – женщины фертильного возраста, крашеные блондинки. Самое примечательное – образцы принадлежали двум практически идентичным генетически существам, что наводило на мысли о репликантах. О них Нэйв знал немного, главным образом то, что выведены они были искусственно с изменением человеческого ДНК. О репликантах женского пола Грэм не слышал, но это не значило, что алчные корпораты не наштамповали несколько модельных рядов для своей армии.

Эту версию косвенно подтверждало и отмеченное экспертом присутствие отклонений в генотипе. Деталь в равной степени могла указывать как на искусственное происхождение, так и на принадлежность к одному из народов Союза.

Дроны-разведчики не обнаружили никаких подозрительных перемещений в радиусе пятидесяти километров, из чего Грэм сделал логичное предположение, что неизвестные направились к трассе по кратчайшему маршруту и там обзавелись транспортом. Младшие оперативники как раз проводили проверку заявлений об угоне или пропаже в том районе водителей или автоматических грузовиков.

Не исключал лейтенант и версию, что сообщник на машине встретил неизвестных в оговоренном месте. Но проверить эту догадку не представлялось возможным ввиду отсутствия съёмки местности со спутника. Электрические возмущения в атмосфере, вызванные непрерывными дождями с грозами, и плотная облачность исключали возможность применения орбитальных средств наблюдения за поверхностью.

Нэйв поручил двум младшим сотрудникам анализировать записи камер видеонаблюдения городской системы безопасности Стратос-сити в поисках подходящей парочки. Но было ли неизвестных двое? Судя по показаниям бортового компьютера, нагрузка на систему жизнеобеспечения вдвое превышала норму для двух женщин среднего роста. Даже если учесть нервное напряжение и учащённое дыхание, всё равно получалось, что лёгкие этих женщин вдвое больше, чем у обычных людей. Единственное разумное объяснение – в капсуле находились минимум ещё двое, не оставившие никаких следов, кроме записи в бортовом журнале.

Грэм ещё раз перечитал отчёт экспертов, затем – данные системы противокосмической обороны и в пятый раз за последние три часа просмотрел входящие сообщения. И на этот раз не зря: с Тиамат пришло сообщение, что патруль Союза преследовал грузовой корабль типа «Бизон», бортовой номер 1560/4510. Кораблю удалось оторваться от преследователей, несмотря на внедрённый системой РЭБ вирус, сменить опознавательные коды и совершить прыжок в систему Гефест через Врата.

Грэм налил кофе, вывел полученные данные на монитор и углубился в изучение присланного коллегами с Тиамат дела. По мере чтения лейтенанта охватывало предчувствие крупных неприятностей.

Тиаматские контрразведчики перехватили эстафету по преследованию агента Консорциума, шпионившего в системе Феррума. Тот смог ускользнуть от группы захвата, с боем прорвавшись через оцепление, и на некоторое время скрылся в столице планеты. Но буквально через час его труп был обнаружен в одном из номеров дорогого столичного ночного клуба. Поиск по горячим следам привёл оперативников к грузовому кораблю типа «Бизон», но тот сумел удрать от преследователей. И вот теперь его обломки и трупы пилотов найдены на Гефесте.

Нэйв в очередной раз просмотрел все имеющиеся данные, попутно запустив поиск известных материалов по операциям СБ Консорциума. От этого занятия его отвлёк звонок.

– Сэр, – доложил дежурный. – На въезде в город с трассы Е–11 уничтожен пост.

Нэйв взглянул на карту, схватил фуражку и опрометью выбежал из кабинета.

Приметный внедорожник репликанты припарковали в тёмном переулке возле здания, в котором по показаниям тактического блока находились обе девицы. На их счастье, беглянки то ли не вспомнили о встроенных в электронику костюмов маячках, то ли не умели пользоваться не только средствами связи Консорциума, но и другой техникой. С учётом отставания Союза в технологическом развитии, последняя теория выглядела правдоподобной.

– Наши действия? – поинтересовался Блайз, одёргивая непривычную куртку.

– Работаем по обстановке, – пожал плечами Чимбик.

Сержант опустил на глаза очки-визор и нацепил дыхательную маску, скрыв лицо. Блайз повторил его действия, и оба солдата двинулись по улице, старательно изображая деловитых служак.

К вящему их удивлению, искомое здание оказалось магазином готовой одежды.

– Чёрт, – буркнул сержант, оглядывая фасад. – Берём, кто там, и потрошим.

– Стой! – Блайз ухватил сержанта за плечо.

Чимбик остолбенел, поражённый столь открытым нарушением субординации, и пугающе-медленно повернулся к брату. Но прежде чем он успел задать оборзевшему солдату заслуженную взбучку, Блайз зачастил:

– Мы и так наследили, сержант. Ещё и тут начать – тихо уже не получится. Придётся уходить с боем. А куда? Мы на территории противника! И вообще не факт, что сумеем уйти. И тогда провалим задание!

Сержант почувствовал, как уходит гнев. Его непутёвый братец в кои-то веки оказался прав – велик риск засыпаться.

– Идеи есть? – уже окончательно остыв, буркнул сержант.

– Да, – кивнул Блайз. – В книжке читал. Может, сработает.

Сержант привычно нахмурился. Чтение художественной литературы репликантам запрещалось как бесполезная трата времени. Равно как и несанкционированный доступ в инфосеть. Блайз не признавался, как добывал контрабанду, и плевал на молчаливое неодобрение Чимбика, прекрасно зная, что тот его никогда не сдаст. Так и было: сержант ворчал, злился, гонял брата по нарядам, но никогда никому и словом не обмолвился.

– Пробуем, – вздохнул Чимбик.

Предчувствия у него были самые скверные: как бы убедительно ни звучали слова Блайза, но план, базирующийся на почерпнутой из беллетристики информации, был, мягко говоря, авантюрой.

Блайз сурово сдвинул брови и, толкнув двери, ворвался в магазин.

– Две девицы в костюмах для выживания! – рявкнул он на продавца за прилавком. – Где они?

За его спиной Чимбик поводил по сторонам стволом карабина, создавая, как ему казалось, соответствующую ситуации атмосферу.

Продавец побледнел, задрал руки к потолку и испуганно зачастил:

– Господа, господа, пожалуйста, я ни в чём не виноват! Я всего лишь обменял им костюмы на гражданские платья! С доплатой, естественно…

– Обменял? – заорал Блайз. – А ты хоть понимаешь, что это казённое имущество, а? Так, быстро говори, какую одежду они взяли, о чём говорили? Живо!

Генные инженеры с далёкой Земли смело могли гордиться своими изделиями: репликанты не только умели быстро приспосабливаться к обстановке, но и обладали художественным мышлением и способностью к обучению. Вот и сейчас Блайз успешно развивал наступление, имея в качестве образца лишь вычитанный в детективе эпизод.

– Я не помню… – замялся продавец, испуганно косясь на Чимбика, стоявшего с оружием наперевес.

– В камере вспомнишь, – зловеще пообещал Блайз.

Эти слова живо подстегнули мыслительный процесс торговца.

– Запись! В магазине ведётся видеозапись! – воскликнул он, донельзя обрадованный своей предусмотрительностью.

– Показывай! – приказал Блайз, жестом подзывая Чимбика.

Продавец торопливо закивал и включил терминал, торопясь угодить представителям закона и кляня девок, втянувших его в неприятности.

Пять минут спустя репликанты выехали к космопорту, имея на руках изображения беглянок в новой одежде и описание купленных ими вещей.

В космопорте было многолюдно. С началом военных действий поток туристов практически иссяк, да и Гефест в культурном плане мог похвастаться разве что нескончаемыми дождями. Но торговцы, наёмники и прочий деловой народ, наоборот, активизировались, и недостатка в пассажирах не наблюдалось.

Проникнуть на территорию космопорта под видом местных ополченцев, вопреки опасениям репликантов, оказалось несложно. Достаточно было напустить на себя деловой вид и промаршировать мимо полицейского патруля из человека и антропоморфного робота, шагавших вдоль фасада здания.