Эльфов прошу идти лесом

– Поощряют, – хмыкнул Арминар, приобняв меня за плечики, и шепнул на ухо:

– Ведь тогда и они могут дома не ночевать. Или привести того, кто ночью дома ночевать не будет.

Ужас! Распущенность так и процветает.

– А что ты хочешь – любовь, – меня попытались прижать ближе, но я отстранилась, ещё и каблучком по ноге его ударила. Выберусь, запрусь у себя, на окнах решётки установлю и ни одному дивному не позволю со мной знакомиться!

– То-то ты такой… влюблённый, – поморщилась и ускорила шаг.

Наконец, мы вышли к огромному, такому, что его ствол и десять человек обнять, пожалуй, не смогут, дубу. В кроне его, что меня удивило, в отличие от остальных деревьев, сияли красные огни. Я вскинула голову: высоко-высоко там раскинулся большой дом, на подоконнике которого я различила розы.

– Вот и пришли, – заключила Лорея. – Дальше вы сами.

– А мы, пожалуй, полетим, – Луни зевнула, но, как мне показалось, наигранно.

– Да, мы спать хотим, – поддержала подруг Льена.

– Удачи, – это втроём, после чего они взмахнули полупрозрачными крылышками и стремительно улетели.

Я с недоумением посмотрела на Арминара.

– Маму боятся. Ты такая злая, ещё вынудишь их наказать.

– Знаешь, дивный! – начала я и осеклась. Сглотнула. Вокруг всего тела уже магические искры плясали, но мне нужно было удержаться. Всего ничего осталось. Выберусь, и забуду этого урода остроухого, как страшный сон.

– Арминар? – послышался незнакомый голос с властными нотками, и вот к нам с дерева слетает взрослая, высокая и величественная фея из тех, которых не просто боишься. Встреча с подобными – приговор в моём человеческом понимании.

Внешне она была молода, и я бы не дала ей больше двадцати человеческих лет, но одного взгляда в глаза леди Ароузи Делавень хватало, чтобы понять: за плечами этой феи, вероятно, десятки, если не столетия жизни. Она может быть как ровесницей моей прабабушки, так и прабабушки моей прабабушки. Годы жизни лесных фей…ещё одна причина, почему они вызывают у людей ужас. По слухам, старейшей из них и до сих пор живущей больше пятисот тысяч лет. Её, конечно, лично никто не видел, но слухи… Могут быть преувеличены, но не из воздуха возникли.

Глаза у Цветочной леди были тёмными, почти чёрными, и теперь ясно, в кого такие глаза у Арминара. Но если в глазах моего знакомого эльфика были проблески золотых искр, то в глазах леди Ароузи словно сама тьма плескалась, выплёскивалась на окружающих, смотрела в самую душу. Туда, куда сама себе смотреть запрещаешь, потому что не хочешь этого видеть. Знать. Осознавать. А она смотрит.

Леди Ароузи смотрела на меня. Смотрела с какой-то странной полуулыбкой, склонив голову к правому плечу, отчего её длинные, очень длинные волосы цвета древесной коры касались кончиками зелёной травы. Я же смотрела на неё и не могла отвести взгляда, словно зачарованная, испытывающая всепоглощающий ужас перед смертельно опасным хищником. Фея улыбнулась шире, обнажив острые зубы и вынудив меня испуганно отступить.

А потом вдруг подмигнула и отвела взгляд, перевела его на Арминара.

– Интересную девочку ты мне привёл, – стоило ей повернуться ко мне спиной, как я облегчённо выдохнула и отступила ещё на пару шагов подальше.